Хэллоуинские истории

Медленные шаги за дверью отдавались глухими стуками сердца, а темнота шкафа заставляла тело вырабатывать всë больше адреналина. В маленькой щели между дверцами виднелись комната, вся разгромленная, с разбросанными вещами и сломанной мебелью, создавалось впечатление полного хаоса, который уж точно не мог сделать нормальный человек. Чтож, хаос и в правду создал не человек… Существо в центре комнаты принюхивалось как настоящая ищейка. Угловатые уши двигались в разных направлениях, а зоркие кроваво красные глаза зацеплялись за каждую деталь в помещении. Хищник вышел на охоту, и у Антона не было сомнений, вскоре его найдут. Точно направляясь по следу, вампир принюхался около стола. Всего несколько минут назад Шастун находился именно там. Одним резким движением существо перевернуло предмет, который с грохотом упал на пол, жалобно треснув. Вампир разозлился и хищно рыкнул, он был голоден, но всë никак не мог догнать свою жертву. От рыка существа Антон издал всхлипы настоящей жертвы. Не было сомнений, его время подошло к концу. Парень тут же закрыл себе рот рукой, поняв, какую глупость совершил, издав звуки. Только вот, было уже поздно. Направляясь в сторону шкафа, вампир улыбался, показывая на свет свои острые клыки. Красные глаза были наполнены радостью. Радостью за то, что он кого-то убьëт. От резкого открытия шкафа дверь слетела с петель, а Шастун зажмурился, приготавливаясь попрощаться с жизнью.

***

– И… В сегодняшнем конкурсе за звание лучшего комика побеждает… Арсений Попов! – голос ведущего распространился по всему залу, вызывая целый шквал оваций. Названный победитель вышел на сцену, ярко улыбаясь. Конечно, он не забыл покрасоваться перед целой толпой, хлопающей именно ему. Несколько минут Арсений просто дурачился на сцене, вызывая всë новые крики из зала. Наконец, парень встал на пьедестал с нарисованной единицей. – Второе место занимает не менее выдающийся комик… Антон Шастун! – высокий парень вышел на сцену с яркой улыбкой. Правда, та была вызвана не радостью за полученный приз, а надобностью оставаться весëлым перед публикой. Он не так долго стоял и показывал себя перед зрителями, ведь не видел особого смысла красоваться вторым местом. – 14:14. Антоша-а, кажется, я тебя догона-ал. – с задорной улыбкой и издевающимися глазами протянул на ухо Арсений, когда Шаст встал на пьедестал с цифрой два. Антон зло посмотрел в сторону старого знакомого. Ребята знают друг друга чуть ли не с пелëнок. Вместе заканчивали школу, участвовали в КВН и других конкурсах по всему миру. Казалось бы, ну и хорошо, друг детства, все дела, но нет! Каждый раз, каждый грëбанный раз, конкурс заканчивается их соперничеством. С этими двумя мало кто может посоревноваться в актëрском мастерстве и юморе, именно поэтому ребята противостоят исключительно друг другу. Эта битва бесконечна и, к сожалению для парней, у обеих сторон силы равны. – Я так и планировал. – уняв своë раздражение ответил Шастун, с вызывающей улыбкой смотря на друга. – Ага, я заметил. – парировал Арсений и показал точно такое же выражение лица, заставив уголки губ соперника дрогнуть. Нет, это была не ненависть, а истинное соперничество. В их отношениях не было ни капли настоящего животного гнева, из-за которого люди готовы убить. Парни просто хотели выяснить кто круче, это единственная их цель. – В следующий раз я буду стоять на твоëм месте, будь уверен. – вконце концов сказал Антон, отвернувшись от друга детства. Он был полон решимости в следующий раз победить, чего бы это не стоило. В крови Шастунов не было такого понятия, как невыполнение своих обещаний. Парень занялся подготовкой к следующему конкурсу, где нужно было показать своë актëрское мастерство. Несколько дней Антон не выходил из дома и не отвечал на сообщения, подготавливаясь к мероприятию. Он не знал какое сейчас число и когда в последний раз обедал. Нет, это не был конкурс, исход которого решит его судьбу, но победа на нëм давала многое. Например, лицо огорчëнного Арсения. Очень красивое лицо с двумя океанами, проникающими глубоко в душу. И всë это, конечно, просто замечательно. Антон, с каждым днëм всë больше привыкающий к своим странным чувствам, Арсений, занимающийся примерно тем же самым, но есть одно невероятно важное «но»: Хэллоуин. В ночь с 31 на 1 грань между миром живых и мëртвых становится тоньше, в мир людей приходят миллионы монстров, готовых разорвать каждое живое существо на малейшие куски. Главное, что помогает обычным смертным защититься: костюмы, отпугивающие злых духов. Это была своеобразная защита, без которой пережить ночь было невозможно. Все в мире прекрасно об этом знали и защищали себя и свои дома, но… Антон был занят другим, он просто забыл о том, что на дворе конец октября. И вот, 31-го октября в десять вечера, когда на улице уже было темно, Шастун учил стих, который собирался выразительно рассказать. В комнате горела одна маленькая настольная лампа, а также присутствовали звуки тишины. Мëртвой тишины. На пороге стоял тот, кто собирался разорвать Антона и высосать из него все литры крови.  

