Право первой пробы.

Его утро начиналось не как у всех. Впрочем, Блейз успел к этому привыкнуть, и все же поспать на три часа дольше было бы весьма кстати. Подъем в пять утра стал ритуалом. Мулат уже провел осмотр девушек из Красной спальни, выслушал жалобы фавориток со второго этажа и теперь направлялся на третий, особый. Салазар, иногда он чувствовал себя корабельной крысой. Перебежки по мэнорам, безвылазные смены в борделе, ночлег, где ночь застанет. Груз ответственности давил на плечи и сжимал намертво нижнюю челюсть, от чего на лице Блейза заострились скулы. На нем буквально держались судьбы его друзей и близких. Он помнил свою первую операцию. Помнил, как неуклюже сшивал разбитый лоб какому-то Пожирателю, и как тот чертыхался на него сквозь зубы за каждое ломаное движение. И вот сейчас Блейз Забини — первый колдомедик магической Британии. Его навыки и опыт — заслуга светил колдомедицины, не побоявшихся взять парня на поруки. Он не пасовал ни перед чем, он брался за любое дело уверенно, однако смутные приливы сомнения вызывало иное… — Маловодие. — сухо постановил Забини и нахмурил брови, опуская палочку. — ты принимаешь экстракт полыни? Ханна отвела взгляд, опуская просторную рубашку. Таблицы Блейза, парящие над животом, рассеялись, накрытые тканью. — Она отвратительна на вкус. А еще от полыни у меня постоянно кружится голова… — О, извини, я передам повару. Стоит позвать менеджера? — парень приподнял подбородок, занеся перо над бумагой. Ханна поджала губы, то ли пряча смех, то ли от нелепости сказанного ею. — Эббот, ты вроде называла себя лекарем, если я не путаю. Так ты правда лекарь или только называла? — Мне не подходит этот экстракт! Он делает только хуже, Забини! — лицо девушки исказила мука, она поморщилась и взглянула с мольбой на мулата. — Если бы твои осложнения могли исправить карамельные леденцы, я бы не упустил возможность заменить отвратный экстракт ими. — У меня уже не осталось сил…ребенок словно высасывает меня…впору пить яд и прекратить все это… Забини бегло оглядел ее. Роды близились, от этого Ханна покрылась растяжками, ее лодыжки отекли, а сердце сбивалось с ритма. Ее мучили боли и кровотечения. Беременность от Пожирателя давалась ей сродни пытки, оно и ясно — что еще можно было ожидать от сплошного сгустка тьмы? Блейз не был чурбаном. Каменным оставалось лицо, но не нутро. Он жалел их всех, хоть и знал, что его помощь ограничится только медицинской. — Послушай, — он шагнул ближе и положил руку ей на плечо, побуждая посмотреть ему в глаза. — давай просто разберемся с этим, ладно? Обещаю, я сделаю все, чтобы ты была в порядке. Ты родишь и останешься цела. Я вылечу тебя. Мне лишь нужно, чтобы ты помогала, выполняя предписания. Выпей этот чертов экстракт, чтобы я уснул менее нервным предстоящей ночью. Ханна невесело улыбнулась и покачала головой. — Странно…ты вроде один из них…но почему-то мне дышится легче, если рядом мелькает твоя сутана… — Знала бы, как я ее ненавижу…мне кажется, эта тряпка уже вросла в мою кожу! — он страдальчески закатил глаза, и Ханна проронила смешок. — Как ты еще не чокнулся, Забини? — Вовремя пью экстракт полыни. — ухмыльнулся итальянец, ненавязчиво напоминая, и потряс флаконом перед девушкой. Он не собирался пускаться в откровения. Тем более с ней. К черту сентименты, это усыпляет бдительность. А Блейз ревностно следил за тем, чтобы в голове не роилось ничего, кроме работы. Эббот вздохнула, но откупорила флакон и залпом опустошила его, корчась от мерзкого привкуса сырой земли в этом зелье. — Повторить через два часа. Потом еще раз за час до сна. — он наскоро нацарапал пером рецепт и оставил записку на прикроватной тумбочке, туда же поставив еще два флакона. Парень уже взялся за дверную ручку, когда Ханна окликнула его. — Блейз! Он лишь немного повернул подбородок к плечу. — Спасибо… Медик цокнул о зубы языком, подмигнув