Секрет разбитого холста

– Почему он там один? – Его бояться, когда он в процессе создания шедевра. Любимая музыка? На такой вопрос Феликс никогда бы не смог ответить. Любимые увлечения? Вы наверно считаете, что они должны быть у каждого. Для этого парня было большой загадкой, как человек мог тонуть в чём-то настолько сильно, чтобы назвать это любимым способом тратить своё время. Самой большой тайной для него являлся студент, который готов был променять свою популярность на пару минут за старым и грязным мольбертом, оставляя кистью красочные шрамы на помятом холсте. Вокруг него всегда толпились девушки, что молились о секундном внимании со стороны высокого парня, они виляли своими формами, делая максимально невинный вид, в попытке перевести его мысли в нужное для них русло. Сложно было сказать точно, были ли у него друзья, но в чём уверен каждый, Хван никогда не бывает один, никогда… За исключением времени, когда его взгляд был прикован к картине, что каждый день разрывалась на куски, а потом возрождалась заново, зная, что скоро она снова умрёт из-за неудовлетворения её создателя. Откуда Феликсу это известно? Был за ним один грешок, когда из любопытства он заглянул в щелку приоткрытой двери из-за подозрительно громкого звука разрушений. Такой идеальный во всём с завидной внешностью и в аккуратной одежде человек, выходил из-под собственного контроля, превращая художественный класс в фильм ужасов, заливая пол красными каплями масляных красок. – О чём задумался? – Да так… – Не знаю заметил ли ты, но Хван всё утро с тебя глаз не спускает. Взгляд прошёлся по залитому солнцем кабинету, подмечая большое количество народу. Парта Хёнджина была окружена студентками, пока тот пристально наблюдал за Феликсом, склонив голову немного в бок. Его глаза выглядели уставшими, складывалось ощущение, будто он давно не слышит окружающий мир, утопая в собственных мыслях. – Джисон, я тут сделал кое-что нехорошее… – Если никого не убил, значит всё можно исправить, рассказывай. – Вчера я случайно… Ну, точнее, в общем заглянул в художественный класс, во время работы Хвана… – ТЫ СДЕЛАЛ ЧТО!? Все обернулись на внезапный крик Хана, с удивлением рассматривая парня. – Ой.. Кгхм, тааак, ты же знаешь, что было с тем парнем со второго курса? Неужели подобные истории тебя ничему не учат? – Это получилось совершенно случайно, я даже не думал, что он меня заметит. – Феликс виновато прикрыл лицо руками, всё ещё ощущая на себе чужой взгляд. – Но мой случай же отличается… – Да, благо у тебя хватило ума не разговаривать с ним и уж тем более не заходить в кабинет. Я приду на твои похороны, не переживай. – Парень слегка усмехнулся, наблюдая за нервно перебирающим пальцы, другом. – Ладно тебе, я же шучу, не думаю что после того случая Хван рискнёт опять поднять на кого-то руку. Помню тот скандал, у него же родители строгие, да и за репутацией жадно следят, не позволят снова поставить их статус под сомнения. – Надеюсь, ты прав. Прошла уже неделя, но почему-то та ситуация всё ещё оставляла следы на восприятии окружения, из-за чего Феликс мучился от головной боли. Он уверен, что-то было не так с тем Хваном, которого он увидел тогда. Он каждый день слышал звуки разбивающихся банок с водой, звуки упавшего мольберта и рвущегося холста, но он не слышал голоса, ни единого звука от Хёнджина, ни одного слова. Каждый вечер повторялся петлёй, заставляя теряться в проносящихся днях. – Джинни, завтра у нас будет вечеринка, не хочешь присоединиться? Будет только элита колледжа, но без тебя никто не захочет идти… – девушка в облегающем платье и на высоких каблуках опиралась на его плечо, застенчиво водя пальцем по холодному запястью руки. Минута раздумий длилась долго, Феликс наблюдал за ситуацией, пытаясь прочитать мысли Хёнджина, что ненароком бросил взгляд на веснушчатого блондина. – Хорошо, но у меня будет одна просьба. – Ура-ура, всё что угодно, Джинни! Попытки услышать эту самую «просьбу» были разрушены звонким голосом лучшего друга. – Ликсииии, я тебя уже везде обыскался, мы же договорились