Тринадцать дней войны. Том I

      Солнце выплывает из песков Арракиса. Меланж блестит в воздухе пустыни вместе с песком, напоминая Джонатану о снеге, который он увидит не скоро. «Даже на восходе здесь жарко», — думает Джон. «А что будет сегодня в обед?» Ему было страшно даже представить. — В конденскостюме¹ тебе было бы легче, — произносит кто-то за его спиной.       Джо оборачивается — за ним стоял мужчина. Маска с подачей воды закрывала его лицо, над ней были видны его синие глаза — глаза Ибада. «Последствие долгого контакта с меланжем», — вспомнил Уайт. — Скоро день, мы сдохнем на жаре, — раздаётся за его спиной голос Ноэля. — Нужно дойти до укрытия и найти конденскостюмы по размерам.       Парень карабкался по склону песчаной дюны, таща за собой небольшой рюкзак. Прямо за ним поднимался Арамиль Уайт вместе с ещё тремя солдатами. Подойдя к мужчине, заговорившему с Джоном, все по очереди пожали ему руку. — Как обстановка, Джаред? — спрашивает Арамиль, поздоровавшись с мужчиной.       Тот спешит с ответом: — Контрабандисты в конец обнаглели. На совете уже поднимали вопрос о том, как бы остановить их сборы меланжа. И да, мы изменили расположение базы, сдвинулись чуть на юг, в глубину пустыни — правительство Арракиса объявило на на охоту. Поэтому теперь будем добираться на черве. — На черве? — переспросил Джонатан.       Джаред посмотрел на него с подозрением. — Мне не нравится этот парень. Будто с Луны свалился. — Это мой племянник, Джонатан, — вздохнул Арамиль. — Не волнуйся, он точно не окажется шпионом.       В голосе дяди Уайта Джо уловил насмешку. Тут же он почувствовал чей-то тяжёлый взгляд на себе. Это снова был Джаред. — Ты не так понял, Эмир, — говорит он. — Твой племянник не протянет и недели в песках. Что же до сына... Парень вымахал, взгляд будто бы стал... увереннее. Сколько тебе сейчас? — Четырнадцать, — ответил Эль. — А имя? Как нарекла тебя Преподобная Мать? — Наор. — Наор... — не без удовольствия протянул Джаред. — Большая честь для мальчишки. Ты знаешь, что это имя значит, если переводить с иврита? — Примерно помню. — Гордись им, — Джаред бросил последний взгляд на молодого Уайта. — Сейчас вызовем червя, а к полудню будем на базе. Забирайтесь на дюну и ждите. Эй, аккуратнее там, ты стоишь на барабанных песках! — крикнул Джаред одному из солдатов.       Мужчина закрепил в песке колотушку², встал недалеко от неё с двумя крюками. — А как заберёмся мы? — спрашивает Джонатан у Ноэля, наблюдая за действиями Джареда. — Когда червь придёт нам нужно будет всего-то вскарабкаться на него. По крайней мере нам с тобой. Червём будут управлять эти трое солдат, Джаред и отец.       Полдень. Небесное светило не щадя жгло всё живое. По песку скользил песчаный червь, неся на спине семерых наездников. Плащи их развевались от порывов ветра, возникающего при движении животного. Клубы пыли и песка закрывали всё вокруг, силуэты людей на черве то и дело пропадали в них.       Джонатан разглядывал фигуры впереди него, пытаясь хоть как-то отвлечь своё внимание от песка, лезущего в лицо. Вот скрестив ноги сидит Ноэль, в руках его что-то время от времени блестит. Подойдя к кузену, Джо замечает, что тот точит куском ножовки небольшой стальной нож, который прячет под одеждой — это Джон усвоил ещё во время из совместных тренировок, когда будто из ниоткуда в руках Эля появлялась эта железка. Опять воспоминания. 

— Эй, так нечестно! Я не прячу оружие под одеждой, как ты! — вскрикивает Джо, когда к его спине прикасается холодный металл.

Ноэль останавливается.

