Партнёры

"О, это Мортис. Мой партнёр". Мортис циклично стучит ложкой по тарелке. Не смотря на то, что она испачкана в любимом его шоколадном торте, звук удара всё равно громкий, разлетается в каждый уголок пустой квартиры.  Они - партнёры. Байрон произнёс это с лёгкой усмешкой, положив руку на плечо Вампира, но Мортис был слишком в замешательстве что бы соображать. Химик активно жестикулировал, выдавая свою взволнованость по поводу нового договора, бармен - судя по бейджику, имя его было Барли - кивал, улыбаясь, и повторял что экстракты белокурого ему очень помогут. Девушка-блоднинка кажется от скуки раза четыре окликнула фиолетового, что бы поболтать, но Мортис отчётливо помнит что ни разу не ответил, разглядывая дубовый пол. Красивые доски между прочим. Узор на одной напоминал ему змею. Партнёры. Что это, чёрт возьми, должно значить? Вот и Мортис понятия не имеет. Байрон смеялся с шуток бармена, и Мортис не знает были ли они хорошими, либо белобрысому пришлось выдавливать смешок. Вампир не то что шуток не слышал - он вкуса вина не ощущал. А это уже степень. Кого называют партнёрами? Есть партнёры по бизнесу - фиолетовласый не знает можно ли их таковыми назвать: Мортис пусть и часто помогает химику охотиться либо смотреть за змеями, официально с ним не работает. Он знает почти половину - достижение! - из невероятного количества змей которых Байрон после поимки запирал в домашнем террариуме, желая сначала изучить их сам, а потом уже передать в учреждение. Он лично выслушивал панику очередного соседа который заприметил ползущую по ступеням гадюку, когда Вампир не был достаточно внимателен что бы нормально закрыть крышку, и потом получал подзатыльники, выслушивая двухчасовую лекцию-нотацию. Однажды он даже бегал по всему дому пытаясь словить змею, неудачно вырвавшуюся из клетки, и случайно позволил ей укусить себя. Благо, змеюшка, название которой Мортис не запомнил, не была ядовитой, но мужчина всё равно хорошо попортил себе нервы пока не выяснил это, а потом ещё пытаясь скрыть свою оплошность от химика. Байрон доверял ему кормить подопытных, следить за ними. Но по факту, в партнёры Мортиса не брал. Есть партнёры по какому-то делу - будь то преступление, либо напротив, в расследовании, состязании, работе, делёжке жилья. Мортис ещё пару раз ударяет ложкой по блюдцу - он везде таскается за Байроном, помогая ему во многом; можно ли их назвать партнёрами?  Вампир наконец отставляет тарелку. Откидывается на кресло, и кладёт бедную ложку в чашку. Позади, в террариуме, шуршит чем-то змея. Мортису нет дела - он даже лекцию Фрэнка прослушал, лёжа лицом в стол, поставив телефон куда-то на книги. Франкенштейн, благо, догадался, что раз его не оглушают три миллиона слов противоречия одному его предложению - то что-то с Вампиром не так, и попрощавшись, отключился. Мортис к слову так ещё двадцать минут лежал, пока не вспомнил, что не покормил змею, и подумал что надо бы себе чай заварить. Надо же, его выбили из колеи одним лишь словом! Его, Мортиса, того, кого невозможно заткнуть, кто и мёртвого достанет своими доводами - знали бы вы как часто Фрэнк приводил это как причину почему Мортис решил открыть похоронное бюро.  А всё потому, что они - партнёры. Чёртовы партнёры.   Это слово используют для обозначения людей заключивших договор - а вот это по сути подходит, так как они договорились о том, что белобрысый будет иметь доступ к кладбищу для охоты на каких-то своих экземпляров, и помогать Морту. Конечно, не письменно, но чёрт его знает, считается ли это. Белокурого с его странными высказываниями и заумными словами поймёт разве что человек перечитавший всю библиотеку мира - Мортис знает, Мортис пытался. Но запомнить что означает каждая высокоинтелектуальная фраза химика не смог, а получать щелбаны за неверное использование обозначений надоело. Тем не менее, Вампир не мог сказать что ошибаться было не приятно, в каком-то смысле - после насмешки Байрон всегда подробно пытался объяснить, показывая, приводя примеры - иногда из каких-то научных книг - редко, даже рисовал. Мортис не любил ощущать себя глупым, но такие штуки всегда его заинтересовывали. Химику