девушке, и шагнул за порог. Оставалась еще одна пациентка, требующая пристального внимания. Грейнджер являла собой объект повышенной значимости, и Блейз торопился избавиться от зудящего невроза как можно быстрее. Стоило всего лишь осмотреть ее и убедиться, что все в порядке. К своему изумлению, он напоролся на Марти, непозволительно громко жующего яблоко. — Доктор! Какая приятная неожиданность! — изрек он так, будто присутствие Забини редкость в этих стенах. — мерзавки не дают покоя? Понимаю Вас, как никто другой… — Марти сжал пальцы на переносице и вскинул голову. — Уже раздал всех подопечных под присмотр? — Блейз прошел мимо него, намекая на слишком раннее посещение. — Уверяю, я бы предпочел заняться своими делами, если бы на моей шее не болталась грязнокровка с ее паразитом! — Придержи язык, чучело! — грозный тон врача встряхнул Марти, от чего яблоко вылетело из его пальцев. — это ребенок генерала. Еще один такой выпад — и будешь навещать свой язык в кладовой рядом с флоббер-червями. — Боюсь, Вы неверно меня поняли…- голос мулата стал елейным и заискивающим. — видите ли, я здесь по поручению мистера Малфоя, мне приказано доставить грязно…мерзавку в Малфой-мэнор. Забини повернулся к нему с таким видом, словно сам Волдеморт возник перед ним. Смуглое лицо вытянулось и побледнело, как его сутана. — Малфой? Генерал приказал?..- эти слова казались ему чужеродными, спотыкаясь об язык. — Сам ошарашен, — Марти развел руками. — получил распоряжение этим утром. — И… — И Вас просят поехать вместе с ней! — слишком инициативно пискнул Марти, расплываясь в улыбке. Он-таки сочился гордостью за доктора, который вовсе не разделял его настрой. — porca troia…- прошептал Блейз, закатывая глаза. Покой и Забини две несовместимые вещи. — Простите, доктор? — Марти сузил веки, но продолжал улыбаться, опасаясь показаться идиотом. Медик прочистил горло и со всей серьезностью посмотрел на мулата. — Итальянский. Выражаю чувство радости. — он поджал губы и порывистой походкой обогнул Марти, пока тот продолжал светиться, приняв слова врача за правду. *** Фонтан сегодня бил по-особенному вяло. Вода не брызгала, а почти стекала из статуй. Точно так же, как энергия Джинни. Целые сутки прошли с того момента, как состоялся разговор в конюшне. Нотт не появился ни вечером, ни ночью. Рыжая уже сто раз отругала себя за горячность, за то, что прекрасно понимала и без ответа Нотта, но не смогла сдержаться. До того ей хотелось ощутить себя нужной, знать, что он принадлежит одной ей, слиться с ним воедино. Разум проиграл эту партию. Сейчас она сидела на краю фонтана и пристально вглядывалась в распахнутые ворота конюшни. Желудок сминался всякий раз, когда кто-то из солдат выводил лошадь. Ей казалось, еще немного, и на улице появится Нуар, готовый для своего всадника. Она бы ни за что не простила себе, если бы испортила тот минимум, который образовался между ними. Но так манил максимум, обещавший большее… — Чудный сегодня денëк. — размеренный баритон за спиной заставил ее подпрыгнуть и обернуться. — давно я не бывал в этом саду… — мистер Нотт окинул пространство задумчивым взглядом. — Я не слышала, как Вы подошли… — нашлась рыжая, поднимаясь на ноги. Пытливые радужки Натаниэля прошлись по лицу девушки и тут же сникли, рассеивая фокус. — Это сад моей жены. Без ее руки мэнор оставался бы куском серого камня, но эти деревья, эти цветы, птицы… — он указывал пальцем в разных направлениях, перечисляя. — Вирджиния делала живым это место. И меня. Гриффиндорка нахмурилась. Еще вчера мистер Нотт демонстративно не замечал ее, а сейчас вдруг общается с ней, как с давней приятельницей. Под носом проскользнул едва уловимый запах огневиски. Было ясно, напиток взят из запасов Нотт-мэнора, только качественный огневиски мог так тонко пахнуть. Чтобы Натаниэль среди дня выпивал алкоголь? Джинни почувствовала неладное. — Вы…с Вами все