встретиться около столовой пятнадцать минут назад, а от тебя ни слуху, ни духу, так ещё и трубку не берёшь. – Хан на секунду остановился, заглядывая в глаза Феликса, которые явно смотрели не куда надо. – Да что с тобой в последнее время творится? – Прости… Я не знаю, что со мной происходит. – Давай поговорим об этом, а то мне совсем не нравится, что ты начал выпадать из реальности из-за этого человечка под именем «я мечта всех девочек». – Не язви. Дойдя до столовой и найдя самое тихое место, они не спеша сели, перекидываясь парой привычных фраз. – Ну, так что? – Тебе не кажется странным поведение Хвана? Даже немного… пугающим? – Ты это из-за его фанатичной любви к рисованию? – Нет. Пойми, я каждый день слышу, как он рвёт свои работы, ты видел хоть одну его законченную картину? Все знают о том, что он заядлый художник, но где можно увидеть результат его потраченного времени? Почему он никого не подпускает к себе, когда рисует? – Воу-воу, полегче. Мне кажется, ты придаёшь этому слишком много значения. – С таким статусом как у него, в пору пропадать на тусовках и красоваться перед студентами, нежели превращаться каждый вечер в сумасшедшего учёного… – Аххахаха, вот это у тебя сравнения. Сколько знаю Хвана, на самом деле он таким не был. Точнее был, но всё стало намного хуже. Мне всё же кажется, что у него просто вдохновения нет, всякое бывает. Но раз уж тебе так интересно, почему не спросишь у него сам? – Да он точно пошлёт меня куда подальше. – Этого ты не узнаешь, пока не попробуешь. К тому же, он богатенький, а богатенькие друзья никогда не бывают лишними, понимаешь, о чем я говорю? – глаза Хана слегка прищурились из-за хитрой улыбки. – Мда, такой мотивации я не ожидал от тебя услышать. – Пора бы привыкнуть. Коридор казался нескончаемо длинным, гул в ушах помогал головной боли нарастать, от чего парень еле заметно скривился. Ситуация не поддавалась объяснению, Хван не был интересен Феликсу как человек, ему хотелось понять, утолить своё любопытство, возможно, это гены отца, что уже много лет работал детективом, мимолётом посвящая сына в легенды нераскрытых им дел. Или матери, которая любила строить из себя психолога, пытаясь донести до мальчика вред алкоголя и сигарет. Скорее всего, Феликс искал оправдание своему поведению, но как бы сильно он не рылся в закромах памяти, находил лишь опровержения своим же аргументам, он просто свихнулся, иначе это не назовёшь. Звук телефонного уведомления быстро отрезвил, заставляя заглянуть в загоревшийся экран. – Вот это новости… «Привет, ребятки, у нас намечается вечеринка, и, к вашему счастью, на этот раз приглашены все! Начало в 19:00, не опаздывайте». Странностей становилось всё больше, с каких пор элитная компашка друзей зовёт таких как он на свои вечеринки? Бред чистой воды. День не был каким-то особенным, и, к счастью, позволил Феликсу немного передохнуть от ненужных мыслей, что мешали нормально функционировать. Хван больше не смотрел в его сторону, практически полностью игнорируя его присутствие. – Что ты думаешь насчёт этой вечеринки? – Феликс устало чиркал кружочки в тетради, ожидая ответа от увлеченного телефоном друга. – Мне кажется им нужен экшн и скандалы, давно не было интересных сплетен, чтобы попортить кому-нибудь жизнь. Тусовка просто сделает их студенческую рутину веселее, сам знаешь влияние алкоголя, по любому они найдут жертву для травли в этом месяце, девушки легко могут развязать язык какому-нибудь одинокому парню. – Вроде с обсуждения разбитой Хваном морды того парня прошло не так уж и много времени… – глаза медленно прикрылись, когда в голову пульсацией начала приходить боль. – Время скоротечно. – Джисон отложил телефон в сторону, когда заметил что с Феликсом опять что-то не так. – Ты в порядке? Тебя всего трясёт. – Голова разболелась, пройдет. Едва заметно, Хван прошёлся взглядом по телу парня, подмечая его дрожь. – Забавно. Таблетки не помогали, а боль становилась всё невыносимее, бывало даже начинало темнеть в глазах, от чего становилось буквально не по себе. К