бы в учителя идти, да не с его нервами. Для него лаборантов не прибить - задача непосильная, а уж на какие антидепрессанты его садить чтобы дедуля не полез с шестиклашками драться, Вампир и думать не желает. "Нервные клетки не восстанавливаются" - шутит он. "Ты мне их и убиваешь" - получает в ответ. Обмен колкостями давно вошёл в традицию, и не то что бы кто-то был против. Они ведь даже так и познакомились - гробовщик отпустил шутку в сторону химика, а тому, по всей видимости, захотелось проблем нажить. Нажил. На, уже, семь лет. Но кажется, он не против. Что-то падает в коридоре, и зависнувший в трансе Вампир подскакивает, удивлённо вращая голову, стараясь увидеть что случилось. Проходит на выход из комнаты и застывает. Оборачивается, в недоумении смотрит на террариум. Да неужели.  С ковра, шипя и изогнувшись, на него смотрит змея.  Мортис мысленно хлопает себя по лбу, пытаясь нащупать выключатель. Ну надо же было так задуматься, что бы даже крышку контейнера не закрыть! Змеючка между тем выжидает, смотрит на мужчину. Он придумывает план действий - желательно такой, что бы не налететь на комод, как в прошлый раз. Либо не пытаться выковырять её из-под шкафа. Байрон опять взбучку устроит. Лишь бы не укусила... Мортис, словно кошка, немного отходит и пригибается. Прежде чем змея успевает понять, он дёргается с места, бежит, и налетает прямо на неё. Рука еле успевает схватить отскочившую скользкую ленту, но этого достаточно для триумфального вскрика. Вампир быстро встаёт, и зажимает змею в руке так, чтобы та не смогла вырваться либо укусить, и победно смотрит. Глаза, острые зрачки смотрят на него сердито. Ей-богу, Мортис готов поклясться - во взгляде любой змеи он видит Байрона. Ну ведь одинаковы глаза! У химика синдром кошачьего глаза, оттого-то и очки для помощи с близорукостью, и взгляд хищный - хотя добрый. У Мортиса тоже этот синдром - генетическое, без проблем со зрением, правда. Иногда он, приходя к Байрону на работу слышал "Видела как на меня профессор посмотрел? Словно он убить меня хочет...Что я снова сделал не так?". И постоянно усмехался. Видели бы они его улыбающимся. Такие моменты всех денег мира стоят. Возможно только для Мортиса. Он смотрит глубже в змеиные глаза. А есть партнёры в романтическом плане. Но они точно не такие. Нет уж, точно-точно. И то что спят они друг с другом вовсе ничего не значит. Байрон женат разве что с работой, а Морту что - девственником помереть из-за своих странностей? И вообще ему плевать с кем переспать. И вовсе не поэтому до этого он до сих пор занимался этим только с химиком.  Ну...может немного Мортис Байрона и любит. Но только каждый раз когда тот не бурчит. И когда поит его вином. Ну может ещё тогда, когда белокурый чертыхается, и просит забыть то, как позорно он упал зацепившись о корень, пытаясь догнать экземпляр. Ну так и быть куда правду деть - даже бурчащий он привлекательный. Байрон в принципе привлекательный. В любом состоянии и в любом виде. Сложно это отрицать. Особенно трудно когда тебя прижимают к изголовью кровати. Мортис это признаёт. Мужчина тяжко дышит. Если подумать, то Байрон - удав. Большой, гордый, и сам свою добычу завлекает. Завлёк, мышку. Летучую. На самом деле, Вампир и не помнит когда осознал, что не спроста он таскается за этим, порой злющим и саркастичным, но до невозможности интересным дедом-учёным. Когда он начал гоняться за ним, как за выпущенной из террариума змеёй. Байрон строгий и противный если смотреть со стороны ‐ чудной и - фиолетовласый даже не побоится этого слова - милый если вблизь. Любя интересных людей, Морт и не догадывался что однажды встретит такого. И не догадывался что сможет привязаться. Ведь странный всё-таки этот змей - держит далеко, а притянуть умудряется...