Никогда не признаться

      Сатору не представлял, как дышать без Сугуру. Человеком, показавшим ему другой мир и заменившим воздух, стал Сугуру Гето. Сколько Годжо говорил с Сёко, пересказывая то, что чувствует, пока просто смотрит на Гето, столько она говорила, что он влюблён. Влюблён...       Это слово,почему-то, звучит так страшно. Хотя, что страшного в влюблённости? Сатору всё равно боялся, хоть и не понимал чего. Может того, что его не примут, что ему откажут или, что хуже всего, не захотят общаться после сказанного. Последний вариант не был исключён, но, и сам Годжо, и Иэйри не верили в него.       Сложно было представить, как это будет звучать, как начать разговор, как натолкнуть Сугуру на правильный смысл всего, что скажет Сатору. Как...И эти "как" мучали Годжо в течении нескольких недель. Пусть и чувствовал он себя не очень, но всегда оставался собой- улыбался, смеялся, подкалывал всё живое, выставлял себя сильным, сильнее многих и, что самое важное, как ни в чём не бывало говорил с Гето. Всё оставалось так же, но кое-что изменилось. Сатору не смотрел в глаза. Даже из под чёрных очков это было заметно. Вот это изменение рассказало Сугуру всё, о чём таил Годжо.       Сатору много думал о том, что говорить или не говорить вовсе. Взвешивал все "за" и "против", учитывал все возможные концовки, вновь и вновь обсуждал это с Сёко. Невозможно было не заметить каких либо изменений. И Гето замечал. Наблюдал за каким-то странно-измученным состоянием Годжо.

***

      Берег моря или набережная- чуть ли не самые излюбленные места троицы. Иэйри тихо-мирно ходит где-то с краю, подальше от самого моря, пока Сугуру и Сатору носятся по песку. В мгновение парни успокаиваются, останавливаются и ждут, пока дойдёт Сёко. Она, подойдя, прописывает по щелбану за баловство и разворачивается к городу. На вопрос "Куда?" отвечает привычное "за сигаретами".       - Ты чего убитый такой? - Гето потянул Годжо дальше по песку.       - А?       - Ага, - Сугуру закатил глаза, переспрашивая немного громче. - Чего убитый такой спрашиваю.       Сатору топает по дресве , где-то на просторах разума формирует ответ. "Потому- что долгое время думаю, как сказать о своей влюблённости, причиной которой стал ты"? Бред. Он ни за что так не скажет.       - Тебе прям интересно? - Годжо бегло глянул на Суругу и вернул взор под ноги.       - Если бы не было - не спросил бы.       Сатору сделал настолько глубокий вдох, что от выдоха могла сотрястись Земля, но не сделала этого.       - Сёко сказала, что я влюблён. Вот и думаю на этот счёт.       Гето смотрел на Годжо как на придурка или как на человека, который ничего ему не рассказал.       - Не смотри на меня так. Не рассказал, потому что чуть ли не на прямую с тобой связанно.       - Сатору, - Сугуру развернулся к нему лицом, шагая задом. - Ты что-то недоговариваешь, я же не слепой и не глухой.       Годжо потёр затылок, в мыслях метаясь от "Это ты" до "Тебе не обязательно пока-что знать". Второй вариант кажется лучше всего.       - Ну...На данный момент тебе знать не обязательно. - Сатору улыбается. Натянуто так. Не своей улыбкой. Какой-то грустной или, скорее, обречённой. Ему вообще не обязательно знать.       Сугуру кривится, уводя взгляд с Годжо на море. Пусть оно и окрасилось в оранжево-розовые цвета из-за заката, но кое-где проскальзывали голубые и синие оттенки. Солнце уже на половину зашло, образуя собой яркий полушар, слепящий глаза.       Тогда Годжо и решил- нельзя. Пусть эта влюблённость останется между ним и Иэйри. Будет лучше, если Гето будет только догадываться. Сатору никогда не расскажет. Пусть эти прекрасные дни длятся без всякой влюблённости.       Вот вернулась Сёко, сразу с хода рассказывая какой-то анекдот, который только вспомнила. Вот вместо кислых лиц появились улыбка и смех. Вот и о влюблённости никто толком и не вспомнит.