врачу? Последнее на что согласиться Феликс. Он лучше потерпит, чем пойдет в кабинет к доктору, который без особого интереса спишет это на компьютерные игры и зависимость от телефона. В их семье каждое лечение обходилось домашними методами медицины. Через 30 минут ему уже нужно быть на вечеринке, чтобы проследить за Джисоном, который был слишком любопытен и всё же решил заявиться туда, хотя изначально был абсолютно против. Дом был большим, в нем было два этажа, а снаружи красовался роскошный бассейн, что уже был окружен шумной молодёжью. «Это явно плохая идея» подумал парень, прежде чем ступить за порог злосчастного притона, именно таким он видел данное место. Музыка долбила в голову, а в воздухе витал запах перегара. Вечеринка началась всего 15 минут назад, но видимо многие пришли намного раньше и уже успели влить в себя всё, что стояло на больших деревянных столах. Взгляд выискивал друга, надеясь наткнуться на знакомую фигуру в постоянно двигающейся толпе. – Джисон! – наконец, он смотрел точно в цель. – Ликси, я уж думал ты не придёшь. – Я слишком хорошо тебя знаю, нельзя чтобы ты оставался наедине с алкоголем и кучей девушек, иначе риск стать следующей жертвой насмешек вырастет процентов на 80 минимум. – Ты совсем мне не доверяешь, я давно вырос. – Хан надул губы, демонстративно показывая своё недовольство. – Брось. – Феликс на секунду задумался, вспоминая диалог Хёнджина с той девушкой. – Что-то Хвана не видно, он вообще приходил сюда? – Чего это ты им интересуешься? – Приходил или нет? – Он на втором этаже, по любому с кем-то развлекается, ему же для этого даже стараться не надо. – Ты как всегда. – опустив взгляд в пол, Ли сделал шаг назад. – Хорошо. Думаю я должен с ним поговорить … Я просто не могу перестать о нём думать. – Что ты сказал? Здесь слишком шумно! – Ничего, Я скоро вернусь, не натвори дел! – Не волнуйся, я буду трезв как стёклышко! Шагая меж извивающихся тел, Феликс обдумывал в голове с чего начать разговор. С ним такое впервые, поэтому было сложно понять как именно вести диалог в такой ситуации так ещё и с таким человеком. Длинная лестница казалась бесконечной, каждый шаг давался тяжело, от чего подступали сомнения, но пути назад нет, он уже всё решил. Комнат было много, и понять сразу, где именно находится Хван, было просто невозможно. Он прислушивался к каждому едва заметному звуку, который всё равно приглушала музыка из-за своей высоко выставленной громкости. Отовсюду были слышны разговоры, либо неприличные звуки вперемешку с хаотичным смехом. Лишь одна комната отдавала холодной тишиной. Рука коснулась металлической ручки, страх сковал мысли, из-за чего Феликс напрочь забыл о правилах приличия и открыл дверь, даже не постучавшись. – Я думал, у тебя хватит совести хотя бы на то, чтобы оповестить меня о своём приходе, Ли Феликс. Хван сидел на кровати, увлеченно что-то вырисовывая в своём, средних размеров, блокноте. Он даже не повернулся, когда парень зашел в комнату, прикрывая за собой деревянную дверь. – Эм.. П-прости, мне стоило постучаться… – Ты же знаешь, что такие вещи я не прощаю. Феликс тяжело сглотнул, немного отшагивая назад. – Мне нужно было тебя увидеть, есть разговор… Хван отложил в сторону карандаш, переворачивая очередную страницу. – Почему тебя трясло тогда? – Что? – этот вопрос выбил из колеи своей неожиданностью. – В классе, твои руки тряслись. – Это… В последнее время я страдаю головными болями, полагаю что от этого… – Вот как. Не смотря на шум снаружи, в комнате ощущалась гробовая тишина. Было неловко, ведь до этого этим двоим не приходилось общаться, всё ограничивалось работой в группах на различных проектах, но личного общения у них никогда не было. – Так о чём ты хотел поговорить? – на этот раз глаза Хвана были направлены прямо на Феликса, что заставило его суетливо отвести взгляд. – Прости, мне не стоило тогда подглядывать. – Конечно славно что ты извиняешься, но ты нарушил границы моего личного пространства. – он смял в руке лист, отбрасывая в сторону. – Ты же пришел не ради извинений, так говори