притянуть, зажать, не отпускать, изучать, а потом... Укусить. Мортис вскрикивает от боли. Одного взгляда достаточно что бы понять что случилось. Дурак ослабил хватку, замечтавшись, и змея впилась ему в руку. Он испугано дёргает её, сжимает другой рукой. Бежит к террариуму, и бросает тварь внутрь - к чёрту нежность с которой Байрон их клал. Кое-как закрывает крышку, и в панике осматривает руку. Вцепилась в запястье, мягкую часть ладони со стороны большого пальца. Две ярко красные точки отдают болью, а Вампир, наверное от паники, не может вспомнить, что ж за вид у змеи и ядовита ли она. Вот тебе и змеи с змееловами! Он прикладывается губами к ране, втягивая кровь, и бредёт на кухню. Увидел бы его сейчас Фрэнк - не отклеиться от клейма вампира. Сплёвывает алую жидкость в умывальник - каков шанс что это была не ядовитая змея? До ближайшей больницы час езды, потому что "на кой чёрт мне больница, я сам лекарь". Благо хоть сам владелец квартиры скоро вернётся. Мортис умывается, неуклюже чалапает в комнату. Вот же идиот. Умеет нажить себе проблем. Он проходит в комнату, но вместо того что бы сесть на стул как нормальный человек - ложится на пол. Интересно, Байрон будет первее волноваться, или отчитывать? Наверное зависит от того, ядовита змея или нет. Но лично Мортису хотелось, чтобы он переживал. Нет, не так. Чтобы заботился. Чтобы был партнёром. В том самом плане. Когда это началось? Когда он начал с искренним интересом мчаться на встречи с лекарем, подымать тему о нём в похоронном бюро, пропускать рабочие дни приглядывая за его подопытными в его же доме? Ловить каждый взгляд и прикосновение, едкую шутку или интонацию? Стало быть довольно давно. Настолько давно, что как-то и свыкся. Мортис никогда так-то и не задумывался о том, что возможно это что-то из ряда вон выходящее. Даже когда спал - не думал. Ведь если не сказано вслух, то и черта не перешагнута, верно? Теперь он начинает задумываться, что это далеко не так. Вспоминается до непозволительного много близких моментов проведённых в компании Байрона - вот, к примеру, они впервые ночуют вдвоём, так как лекарь, в погоне за новыми драгоценными экземплярами змей, досиделся до поздней ночи и сильного шторма, и Вампир наотрез отказался отпускать его домой - на другой край города. Белокурый нервно шипел, неловко завернувшись в полотенца, расположившись на широком диване.  "Там не такая уж и буря, Морт..." - именно в ту секунду за окном ударила молния, и Мортис, до того спокойно закрывающий шторы, напугано пошатнулся, сердито окинув Байрона взглядом. - "Молчу-молчу". Вампир вздыхает. Это было пять лет назад, и то что он всё ещё помнит этот момент до детали - до истерики смешно, ведь пару дней назад он не мог вспомнить свой собственный возраст - довёл Фрэнка до конвульсий, считая на пальцах. Байрон - яркое пятно на памяти, эмоциях и жизни. Зелёное, зовущее, и почему-то именно то, которое отстирывать совсем-совсем не хочется.  Интересно, сам Мортис для Байрона - такое же пятно? Он кивает головой - явно не та мысль, за которой он собирался провести день.  В коридоре слышно, как ключ проворачивается в замочной скважине. Мортис резко подымается, встаёт немного пошатываясь. Очень вовремя - входная дверь открывается, и на пороге мужчина, в давно знакомом зелёном пальто. — Кажется, всё получилось — Радостным вознесение химика веет за километр. И хотя уставшая голова Мортиса только появляется в дверном проёме, Байрон начинает тараторить прямо с порога. — Уже второй потенциальный заказчик, и пока всё проходит несказанно гладко. Это успех! Скоро мои зелья будут везде-везде-везде! Когда он поворачивается к Мортису, становится видно широкую счастливую улыбку. Не сказать что Вампир всегда понимал такую искреннюю радость и увлечённость своей работой. Он тоже любил свою деятельность, часами рассказывал любопытные истории с практики, но глаза у Байрона горели как-то по другому - ярче, чуть ли не искрились. Когда лекарь брал его за руку, чтобы подвести поближе и рассмотреть новый экземпляр, Мортису казалось, что тот чуть ли током не бьётся, такой счастливый. Химик подолгу строил планы, распинаясь о том, какие замечательные у него перспективы, и часами просиживал за новыми зельями, пока Мортис не вытаскивал его под хоть каким-то предлогом, пока доктор не задохнулся своими несчастными парами.  Но сказать честно - Мортис восхищался. Не понимал, но восхищался.  