Один день весь Октябрь.

            — Он застрелился.       Кто-то бросил сигарету на стеклянный пол, испачканный десятком отпечатков разной обуви.             — Сам? Без всяких колебаний?       А Итан смотрел на тело перед собой долго, в упор и не моргая, пока в его голове мешались мысли, воспоминания и слишком знакомый голос:             — О, абсолютно.       Полицейские толпились у входа в вечерний офис, пытаясь справиться с продолжающим шуметь над головами вентилятором. Кто-то курил, кто-то осматривал тело, а Тейлор снова отвечал на бесконечные вопросы Луиса о том, как прошли встречи с психиатрами, одной фразой «Ничего нового» и пытался сосредоточиться на деле.       Человека в дорогом костюме перед ними убили совсем недавно. Возможно, заставили прострелить себе голову, пока один из детективов высыпался в чужой квартире. Это было глупо, эгоистично, мерзко…             — Криминалисты не могут установить точное время смерти, — оповестил кто-то из незнакомых полицейских в стороне, — Осень, а труп просидел в офисе возле батареи, из-за чего теперь время смерти не определить.             — Что у нас есть? — заторможено, как-то на автомате уточнил Итан.             — Тело в дизайнерском костюме с проникающим пулевым ранением головы и отсутствие любых доказательств того, что жертва была убита.       Что-то внутри перекатывалось и болело. Шатен молча перевел взгляд в сторону и вдруг заметил, как Крис… нет, как его Одиночество допрашивало секретаршу покойного.       Форд сидел в черной джинсовой куртке, белой со специально нарисованными серыми пятнами футболке и темных джинсовых брюках, переставляя всю канцелярию на столе в каком-то странном, известном ему одному порядке. Блондин фальшиво улыбался девушке, даже не пытаясь изображать на своем лице скорбь, и все это выглядело так, словно слово «хранить» внезапно начало означать «не подпускать к Крису».       Он много спрашивал и еще больше смотрел на чужие выпирающие ключицы, ребра и тазовые кости (словно те всегда имели особо значение в его жизни). Тейлор, не имея возможности отвести взгляд, слышал только отрывки их разговора:             «Мы встречались, но ему не нравилась моя фигура.»             «Я думала, что если немного похудею, то он перестанет так издеваться надо мной.»             «Ему нравилось смотреть, как я плачу.»       Форд молчал, но в мыслях улыбался. Потому что нежные удары молотком в голову (в самое подсознание), сломанные в истерике пальцы рук и слезы тоже были его выражением любви.       Девушка поправила юбку, все равно отвечая так, словно ее заставили, а блондин лишь смотрел внимательно, ожидая чрезмерной откровенности. Крис искал ее слабые места не скрываясь, а она зачем-то переходила на личное, рассказывая ему ту самую грустную историю из школы про день, когда кто-то столкнул ее с лестницы.       Он спросил, как долго они были вместе. Она недоверчиво замолчала, сложила пальцы на коленях в замок и вдруг тихо, едва слышно произнесла:             — Почти год.       И это было липко — настолько, словно это ощущение грязных рук не исчезнет никогда, не отцепится. Оно будет преследовать Тейлора как слова покойного будут преследовать эту несчастную, и никто из них не сможет спать спокойно, пока каждый из причинивших им боль не будет мертв.             — Итан?       Луис, оказавшись рядом, заботливо улыбнулся, а повернувшийся к нему Итан вдруг подумал, что блондин просто возомнил себя спасателем.             — Разговоры с психиатрами прошли безрезультатно?             — Я уже говорил, что они все отвечают одинаково. Переписал слова каждого тебе в отчет, но смысла не нашел ни в одним из них.             — Тогда, может быть, нам стоит…             — …закрыть это дело, потому что это очевидное самоубийство?             Форд, еще несколько секунд назад улыбавшийся секретарше, теперь стоял рядом с Итаном. Двумя пальцами придерживая сигарету, блондин заставил ее загореться с помощью зажигалки в другой руке, а Тейлор лишь замерзшими руками приподнял воротник куртки, загораживая этим себя от дыма.             — Здесь не курят, — скосив взгляд в сторону своего парня, напомнил шатен.       Крис на это лишь усмехнулся и, переведя взгляд с Итана на свою сигарету, бросил ее под ноги, наступая на догорающий окурок ботинком.             — Как скажете, детектив Тейлор. А что прикажет Ваше начальство?       