What is happiness?

      Минхо ненавидит свою работу.       Каждый день выматывает, а общение с людьми раздражает. Только вот ничего с этим сделать он не может. Работа хорошо оплачиваемая, так ещё и располагается недалеко от дома. Многие мечтают о таком.       И дело даже не в людях-идиотах, которые задают тысячу вопросов и сами же на них отвечают. Всё дело в чёртовом Хан Джисоне — начальнике и по совместительству директоре фирмы, где работал Минхо.       Джисон старше его на лет так двенадцать. А ещё чертовски красив и сексуален. Особенно в этих своих галстуках, что затянуты явно туже, чем следовало бы, и идеально выглаженных белых рубашках. Но, по-видимому, мужчину это не очень сильно смущало.       А Минхо с ума сходил. То ли из-за того, как сильно Хан его бесит, то ли из-за желания прижать его к какой-нибудь поверхности — желательно горизонтальной — и вытрахать из него всю душу, сорвав этот чёртов галстук и оставив вместо него пару фиолетовых отметин.       Вот только Джисона он тоже бесит. И если Минхо пытается это хоть как-то скрыть, то тот это показывал очень явно.       Минхо не знал, чего хотел больше: ударить или поцеловать, прикусив за язык, чтобы ещё некоторое время Хан не мог разговаривать.       Возможно, Ли бы хотел, чтобы их отношения стали менее враждебными. Хотя бы, чтобы Джисон не смотрел на него, как на кусок говна. Вот только все попытки катились к чёрту, поэтому он оставил их.       Но и мириться с этим тоже не собирался.       — Ли Минхо, Вы меня слышите? — раздаётся чертовски знакомый голос, вырывая из мыслей.       — Слышу, но не слушаю, — хмыкает Минхо. Не соврал же ведь даже.       Хан глаза закатывает, явно не удивляясь ответу, и тяжело вздыхает, потирая переносицу.       — Так вот, — начинает Джисон, собирая со стола бумаги, — завтра все отчёты должны быть у меня на столе. Я понятно изъяснился?       Минхо только кивает, сдерживаясь, чтобы не послать этого придурка. Это не его работа. Ему за это даже не доплачивают.       Хан уходит, пока его спину прожигают взглядом.       Как же этот Хан Джисон его бесит!              Минхо идёт по коридору к такому ненавистному ему кабинету. Он всё же сделал эти чёртовы отчёты, не спав всю ночь.       Хочется в отпуск. Поехать к родителям на море, позагорать на тёплом солнышке, увидеться со своим давним другом в конце-то концов.       Он стучит пару раз, открывает дверь и проходит внутрь, как только раздаётся тихое «входите».       — Ли Минхо, — смотрит Хан сквозь линзы очков на зашедшего мужчину, — я надеюсь, Вы пришли сюда с отчётами.       Он переводит взгляд на бумаги, которые Минхо кладёт ему на стол, а потом вновь смотрит на Ли.       Джисон берёт первую папку, открывая и доставая из неё листы, и начинает вчитываться.       — Это что? — спрашивает мужчина, отрывая взгляд от бумаг и снова направляя его на сотрудника.       — Хёнджин попросил передать Вам. Он немного приболел, — отвечает равнодушно Минхо.       — Хорошо, — кивает Хан, продолжая дальше читать отчёт, — Вы можете идти.       Но Минхо не двигается с места, даже и не думая отходить от стола начальника.       — Что-то ещё? — скептически изгибает бровь Джисон, не отводя взгляда от бумаг.       — Да, я бы хотел написать заявление на отпуск и…       — Нет, — коротко отвечает Хан, прерывая сотрудника на середине предложения.       — Что? — опешил Минхо, глупо моргая.       — Если я буду каждого отпускать в отпуск, кто тогда будет работать?       Сказать, что Ли в шоке — ничего не сказать. Он в ахуе. Полном.       Он сжимает кулаки до побелевших костяшек и стискивает зубы так сильно, что можно было услышать, как они скрипят.       — Но Сынмину Вы почему-то одобрили его.       — Сынмин здесь работает недавно, — заявляет Хан самый тупой аргумент из всех.       — Но…       — Мне кажется, что я лучше знаю, кого мне отправить в отпуск, а кого — нет, — наконец отрывается от листов Джисон, поправляя очки.       — Знаете что, Хан Джисон, — шипит Минхо каждое слово, — идите Вы нахуй.       Он разворачивается и выходит из кабинета, громко хлопая дверью. Раз его не отпускают — он уйдёт сам. Плевать на последствия. Терпеть такое отношение он не собирается.       Возможно, он ведёт себя как ребёнок, но что поделать, если накипело. Это был спусковой крючок.       Минхо скидывает все свои вещи в сумку и идёт в гардероб. Плевать, уволят его или сделают выговор. У него, чёрт возьми, гордость есть.       Он уходит из здания, никому ничего не сказав. Раз ему не дали отпуск, он сам его возьмёт. Он тоже человек, он тоже имеет право на отдых.       Стоит только двери в квартиру закрыться, как усталость увеличивается с каждой секундой. Адреналин в крови сменился на сонливость, напоминая, что Минхо, вообще-то, пару дней не спал.       Стоит только голове коснуться подушки, он тут же проваливается в сон.

×××

      — Хёнджин, ты случайно не знаешь, где Минхо? — интересуется Хан, стоит ему только увидеть неподалёку Хвана.       — Нет, — отрицательно отвечает мужчина, — его уже вторую неделю нет, я думал, он приболел.       — Пиздец, — стонет Джисон, садясь на диван в коридоре.       — Что-то случилось? — интересуется Хёнджин, садясь рядом и отпивая глоток кофе, который только что купил.       — Я даже не знаю, как это рассказать.       — Прямо, чётко и без нытья, — спокойно говорит Хван, делая ещё один глоток.       — Я просто придурок. И эгоист, — тяжело вздыхает Хан.       За своей ненавистью он скрывал влюблённость. Он просто хотел быть ближе к Минхо, видеть его как можно чаще. Отчёты и другая работа помогали.       Понимание того, что Ли уедет, сильно напугало Хана. Он не знал, что будет делать, не имея возможность увидеть мужчину. Да, это эгоистично, он знает. Но лучше бы он уехал на несколько недель, чем вот это вот всё.       Джисон вторую неделю места себе не находит. Знает, что переборщил. Вот только извиниться возможности нет. Минхо не ходит на работу, а телефон у мужчины и вовсе выключен.       — А что с квартирой? — спрашивает Хван, крутя в руках уже полупустой стакан.       — А что с ней не так? — не понимает Джисон.       — Ты правда тупой или прикидываешься? — закатывает глаза Хёнджин. — Квартира, Джисон. Ты ездил к нему домой?       — Нет? — всё ещё пытается что-то понять Хан, смотря на сотрудника и по совместительству друга.       — Ты реально тупой, — вздыхает мужчина, потирая виски, — у него выключен телефон, и на работу он не ходит. Никого он ни о чём не предупредил и ничего не сказал. Тебя это не наталкивает на мысль, что с ним могло что-то случиться?       Сердце сжимается, пропуская пару ударов, а потом учащается, стоит только шестерёнкам в голове зашевелиться. Он ведь даже не подумал об этом? А вдруг Минхо сейчас плохо и больно? А жив ли он вообще?       От одной этой мысли желудок сводит. Он реально тупой.       — Иди, — подталкивает Хёнджин, хлопая по спине, — если что, я прикрою. Адрес сейчас скину.       Джисон не думает долго, встаёт и направляется к выходу чуть ли не бегом.       Мысли сменяют друг, проносясь ураганом.       А вдруг уже поздно?       Он резко тормозит, чуть не проехав нужный поворот. Машины сзади сигналят, но Хан их будто не слышит.       Он оставляет машину практически посередине дороги, выбираясь из неё и направляясь в сторону дома Минхо. Вот бы с ним всё было хорошо.       