Искусство тьмы

Звук частых ударов каблуков сапог о каменный пол жутким эхом разносился по огромному коридору, придавая небольшому старому особняку ещё более жуткий вид. На вид молодой среднего роста перень пробегал мимо дверей, ведущих в многочисленные библиотеки и комнаты, к огромной резной дубовой в конце коридора. Все свечи были потушены и лишь редкие лунные лучи, что пробивались через тонкие щели между плотной тканью штор, освещали бледное лицо парня, что при таком свете больше походило на череп. Одно из не самых приятных последствий практики тёмной магии — чёрные следы, остающиеся на мертвенно-бледном теле. В его случае всё выглядело странно: левая половина лица выглядела почти так же, как раньше, только скулы и губы теперь были чётко обозначены поцелуем тьмы, в то время как правая сторона изменилась до неузнаваемости — чёрные линии и пятна расползлись аккурат по черепу, обозначая контур зубов за щекой и глазницу, а нос с правой стороны и вовсе почернел. Где-то позади раздался грохот открывшейся входной двери, а за ним — шаги нескольких пар ног и удары деревянных посохов о камень. Маги из Конклава. Он ждал их прихода, но не так быстро, потому ускорил шаг, в десяток секунд достигая массивной дубовой двери и толкая её вперёд. За ней располагался просторный зал с парой десятков высоких деревянных кресел, образовывающих круг, два из них, стоящие прямо напротив входа, больше походили на троны. Они были намного выше, с аккуратно выполненной резьбой. Чуть поодаль стоял стол той же формы, а по периметру — пара прямоугольных письменных столов со стульями и пара небольших диванчиков. На одном из них лежала девушка того же возраста, с всё такой же белой кожей, но вот следы тьмы пощадили прекрасное лицо, образовывая лишь нечто, подобное на тени для век, что никак не портило её вида. Длинные черные волосы спадали вниз. Рука свисала с дивана, будто раньше она держала в ней что-то, что сейчас выпало, ибо девушка просто не смогла удержать его во сне. Так и было: рядом, на полу лежал длинный деревянный посох, черный, как и одежда, в которой были молодые чародеи, а на конце — небольшая сфера, излучающая слабый свет. Шаги становились всё громче и парень слегка приобнял деву, что так и не открыла глаза. Тень окутала пару, перенося их в иную комнату, спальню. Почувствовав прикосновения, лёгкий холод и смену жёсткого дивана на мягкую постель, девушка приоткрыла глаза. Сил не было, но она старалась оставаться в сознании. — Даламар?.. — в недоумении прошептала она, увидев верного ученика. — Что происходит? — Они здесь, Госпожа, — тихо проговорил парень, — но не следует беспокоиться. Отдыхай, я разберусь и принесу вести. На этих словах чёрная дымка вновь забрала парня в свои объятия, оставляя на его месте лишь быстро исчезающий силуэт. Девушка прикрыла серые глаза, не в силах даже думать о чём-либо, и заснула. *** Скрип двери прервал чуткий девичий сон. Заприметив это, вошедший Даламар склонил голову, а после, получив своеобразное разрешение войти, прикрыл дверь и аккуратно забрался в учительскую постель, ложа голову на колени лежащей девушки, пряча правую часть лица в тонкой черной ткани её платья. — Госпожа... — промурлыкал он, когда девичья рука нежно коснулась его головы, взъерошивая чёрные волосы. — Они сказали... Маджере должен умереть... Предателя надо покарать... — прерывисто произносил парень, пока подобно коту ластился к ногам, изредка целуя. — Они хотят... Чтобы ты нанесла последний, смертельный удар ренегату. Даламар резко изменился в лице и лисья улыбка сползла, уступая место волнению и гневу. — А ты думаешь иначе? — девушка приподняла лицо ученика, чтобы тот посмотрел ей в глаза. Тот, в свою очередь, подполз ближе, поднимаясь к лицу собеседницы. — Эльвэ, моя