Наказание

Эпистат стучится в двери хижины, в которой живет Эва, но дверь никто не открывает. Амен переживает, он не находит себе места с тех пор как Эва перестала есть и пить, не высовывает больше носа из дома. Амен думает о самом плохом, что Эва могла наложить на себя руки, и не долго подумав выбивает дверь. Эва встает с кровати и нервно идет на эпистата, глядя на того обезумевшими глазами. Она надвигается быстро, не отдавая себе отчета в том что и с кем собирается сделать. Когда она подходит, она дает ему пощечину, отразившуюся звонким эхом в пространстве комнаты. Разъяренно хватает Амена за горло. — Что ты себе позволяешь?! Эва разозлена и опешившая. — Убери руки. — Отвечает сухо, но при этом сжимает зубы от злости. Но Эва только сильнее впивается в горло мужчины, давит на его шею, царапает ногтями тоненькую кожу чувствительного альбиноса. Амен хватает ее за руку и заламывает ее, раздается громкий хруст ее локтевого сустава и душевная боль отходит на второй план. Он ломает ее руку, заставляя Эву кричать от пронзительной боли. Отпускает и бросает на пол, прижимает подошвой ее шею, не давая вдохнуть. — Ты с ума сошел? — Стиснув зубы Эва выдавливает из себя слова, корчась от боли. — Знай свое место, маленькая тварь! Он любит ее, но простить паршивку не позволяет гордость и чувство собственного достоинства. Неужели беспризорная дрянь имеет право поднять руку на самого эпистата? Нет, этому не бывать, Амен не может спустить на тормоза такой проступок. — Я пришел навестить тебя, Неферут, — он давит на ее шею ботинком прикладывая еще больше сил, становясь на нее почти всем своим весом, — я искренне хотел тебе помочь, но ты не понимаешь хорошего отношения. Я научу тебя вежливости и покорности, Эва. Амен хватает Эвтиду за сломанную руку под ее вопли и ставит на колени. Приспускает штаны и достает набухший пенис, поднося к ее губам. Эва не успевает ничего сказать как он проникает в ее рот по самые яички. Эва пытается кричать, но из груди вырываются только мычания. Перед глазами черная ослепляющая пелена, боль становится отчетливее и Эва не грани потери сознания. Амен больше не может остановится, хватает Эву за горло и сжимает пальцы, входит в глотку, бьется яицами о ее губы. — Я хотел как лучше, но ты непокорная, непослушная, дерзкая девчонка. Я не люблю таких как ты! После этих слов он берет ее за волосы и запрокидывает ей голову. Эва падает на спину, а Амен садится на колени над ней, продолжая погружать пенис в ее рот. У Эвы льются слезы, она не верит в то что происходит, хочется проснуться, но это наяву, он насилует ее. Боль растекается по всему телу, во рту чувствуется привкус крови, когда задевает зубами его плоть. — Дрянь! Амен вытаскивает член, и увидев на нем кровь ударяет Эву и сознание покидает ее. Прийдя в себя, Эва видит перед собой эпистата. Кричит, но Амен испугано укладывает ее обратно в постель. — Что с тобой? Это я, успокойся. Эва укрыта теплым одеялом, боли нет. Амен растерян, но доброжелателен, его взгляд сочувствующий, он не желает ей зла. — Что тебе такого приснилось? — Ты, господин, приснился. Амен улыбается, прикоснувшись к ее шее, проводит ладонью до ключиц, опускаясь пальцем вдоль ложбинки между влажных от пота грудей. Эва затаив дыхание смотрит на него, боится пошевелиться, но понимает, что Амен заходит слишком далеко, хочет ударить, но вопит от боли, осознавая, что рука все-таки сломана. Лицо Амена звереет, он хватает девушку за горло и склоняется над нею. — Молчи об этом, Эва! Кто узнает, язык отрежу. Но Эва продолжает кричать будто не слышит его и плюет на его предупреждения и угрозы, надеется что кто-то поможет. — Дия! Рэймсс! Ливий! Зовет их, но никто не приходит. Она наедине со своим мучителем и он может сделать с ней что захочет. Амен срывает ее ночнушку, Эва не может сопротивляться, слишком больно, рукой не пошевелить, шея болит, а от удара кровь носом хлещет, окропляя грудь. Красные струйки привлекают Амена, он скалится и жадно слизывает их, предварительно расположившись на ней сверху. Касания его разгоряченного языка заставляют ее мокнуть, но если бы не боль… — Раздвинь ножки, Неферут. Эва послушно раздвигает ноги и позволяет Амену войти внутрь себя. Снова кричит от боли, а по ногам стекает теплая струйка крови, размазываясь о его бедра и лобок. Амен трахает ее аккуратно, это удивляет Эву, но ей настолько больно, что она не может оценить его чуткости. Из-за крови вперемешку с густой смазкой пенис скользит как по маслу в ее влагалище. — Больно… Но Амен входит еще глубже, упирается в матку. Его язык вылизывает ее шею от крови, и Эва начинает сладко стонать поддаваясь ему. Во влагалище больше не больно, и это удивляет Эву, она даже подмахивает, впуская все глубже, сама насаживается на его ствол, обнимает его здоровой рукой, целует в губы, неумело ласкает языком его рот. Запах мирта и граната одурманивает ее, ей невыносимо хорошо и боль больше не мучает ее. Амен смачивает палец слюной и размазывает вокруг ее ануса, а потом входит в него и нежно трахает. Эва громко стонет, забыв о том, что это изнасилование. Она и сама теперь согласна, и отдаст все, чтобы он еще раз сделал с ней что-то подобное. Кончив в нее, он останавливается, немного лежит у нее на груди, а потом резко опускается и начинает пожирать ее лоно, снова погрузив палец в ее анус. Он жадно и ненасытно сосет ее клитор, и оргазм наступает почти мгновенно. Только через несколько минут Амен понимает, что он натворил. — Прости меня. — Говорит. — Прости. Ему жаль, он не хотел такого исхода и брать ее силой, но в тот момент он думал, что она не оставила ему выбора. Глупая непокорная Неферут - это самая желанная девушка в его жизни, и он так с ней поступил. Простит ли она его?