Рид, заметив чужой намек, отозвался коротко и отстраненно:             — Нам нужно немного подождать.             — У меня ближе к утру по расписанию клуб, — по-прежнему усмехаясь, протянул Форд, — Надеюсь, к этому времени ждать закончим?             — Человек, который нам нужен, уже подъезжает, — продолжал говорить загадками Луис.             — А нам нужен?.. — не успокаивался Крис.             — Владелец бара?       Оба парня, не совсем понимая, о чем идет речь, одновременно повернулись к Итану, который смотрел в сторону выхода и мечтал сейчас только об одном: провалиться под землю и исчезнуть, пока за стеклянной дверью по лестнице поднимался высокий силуэт в темном костюме и водолазке.       Уверенную, почти расслабленную походку и широкие плечи нельзя было не узнать даже несмотря на кепку от «Balenciaga», закрывавшую всю верхнюю часть лица. Грэй Мерфи, увидев собравшихся в помещении людей, добравшись до входа потянул одну из стеклянных дверей на себя и сразу же заметил, как от удивления поменялся взгляд серых глаз шатена и как резанул по нему самому оценивающий взгляд незнакомого блондина с разноцветными глазами.       Он подходил, а молчание почему-то затягивалось, становясь очевидно неловким. Ни Итан, ни Грэй не показывали, что знают друг друга. В конце концов, еще этим утром Тейлор надеялся, что они больше не встретятся никогда. Он был даже согласен споткнуться на лестничной клетке и при падении случайно разбить себе лицо, лишь бы только после этого судьба держала их с Мерфи как можно дальше друг от друга.       Тишина давила на уши. Луис стоял с таким видом, словно все уже знакомы, поэтому Грэй тоже не спешил что-либо менять. И только Крис улыбнулся уголками губ, протягивая Мерфи руку:             — Крис Форд, старший детектив в этом «цирке». Мы не знакомы, но, кажется, я видел Вас на страницах какой-то местной газетенки?..       Форд делал вид, что улыбался, и только Итан, даже не смотря в его сторону, знал, что каждый тон голоса блондина был ложью, каждый жест — обманом, и каждая улыбка — гримасой.       Рид, не поняв ситуацию, поспешил прояснить:             — Может быть, ты видел его на обложке журнала Forbes?.. Грэй появляется там довольно часто.       Форд же, решив проигнорировать замечание, усмехнулся.             — Грэй Мерфи. Я тоже думаю, что где-то Вас видел, — с вежливой улыбкой пожав чужую протянутую ладонь, отозвался брюнет, — Возможно, Вы были вчера вечером в баре «У Чарли»?       Крис, со слегка озадаченным видом пытаясь вспомнить свой вчерашний день, молчал, и только замерший в настороженном ожидании Итан знал, что эти слова адресованы вовсе не Форду, а именно ему, его рисунку на салфетке.             — Нет, вчера меня там точно не было, — наконец отозвался старший детектив, отпуская чужую руку, — Более того, я там не бывал никогда. Бары — слишком тихое и скучное место, — подмигнул блондин, — Предпочитаю клубы.             — Что Вы здесь делаете? — внезапно вмешался в разговор Итан, — Может быть из-за полумрака офиса это плохо видно, но Вы находитесь на месте преступления, а за нашими спинами сейчас сидит человек, которого убили.             — Не надеюсь, что Вы мне поверите, — ответил брюнет, — но я приехал сюда именно к нему.       Грэю было все равно, кого втягивать в свои дела. Он перевел взгляд на Луиса, и тот, вспомнив главное, сообщил:             — Грэй Мерфи психиатр из Нью-Йорка, специализирующийся на психологии серийных убийц и людей со многими другими отклонениями в психике. Он отдыхал в нашем городе уже около месяца, и поэтому к делу посоветовали привлечь именно его.             — Сомнительный выбор для отдыха, — сдержанно заметил Итан, — В любом случае, я не думаю, что в этом есть необходимость.       Слегка наклонив голову в бок, брюнет поинтересовался:             — Я могу узнать причину?             — Почему бы и нет? — спрятав руки в карманы накинутого на свои плечи темно-коричневого пальто, отозвался Тейлор, — Это дело не настолько серьезное, чтобы привлекать к нему незнакомого человека, который находится в другом городе на отдыхе. Прошу, продолжайте свои каникулы и больше не лезьте в наши дела.       На них начинали обращать внимание люди. Надо было срочно с этим заканчивать и возвращаться к остывающему после разлучения с батареей трупу, поэтому Луис с надеждой обратился к Форду:             — Крис, что думаешь? Разве вам помешает еще один человек в расследовании?       