Зарисовки

Ты открываешь глаза в такой родной комнате: в красном углу образа, под ними стол и тумба с цветком рядом, бабушка говорила, герань, кажется; в другом углу - печка, белёная, дрова потрескивают, огнём опаляемые, и так тепло, уютно. Каленое одеяло, перьевая подушка. Деревенский, родной дом. Вот заходит бабушка с тарелкой блинов, ставит их на стол, крестит лоб и идёт будить тебя. Дед заносит крынку молока, банку варенья, от него исходит приятный морозный аромат. Ты подскакиваешь, сразу летишь в объятия, встречаемая улыбками на родных лицах. А потом они уходят, темнеет, пахнет дымом. Дом горит. Они не просыпаются. Ты пытаешься разбудить, плачешь. Не просыпаются. Кричишь. Всё вокруг начинает трястись, падает крыша. Ты просыпаешься, подскакиваешь на кровати, глубоко захватывая ртом воздух. Рука машинально тянется к ожогу на плече, к почти затянувшемуся, но всё ещё заметному шраму. Мужские руки сгребают тебя в охапку. Он целует тебя в лоб, прижимает сильнее к себе. Ты молча плачешь в его плечо, пытаешься унять разбушевавшийся ураган. Чувствуешь его подбородок на своей макушке - он как якорь.  Сквозь пелену пробивается тихий шёпот: он всегда повторяет его, как мантру, когда тебя сняться кошмары. За время вашей совместной жизни (3 года без малого) ты слышала его уже много-много раз, он служил для тебя, застрявшей в пучине тревоги и горя, маяком, значащим спокойствие и умиротворение, однако, ты так и не поняла текст. То ли из-за потрясения после сна, то ли текст каждый раз отличался… Наконец, приходишь в себя. Ваша спальня погружена в полумрак, лишь гирлянда на стене слегка подсвечивает ваши лица. В комнате душно, ты просишь Костю открыть окно. От его отсутствия, пусть даже такого мимолётного, становится некомфортно. Словно кровать становится жестче. Бросаешь взгляд на часы: начало четвёртого. Из окна дует морозный ноябрьский ветер, вот вот сорвётся с неба снег, который ты так ждёшь. Так устала от серости и… - Душа моя, пойдём ка выпьем чаю, травы уже настаиваются. Ты откидываешь одеяло и зябко ёжишься, по ногам тут же пробегает табун мурашек. Мужчина приобнимает тебя за плечи, выводит в кухню, сажает за стол, ставит перед тобой чашку ароматного напитка. Улавливаешь ноты мяты и чабреца. Делаешь глоток, ощущаешь приятное тепло, откидываешься на спинку стула, вздыхаешь, начинаешь говорить: - Опять бабушка с дедушкой снились. Опять в доме с пожаром. Кость, почему оно… так? - Душа моя, я не знаю. Они давно не снились тебе, да и я их рядом с тобой не видел. Может, стоит.. - Нет, Кость, ты же знаешь, моя утончённая натура с трудом переживёт эту встречу. - И всё-таки. Я смогу тебе помочь. Ты доверяешь? - Доверяю, но… Я не понимаю, я же отпустила, уже давно.. так почему? Слёзы вновь побежали по щекам. Мужчина лишь грустным взглядом осмотрел твою хрупкую фигуру, сгорбленную на кухонном стуле, затем сел перед тобой на колени и взял твою хрупкую руку в свои крепкие, нежно поглаживая ладонь пальцами. Ты почувствовала приятное тепло, но одновременно и холод, на мгновение прикрыла глаза, а открыв увидела такие родные силуэты. Из-за пелены слёз их лица были расплывчаты, можно было подумать, что это и вовсе глюк, но Костя все ещё продолжал поглаживать пальцами твою ладонь. Сил хватило лишь на улыбку. Девочка наша, Лизонька, так выросла. Ты перестань так в себя уходить. Не виновата ты. У Бога на всех свои планы. Вспоминай нас почаще, золотко. Мы тебя любим и всегда рядом. Ты словно почувствовала их прикосновения на своих плечах, и море эмоций в тебе вновь забурлило с двойной силой, на этот раз тёплых, приятных. Стало так хорошо и спокойно.  Но вот Костя отпустил руки, ощущение сказки  частично рассеялось. Ты пришла в себя, возвращаясь в реальность, тут же утягивая мужчину в поцелуй. - Прости, что не спросил, - сказал он, отстраняясь - стало легче? - Да, намного. - ответила ты, прислушавшись к ощущениям.  Ты молча допивала чай в тишине кухни, нарушаемой лишь гудением холодильника, редким шумом проезжающих за окном машин, и вашим дыханием; а он смотрел на тебя с мягкой полуулыбкой, и после третьего зевка повёл тебя обратно в кровать. Прохладная постель и любимый человек рядом. И никаких кошмаров.