— Поверь, это не аргумент для фрименов

      Поодаль от Ноэля пятеро мужчин удерживают крюками большого песчаного червя примерно в семьдесят метров длиной. Один из них — Арамиль, единственный в этих песках, как казалось Джо, более-менее понимающий его человек. Конечно, не считая Ноэля.       Джонатану захотелось пить. Он вспомнил про трубку подачи воды в одетой сейчас маске, прикоснулся к ней губами. Пресная вода, переработанная из пота его тела. «Мне к этому никогда не привыкнуть», — думает Джон, понимая, что воды даже в этом костюме невероятно мало. — Сейчас будем прыгать на землю, будь готов! — сквозь порывы ветра кричит ему Ноэль. — Откуда ты знаешь, что нужно делать? — Я жил тут два года, доверься. Давай же!       Ноэль хватает кузена за плечо и сталкивает с червя. На момент Джонатану показалось, что он тонет в песках. Распростёртый, он лежал на склоне дюны и глядел в небо. Безжизненное серо-голубое небо без единого облака, без всякого намёка на дождь. Кто-то зычно крикнул вдали. Повернув голову, Джо увидел фигуру стоящую в метрах пятидесяти от него. Человек размахивал руками и кричал что-то, но вот что именно — Джон не мог разобрать. Он встаёт и идёт по направлению к человеку. Пройдя немного он узнаёт Ноэля. — Ползи быстрее! — кричит он Джо. — Нужно дойти до остальных. — Зачем мы тогда прыгали? — Червь мог услышать много чередующихся шагов и напал бы. Поэтому Джаред и отец с отрядом отогнали его дальше.       Только вечером группа рогхаутцев была в лагере. Уже на подходе к нему Джонатан почувствовал некое присутствие тут людей: то там то здесь на песке лежали небольшие камни, были видны следы. Подойдя к одной из сторон большой дюны, Джаред углубился в песок. Все прибывшие последовали за ним, так же исчезая в песках.       Джон следом за остальными спустился в проход. — Можешь выпрямляться, — раздался где-то над ним голос Эля.       Уайт стоял в полный рост, осматривая небольшую пещеру, куда они забрались.       Следуя за Джаредом, все добрались до огромного зала, освещённого лучами солнца, льющимися откуда-то сверху. Подняв голову, Джо увидел небольшие отверстия в скале над ними, сквозь которые и просачивался свет.       Когда глаза привыкли к полумраку, Джон разглядел место, где они находились. Это была небольшая пещера, образованная, скорее всего, под воздействием ветров и бурь. Пол в ней был сплошь укрыт песком, кое-где виднелись камни — небольшие были разбросаны повсюду, а большие булыжники и куски скал средних размеров расположились у стен. Местонахождение этих камней немного настораживало: само их положение там говорило о том, что они оказались на своих местах каким-то неизвестным образом до появления тут базы. — Джаред, кто эти люди? — раздался голос из-за камней. — Неужели ты не узнаешь нашего командира? — Пусть снимет маску, — произнёс всё тот же голос.       Из-за камней появились солдаты в конденскостюмах. Впереди них шёл мужчина с ножом крисом³, вероятно, тот, кому и принадлежал голос. — Снимите маски! — снова обратился он к прибывшим.       Арамиль сорвал с лица часть костюма, открыв лицо. Взгляды солдатов, вышедших из-за камней, изменились. В их лицах появилось что-то, отдалённо напоминающее трепет или уважение.       Ближе к ночи люди на военной базе начали заполнять коридоры и залы. Сидя на камнях и с недоумением глядя на суматоху,      Джо спросил Ноэля: — Где они все были днём? — Знаешь, тут всё по-другому. Днём люди спят и готовятся к работе, а ночью эта самая работа и начинается. — Потому что ночью прохладнее? — Да. Когда большая часть людей уйдет, мы сможем пойти тренироваться. — Опять? — Надо. — Кому это надо? Ты сам несколько дней назад говорил, что я, цитирую, «в принципе, готов к жизни на Арракисе». — В Арракине или других городах планеты-Дюны ты может и выживешь. Но не в открытой пустыне. Хотя, тут никто и года самостоятельно не протянет.       