прямо, даю шанс не нарваться на моё недовольство во второй раз, пользуйся им. – Тебе скорее всего покажется это полным бредом, но… Мои боли, они начались именно после того случая, когда я ложусь спать, в ушах звенит, я слышу звук разбивающегося стекла, слышу как ты водишь кистью по холсту, это сводит с ума. – он сделал паузу. – Почему ты это делаешь? Почему ты так одержим тем, что не приносит никаких результатов? Почему.. Почему ты не издаешь ни звука, и так ненавидишь когда кто-то смотрит на тебя, когда ты в художественном классе? – Не слишком ли много вопросов задаешь после того, что ты сделал? – Но ведь это мелочь, я не понимаю, почему тебя это так заботит, я просто заглянул… Из-за чего ты избил того парня? Он ведь тебе ничего не сделал. – Я не избивал его. – блокнот закрылся, а Хёнджин встал с кровати, направляясь к Феликсу. – Что ты имеешь в виду? – Не избивал. – он подходил медленно, словно прощупывая почву. – Я не понимаю, как это не избивал? – Твои боли. – его рука потянулась к Феликсу, заставляя немного попятиться. – Я могу помочь. Абсурд. Именно так Феликс мог описать происходящее, что с этим человеком не так? – Как ты сможешь мне помочь? – Услуга за услугу, к тому же ты мне итак должен, за свое, откровенно говоря, неуважительное поведение. – Чего именно ты от меня хочешь? Я совсем тебя не понимаю. – Побудь моей моделью. Чего-чего, но этого Феликс не был готов услышать. Хван Хёнджин, известный своим фанатизмом, и ценящий своё личное пространство, просит, чтобы он стал его моделью? Если бы кто-то услышал подобное от кого-то другого, то точно бы списал это на бред сумасшедшего, уверяя, что зона Хвана неприкосновенна. – Возможно, я смогу ответить на твои вопросы в будущем, или же ты лично узнаешь ответы на них. – Хорошо. – Тогда увидимся завтра. Дверь закрылась перед носом, пока Феликс стоял и смотрел куда-то в пустоту, пытаясь переварить всё то, что сейчас произошло. На секунду его дыхание остановилось, но лёгкие в ту же секунду выплюнули скопившийся воздух, выдавая кашель, как побочный эффект. – Что ты тут делаешь? – перед парнем стояла та самая девушка, что приглашала Хвана, и, если Феликс правильно помнит из разговоров одногруппников, её звали Эш, она была одной из самых популярных девушек универа. Скорее всего, многие кто увидит её впервые, подумают, что достигла она этого своими усилиями, ведь внешность не была какой-то особенной, но суровая правда заключалась во влиятельной и богатой семье. – Я спрошу ещё раз, что ты здесь забыл? – она слегка повысила голос, придавая ему более жёсткий тон. – Разговаривал с Хваном. – Второй этаж запрещен для посещения, вроде всем писала, или ты слепой и не видишь сообщений? – Все пришли сюда лишь из-за Хёнджина, тогда почему он сидит там, куда остальным нельзя? – Блять, я не собираюсь из-за тебя портить свой вечер, уйди и не мешайся. – девушка демонстративно задела его плечом, направляясь к той самой двери за которой находился Хёнджин. Неужели Хван начал отношения? Феликс продолжал смотреть на дверь, не веря тому, что тот впустил Эш внутрь, но стоило только ему сделать шаг, как девушка вылетела оттуда в слезах, прожигая взглядом блондина. – Иди к чёрту, ты всё испортил. – единственное что она сказала, прежде чем скрыться за поворотом коридора. Он спустился вниз, сил уже не было, ему просто хотелось домой. – О, ты вернулся, ну как прошел разговор? – на удивление Хан был полностью трезв и мирно ожидал друга на угловом диване в центре комнаты. – Не поверишь… На улице давно стемнело, высокие чёрные фонари слабо освещали дорогу, периодически моргая. – Ты уверен, что стоит приходить? Как-то всё это странно. – Ты вообще понимаешь, что я первый кому он позволит присутствовать во время его работы? Разве не ты говорил, что нам нужны богатые друзья? – Феликс слегка усмехнулся, пытаясь не выдавать пронзительную боль. – Но тебе ведь не это нужно, для чего ты туда идёшь? – Он сказал, что сможет помочь мне, я хочу попробовать, к тому же я скорее всего смогу узнать пару его секретов. – Ли специально