в порядке, сэр? Мужчина будто бы не слышал ее. Он медленно скользил глазами по каждому уголку сада. Обычно уложенные гелем волосы сегодня были растрепаны, будто он засыпал в тревоге. Сосредоточенность в суровом взгляде померкла, уступая полной опустошенности. — Бросай путаться с моим сыном, — вдруг изрек он, помрачнев сильнее. — ваши игры неуместны. Вы не в школе, чтобы забавляться. — Сэр, я не выбирала попасть сюда и путаться у вас под ногами! — Джинни собралась, шагнув к нему вплотную. — если бы я могла решать, меня бы уже не было в Вашем доме. Но за всех нас решает кое-кто другой, верно? — Даже вообразить не можешь, что скоро начнется…- процедил мистер Нотт, сужая веки. — грядет важная перемена. Мы обязаны дать отпор достойно, а твоя игра в любовь с полковником сбивает его с пути! — Ох, поэтому Вы убиты горем? Потому что Теодор стал меньше пытать и сделался человечнее?! Еë слова больно резанули мужчину. Взгляд Натаниэля распахнулся, выдавая горечь, которую он прятал за прищуром. Только теперь девушка заметила красные паутинки в его белках — последствия тяжелой бессонной ночи. Казалось, она ударила его кинжалом, и он вот-вот осядет замертво. — Меньше всего я хотел чьей-либо смерти. Сказав это, мистер Нотт взмахнул мантией, разворачиваясь, и быстро зашагал прочь. Рыжая долго провожала взором его спину, закусив губу. Она явно ляпнула лишнее, но сделанного уже не вернешь. **** — Merda! — Блейз выругался, нашаривая палочку в кармане. — не шевелись, — он направил древко на подол платья Гермионы и очистил его от налипшей грязи. — куда лучше. — Поверить не могу, что я вышла оттуда… — девушка посмотрела за плечо, будто здание Дома Смирения все еще находилось позади. — Считай это переездом в клетку попрестижнее, — фыркнул Забини, толкая двери Малфой-мэнора. — дамы вперед. Гермиона перешагнула порог и огляделась. Огромный мраморный холл захватывал дух наряду с пугающими скульптурами. — Я буду теперь здесь? — она в неверии посмотрела на колдомедика, словно он сейчас скажет, что это розыгрыш. — МЫ будем здесь, — уточнил Забини, подкинув брови вверх. — видишь ли, по зову долга я еще и твоя фрейлина, поэтому мы неразлучны. Гриффиндорка нахмурилась, не понимая смысла его слов. Блейз цокнул и закатил глаза. — Тебе необходимо наблюдение врача. А кому еще можно доверить генеральского отпрыска, кроме как Блейзи? — он картинно огляделся по сторонам и хлопнул себя по бедрам. — А…Драко тоже… — Понятия не имею. Я не получал от него писем. — Забини подхватил свой кейс и вместе с Гермионой направился к лестнице. Резкий хлопок привлек их внимание. — мистер Забини! Сэр…- пропищал эльф, слегка кланясь. — Привет, Хью. Как твое ничего? Домовик робко кивнул и покосился на девушку. — Госпожа… — он поклонился ей до самых половиц, задевая их ушами. — Эй, я тоже должен залететь от Малфоя, чтобы и мне ты кланялся до пола? — заметив на лице домовика испуг, Блейз прыснул. — спокойно, приятель, я дурачусь. — Госпожа? — поморщилась шатенка, адресуя вопрос мулату. — Ты носишь наследника генерала, еще и мальчика. Для них ты по умолчанию госпожа. — объяснил парень, пожимая плечами. — У меня мальчик?! — Салазар, Грейнджер, еще раз переспросишь, и я назначу тебе терапию пиявками! — Ты не говорил мне об этом! — Хотел сделать сюрприз. — иронично хмыкнул медик. *** — Тебе стоит больше гулять. Свежий воздух благотворно скажется на плоде. — медик развеял таблицы кончиком палочки и сделал новые отметки в блокноте. — Я понятия не имею, где и что здесь находится, — шатенка опустила платье, разглаживая его. — к тому же не хотелось бы столкнуться с женой Малфоя. Блейз прыснул со смеху, вызывая удивление на лице девушки. — Не парься, Гринграсс не настолько искусная ведьма, чтобы вернуться с того света. — буднично пояснил он, делая вид, что не замечает недоумение собеседницы. — Похоже, война пошатнула и твой рассудок, Забини, — скривилась