не буди меня, хён

Ники тяжело дышал, его грудь поднималась и опускалась в быстром темпе. Ноги болели от такого быстрого бега, но он не мог себе позволить останавливаться. Он мчался в сторону уже родного подъезда, зимний вечер пронзал его кожу, но внутри него пылало жгучее желание увидеть своего возлюбленного. Сердце забилось быстрее, когда он достал телефон, параллельно пытаясь согреть руки с помощью теплого дыхания. Пару гудков, которые казались вечностью, и, наконец, в трубке послышался бархатный голос. ⁃ Чего тебе? Ромео херов.- после следует смех. Такой теплый и звонкий. ⁃ Ого, твои родители тебе материться разрешили? Сильно вырос что ли? Несмотря на свою безграничную любовь к этой персоне, Ники всегда находил моменты, чтобы подшутить над своим парнем. ⁃ Замолчи, малолетка.- старший ответил, и Нишимура был готов поклясться, что почувствовал как Ян закатил глаза. Одна из любимых фраз Яна была: "Присматриваю за ребенком." В начале отношений младшего это обижало, но с течением времени это стало слишком привычно. ⁃ Выходи, Рапунцель. Я собираюсь забрать тебя из твоего замка на эту ночь.- в ответ светловолосый услышал теплое хихиканье, а затем старший скинул трубку. Ники прячется за угол, и как только двери подъезда начинают открываться, он выпрыгивает, надеясь напугать Вона. ⁃ Окаянный! Вы что делаете, мужчина?- перед ним стоит женщина лет сорока. Парень отскакивает от неожиданности, и он собирается извиниться, но женщина быстро убегает. Зато он слышит знакомый смех, яркий и звонкий. Опершись о стену в подъезде, брюнет смеется, держась за живот, практически задыхаясь. ⁃ Чонвон, ты придурок? Не смейся!!- Ники обиженно скривился. Ян поднимает на него глаза, но успокоиться не может, хотя искренне старается. ⁃ Прости... фух.- старший отдышался и теперь встает перед блондином в полный рост.- Прости.- он повторяет и чмокает возлюбленного, попадая куда-то в уголок губ. Нишимура улыбается. Темноволосый часто проявляет такую нежность. Первый был не такой тактильный, в отличие от Вона, но он был почти единственным, кому это позволялось в таком количестве. ⁃ Идем уже.- Ники пытается звучать обиженно, но не может, ведь получает ладонь Чонвона, которая сжимает крепко его собственную. Они вдыхают холодный и влажный воздух, заменяя его на пар. Под ногами хрустит снег, сминаясь под следами их ботинок. Оба молчат, ни слов, ни взглядов, но их улыбки и переплетенные пальцы говорят обо всем. Зайдя за один из гаражей и поднявшись по стремянке на его крышу, они сидят на снегу. Ну, вернее, блондин сидит на снегу, а Ян размещается на его куртке, оставляя того в теплой толстовке. Эти двое продолжали сидеть на крыше гаража, обнимались и смотрели на звездное небо. Которое, кажется, сейчас принадлежало только им. Их дыхание образовывало парные облака в ледяном воздухе, и в этот момент они чувствовали, что мир просто останавливается. Брюнет ласково проводил пальцами по спине младшего, от чего тот закрывал глаза, наслаждаясь. Внезапно Ян прошептал. ⁃ Какой же ты дурочек, Нишимура.- он медленно перевел взгляд с неба, на блондина. ⁃ Почему же, хён?- в игривой манере спрашивает Ники, и готовиться потянуться за поцелуем. ⁃ Проснись.- уже громко произносит Вон, и меняется во взгляде. На лице светловолосого застывает немой вопрос. «Что?» Но он его не произносит. Он открывает глаза. Он один. Теплую руку на спине, заменил резко подувший ветер. Чувство утраты было таким нереальным, что слезы стекали по щекам, не оставляя сомнений в том, что он находится в мире собственного воображения. Слова старшего еще раз звучали в его ушах, как колючие шипы в сердце. "Проснись," прокричал Вон, и Ники, чувствует, как реальность начинает разрушиться, он попытался ухватиться за последние остатки своей галлюцинации. Но она исчезала быстро, словно снежинки между пальцами. Вместо родного образа, он увидел только мрачное беззвездное небо над собой и пустоту вокруг. Светловолосый осознал, что он был на крыше в одиночестве, и это было горькой истиной. Ники уронил руки и вздохнул. Теперь он снова был один с собой, без возможности уйти от боли, которую он пытался скрыть в своих грёзах.