умолчал о том парне, Хван сказал, что не избивал его, но пока Феликс сам не узнает, что произошло на самом деле, он не будет лишний раз вызывать у Хана ненужный интерес. – Мне всё равно это не нравится, слишком резкие перемены для такого человека как он. – Не беспокойся обо мне, я не маленький. Ночь длилась долго, в голове проносились звуки разливающейся краски, битого стекла и тяжёлого дыхания. Перед глазами виднелись ярко-красные пятна, что то и дело мелькали, дышать было тяжело. Феликс сел на край кровати, глотая ртом воздух, ему страшно. «Успокойся, бояться это нормально» – сообщение, от которого пошли мурашки. Уставшие глаза смотрели в экран телефона, совершенно не веря прочитанному. – Какого чёрта!? – рука вздрогнула, от чего аппарат с глухим стуком упал на пол. – Это просто сон, просто сон, мне это кажется, я же не схожу с ума, верно? Вставать не хотелось, Феликс уснул под самое утро. Глаза болели, ему просто необходимо разобраться со всем этим, он должен вывести Хвана на чистую воду и потребовать объяснений. Он уже начал забывать то, как ощущается окружающий мир, когда голова трезва, а в глазах то и дело не темнеет. Собравшись с силами, он поднялся с кровати, неряшливо откидывая одеяло в сторону. – Когда моя жизнь успела так измениться? День шёл как обычно, единственное, что не давало покоя, так это то, что Хвана не было. Они договаривались сегодня встретиться, и Феликс надеялся узнать про ночное смс именно сейчас, ведь это слишком сильно напрягало. Звонок быстро вывел сердце из частичного равновесия, заставляя то долбить в грудную клетку, словно прямо сейчас ему предстоит смертная казнь. Быстро скинув свои вещи в сумку, он направился в тот класс, с которого начались его проблемы. На удивление, колледж быстро опустел, и по его коридорам от силы бродило три студента, целью которых было просто сдать долги, что они накопили за семестр. Только сейчас Ли серьёзно задумался о местонахождении художественного класса, что томился на самом верхнем этаже в конце коридора. Здесь не было оживлённой жизни, а пары проходили редко, да и не особо отличались хорошей посещаемостью. Обычно тут тусовались хулиганы или те, кому было в лом ждать, когда туалет на их этаже освободиться. Тишина окутывала с ног до головы, похоже, Хван ещё не успел дойти до стадии разрушения, либо он всё-таки не пришел. Дёрнув ручку, Феликс понял, что дверь открыта и с глубоким вздохом постучался. – Я пришёл, как мы и договаривались. Хенджин стоял у окна, наблюдая, как студенты постепенно покидают двор колледжа. Его голова медленно склонилась, прежде чем сам парень неторопливо развернулся лицом к своей новой модели. Он не проронил ни слова, жестом указывая на стул у самого окна, намекая о том, что нужно занять подготовленное для парня, место. Не рискнув что либо сказать, Феликс прошёл внутрь, прикрывая за собой дверь. Сумка аккуратно расположилась у самых ног, будто её хозяин таким образом пытался создать невидимую стену. – Чтож. Звук щелчка заставил Ли слегка дёрнуться, прежде чем осознать что теперь в этом кабинете точно не будет посторонних, дверь закрыта. – Зачем это? – глаза нервно бегали из угла в угол, пока тело обдавало дрожью. – Думаю, пора перестать наступать на одни и те же грабли. – он убрал ключ в карман, направляясь к приставленному у стены, холсту. – Раньше, я просто следовал правилам, в которых стоит чёткий запрет на закрытие кабинетов студентами, пока те находятся внутри. Но видимо, придётся пару раз нарушить эту писанину, придуманную для избежания использования классов в личных целях. – Для запретов же есть весомые причины… – Тем не менее, тебе это не помешало подглядывать за другим человеком, который заранее для всех установил определенные границы. – … – Феликс сжал своё запястье, ощущения были странными и совершенно отличающимися от того, что он изначально ожидал от общения с этим человеком. – Что… Я должен делать? – Тебе не нужна инструкция. – Хван слегка улыбнулся, что совсем не было на него похоже. – Говоришь, что голова начала болеть после нашего