Когда солнце почти скрылось за горизонтом, оба Уайта выходят из тени пещеры на небольшую площадку среди скал. Пространство, защищенное от посторонних глаз огромными валунами, как ни что иное подходило для тренировки. На нескольких камнях подростки расположили фонари, дабы разогнать ночной мрак.       Джо достал клинок из ножен, подбросил и поймал его, привыкая к весу нового оружия и одновременно с тем тщательно наблюдая за Ноэлем — тот как ни в чём не бывало расхаживал по земле. Вот он сунул руку в карман конденскостюма, поправил волосы и оглянулся на кузена. — Я слышал, фримен в одиночку может перерезать глотки десятерым хорошо подготовленным солдатам, — произнёс Джонатан в задумчивости. — Да, это правда. Я видел одного такого воина... — И как? — Он был связан. Отправил на тот свет двадцать наших, его поймали, привели в лагерь и сожгли на глазах семей убитых.       Джон кивнул. — Защищайся! — неожиданно крикнул Ноэль и ринулся в атаку.       Отразив удар кузена, Джо попытался подойти к нему со спины и ему это удаётся. Вот он прижимает Эля грудью к земле, схватив руки, удерживая ноги кузена, он радостно восклицает: — Сдаёшься?!       Уайт лежит неподвижно, уткнувшись лицом в маске в каменную поверхность платформы. Недоумевая, Джон наклоняется к голове Ноэля и слышит тихий смех того. Невероятно быстрым образом Эль перекатывается от противника в левую сторону и встаёт в боевую стойку. Джо становится на против него, оба начинают кружить, передвигаясь боком и наблюдая друг за другом. Не выдержав, Джонатан кричит: — Эй, Наор! Это всё, на что ты способен?!       Ноэль продолжает идти напротив него, не обращая внимания на явную провокацию. — Ну же! Неужели не можешь повторить?! — произносит Джон уже со смехом. — Или ты разучился говорить?!       Наор прерывает своё безмолвие: — Не стоит отвлекаться на болтовню.       Неожиданно резко он кидается на Джонатана, выбивая клинок из его рук. Быстро сориентировавшись, Джо достаёт из-за пазухи нож и атакует Эля тремя идущими подряд колющими ударами. — Кто там возмущался, что я всегда с запасным оружием? — выкрикивает Ноэль сквозь пыл поединка.       Джон уже стал было теснить кузена к одному из валунов, как Эль повалил его на землю и, прижав его ногой между лопаток к поверхности, замер в ожидании чего-то. — Слышишь? — тихо обращается он к Джонатану. — Что я должен слышать? Своё поражение? Да, я знаю. — Нет... Это буря. Ты слышал этот вой? — Да какой же?!       Внезапно Джо и впрямь уловил звук, похожий на завывание ветра в трубе. — Вот, опять, — произносит Ноэль так же тихо, уже отпустив кузена.       Выглянув из-за камней, Джон увидел в дали столб пыли. Кто-то оттащил его назад, в глубь платформы. — Одень маску, — в голосе Наора чувствовалась жёсткость, с которой отдают приказания. — Мы уже не успеем спуститься в пещеру. Придётся переждать тут. — Всё-таки нужно попробовать, — засомневался Джо и рванулся сквозь песок к склону, по которому они взбирались сюда полчаса назад.       Ища уступы, куда можно было бы наступить для спуска, Джон пару раз мог сорваться. Вот он нащупывает очередной камень и уже ставит на него ногу, как рука соскальзывает. Кубарем он летит вниз со скалы, собирая каждый булыжник головой.       