Тёмная госпожа... Я не хочу в тебе усомниться, но ты слаба. Если Рейстлин питается твоими силами, идти туда — просто самоубийство. Он убьет тебя, даже если сам будет находиться на грани смерти. А это будет величайшая потеря для всего Конклава и Братства. Для меня... — последние слова были настолько тихими, что из едва можно было разобрать. — Я бы сам разорвал отступника на части, лишь бы всё было хорошо. Девушка улыбнулась: такая забота с чьей-либо стороны для неё всегда была редкостью, но с появлением в её доме нового ученика это стало чем-то обычным, но от этого не менее ценным и приятным. В отличие от Маджере, Даламар ловил всё на лету, быстро наверстав почти 5 лет обучения Маджере, но всё же остался для Братства вторым. После ухода Рейстлина в самостоятельную жизнь чародея, Эльвэ продолжала твердить, что из двоих он был худшим, и если бы эти идиоты послушали её, у Даламара были бы все шансы, а после предательства со стороны Маджере, который начал забирать силу бывшей наставницы, убивая её, "младший" ученик усовершенствовал навыки и они стали в разы лучше, успевая ещё помогать ослабшей Эльвэ. — Ну спасибо тебе, мой маленький Чародей. Я всегда знала, что на тебя можно положиться. Братство — просто кучка идиотов, которые... — Не стали тебя слушать, Госпожа... Ты говорила... Много раз... — перебил он, проводя носом по шее девушки и оставляя несколько поцелуев на мертвенно-бледной коже, а после, устало взглянув на учителя, вернул голову на прежнее место, продолжая ластиться в ногах, пока тонкие пальцы копошились в коротких волосах. — Отдыхай, моя Госпожа. Пожалуйста. Он оставил последний поцелуй, едва чувствовавшийся сквозь ткань, и сполз с учительской кровати, но Эльвэ схватила его за руку: — Не уходи, останься... Пожалуйста, — в голосе отчётливо слышалась мольба, пока девушка слабо тянула парня к себе. Он подчинился, возвращаясь на постель, вновь ложась на одном уровне с наставницей. Она тут же сменила положение, ложась головой на грудь Даламара. Он вновь начал издавать звуки, похожие на мурчание кота, оставляя необычно скромный поцелуй на макушке. Эльвэ, чуть помедлив, приподнялась, опираясь на слабые руки и потянулась к губам парня, оставляя поцелуй, на который он тут же ответил. — Вернёшь руку? — спросил он, когда девушка вновь легла рядом. — Только если ты вернёшься туда, где был... Даламар быстро нырнул к ногам, снова укладывая голову на девичьих коленях и наслаждаясь прикосновениями Эльвэ. Сам он запустил руку под её платье, нежно поглаживая бедро девушки, продолжая ластиться и оставлять редкие поцелуи. Девушка чуть вздрогнула, когда пальцы парня потянулись к более чувствительным местам. В ответ он лишь ехидно ухмыльнулся, глядя ей в глаза, и последовал по пути своей руки. Он оставил поцелуй на внутренней стороне бедра и, облизываясь, коснулся языком губ. Парень нетерпеливо коснулся кончиком шершавого языка её мягкого, нежного клитора. Пара движений его умелого рта и из уст сероглазой начали вырываться лёгкие, хриплые звуки удовольствия. Казалось, между ними была не искра, это была буря из эмоций, безграничного желания и страсти. Эльвэ положила свою тонкую, женственную руку на голову черноволосого и прижала его крепче к себе. Её сладкий манящий вкус не давал чернявому оторваться. Ноты страстной любви и неугасаемых чувств заполоняли спальню, дурманя голову, заставляя терять рассудок. Даламар старательно совершал движения языком, давая волю наслаждению. Удовольствие накатило волной, захлестнуло с головою. Черноволосый последний раз провел языком, а после упал рядом, предварительно оставив пламенный поцелуй на нежных губах Эльвэ, улыбаясь словно кот, который только что получил порцию сливок. Они легли рядом, тяжело дыша, стараясь успокоить разум.