Пироман

Когда Оливия и Грейсон оторвались от преследования, был почти полдень. От бешеной и стремительной скачки девушку тошнило, и Харрисон всё же решил сделать привал. Лавуазье спрыгнула с коня на землю и тут же упала на колени, застонав от боли. — Кошма-ар! — Протянула девушка. — Я больше никогда не залезу на эту адскую махину. — Что? — Брови Грейсона взлетели, а глаза округлились от удивления. — Ты никогда раньше не ездила верхом? — У нас есть немного… другие виды транспорта, — пробурчала Оливия. Охотник дал коню напиться у реки и привязал к дереву. Затем вернулся к девушке, которая уже лежала в тени и обмахивалась веером. — Я даже спрашивать не буду, зачем ты таскаешь его с собой, — произнёс мужчина. — С вашей погодой и зажариться можно. — Почему это? — В смысле? — Оливия скептически оглядела мужчину. — Не так уж и жарко. Даже прохладно немного, — сказал он и дотронулся до лба девушки. В тот же мир он отдёрнул руку и зашипел. — Да ты сама как кипяток! А я то думаю, почему так жарко стало, когда мы ехали. Оливия пожала плечами. Мышцы ныли от езды, её тошнило. Сил на то, чтобы обдумать его слова уже не оставалось. Она повернулась к нему, чтобы задать вопрос, но наткнулась на обеспокоенный взгляд. — Что такое? — Это ты мне скажи, — прошептал Грейсон и дотронулся до лица девушки. Она с трудом встала, но с Охотник поддержал её, и девушка доковыляла до реки. Взглянув на своё отражение, Оливия с ужасом схватилась за голову, но её левая рука и часть головы рассыпались в прах. — Я помню это, — произнесла девушка и вцепилась оставшейся рукой в плащ Грейсона. — Когда я засыпала, у меня был жар. Я думала, у меня галлюцинация, когда увидела, что тело обращается в пепел. — Феникс, — прошептал мужчина и упал на колени вслед за девушкой. Почти всё её тело рассыпалось. Ветер уносил пепел, в который обращалась Оливия, всё дальше и дальше. Она улыбнулась и даже рассмеялась. Ей не было страшно, она чувствовала, что всё так и должно быть. Скоро она откроет глаза в своём мире. Но как и зачем она здесь очутилась? Это всё – игра разума? Нет… Вовсе нет. — Твоя сестра! — Вдруг воскликнула Оливия. — Она просила передать, что с ней всё хорошо. И не вини себя в её смерти… Не понимаю. Ничего не понимаю. Грейсон остолбенел. Он всматривался в рассыпающееся в руках лицо девушки, и когда она полностью исчезла из этого мира, по его щеке скатилась слеза. — Значит, ты переродилась в другом мире, сестра? Воспоминания тех дней давно преследуют его, заставляя корчиться от боли и кричать в кошмарах. Грейсону было двенадцать, когда они с сестрой потеряли родителей. Ей было семнадцать, когда пришлось взяться опекать младшего брата. Когда началась охота, он убедил сестру спрятаться в Чёрном замке. Именно он не смог её защитить и призвать магию, когда это действительно было необходимо. Сестру убили на глазах Грейсона, пока та отчаянно пела молитвы не о перерождении, а о благополучии единственного любимого ей человека.