Двое

Босыми ногами по тонкому льду, Царапая в кровь ступни, ладони, На встречу на крутом берегу Неслась Габриэлла ланью проворной. Босыми ногами сквозь дикий лес, Замёрзший от льда, до костей пробравшего. Бежал Антигон к берегу чудес, Где боги, глаза пряча, прочили счастье. По разные стороны бурной реки Стояли пламя и воздух в обличиях человеческих. На расстоянии вытянутой руки От каждого — тьма простиралась, строила вечность. Она пришла сюда через разлом, Она захватить собиралась вселенную. Поглотить Габриэллы отчий дом. Украсть у жены Антигона сердцебиение. В души обоих впилась знакомый зверь — печаль: Их вновь обманули сулением вечности жданной встречи. И в этой жизни им вместо мира — горячая сталь. Вместо радости — кровь в глаза, в руку — похоронные свечи. Но раз за разом, зная обман, приходили они, И раз за разом тянулись сердцами друг к другу. Дарил Антигон ветер волшебному пламени, И жгла Габриэлла тьмы вездесущие руки. Когда скрывалось зло обратно в разлом, Потоком воздушным сшивал он время и пространство. Она влюблённо следила за его трудом. Им горестно было вновь просыпаться. --- В своей кровати, в жарком лесном краю От сна очнулся мужчина в жены горячих объятьях. Он чувствовал холод, и не знал, почему Мёрзнут грудь, ноги и на руках пальцы. В своей кровати, в местах, где осенью снег, Проснулась девушка с жгучей болью на сердце. Она приметила: каждый год, в один и тот же день, Ей хочется в холоде чьих-то знакомых рук согреться. И так из вечности в вечность, из года в год, На расстояниях в тысячи километров. Живут порознь, не помня друг друга, воздух и огонь, Надеясь на долгожданную встречу. И пусть мир снов не сулит вам счастья вовек, Но мир людей — печали и боли полный, Надежду дарит тебе, о, верящий в лучшее человек, И вам — в других измерениях обречённым влюблённым.