Форд же, снова натянув на свое лицо улыбку Чеширского кота, с намеком протянул:             — Я думаю, что «в» означает «волк», и поэтому ему здесь вообще никто не рад.             — Вы многое потеряете, если откажетесь от моей помощи, — спокойно пообещал Мерфи.             — Вы и психиатр, и человек из наиболее авторитетных и известных финансово-экономических изданий в мире, — отрезал Итан, — Не думаю, что при таких разнообразных работах Вы сможете действительно хоть чем-то нам помочь.             — Тогда я могу задать последний вопрос, мистер Тейлор?             — Спрашивайте, — игнорируя удивленный взгляд Криса, отозвался Итан. А Мерфи, словно за что-то мстя, подошел ближе, явно нарушая допустимые границы, и тихо (так, чтобы услышал только шатен) произнес:             — Вам так сильно не понравился завтрак или моя компания?             — Второе, — почти сразу же процедил в ответ Итан.       Кажется, они были связаны. Тейлор, раздраженно делая шаги в сторону, лишь бы не продолжать этот бессмысленный разговор, словно чувствовал на своих щиколотках цепь, которая мешала идти, двигаться, сковывала движения: связывала ноги длинной металлической «веревкой», конец которой заканчивался вокруг тяжелых ботинок Мерфи. Иногда, чтобы убедиться в том, что это действительно всего лишь разыгравшееся в темноте комнат воображение, детектив словно случайно опускал взгляд на свои ноги, но, разумеется, ничего там не обнаруживал, потому что, в общем-то, ничего и не менялось. Только в стороне теперь взгляд Криса, направленный на по-прежнему едва заметно мокрые после душа волосы шатена, был цепок и почти физически ядовит.       Грэй догнал детектива совсем скоро и, молча поровнявшись, тоже направился к трупу. Но внезапно рядом послышалось холодное и тихое:             — Я думал, что Вы владелец бара.             — То, о чем Вы думали, никак меня не касается, — спокойно отозвался брюнет, достав из своих карманов одноразовые медицинские перчатки, — Я ведь никогда Вам не говорил, что являюсь им.             — Тогда, судя по всему, Вы являетесь еще и криминалистом?       Тейлор язвил, Мерфи вежливо молчал, и только Крис, по какой-то причине сегодня терявший улыбку в разы чаще, чем обычно, спешил к телу, в результате оказавшись рядом с покойником раньше всех. Заметив его, Грэй поинтересовался:             — Что сказали криминалисты?       Форд, с наигранно-серьезным видом вцепившись пальцами одной руки в волосы трупа, с задумчивым выражением лица приподнял голову покойника так, чтобы открытые мертвые глаза смотрели прямо в сторону брюнета:             — Что он мертв? — на всякий случай еще раз потянув чужую голову чуть выше, Крис поспешил дополнить с наглой ухмылкой: — В этот раз точно. Причина смерти — дырка у него в голове, видимо проделанная пистолетом, который Джек Уилсон незаконно приобрел и хранил у себя в сейфе. Думаю, даже не имеющему никакого отношения к полиции ясно, что это самоубийство, так что…             — Это не самоубийство.       Итан, секунду назад планировавший сказать то же самое, сейчас внимательнее прежнего смотрел на Грэя, который ловко заставил Форда подвинуться в сторону и теперь двумя пальцами убирал пряди бледно-песочных волос с виска Уилсона, демонстрируя иксообразный шрам.             — Позовите криминалистов, пусть сфотографируют и это тоже.             — Появились на площадке и уже приказываете фотографировать шрамы? — скривившись в усмешке, злорадствовал Форд, — Следующем пунктом будет поездка к его матери и ее допрос на тему «как часто Ваш сын падал в детстве головой с велосипеда»?             — Это не обычный шрам, — подойдя ближе и тоже наклонившись к телу, задумчиво произнес Тейлор, — Он словно… хирургический?.. Что это?             — Миндалина, — оставляя тело в покое и снимая перчатки, отозвался Мерфи, — На одежде есть следы крови. Значит, возможно, прежде чем убить Уилсона, его похитили, с помощью подпольной операции вырезав часть мозга.             — И что? — не успокаивался Форд, — После этого он убил себя, потому что был идиотом и не понимал, что для него хорошо, а что — плохо?             — Не просто не понимал, — снова заговорил шатен, — Если я правильно помню, то удаление миндалины фактически удаляет любые эмоции. По приказу он легко убьет и умрет сам.             — Верно, — заинтересованно наблюдая за младшим детективом, похвалил Грэй, — При удалении правой миндалины, человек почти полностью перестает чувствовать страх, а на виске образуется хирургический шрам. Миндалевидное тело — это участок головного мозга, играющий центральную роль в формировании эмоций. Другими словами, эта небольшая парная структура заставляет людей испытывать страх, тревогу, концентрировать внимание на самых значимых явлениях окружающей среды, запоминать насыщенные эмоциями моменты. Но зачастую при удалении миндалевидного тела исчезает не только страх, но и другие эмоции. Человек становится бесстрашным, безразличным к чужой и собственной судьбе.             — Значит кто-то заставил его убить себя? — догадался Итан.             — Вполне вероятно, — отдав свои перчатки подошедшему Риду, ответил Грэй, — Мистер Тейлор, если не секрет, откуда у Вас такие познания в медицине?             — Когда мы с Луисом учились в университете, у нас был хороший профессор по криминалистике, — не задумываясь, произнес шатен, — Но Вам, должно быть, этот факт известен так же хорошо, как и сам Луис?       Брюнет, поняв намек, приподнял уголки губ в очередной формально-вежливой улыбке:             — Мы знакомы не так давно, как Вы с ним, но совместно работаем явно дольше, чем Вы можете себе представить.       По-прежнему стоя рядом с телом, Мерфи снова потянулся рукой к своим карманам и вдруг, словно что-то вспомнив, обратился к Итану:             — Мистер Тейлор, можете позвать криминалистов, пожалуйста? Будем надеяться, что они сейчас по-прежнему собирают свои вещи на первом этаже и еще не успели уехать.             — К сожалению, они уже в пути в морг, а к нам сейчас едет только труповозка.             — Не хотите ее встретить?             — Вы пытаетесь выпроводить меня из этого помещения? — приподняв одну из бровей, холодно поинтересовался шатен. А Грэй словно почувствовал, что еще несколько таких повторений и в его голове этот фирменный жест будет принадлежать одному лишь Итану.             — Нет… — помедлив и наконец достав из кармана пачку сигарет с зажигалкой, отозвался Мерфи, — Конечно же нет.       В полумраке комнат послышалось шуршание пачкой с привычно невеселой надписью «мучительная смерть». Грэй, поднеся открытую упаковку к лицу, зубами достал из нее одну из сигарет. Потом раздался щелчок, стал заметен небольшой огонек света, а после все снова исчезло. И только Итан теперь невольно пятился назад, заставляя сигаретный дым, напоминающий сейчас цвет глаз младшего детектива, клубиться по своему следу.             — Луис посвятил меня в курс дела. И поскольку с этого дня я буду работать с Вами, то просьба прислушиваться к моим советам, — глотая почти морозный сухой воздух и затягиваясь сигаретой, произнес Мерфи, снова осматривая местность, — Вызовите сюда криминалистов…             — Они здесь уже были, — выдавливая из себя натянутую улыбку, напомнил Крис.             — Вызовите сюда криминалистов еще раз, — выделив последние два слова, отозвался Грэй, — Пусть проверят эту комнату и ближайшие коридоры на следы волочения тела и отпечатки. Нам было бы неплохо узнать, каким образом Джек Уилсон попал в эту комнату, и в случае возможности найти подпольную операционную, если она располагается где-то здесь.             — Я могу выпросить у охраны карту здания и поискать, а также осмотреть комнаты, в которых в теории можно было бы прооперировать человека, — предложил Тейлор.             — Этим займется Крис, — заметив появляющееся доверие шатена, ответил Грэй, — Мне же понадобятся Ваши знания медицины на осмотре района, в котором появляются убитые крысы.             — Есть одна проблема, док, — вызывающе скрещивая руки на груди, с оскалом отозвался Форд, — Я следую только приказам вышестоящих меня людей, а не нежелательных консультантов.             — Крис, послушай… — снова заговорил Луис, на несколько секунд прикрывая глаза и даже как будто бы хмурясь, — Мерфи прав. Займись этим, пожалуйста. Но, Грэй, какое отношение к телу Уилсона имеют крысы? — удивился Рид.             — Прямое. Потому что и у крыс, и у Уилсона, и у де Брока, вероятно, один убийца.             Мерфи толкнул ногой стул на колесах, на котором сидел Джек. Предмет мебели жалко скрипнул, и шея убитого парня с мокрым чавканьем наклонилась вперед. А на шейных позвонках от затылка и ниже оказались видны всего несколько букв: «Agony».