На момент все звуки будто затихают, в ушах звенит, а глаза щиплет песок. Понимание происходящего человека медленно отключается в бушующей стихии.       Солнце уже поднимается из песков, извещая о начале нового дня, лёгкий сухой ветер хоть немного охлаждает кожу.       Разлепив глаза, Джонатан видит склонившийся над ним силуэт. Сфокусировав взгляд и вглядевшись в видимый из-под маски участок лица, он встречает взгляд знакомых зелёных глаз. «Ноэль», — проносится в голове подростка. — Ты был без сознания около семи часов, — раздаётся приглушённый голос Ноэля из-под маски. — Как мы... Как ты нашёл меня? — Я сразу потерял тебя из виду. Когда буря стихла, я отправился искать тебя или... твои останки. — Даже не думай. Я — ещё лет пять, точно — буду доставать тебя своим присутствием. — Хочется надеяться на это. — А где скалы?       Джо только сейчас заметил, что они находятся посреди пустыни. — Нас отнесло дальше, на юг. Лагерь где-то в той стороне, — Эль указал на север пустыни.       Джонатан посмотрел в указанном направлении. В той стороне были одни только дюны, из-за которых не виднелось и краешка горных пород. — Видимо, мы очень далеко... — Да. Два часа назад, когда ты ещё валялся без сознания, я ходил на ту дюну, — Наор махнул рукой на огромный песочный вал в километре от них. — Даже оттуда виден только песок. Мы, видимо, где-то в пятидесяти километрах от тех гор.       В тишине Джон вглядывался в пустынные просторы. — Что будем делать дальше? — не без тревоги спрашивает он.       Ноэль молчит. Впервые за всё это время Джо не мог даже предположить, что сейчас испытывает его кузен, поэтому спросил: — Ты чего? — Всё нормально. — Эль, у тебя руки дрожат. Что случилось? — У нас нет ни карты, ни компаса, ни запасов воды. Нет ничего, кроме оружия. — Но мы можем выжить.       Ноэль, ничего не говоря, поднялся с песка, прошёлся вдоль одной из дюн. — Мы можем дойти до того перевала за два дня и ночь, — он указал на холм песка, за которым начинался горизонт. — Тогда пошли? — Ты знаешь, что такое «песчаная походка»? — Движения без ритма, которые для червей похожи на естественные звуки пустыни. — Да, будем передвигаться именно так, — произнёс Наор и направился в сторону юга.       Джо обратил внимание на походку Ноэля: тот чередовал между каждым шагом шарканье ступнями, будто скользя по пескам. Изловчившись, Джон начал повторять движения Эля, и вот уже ни в чём не уступал ему. — Не удивляйся, если на утро в тебя будут болеть ноги — это из-за отсутствия ритма в шагах, — крикнул Джонатану Ноэль.       Джо лишь кивнул в ответ.       К закату оба подростка были у того самого перевала, до которого Ноэль рассчитывал дойти за два дня. — Это был крайний день, когда я тренировался с тобой на воздухе, — успокаивая дыхание, произнёс Эль.       Наор двинулся в сторону валунов, указал на небольшую каменистую поверхность: — Пробудем здесь часа три, а когда стемнеет пойдём дальше. — Всего три часа? — Да. Этого хватит, чтобы выспаться. — Я не хочу спать. — Тогда разбуди меня когда солнце уйдёт за горизонт. — Хорошо.       Эль лёг на камни, оставив кузена в одиночестве. Джонатан обвёл взглядом пустыню: только песок да редкие камни. В воздухе пахло меланжем — наркотиком, который продлевает жизнь, но лишь если употреблять его постоянно. Всё вокруг наводило на мысли о смерти — сколько здесь погибло людей! Можно ходить по костям, построить на них дом и ничего не знать об этом! Вся планета будто бы была одним сплошным кладбищем, где останки древние были смешаны с новыми.

— Я сразу потерял тебя из виду. Когда буря стихла, я отправился искать тебя или... твои останки.