Байрон, тем временем, уже во всю порхал по дому, окрылённый успехом. — Как чудесно, как чудесно! И это ведь только начало!... Морт наблюдает, потирая укушеную руку. Байрон не часто в таком замечательном настроении, но фиолетовласый единственный, кто может видеть его таким. Ему нравится видеть улыбку на лице химика — она ему идёт, даже не смотря на то, что зачастую она хамская. Спросить бы его. О том, что значит "партнёры". Но Байрон ведь точно знал что сказать — он такие слова любит, замудрённые. Они позволяют ударить глубже, да так, что собеседник не поймёт, что его только что опустили. Мортису интересно, да вот как-то страшно, что его, с его надуманными фантазиями, сейчас опустят ниже плинтуса. А потому он удаляется в комнату. Спросит позже, когда химик немного успокоится. Байрон болтает, как ни в чём не бывало. — Помнишь что говорил Барли? — Цвет скатерти помню. И фиалки в вазе. А что Барли твой говорил не помню — Пустыми глазами в пол смотрит. Потом оживляется. — Скатерть красивого оттенка. Не знаешь случаем, какого? Байрон смотрит удивлённо. — Тьфу на тебя, с твоими скатертями. Я тебе о важном, а ты... — О не менее важном — Протестует. — Между прочим, она бы очень к бокалам подошла! И садится устало на кресло, чувствуя головокружение. А та змеючка точно не была ядовитой? Наверное стоит спросить у Байрона. А нет. Он уже сам тут как тут, нависает. — А ну-ка на меня посмотри...нормально себя чувствуешь? — Мортис неуклюже кивает - кажется поворачивая голову по диагонали. Химик вздыхает. — Ясно всё с тобой. Люси закрыть забыл? — Кого? — Вампир смотрит, непонятливо.  — Медянку — Белокурый кивает на террариум. А. Так вот что это за вид. Мортис не может вспомнить ядовита ли она, зато голова кружится хорошо так. — Возможно — Опускает голову.  — Ты - балбес! — Благо, вместо подзатыльника, Вампир чувствует как его укладывают на диван, подсовывая мягкую подушку.  Он бы наверное пол мира отдал, лишь бы так было всегда. Ну, не головокружение - Морту и так проблем хватает. А вот если бы Байрон был рядом - он совсем не против. Даже если придётся жить с полчищем змей. Только не ядовитых. И не медянок. Минута тишины. — Байрон? — Чего тебе ещё, змеелов недоделаный? — Я умираю? — Страшной смертью. Вампир не расскрывает глаза, но слышит как Байрон усмехается. Улыбается в ответ. — Если я умираю, можешь исполнить мою последнюю волю? — Я не буду посылать Фрэнка к чёрту, я не бегаю так быстро.  — Не это.  — Тогда валяй. Мортис чертит пальцем круг в воздухе. Кривой наверное. Благо не видит. — Что ты имел ввиду ‐ партнёры? — Мортис молчит, слепо вслушиваясь в дыхание мужчины. Тихо, но настойчиво добавляет: — Кто мы друг другу? Почему-то, в ответ тихо. Мортис не понимает, хороший знак ли это. Байрон - загадочная личность, как и он, но порой его загадочность ничему не помогает. Вампир почти дёргается когда ощущает в ногах холодный воздух, и понимает что химик встал с дивана. Серьёзно? Ты уйдёшь? Ускользнёшь как змея и на этот раз? Губы неожиданно ощущают прикосновение, и Мортис понимает что он этого ждал, хотя и не ждал вовсе. Мягкий поцелуй - и после их-то перепалок? Пожалуй нежданно, но приятно. Вампир двигается ближе. Байрон, кажется, копирует это действие и немного углубляет поцелуй, до невозможности мягкий и приятный. Фиолетовласый чувствет что сейчас умрёт сладкой смертью, растечётся от ощущений прямо тут, на полу. Странно ощущать такое после бесчисленного количества контактов с ним, виновником, но гробовщик не жалуется.  Эти змеиные глаза давно уже его загипнотизировали, заманили в свою ловушку. Он, вобщем-то, не против. Байрон отстраняется. — И как ты думаешь? Мортис сияет изнутри. Кажется его сердце - либо он сам - сейчас выскочит и будет делать сальто по всему дому. Вспомнил что умирает. — Думаю, что как для последнего желания - слабовато. Химик не может сдержаться и хохочет. — Ишь, неугомонный! Паразит клыкастый! А ну вставай давай! Ты не умрёшь в моём доме просто от того, что немного побегал за змеёй  — Байрон выходит в коридор, и на минутку замирает. Хохочет, подозрительно. — Не ядовитая твоя медянка, так что ловить заново её будешь ты. Опять крышку не закрыл, бестолочь. Мортис распахивает глаза. Голова уже не кружится, за то террариум пустой. К чёрту ваших змей и змееловов.