Гермиона, качая головой. — так реагировать на ее смерть… — Грейнджер, через мои руки прошло столько пациентов, столько было затрачено сил, но в итоге половина из них все равно мертвы. Если бы я знал их судьбу заранее, то не тратил время. Знал бы я, что бедняга Ирвин умрет из-за твоих недобойцов, я бы тогда не ебался день и ночь над тем, чтобы поднять его на ноги. А ведь он был неплохим парнем. Я уверен, он бы таким и оставался, если бы Орден не решил, что его надо утопить в конской поилке. — мулат говорил, с каждым словом погружаясь глубже в себя. Гермиона не останавливала его, она молча слушала и наблюдала за тем, как трескается маска ледяного спокойствия у врача. — И, ты понимаешь, он лишь один ИЗ. Я не вел счет, но предполагаю, что из десятков тысяч тех, кого я спасал напрасно. — Блейз умолк. В комнате зазвенела тишина. — Тебе не обязательно делать это, — гриффиндорке стало неуютно и она решилась возобновить разговор. — ты не должен помогать пожирателям… — Ну, возможно, я бы говорил так же, если бы не моя мать, которая каждую секунду находится под прицелом. Гермиону шокировало то, с каким спокойствием он это произносит. Так говорит человек, который полностью принял ситуацию и просто играет по установленным правилам. — Не смотри на меня так, — Забини улыбнулся невеселой улыбкой. — все мы поехавшие. Но степень у нас разная. У меня лично докторская. Их прервал хлопок. В воздухе материализовался эльф, несмело топчась на месте. — Хью? Уже соскучился? — Хозяин желает видеть вас… — существо указало пальцем на врача, почти сразу переводя его и на девушку. — Малфой здесь?! — слишком инициативно бросила шатенка и тут же собралась под пристальным взглядом Блейза. — Мы сейчас спустимся в гостиную, — заявил мулат, но эльф покачал головой. — В кабинет на третьем этаже…- пропищал домовик, вызывая замешательство на лице медика. — Кабинет Драко на втором этаже… — сказал он вслух, бегая зрачками по ботинкам. — Поторопитесь, хозяин ждет! — с этими словами Хью исчез, оставив Гермиону и Блейза сверлить друг друга вопросом во взглядах. **** Ничего не имело смысла. Больше ничего. Единственный луч света в его мрачной жизни безвозвратно угас. Нотт слонялся по лесу, болтаясь на коне, как мешок с картошкой. Он был вусмерть пьян и даже не пытался направлять жеребца. Нуар сам шагал по извилистой тропе, с которой давно знаком. Раньше Тео часто устраивал верховую прогулку в этой части леса. Теодор вынул из-за пояса бутылку огневиски и запрокинул голову, выливая остатки в рот. Как только последняя капля коснулась языка, он швырнул тару в сторону. Бутылка разбилась о дерево и своим звоном подняла в небо стайку птиц. В глазах все стало таким медленным. Веки тяжелели, объекты раздваивались, и полковника нестерпимо тянуло в сон. Он не помнил, сколько вот так бродил. Тед аппарировал из хижины, как только более менее пришел в себя. Он не хотел, чтобы эти уроды видели его слабость. Парень оказался снаружи, Нуар послушно дожидался его у коновязи. Тео в один рывок прыгнул в седло и помчался прочь оттуда. Никто не останавливал, никто не мешал ему, пейзаж смазался в одну сплошную мазню. Тео не разбирал дороги из-за слëз, горло словно сковали самые тяжелые путы. Мама…его мама была мертва. Агония накрыла парня с головой, испепеляя внутренности. Он кричал на всю округу, пугая лесных животных, и просто скакал, не выбирая пути. Позднее он завалился в Кабанью голову, где пил, пока не потерял равновесие, а после вернулся в седло и ездил по местности. Он несколько раз падал, расшибая лоб об землю, снова садился на коня, выпивал купленные в пабе запасы и заливался слезами. Тео не вел счет времени, посему даже не заметил, как прошли сутки. Сейчас, думая о матери, окунаясь в воспоминания, он снова не выдержал. Горечь подкатила к языку, и Нотт пришпорил Нуара, заставляя того пуститься в галоп. Полковник