***

Арсений знал, что Шаст не бросает слова на ветер. Он не видел его на улицах и в его любимых кафе. Через несколько дней стало ясно, Антон вообще перестал выходить из дома. Оставалось только надеяться, что тот не забудет о еде и воде. Казалось бы, надежда умирает последней. И это реально так. Правда, и 30, и 31 числа Антона не было видно на улицах. Он не покупал костюм и украшения для дома, что заставляло Попова быть на нервах. Парень не знал что делать. С одной стороны, это абсолютно не его дело, Шастун сам отвечает за свою жизнь. Но с другой стороны… Жизнь его Тоши была, может, даже важнее собственной. К середине 31 октября Арсений принял окончательное решение. Побыть одну ночь охранником не так сложно, в любом случае, ужастики можно смотреть даже в подъезде чужого дома. Надев свой костюм кровавого графа, Попов не забыл добавить небольшой игрушечный пистолет и охотничий ножик под полы своего элегантного плаща. Осмотрев себя в зеркале и в последний раз поправив причëску, парень выдохнул, выйдя из дома. - «Была не была…» К счастью, вечером люди ещë заходили в свои дома, а потому Арсению удалось пробраться в чужой подъезд. Ночь была тихая и спокойная, на небе светила кроваво красная Луна, а ветер задувал в старые окна, создавая миллионы страшных звуков по всей лестничной клетке. Создалась идеальная атмосфера для просмотра ужастика. Попов сел в угол площадки, находившейся на этаж выше Антоновской. Фильм смотреть не получалось, парень постоянно отвлекался на странный шëпот, шаги и завывания, опасаясь, вдруг какие-то из звуков окажутся издаваемые монстрами, а не его больным воображением. На часах была полночь, вокруг стало тихо, а Арсений, наконец, погрузился в просмотр ужастика. Как вдруг послышался грохот, этажом ниже у кого-то разбилась посуда. Сначала парень не придал этому значения, но в голове снова прокрутилось всего два слова: «этажом ниже». Попов сорвался с места и побежал по ступенькам вниз. Он старался не издавать лишних звуков, однако сложно сделать это, когда ты сильно торопишься. Дверь в квартиру Шаста была открыта нараспашку, из-за чего Арсений тихо выругался. В голову закладывались опасения. А вдруг… А вдруг он опоздал? Не успел, потому что отвлëкся на какой-то идиотский ужастик. В квартире были слышны шаги и хищные рыки. Названный гость явно был голоден. Попов медленно продвигался по чужой квартире, прекрасно в ней ориентируясь. В гостиной послышался скрип мебели, кто-то открыл шкаф. Быстрыми шагами Арсений направился туда и, к счастью, успел вовремя. Голодный и кровожадный вампир схватил зажмурившегося Антона за запястье, собираясь хорошо перекусить этой ночью. – Отпусти его! – громко крикнул Арсений, поднимая пистолет вверх. Послышался раздражëнный рык вампира. – Я сказал отпусти! – парень нажал на курок, а детская пулька полетела в монстра. Казалось бы, что такого в обычном куске паралона? Но еë наконечник был из серебра. Вампир пошатнулся и отпустил запястье Антона, пуля прожгла его плоть. Арсений продолжил стрелять, выпустив ещë несколько серебрянных пуль. Все из них попали точно в цель и вскоре монстр упал на пол, исчезая. Из его рта были слышны крики, наполненные исключительно болью. – Что ты тут делаешь? – совсем недружелюбно спросил Шаст, вставая. Он не хотел показывать себя перед Арсением в таком виде. – Спасаю тебя, а что, не видно? – он ухмыльнулся, убирая пистолет обратно в кабуру. – Я мог справиться сам. – Ага, я видел. – Арсений хмыкнул. – Что, даже не скажешь «спасибо»? – Как ты вообще тут оказался? – задал вопрос вместо этого парень. – Ну… Мимо проходил. – Попов продолжал держать непоколебимое лицо с наглой ухмылкой, хоть это было всë сложнее и сложнее. – А если честно? Почему ты решил меня спасти и как ты узнал, что меня нужно спасти? Арсений тяжело вздохнул: – Вот скажи мне, зачем оно тебе? Не лучше ли просто сейчас поблагодарить меня и разойтись? Я пойду к себе домой, а ты останешься тут. – Я хочу знать правду. – настоял Антон. – А я не хочу тебе еë говорить. Такая жизнь. – Попов улыбнулся, но понял, что это не помогло. Придëтся рассказывать. Голубые глаза упëрлись в стену, не желая встречаться с внимательным взглядом напротив. – Ты не выходил из дома, ни с кем не общался и не был в своих любимых местах. Я знал, что ты не купил костюм и понимал, что ты в опасности. Вот и решил… – Но… Зачем? Ты следил за моим передвижениями и проверил все места, потратил целую ночь на то, чтобы охранять эту квартиру. Зачем так много всего? – Тош… Какой же ты дурак… - Арсений горько рассмеялся, садясь на пол и опираясь спиной о стену. Он страдальчески посмотрел на светящую кровавым цветом Луну. – Потому что я люблю тебя. Ты просто дорог мне. В полной тишине, Антон сел рядом, тоже посмотрев на круглый спутник Земли. Он долго подбирал слова и боролся с чувствами, но всë же через время выдал: – Я тоже… Я тоже лю-… – Так. – Попов резко повернулся в сторону друга детства. – Подумай хорошенько, ты произносишь эти слова не из жалости, не потому что тебе трудно сказать «нет» или ещë чего-то такого? Раздражëнно выдохнув, Антон улыбнулся, резко подвинувшись ближе к другу. Схватив Арсения за талию, Шастун поцеловал его, через это действие высказывая всю свою любовь, все те чувства, что хранились в нëм эти долгие годы. – Теперь… Теперь ты понимаешь? – тяжело дыша, спросил Антон. – Да… Да… - Арсений всë ещë был в шоке. – Будешь ли ты… – Да, с этого момента… Мы будем вместе.