      «Почему? — подумал Джон. — Почему он думал, что я, должно быть, мёртв?» Ответ на этот вопрос он вспомнил сам. Песчаная буря. Она может обглодать кости, разъесть и  железо, и камень. «Так вот откуда здесь скалы».       Джо оглянулся на Ноэля — тот спал как ни в чём не бывало, мирно дыша через трубку, проведённую от конденскостюма. Тёмные ресницы подрагивали, брови, чаще всего нахмуренные, сейчас были слегка приподняты, губы сомкнуты в линию, из-под капюшона выбивалась прядь чёрных волнистых волос, падающая прямо на глаза сакхаугта. «Ярко-зелёные глаза», — вспомнил Джо.       Во многом, как говорила его мать, они и впрямь были похожи: вьющиеся волосы, тонкие черты лица и худощавое телосложение были присущи обоим. Обычно люди не терпят похожих на них самих, но Джонатан не испытывал ничего даже отдалённо напоминающего ненависть или нелюбовь.       Ноэль нахмурился, легонько шевельнул головой, видимо, пытаясь убрать с глаз прядь. Джо улыбнулся, аккуратно заправил прядь за ухо кузена. Тот открыл глаза: — Что это было? — Тебе мешали волосы, я убрал их. Спи, ты устал, это видно. — Точно не хочешь спать? — Нет. Почему ты спрашиваешь? Волнуешься? — Допустим, — Эль слабо улыбнулся. — Волнуешься — дорожишь. Дорожишь — любишь. Ты сам это говорил, помнишь? — Помню. Так и что с того, что я дорожу тобой? Это обычное чувство для родственников, как и любовь. — Значит ты меня всё-таки любишь? — Отчасти. Спокойной ночи. — Спокойной ночи.       Через три часа, как и попросил Ноэль, Джонатан разбудил его. В сумерках ночи оба подростка направились на север, куда держали курс весь день. По правую руку от них в небе пылало алое зарево — солнце, заходящее за горизонт, разукрашивало небосвод чудесными красками. Пески казались тёмными водами, удивительно твёрдыми, но в тоже время сыпучими под ногами.       Шаг за шагом, песчаной походкой Джонатан следовал за Элем. Конденскостюм, казалось, сросся с кожей, стал частью тела, таким же жизненно важным органом, как мозг или сердце.       Золотой шар всё-таки скрылся в песках. Ноэль резко остановился. Медленно подняв руку, он указал на полоску скал, видневшуюся на севере. — Видишь тот краешек земли? — обращается к Джону Эль. — Нам осталось где-то три километра, и мы будем на базе. — Как думаешь, сильно нам влетит? — От кого? — От твоего отца, — произнёс Джо, увидев полный недоумения взгляд Ноэля. — Не знаю, — немного помедлив, отвечает Эль. — Знаешь, предугадать реакцию моих родителей всё равно, что предсказывать погоду в открытом море или в самом сердце пустыни. — Общество на Рогхауте иное, чем на Земле. Но я не замечал этих ... странностей в поведении моих родителей. — Давай не будем об этом.       Джонатан с непониманием взглянул на Ноэля. — Почему ты не говоришь о них? — Не привык. — Я устал, — вздохнул Джон после нескольких мгновений молчания. — Неудивительно. Дойдём до тех скал, — Эль указал на цепь глыб. — Там устроим привал. Дойдёшь? — Да.       В тишине они добрались до обозначенного места. Джон сел на камни, прислонившись спиной к отвесной скале над ними. Ноэль устроился неподалёку, молча разглядывая тренировочный клинок. — И всё же почему ты ничего не рассказываешь про своих родителей? — нарушил затишье Джо. — Тебя не должно это волновать. — Однако мне интересно. Та женщина, Полли Хэлпрэй-Уайт, жена твоего отца... Она говорила, что... — Она мне... никто? — перебил кузена Эль.       Джонатан, помедлив, кивнул. Получив ответ, Наор продолжил: — Она не соврала тебе. Мою мать... Она умерла. — Ты хотел сказать что-то другое.       