Он почти не запоминает, как набирает код домофона, что так любезно предоставил Хёнджин, и как бежит по лестнице, не в силах ждать лифт. И вот перед ним дверь в обитель Ли.       Минхо может с уверенностью сказать, что за эти две недели он наконец выспался. На самом деле, он даже немного потерял счёт времени. Он думал о том, чтобы пойти на работу и извиниться перед Ханом. Правда думал. Только гордость и обида не позволяли.       Но что-то лопается в груди Минхо, стоит ему открыть дверь и увидеть такого потерянного и напуганного Джисона перед собой. Мужчина часто дышал, будто бы весь путь бежал без остановки.       Но не успевает Ли открыть рот, как его заключают в объятия крепкие руки.       — Прости меня, Минхо, я… Я такой эгоист, — шептал Хан куда-то в изгиб шеи мужчины, сильно прижимая к себе, — я так волновался. Ты ушёл и ничего никому не сказал. Я уже подумал, что ты…       — Джисон? — взволновано позвал Ли, не зная, что делать. В такой ситуации он впервые.       — Прости меня. Это я во всём виноват. Я думаю только о себе. Прости за всё, — как в бреду говорит мужчина, сильно сжимая футболку Минхо в руке.       — Джисон, — чуть уверенней зовёт Ли, пытаясь отстранить от себя, мужчину, но не для того, чтобы выгнать, а чтобы заглянуть в глаза и сказать, что всё нормально.       — Хочешь, я тебе одобрю заявление на три месяца? Да на сколько хочешь, только, пожалуйста… — будто бы не слышит Хан.       — Джисон!       — Пожалуйста, не оставляй меня. Я люблю тебя, Минхо, только не оставляй меня, — послышался первый всхлип.       У Минхо сердце несколько ударов пропустило. Джисон его любит? Это шутка?       Мужчина в его руках трясётся. Слёзы стекают по пухлым щекам и впитываются в домашнюю футболку Ли.       Он и правда идиот.       Минхо аккуратно отрывает голову Джисона, заглядывая ему в опухшие от слёз глаза. Он никогда не видел Хана таким сломленным.       Он подаётся вперёд и накрывает губы мужчины своими, нежно целуя.       Джисон расширяет глаза от неожиданности. Сердце начинает биться сильнее, когда он понимает, что происходит. Минхо его поцеловал. Сам.       Стоит только Ли отстраниться, Хан сам тянется к нему, но вместо мягких и желанных губ получает чужую ладонь на своих.       Джисон недовольно стонет, вызывая тихий смешок со стороны Минхо.       — Я разрешу поцеловать меня второй раз, но с тебя три свидания, — с лёгкой улыбкой говорит мужчина, убирая руку с чужих губ.       — Почему только три? — спрашивает Хан.       — Потому что знаю, что ты не остановишься.       Джисон хмыкает на это, но в следующую секунду притягивает Ли за шею, впиваясь в губы и моментально углубляя поцелуй.       Он вышел горячим и требовательным по сравнению с первым. В штанах стало невыносимо тесно, и бедро, которое так хорошо располагалось между бёдрами Хана, не делало ситуацию лучше.       Он стонет прямо в губы Минхо, пока тот мажет по ним языком. Руки скользят по спине под футболкой Ли, проходясь по позвоночнику и вызывая у того мурашки.       — За мной, — командует Минхо, беря Джисон за руку и ведя в сторону комнаты.       Стоит им переступить порог, как Хан летит на кровать, пока Ли быстро снимает футболку, откидывая ненужную сейчас вещь куда-то в сторону, и нависает сверху, снова пленяя чужие губы своими.       Джисон с ума сходит, не веря, что всё это не очередной сон, а реальность. Он проводит по рельефной груди, вызывая этим тяжёлый выдох со стороны Ли.       Минхо спускается поцелуями к ключицам, оставляя влажную дорожку и попутно растёгивая пуговицы рубашки.       Джисон протяжно стонет, стоит только Ли прикусить одну горошину соска, а другую зажать между пальцами, несильно прокручивая.       