Сладость или гадость?

Хэллоуин. Изначально это был языческий праздник — день почитания умерших. Хэллоуин называли All Hallows Eve - канун Дня всех святых, - и корни его уходили вглубь веков, ни много ни мало — к началу нашей эры. К тому же, в этот день мир смертных наиболее уязвим к нападению нечести из мира мертвых. Именно поэтому Чу Ваньнин не любил праздновать эту дату. — Ребячество, — отвернувшись от Мо Жаня проговорил Юйхэн. Чёрные глаза с жалостью смотрели в глаза напротив, умоляя согласиться на предложенную авантюру. Опустив взгляд на пару кошачьих ушек и накладной хвост в руках, в Мо Жане вновь заиграли интерес и напористость. — Учитель! Смотрите! — Из-за двери показалась пара коричневых ушей, а следом за ней и сам Мо Жань. Длинные иссиня-чёрные волосы были убраны в высокий хвост, а свободная рубашка имела открытый ворот. Вид весьма провокационный. Именно к такой мысли пришёл Чу Ваньнин, поэтому, смутившись, он разозлился на юношу: — Учитель, сладость или гадость? — Довольный реузьтатом парень улыбнулся во все зубы. Только Чу ваньнин собрался развернуться и уйти, как его руку схватила другая - тёплая - не давая шанса уйти куда-либо. Немного шороховатые от мозолей пальцы нежно поглаживали фарфоровую кисть и обходились с ней так, словно это вовсе не человеческая плоть, а тончайший лист бумаги, готовый рассыпаться от одного касания. — Ваньнин, разве ты не хочешь провести очередной праздник вместе? Мы могли бы спуститься в деревне, расположившуюся близ подножья нашей горы, поиграть с местными детьми и заодно приглянуть за ними и барьером, находящимся рядом. Что думаешь, м? — Мо Жань аккуратно положил голову на плечо своего Учителя. Так Мо Жань с волчьими ушами и в белой рубахе и Чу Ваньнин в чёрном плаще с ободком дьяволских рожек направились вниз по горе. Везде и всюду слышались разные голоса, где-то появлялся и вновь исчезал детский заливистый смех, откуда-то звучали струнные и духовые мелодии, а лёгкий ветер лишь дополнял всю эту какофонию. Сначала Мо Жань повел Чу Ваньнина "собирать" конфеты, хотя на деле он лишь передавал их рядом стоящим детям, а Ваньнина кормил своими - смекалистый пёс заранее набрал в мешочек цянькунь молочных конфет, чтобы тем самым поддерживать интерес Юйхэна к празднику, хотя тот в этом даже не нуждался. Затем местные детишки стали звать их поучаствовать в разных играх, призами которых становились собранные сладости. Так вечер уже подходил к концу и заключающей игрой стали прятки. Суть была проста: один человек закрывает глаза и считает до двадцати, в то время как остальные прячутся, затем он должен их найти; первый найденный становится следующим поисковиком, а последний получает приз. Чем ближе время близилось к полуночи, тем более рассеянным в игре становился Чу Ваньнин. Он всё боялся появления тварей из мира мёртвых - вдруг они тоже захотят "поиграть". Сам того не заметив он отстал от Мо Жаня, благодаря которому и оставался незамеченным все раунды. Не сумев найти его взглядом он подумал было позвать Вэйюя, но шустрый "вода" уже нашёл его и объявил следующим поисковиком. Вот ведь незадача... Искать других детей совсем не сложно, но теперь Юйхэну было неловко от того, что он проиграл в детской игре. Стоило этой игре закончиться, как Мо Жань тут же нашёл Чу Ваньнина и подошёл к нему: Поначалу Юйхэн чувствовал раздражение - неужели этот Мо Жань серьёзно хочет поиграть с ним, позабыв о нечисти, бродящей рядом? Затем Чу Ваньнин действительно нашёл игру забавной и уже пытался найти Мо Вэйюя с интересом к происходящему. Но уже спустя полчаса поисков в груди зародилась тревога. Юйхэн попытался позвать Мо Жаня по имени, но в ответ лишь тишина. На все его угрозы об уходе Чу Ваньнина так же не послышалось ответа. В эту ночь из мира заклинателей - да и во всем мире в целом - бесследно пропал один человек. Один образцовый наставник. Один Мо Жань. Один Мо Вэйюй. Один единственный человек, которого любил и которым дорожил больше жизни Чу Ваньнин. В эту ночь из мира заклинателей пропал луч света среди тусклой толпы, что на протяжении всей жизни озарял дорогу одному лишь Ваньнину. В эту ночь Юйхэн ночного неба, Бессмертный Бэйдоу Чу Ваньнин без остановки пытался найти этот самый луч. Даже когда слëзы застлали его глаза он продолжал в надежде на лучшее отыскать дорогого его сердцу человека. Но Мо Жаня нигде не было. Он же говорил, что они вместе просто присмотрят за детьми и немного повеселятся... Так почему всё так вышло? Как вообще один из сильнейших мира заклинателей мог просто взять и пропасть? Как Мо Жань позволил кому-то навредить себе? В какой-то момент Чу Ваньнин чуть ли не пошёл с ума, думая, что в ту ночь - ту самую ночь, когда сердце его любимого человека перестало биться, - он действительно умер, а всё происходящее позже лишь плод его фантазии. И если бы рядом не оказался Сюэ Чжэнъюн, он действительно сошёл бы с ума. Поговаривают, что в лесу рядом с деревушкой раз в год, на хэллоуин, слышится мужской голос, который словно зовёт кого-то или вспоминает о чём-то*. Но несмотря на все слухи, люди списывают всё на вой ветра, который переламывается в определенном месте из-за большого скопления деревьев и сорняков. *Имя Ваньнина можно перевести как спокойные/тихие сумерки. Считается, что эти самые тихие сумерки вызывают чувство умиротворения/настольгии. Поэтому и "вспоминает о чём-то (или о ком-то)".