За Голубыми Глазами

I'll be the one to protect you from

A will to survive and a voice of reason.

I'll be the one to protect you from

Your enemies and your choices, son.

They're one in the same.

I must isolate you,

Isolate and save you from yourself.

Pet. The Perfect Circle.

      Когда Данте сказал, что поможет тебе избавиться от сталкера, ты поверила. В конце концов, на него были последние надежды — невероятно быстрый, сильный и прославленный Легендарный Охотник На Демонов.       Ты поверила, когда он сказал, что тебе безопаснее находиться в Devil May Cry. Поверила, когда эти ангельски чистые, голубые глаза блестели демоническим огоньком, пока сильные руки надежно, но слишком крепко прижимали тебя к себе. Шепча сладкие слова утешения на ухо и опаляя нежную кожу дыханием, посылая мурашки по спине, с благородной целью успокоить твой бушующий страх, который он в тебе и посеял.       Ты слепо не замечала очевидных тревожных знаков: он постоянно был рядом, присматривал за тобой, ведь, как он говорил, «сталкер был гораздо опаснее, чем он думал». Данте обвёл тебя вокруг пальца, изолировал, взращивая в тебе страх выходить на улицу.       Однако ты узнала. Узнала, крепко сжимая дрожащими пальцами гладкую поверхность фотографии, так сокровенно запрятанной в нижнем ящике его стола. Десятки фото. И на всех до единой — только ты. Когда счастливо улыбалась, беззаботно беседуя с подругой в кафе. Румяные щечки… счастливый огонек в глазах. Когда обнаженная разглядывала себя в зеркале после душа, оценивающе пробегая глазами по своей фигуре. Мокрые волосы, по коже бусинками стекали капельки воды…       Данте стремительно сходил с ума.       Ты не задумывалась, насколько тяжело было тогда просто смотреть, просто наблюдать за тобой, видеть тебя без одежды, но не способным подойти к тебе, мучаясь от того, как тесно было в штанах. Член Данте стоял, натягивая ткань его штанов. Болезненное давление, нарастающее внутри него, только подливало масла в огонь.       Данте терпел, сжимая челюсть до сладкой боли в попытке сохранить самообладание, когда внутри горел пожар. Его демоническая сторона сходила с ума вблизи с тобой, кружилась голова, дыхание становилось глубже, а глаза порочно темнели от желания прикоснуться, нет… быть рядом и целовать твои губы, пока на твоем языке не останется только его имя. Убедиться, что ты в безопасности подле него, что он не лишиться кого-то столь ценного, как ты. Снова.       Человеческие умы подобны непостоянным погодным условиям: в один момент все сияет солнцем и радугой, а в следующий мы имеем дело с грозами и ураганами. Мы убеждаем себя в чем-то настолько сильно, что это становится нашей истиной — нашим путеводным светом, ведущим нас сквозь тьму к тому горизонту, как в детских сказках.       Но затем приходит сомнение, медленно, но верно прокрадывающееся в наши мысли, пока, наконец, семена, посеянные ранее, не начинают пускать корни, становясь сильнее дня ото дня, пока, в конце концов, всё, во что мы когда-то верили, не рушится вокруг нас, не оставляя после себя ничего, кроме замешательства, разочарования, может быть, даже гнева.       Но что, если всё решится в один миг? Ломая хрупкое доверие, которое разрушив однажды, вряд ли восстановишь обратно. Словно нежный цветок, который легко раздавить под тяжестью даже малейшего предубеждения.       Ранее бесстрастные пальцы, теперь ставшие неуправляемыми исполнителями твоего дрожащего тела, танцевали неловкую пляску между разочарованием и ужасом. Страх обнимал дрожащие руки, словно давая им последнее прикосновение умирающей звезде.       У тебя не было пути назад с самого начала, как только твоя нога ступила в его офис.       Будто с грацией, Данте приобретал твое доверие. С каждой его шуткой, каждым его весельем и игривым словом, ты погружалась все глубже в его обаяние, словно в вихрь, который завораживает и не отпускает до конца. Но лишь опытный охотник знает, как скрывать в своей маске правду, и во взгляде Данте мелькали отголоски темной природы, которую он умело заметал под позитивной маской желанного собеседника. Однако, эта тьма, ликующая в его глазах, омрачала всю его красоту.       В итоге ты доверилась, когда его лицо сияло игривой улыбкой. Ты доверилась, когда он был весел и непринужден. Ты доверилась, когда он того хотел.       Теперь же ты ощущаешь, как атмосфера окружающей комнаты непроизвольно стягивается с каждым его взглядом, наполняя тебя дрожью от головы до пят. Каждое движение Данте, будто тщательно рассчитанное, заставляет тебя отступать, словно убегающую зверушку, пока не находишься сжатым камнем между ним и холодной стеной. Ты чувствуешь, что воздух словно замедляется, тебе становится все труднее дышать, а твое сердце, ранее такое напористое, внезапно проваливается в бездну страха. По спине пробегает ледяной озноб, словно лазером рисуя мелькующие волнообразные пятна на твоей коже. Ловушка.       Это изначально она и была.       Ты поверила, а он запер тебя. Ты поверила, а он предал тебя.       Ты доверилась ангельски-голубым глазам, лишенным Божьей милости.