Ноэль молчал. Джо заметил, как изменились в этот момент осанка и положение плеч кузена. Резко подняв голову вверх, Эль прислонился к каменной стене. Из-под маски, закрывавшей его лицо, было слышно ускорившееся дыхание, кое сакхаугт безрезультатно пытался успокоить.       Джонатан тихо подошёл к кузену, отмечая про себя то, насколько тот расслаблен. Подойдя ближе, Джо замечает слёзы, бисеринками блестящие на тёмных ресницах Ноэля. — Эль, я не хотел...       Сев рядом с Элем, Джо аккуратно обнимает его. — Я в порядке, — хрипло отвечает Ноэль, прислоняясь головой к плечу кузена. — По тебе не скажешь... Сними маску, будет легче дышать. — Не думаю. Специя попадёт в лёгкие, а это вызывает зависимость. — Ясно... Ты сильно изменился после Испытания Гом Джабарром. — Просто это как...экзамен, к которому меня готовили всю жизнь. Я его сдал, теперь нужно существовать дальше, но этому-то меня не учили, — Эль горько усмехнулся. — Ты переводишь тему нашего разговора о семьях. — Вовсе нет. — Не отрицай. Ты жалеешь меня. Между ними повисло молчание. — Прости, — тихо произносит Джонатан. — Всё нормально. У меня много слабых мест.       Услышав в голосе родственника знакомые интонации, Джо успокоился. «Во всяком случае, рано или поздно, я должен был узнать это». Из мыслей Джона вытолкнула фраза Ноэля: — Скажи, как будешь готов, чтобы идти дальше. — В такой буре шансы на выживание — минимальны, — сидевший напротив Джонатана      Джаред прекратил чистить разобранный револьвер и собрал его обратно. — Ноэль говорил так же. Ещё он... — Джо дождался, пока медсестра, которая накладывала повязку на его руку, вышла из главного зала. — Наор ещё говорил, что нам повезло — на наши шаги не сползлись черви, — продолжил Джон. — Вижу, вам хватило мозгов вспомнить про песчаную походку. — Да.       Заметив на себе долгий взгляд солдата, Уайт спрашивает: — Что-то не так? — Твоим отцом был Трувор Уайт, верно? — Да. Вы знали его? — Не только его, но и твою мать. Мы служили вместе с ними здесь, на Арракисе. — Насколько мне известно, они скрывались здесь от розыска. — Не без этого. Не думаешь ли ты, что они в изгнании теряли время даром? Чего стоит только факт существования у тебя сестры. — Мы с ней хотя бы от одних родителей, — тихо усмехнулся Джо. — На кого намекаешь, парень? Уж не на дядюшку ли своего?       Помедлив, Джонатан кивнул. — Вот что я тебе скажу: по любви у него был  только один брак. Его первая жена была фрименкой, и свадьба укрепляла военный союз нашего центра с тем племенем. Вторая, мать Ноэля и Майкла, оказалась Истинной Арамиля и ... Ты ведь знаешь, кто такие Истинные? — Да, продолжайте. — Вторая жена Уайта, Джоанна Гёз, была из Бене Гессерит, так что долго не прожила: каждая из них знает слишком много, поэтому от них избавляются. Вот и всё, больше браков у Амиля не было, так что и думать не смей, — в голосе Джареда подросток заметил лёгкую иронию, но не придал этому значения. — А Полли Хэлпрэй? — Так это племянница Уайта. Полли, она же Мэри — дочь ныне покойного Брэда Уайта. Постели они не делят, можешь не сомневаться. — А как же Эмилия? — Дочь Полли, её отец, мой сын, погиб на Ваколо во время кислотного дождя. — И всё же, Полли и Арамиль живут вместе... — Джо, — почти с негодованием произнёс Джаред. — Джо, тебя воспитывали на другой планете. У нас нужно держаться вместе, тем более родственникам. Это объясняет тебе постоянное присутствие Полли рядом с твоим дядей? — Да. — И ещё: думаю, ты чётко понимаешь и причину сожительства Уайтов и Слизеринов? — Вы только что назвали её — нужно держаться вместе. — Почти. Есть небольшая особенность у этих родов, и парселтанг — лишь малая маленькая из них. Скоро ты всё узнаешь.       