Так Хан себя ещё не чувствовал. Так… хорошо, классно, невероятно? Хотелось растечься лужицей от каждого прикосновения к своему телу.       Минхо оставляет последний поцелуй внизу живота, а потом отстраняется, чтобы расстегнуть ремень и ширинку джинс старшего.       Стоит твёрдому члену выбраться на свободу, Ли сразу же припадает к нему, беря в рот красную головку и начиная посасывать. Джисон стонет, прогибаясь в спине, и зарывается одной рукой в волосы Минхо, но не давит, а просто ждёт, отдаваясь тому в руки.       И Минхо пользуется этим, засовывая кончик языка в уретру, из-за чего Хан на небеса улетает из-за ощущений.       Как только ему надоедает играться, он берёт больше половины, проводя языком по взбухшим венкам. Джисон невольно вскидывает бёдра вперёд, желая, чтобы Ли взял полностью, но вскоре одёргивает себя, вынимая руку из тёмным прядей.       Вот только Минхо явно не против, чтобы босс вытрахал его рот. Он сам берёт руку Хана, переплетая со своими непослушными прядями, тем самым давая свободу действий. И Джисон этим пользуется, надавливая на макушку Ли. И тот не противится, наоборот, глаза закатывает от удовольствия.       Хан наращивает темп, время от времени толкая головку за щеку Минхо. Он был на грани. Ли тоже это чувствовал по набухшему члену на языке. Он отстранился, несмотря на протест Джисона, и провёл языком от основания до головки, после беря в рот полностью и утыкаясь носом в мошонку. И этого хватает, чтобы старший с немым стоном излился в глотку Минхо.       Ли лишь облизывает губы и улыбается так довольно, будто кот сметаной объелся, пока Джисон испытывает невероятный спектр эмоций. Чёрт.       Джисон тянется к нему с поцелуем, слизывая остатки своей спермы с чужих губ.       В этот день Хан понял две вещи.       Первое: он чертовски сильно влюблён в этого мужчину.       И второе: Ли Минхо — настоящий демон.

×××

      — Вау, ты всё-таки живой! — первое, что слышит Минхо, стоит ему только ступить за порог здания, где он работает.       — Вау, а ты ещё не в дурке! — наигранно удивляется он.       — Какой же ты всё-таки…       — Какой? — хмурится он, складывая руки на груди.       Хёнджин глаза закатывает и цокает громко. Два громких придурковатых придурка, которые обсуждают всех. Как старые бабки на базаре — это про них. Минхо уверен, что если бы не Хван, то он уволился с этой работы уже через день.       — Ну, раз так, предлагаю сходить выпить сегодня после работы, — приглашает Хёнджин, хитро улыбаясь.       Минхо уже и забыл, когда последний раз пил, посему предложение о выпивке звучит заманчиво. Только вот...       — Мм, к сожалению, сегодня он не сможет, — появляется откуда-то Джисон, — сегодня у него назначено свидание со мной, так что найдите другое время для своих посиделок.       Хёнджин глазами глупо хлопает, переводя взгляд то на самодовольного Хана с хитрющей улыбкой на лице, то на отчего-то растерянного Ли.       — Если вы решили развести меня, то шутка не удалась, — всё ещё не веря, говорит Хван.       Теперь пришла очередь Минхо закатывать глаза. Он берёт Джисона за руку, переплетая пальцы, что, конечно же, не скрывается от взгляда Хвана.       — Вы что, и правда вместе? — щуриться Хёнджин в недоверии.       Если бы Минхо сам знал, в каких они сейчас отношениях, был бы очень рад. Да, Джисон ему в любви признался и всё такое, но он взаимностью не ответил. Он вообще ничего толком не ответил. Да, сделал крышесносный минет, но а что дальше? Если честно, Ли и сам толком не знает, что чувствует к Хану.       — Нет, блять, придуриваемся, — язвит Минхо.       На него уставляются две удивлённые пары глаз. Минхо мысленно даёт себе подзатыльник, что вообще сказал это. Зачем, ну вот кто его за язык тянул?       