разрыдался, скача на полном ходу. Влага слетала с щек, марая плащ, а белки глаз взялись красной паутинкой от напряжения. В какой-то момент подорванная алкоголем координация подвела, и Теодор соскользнул со спины коня, сталкиваясь с землей. Он прокатился несколько метров прежде чем замер в траве. Жеребец обнаружил пропажу сразу же и вернулся к хозяину, тревожно втягивая ноздрями его кудри. Тео продолжал рыдать, не замечая ни ссадин от падения, ни вязкую почву под ним, ни капающую с виска кровь. Почему все так? Почему она? Эта женщина заслуживала тысячи лет жизни, но недоумок Поттер с бандой кретинов отобрали ее. Они виноваты в том, что Вирджиния сделала. А именно Поттер. Мальчик, который полнейший долбоеб не смог вытянуть победу самостоятельно. Снейпу пришлось тащить избранного на себе ценой жизни матери Теодора. Блять…да этот импотент не смог даже трахнуть свою девушку! О чем тут… Тео поймал себя на этой мысли. Уизли…драгоценная подружка очкарика. Нотт нашел решение. Поттер отобрал у него мать, а значит Тед отплатит ему тем же. Так как мамаша избранного давно в могиле, за его деяния ответит Уизли. Точно. Ему было плевать. Ненависть ко всем вокруг горела ярким пламенем, а боль туманила разум. Полковник был исполнен решимостью убить то, что дорого этому кретину. Жертва за жертву. **** Итальянец не верил тому, что видит. Он позабыл сразу два языка, немо пялясь на фигуру в кресле напротив. — Блейз, я много наслышан о твоих успехах! Хочу лично выразить свое восхищение. Ты действительно нашел себя! — Люциус заливался соловьем, пока эльф разливал по чашкам горячий чай. — могу с уверенностью заявить, что горжусь тобой не меньше, чем своим сыном. — Польщен, мистер Малфой, — сдержанно кивнул мулат, косясь на гриффиндорку. — Вы желали нас видеть? — Да, разумеется, — блондин улыбался, будто у него на приеме лучшие друзья, а не пара сокурсников сына. — что ж…ситуация сложилась весьма нетипичным образом… — он слегка цокнул языком. — с моей стороны было бы лукавством, скажи я, что рад всем присутствующим в моем кабинете, но…я готов примириться с этим. По крайней мере до того момента, пока на свет не явится мой внук. — Я легко могу избавить Вас от дискомфорта, просто уехав обратно. — огрызнулась шатенка. — Это непременно случится, мисс Грейнджер, — слащавая улыбка растянулась от уха до уха. — как только Вы родите, я верну Вас туда, где Вам место. — Сэр, — Блейз кашлянул в кулак, привлекая внимание. — беременность нелегкая, ей не стоит волноваться… — О, конечно…простите мне мою заносчивость. Было эгоистично с моей стороны тревожить покой ребенка. И все же я не прекращаю задаваться вопросом, как мой умный сын допустил такую глупую оплошность?..- он взял чашку двумя пальцами и немного отпил. — Простите, но…как Вы узнали, сэр? — Это было не трудно исполнить, учитывая, что эльфы в первую очередь подчиняются главному хозяину Мэнора. Не подумайте, мое воспитание не позволит мне читать чужие письма, но я и не нуждаюсь в этом. Я черпаю информацию из преданных источников. Хью виновато потупил в пол глаза, чувствуя на себе проницательный взор девушки. — По крайней мере я не могу допустить, чтобы часть моей семьи развивалась в окружении дам с не самым сложным поведением. — в конце Люциус как бы ненароком посмотрел на Гермиону, приправляя фразу той же улыбкой-оскалом. — Они там с легкой руки таких, как Вы. — выплюнула девушка, не скрывая возмущения. — Должен обозначить, что я не пользуюсь услугами Ваших коллег, мисс Грейнджер. И также лично не участвовал в создании приюта для страждущих. Ей-Мерлин, шатенка всей душой хотела убить его. Больше всего она жалела, что сейчас при ней нет палочки. Уж тогда она бы точно стерла эту фальшивую улыбку с высокомерной рожи. — В чем моя задача, сэр? — Блейз решил вмешаться, чтобы предотвратить словесную дуэль. — О, мистер Забини, я был бы очень признателен, если бы