В зал занесли раненых. Среди лиц, испачканных кровью и измученных жарой и голодом, Джо заметил двух солдатов, что по были сюда вместе с ним. — А как умерла... мать Ноэля? — вполголоса спросил он. — Ужасная смерть. — почти прошептал Джаред. — Это случилось три года назад, когда Джоанна, Арамиль и Ноэль жили на Арракисе. Уайт-старший был занят работой — мы наткнулись на военный склад, поэтому его жена и сын были предоставлены сами себе. Чтобы обезопасить семью Амиль отправил их в ближайший небольшой городишко, где Джоанна и встретила смерть. Она видела, как контрабандисты пытали, а затем и убили одного из знатных фрименов. Ноэль тогда был там же, но чего взять с мальчишки? Те контрабандисты подстроили убийство миссис Уайт так, чтобы свидетелей не было никаких. Думаю, ты представляешь себе потрясение двенадцатилетнего Ноэля, когда тот обнаружил мать, сидящую в кресле со сломанной шеей и с вырезанными? Уверен, именно тогда ему пригодилась вся школа матери. Мальчишка дошёл до базы отца в одиночку. Двенадцатилетний мальчик, в пустыне, совершенно один, — последние слова Джаред произнёс уже шёпотом.       В глазах мужчины читался ужас, однако он нашёл в себе силы продолжить рассказ: — Когда мы узнали об этом, Арамиля не было в лагере. Не дожидаясь его, мы с ещё двумя парнями отправились в селение, чтобы забрать изувеченное тело женщины. Эль провожал нас до дверей дома, дальше идти отказался. Джоанну похоронили на городском кладбище и, насколько мне известно, могила до сих пор видна среди камней. — Не известно, кто убил её? — Известно, да вот только сам понимаешь, какое на Арракисе правосудие. Ещё известно, как она умерла. — То есть свидетели всё же были? — Разве назовёшь Ноэля свидетелем? — переспросил Джаред. — Он... Он видел её смерть? — Он знает и видит много того, чего видеть и знать ему не положено. — Прямо как все из Бене Гессерит. — Он и так из них. — Испытание Гом Джабарром... — Без необходимой подготовки выжить невозможно. Ноэль её получил. — От матери? — Да. От неё — почти полный контроль сознания, некоторые техники борьбы. А отец учил его драться, думаю, ты заметил это. — Дитё Гессера... — Наор, — коротко ответил Джаред. — Преподобные не дают имена просто так. Что значит это? — Это существительное из иврита, имя-перевёртыш. Если переводить, то получается, что это «провидец», «просветлённый», «знающий». — Почему это имя-перевёртыш? — Не всегда знание или предзнание являются даром. Для Ноэля — проклятие. Скоро утро, тебе лучше отдохнуть, поспать.       Следуя совету мужчины, Джонатан попрощался с ним и вышел в коридор, ведущий в его с Элем комнату. В голове Джона вертелась фраза Джареда: «Для Ноэля — проклятие». Вспомнив недавнюю ночь, Джо удивился одному факту. «Дойдём до тех скал, там устроим привал... Дойдёшь?» — спрашивал его Наор. «Он не мог волноваться так только из-за моей усталости. У него были ещё причины», — неожиданно для самого себя понял Уайт.       Вот он дошёл до входа небольшой зал, служившего ему и Ноэлю жильём. Отодвинув полотно, скрывавшее проход в помещение, Джонатан оказался в просторной комнате. Каменный стены были скрыты полотнами ткани, на полу лежало несколько ковров. «Как у фрименов», — пронеслось в мыслях Джона.       В одной из коек спал Ноэль. Точнее, притворялся спящим — уж это Джо мог отличить от настоящего сна. — Я вижу что ты не спишь. Можешь не притворяться, — сказал      Джонатан, дойдя до тумбы и вытащив из неё ночную рубашку. — Я думал, это кто-нибудь из старших. Где ты был? — Потерял? — усмехнулся Джон. — Допустим... — Ты ужинал? — Да. Твоя порция на подносе что у тумбы. Поешь да ложись, уже поздно. — Или рано — солнце уж встаёт. — Нет. Рано — это вечером, — рассмеялся Ноэль.