Всё ещё не верящий во всё это Хёнджин стоял и смотрел на Ли недоверчивым взглядом, пытаясь в душу залезть и выяснить всё самое сокровенное.       Минхо наклоняется к рядом стоящему мужчине и коротко целует его в губы. И это небольшое действие вызывает такой большой спектр эмоций. У всех троих.       У Джисона сердце чечётку в груди отплясывает, наровясь из груди вырваться, тогда как Хёнджин стоял чуть ли не с открытым ртом в полном ахуе. А Минхо, кажется, начал подозревать, что Хан ему вовсе не безразличен. Ему хочется целовать мягкие губы Джисона, обнимать его крепко-крепко. Кажется, ему нужно проветриться.       Он тянет мужчину за собой, выходя в сквер возле здания. Свежий воздух режет лёгкие, позволяя вдохнуть полной грудью.       Но расслабиться не получается из-за внимательного взгляда на себе. Минхо поворачивается и изгибает бровь в немом вопросе.       — Почему ты сказал Хёнджину, что мы вместе?       — А ты против? — не понимает Ли, складывая руки на груди и внимательно смотря в глаза напротив.       — Что? — глупо хлопает глазами Хан. — Нет-нет. Обычно, когда людям нравится человек, они хотят быть с ним. Хотят встречаться с ним.       — Я хочу встречаться с тобой.       — Ч-что? — густо краснея, переспрашивает Джисон.       — Я хочу встречаться с тобой, — повторяет как ни в чём не бывало Ли.       Джисон бегает по его лицу, ища хоть один ответ на свои вопросы, но внимание привлекают пухлые губы. Один шаг, и он сможет коснуться их. Всего один шаг.       И он его делает. Целует нежно, почти невинно.       И именно в тот момент Минхо решил отпустить всё.

×××

      Минхо как можно тише пробирается в кабинет своего начальника, пытаясь остаться незамеченным.       Но миссия проваливается, стоит только чужим рукам оказаться на его талии. Минхо откидывает голову на плечо своего парня, моментально получая поцелуй сначала в кончик носа, а потом и в уголок губ, вызывая радостную улыбку.       — Как дела? — интересуется Ли, ластясь ещё больше. Он скучал.       — Всё прошло удачно, — уверяет его Джисон, целуя в щёку.       Минхо улыбается самой счастливой и искренней улыбкой на свете, витая где-то в своих мыслях. Он вдыхает такой родной запах, прикрывая глаза от удовольствия.       — Минхо, — звучит серьёзный голос сверху, заставляя вздрогнуть и открыть глаза.       — Мм?       Джисон набирает полные лёгкие воздуха перед тем, как начать говорить.       — Тебе не кажется, что мы уже слишком долго встречаемся? — такой вопрос застаёт Ли врасплох.       Хан что, хочет предложить расстаться?       — Я просто... Тебе не кажется, что уже пора вывести эти отношения на новый уровень? — неуверенно пролепетал Джисон.       — Стой, ты хочешь сказать...       — Да, — говорит Хан, и Минхо отрывает голову от его плеча, — ты выйдешь за меня?       Минхо дар речи потерял. Нет, он понимал, что пять лет отношения — это реально много. Он понимал, что Джисон может перегореть. Но никак не ожидал, что он сделает ему предложение.       Он смотрит на Хана, пытаясь разобраться с эмоциями. Первая слеза скатывается по щеке, оставляя за собой мокрую дорожку. Что он сделал с ним?       — Эй, милый, не плачь? — растеряно бубнит Джисон. — Если ты не согласен, я всё пойму. Наверное, это и правда сложно и...       — Какой же ты идиот, — всхлипывает Ли, утыкаясь носом тому в шею, — конечно же я согласен, придурок.       Джисон умилёно улыбается и прижимает мужчину к себе крепче, внутренне ликуя.       Разве это не счастье? И пускай они не знают, что их ожидает через год, сейчас это не имеет значения. Разве не в этом заключается жизнь?