именно Вы с Вашим уровнем профессионализма отслеживали эту беременность. Видите ли, я не могу ни на кого положиться…чрево его матери компрометирует мою фамилию, Вы же понимаете…- мужчина провел ладонью по столу, стирая мнимую пыль. — другим медикам нет веры. Они сочтут за радость доложить об этой оплошности Темному Лорду. В данный момент он отбыл в Норвегию, обстановка там крайне не стабильна. Всюду вспыхивают восстания, а руководящий состав не справляется. Ни к чему рисковать! — он проронил смешок, словно обсуждал нечто забавное. — Я сделаю все, что от меня зависит. — кратко ответил Забини, кивнув ему в уважительном жесте. — Грядет непростое время, но…нет такой бури, в которой бы мы не выстояли! — Люциус подвинул чашку с чаем к краю стола, приглашая медика. — Я не ожидал увидеть Вас тут…- за этими словами таилось непонимание. О Люциусе не было слышно долгое время, все были убеждены, что он еще долго не заявится в поместье. — Наверняка домой Вас пригнала Ваша безграничная смелость! — Гермиона напомнила о себе, нервно скрещивая руки на груди. — Мисс Грейнджер, время имеет невероятную способность раскрывать истину…если будете достаточно терпеливы, можете дожить до этого момента…- он улыбнулся в свой чай, глядя кварцевыми радужками на нее из-за ободка чашки. **** Джинни стояла перед распахнутым окном и куталась в мантию. Луна занимала половину небосвода, все вокруг было таким ярким, будто одетым в голубую вуаль. Она не знала, который час. Рыжая просто ждала, не зная, чего именно. В ней теплилась надежда, что скоро Тео даст о себе знать. К концу подходил второй день его отсутствия, и тревога поглотила ее с головой. Мистер Нотт больше не пытался говорить с ней. Она и не припоминала, чтобы видела его после встречи в саду. Все же оба мужчины этого семейства вели себя крайне странно. Ей даже не хотелось есть, однако девушка с удовольствием поглощала виноград, который ей доставляли эльфы. Он был единственной пищей, подпитывающей рыжую эти дни. Должно быть, время перевалило за полночь, потому что Джинни ощущала острое желание уснуть. На самом деле ей хотелось спать уже несколько дней, но сейчас это чувствовалось довольно сильно. Гриффиндорка подумала, что не произойдет ничего страшного, если она просто присядет на кровать. Самую малость, чтобы дать возможность отдохнуть ногам. Уизли опустилась на постель и незаметно для себя легла. Девушка сжалась в комок, подтянув ноги к животу, и закрыла веки. Она просто полежит, не более. А потом снова встанет и будет ждать. Если бы Джинни знала, что до его прихода оставались считанные минуты, то не сомкнула глаз. Тео толкнул главную дверь и переступил порог. Очищающие чары подправили его внешний вид, но литры алкоголя и смертельную усталость они спрятать не могли. Пара домовиков хотели было подойти к хозяину, но быстро передумали. В глазах Нотта чернела пропасть. Это будто был мертвец, восставший с помощью темной магии. Со стеклянным взглядом он рывками направился по коридору наверх. Как охваченный империо парень преодолевал метры, точно зная свою цель. Поттер за все ему ответит. Полковник вынул палочку из кобуры и крепко сжал ее в перчатке. Никакой пощады. Все свершится в эту ночь, сегодня. Прямо сейчас его отец занимался похоронами. Не так-то просто это провернуть, когда по легенде Вирджиния все еще находится в доме в лесу. Нельзя было допустить случайных ненужных свидетелей. Все делали под покровом ночи. Тео непременно навестит могилу матери позже, как только закончит то, что должен. Ему было невыносимо видеть ее мертвой, пусть лучше мать останется в его памяти вечно живой. Долгожданная дверь находилась в полуметре от него. Нотт надавил на ручку и уверенно шагнул в спальню. В эту секунду что-то в нем надломилось…ярость вдруг притихла, пропуская вперед волнение. Сердце забилось жалким кроликом в клетке. Здравый рассудок упорно пробивался через