столкновения тут? – Да, ну, или я просто накручиваю себя… – блондин наблюдал, как парень перед ним изящно вёл кистью по холсту, вычерчивая хаотичные линии. – Почему ты никогда не показываешь свои картины? – Показывать нечего. – Но ты ведь каждый день сюда приходишь, в чём тогда смысл? – Многие ходят на занятие и при этом ничего не знают, в чём смысл? – Не понимаю… – Таким как ты, Феликс, тяжело понять, что приходится переживать художнику в процессе создания работы, которая не выходит такой, какой её хочется видеть. – Но зачем разносить всё вокруг? – ответа на этот вопрос не последовало, из-за чего в груди что-то сжалось от подступающего беспокойства. – Мне нравится то, насколько ты бываешь прямолинеен, но сбавь скорость, всему своё время. – он задумчиво посмотрел на холст. – Знаешь, были причины, почему я не хотел, чтобы именно ты увидел мою, слегка агрессивную, сторону. – Мы ведь даже никогда не общались, о чем ты говоришь? – Какой мне прок с того, что ты меня будешь бояться? Ты ведь даже никогда не интересовался моей жизнью. – Так говоришь, будто ты интересовался моей. – Люди слепы. Как художник, я интересуюсь в основном только тем, как люди выглядят, но ты, почему то вызвал чуть больший интерес, чем обычно. – Это можно считать комплиментом? – Если тебе от этого будет легче. Феликс слегка улыбнулся, резко одёргивая себя, понимая, что такое восприятие происходящего совершенно неправильное. – Почему тебе не нравятся твои картины? – Просто не было подходящего человека для ее реализации, да и ситуации подходящей… Видишь ли, сюжет у неё достаточно специфичный, для такого найти референс почти невозможно. – он сжал в руках тряпку, что лежала на приступке мольберта. – Иногда так и хочется начать кричать о том, что всё идет не так, как следовало бы. Глубокие глаза наблюдали за каждым движением длинных и изящных пальцев, они блуждали по очертанию лица, спускаясь к шее, на которой нервно дергался кадык, когда Хван в очередной раз проглатывал свою подступающую злость. – Всё не то… – Я могу помо… Как только Феликс приподнялся со своего назначенного места, холст полетел в сторону, ударяясь об угол холодного железного стола. – Нет. – увидев озадаченность парня напротив Хёнджин устало выдохнул, приводя дыхание в порядок. – Я… Не могу показывать незаконченную работу, прости. – Тебе действительно так трудно? – Не могу справиться с этим, эмоции не совпадают с нужным настроением. – Это можно как-то реализовать? – Кабинет колледжа не очень подходит для реализации моей идеи, я не хожу домой только потому, что звуки этого места помогают сложить нужные воспоминания об определенном человеке… В голове сразу пронеслась мысль об Эш, что так давно ходит за Хваном хвостом, но Феликс никогда не замечал какого-то особо внимания к ней с его стороны. – Не пробовал пригласить этого человека к себе? Не думаю, что он будет против, тем более с твоей то популярностью. – В том то и проблема, его определенно не заботит то, насколько большим спросом я пользуюсь среди студентов, и это огорчает… Но, думаю ничего страшного если вместо него будет кто-то знакомый с колледжа. – его глаза были направлены прямо на блондина, ожидая очевидного ответа. – Эм… Я не уверен… – Не натаиваю, но ты бы очень мне помог, к тому же «бояться это нормально». – Хван улыбнулся, в то время как по Феликсу пробежали до ужаса неприятные мурашки. – Ты… – Спишем это на мои связи в стенах колледжа, ладно? – Но зачем ты… – Так что, поможешь мне в такой ситуации? Недолго думая, Ли сжал кулаки проглатывая небольшую тревогу, ради большей информации об этом человеке. – Хорошо, когда мне нужно будет прийти к тебе? – Ждать совсем недолго, завтра в 9 вечера. – Не слишком ли это поздно? – Ты сможешь переночевать, если что, услуга за услугу. Голова уже не болела, чудесным образом что бы не произошло, Феликс наконец мог вздохнуть спокойно хотя бы потому, что теперь он может свободно мыслить и не кривиться от каждой пульсации в висках. Одно из обещаний Хвана было исполнено, но как и почему всё ещё оставалось загадкой.