морок выпивки и злобы, но все еще проигрывал. Спящая девушка пошатнула его уверенность. Полковник даже отступил на шаг, допуская мысль уйти, но тут же по щеке хлестнуло напоминание о том, что прямо сейчас под землю зарывают тело матери. А во всем виноват ее слабоумный дружок. И она причастна к этому, потому что имеет для него ценность. В любом случае ублюдку будет так же больно, как сейчас ему. Нотт не мог прикончить самого Поттера, но в его власти находилась Уизли. Паршивая, упрямая, вечно задирающая нос Уизли. Та, которая поцеловала его на балу. Та, что вселила в него навязчивое чувство тоски, если долго не была рядом. Та, о ком он думал слишком много, чтобы это считалось нормой. Палочка дрожала вместе с его рукой. Он смотрел на ее тело исподлобья и ненавидел себя за то, что не может шевельнуться, хотя мозг толкает ноги вперед. Он делал это кучу раз. Всего-то заученный взмах древка, зеленая вспышка и новый труп. Это было наработанной функцией в его арсенале, порой Нотт не замечал, как это происходит. Но не теперь. В эту минуту решение давалось ему раскаленным железом вдоль кожного покрова. Что-то влажное прокатилось по подбородку. Тео нахмурился и провел свободной рукой по лицу. Это были слезы. Сейчас он оплакивал не мать, а предстоящую потерю в лице спящей перед ним девушки. Собравшись, Нотт поднял руку с древком, нацеливая его точно на нее. Он облизнул губы, чувствуя, как они покрываются коркой, и сосредоточился. — А…авада… — он умолк, видя, как зашевелилась Джинни. Рыжая перевернулась на другой бок и снова затихла. — черт… Тео выругался под нос и тряхнул головой. Порыв ветра из открытого окна заставил его поëжиться. Джинни явно тоже замерзала сквозь сон. — Авада…- произнес он более твердым голосом, но снова осекся. — авада ке… С ветром до его ноздрей долетел ее запах. Салазар…он чувствовал его всегда, когда целовал тело девушки. Чувствовал, скача за ней верхом. Он тянулся за парнем повсюду, заглушая даже запахи в саду матери. Аромат персика…воспоминание о бале возникло перед ним. Невесомый скорый поцелуй и привкус персикового блеска для губ устроили хаос в его душе. Если бы только она знала, что сотворит с этим эта невинная шалость, то от души рассмеялась бы. Теодор Нотт был по уши влюблен. Он взмахнул палочкой, думая о том, как рыжая девчонка убегает в толпу гриффиндорцев, маяча тем самым струящимся платьем. — Клауфенестра! — окно с грохотом захлопнулось. Он расчитывал сделать это тише, но алкоголь пошатывал его магию. Джинни моментально проснулась. Подскочив на кровати, она вглядывалась в темноту. Тео заметил проблеск радости, когда она увидела его. — Тео?..Тео! — рыжая сорвалась с места и бросилась ему на шею, крепко сдавливая в объятьях. — Годрик…прости меня, Тео! Я такая идиотка! Я…я не хотела, слышишь?! Мы можем поговорить об этом позже, когда все уладится, когда закончится война, когда… Нотт взял ее лицо в ладони, прерывая девушку поцелуем. Он жадно впился в ее губы, словно странник в пустыне, месяц не знавший воды. Джинни отвечала ему, водя руками по плечам, по груди. Наконец, парень отстранился, накрывая ее кисти своими. — Тут было прохладно. Я хотел закрыть окно и случайно разбудил тебя. — Черт с ним. Я не находила места эти два дня… — Прости… — брюнет коснулся губами ее пальцев. — мне нужно было многое обдумать. Да и на службе все не очень ладно. — Что-то…серьезное? — она пристально смотрела ему в лицо, ища ответ. Ком боли скрутил ему органы. Она и не представляла, насколько все серьезно. — Не хочу об этом. Я так соскучился…- он прижал ее к себе и снова слился с девушкой в поцелуе. Тео подхватил ее под бедра и двинулся к постели. Аккуратно уложив рыжую на спину, он лег сверху и припал к ее шее. Нотт целовал каждый участок кожи, словно восполняя недостаток кислорода. Вылизывал места поцелуев, будто извинялся за долгое отсутствие. Нет…никогда и ни за что…