more than friend less than lovers

      Скарамуш никогда не был любителем проявления физической привязанности. Более того, он был достаточно отстранён и холоден ко всем, но есть одно но...       Чужие руки, что так по-хозяйски сжимают чужую талию со спины, подбородок, устроившийся на плече, лёгкие поцелуи в шею и нежный шёпот. Черт бы побрал его, этого Каэдэхару Кадзуху.       Кадзуха был, наверное, единственным, кому было позволено то, что не позволялось другим. Скарамуш по-прежнему продолжает хмуриться и бубнить себе под нос что-то вроде "отвали" или "убери свои руки", но он не вырывается и, что ещё важнее, слегка поглаживает чужие руки на своей талии.       Их одногруппники никогда не понимали... Почему бы просто не начать встречаться? Все вокруг знают, что эти двое всегда были не прочь подержаться за руки или пообниматься, даже если темноволосый парень делал вид, что он против. Но это не так. Он никогда не против. Просто признаться самому себе стыдно. Но почему-то каждый раз, когда их спрашивали, в отношениях ли они они, всегда отвечали одно...       — Мы лучшие друзья. — холодно ответил Скарамуш, скрещивая руки на груди и сверля взглядом Сиканоина Хэйдзо, их с Кадзухой также давнего друга. Кадзуха продолжает отчаянно цепляться за парня со спины, утыкаясь носом куда-то в изгиб его шеи.       — Чувак, вы буквально ведёте себя как парочка. О вас уже весь колледж шепчется. — Хэйдзо скептически поднял бровь, уставившись на двух парней. Сколько ещё они собираются отрицать очевидное?       Скара лишь фыркнул и повернулся лицом к Кадзухе, хватая его за руку и уводя в неизвестном направлении. Хэйдзо лишь покачал головой и ушёл в обратную сторону. "Бестолковые" - подумал он.

***

      Тишина общажного корпуса давила на уши. Практически все студенты сейчас были либо на парах, либо на прогулке. Мало, кто оставался в двенадцатом часу дня в комнате. Желание спрятаться от всех было логичным, учитывая, сколько людей спрашивают об их продвижении в отношениях каждый день.       — Хочешь спать в моей комнате сегодня? — Каэдэхара говорит тихо, нежным голосом, который песней отзывался в ушах у Скарамуша. Он пожал плечами, но всё же прошел в комнату к Каэдэхаре, совершенно не смущённый его вопросом. Кажется, это был не первый раз, когда парни решали, кто и у кого будет ночевать.       Темноволосый сбросил свою сумку у входа и практически сразу же плюхнулся на кровать. Кадзуха же, счастливый из-за, наконец-таки, появившейся возможности провести свободное время со Скарой, вновь обвил руками его талию. Скара же ни разу не испугался такой "неожиданной" близости со стороны Кадзухи , и обнял его в ответ, на этот раз совершенно не показывая фальшивого раздражения. Светловолосый нежно поглаживал Скарамуша по спине, в очередной раз зарывшись носом в изгиб его шеи. После нескольких минут, проведенных в спокойном состоянии, Кадзуха медленно отстранился и взглянул на парня с лёгкой ухмылкой. Скара сразу понял, что что-то здесь не так...       — Что ты опять задумал, Каэдэхара? — Скарамуш прищурил глаза, глядя на парня снизу вверх. Озорной блеск в глазах Кадзухи был виден очень ясно, невозможно было не заметить. Кадзуха только улыбнулся и снова прижался к шее парня, на этот раз осыпая лёгкими поцелуями. — Кадзуха, идиот!       Скарамуш продолжал ругать Кадзуху за его действия, но не останавливал. Лишь только немного сжал волосы на затылке блондина, на что тот горячо выдохнул ему в шею.       Хватка Скары в волосах Кадзухи становилась сильнее по мере того, как поцелуи становились интенсивнее. На этот раз блондин подключил свои зубы, слегка покусывая шею парня, на что тот, скрепя зубами, отчаянно пытался подавить очередные вздохи.       Руки Кадзухи легли ему на бока, немного поглаживая и, как бы, успокаивая парня снизу. Не то, чтобы второй как-то волновался... Приподняв край футболки, руки Кадзухи проникли внутрь, оглаживая его живот, рёбра и грудь. Скарамуш извивался, прижимая Кадзуху к себе ближе. Кадзуха же в этот момент подхватил его под бёдра, заставив его обвить его талию ногами. Футболка, как назло, максимально медленно, но была снята, поэтому Каэдэхара опустил поцелуи ниже.       — Идиот... Не медли... — парень снизу практически задыхался. Некоторые действия светловолосого были практически пыткой для него. Кадзуха был готов уже помогать ему снимать с него штаны, но улыбнулся и вернулся вверх, прижавшись губами к губам Скарамуша. Скара промычал что-то бессвязное тому в губы, явно огорченный неожиданным решением первого не идти дальше. Темноволосый приоткрыл рот, и Кадзуха совершенно без зазрения совести проникнул туда языком.       Языки сплелись, а поцелуй вышел неожиданно долгим для Скарамуша. Он всё ещё хотел большего. Ткань штанов слишком давила. Придётся брать всё в свои руки.

***

      Солнце ярко слепит в глаза даже сквозь закрытые шторы. Горло першило, а усталость, скопившаяся во всём теле, практически не давала нормально двигаться. Скарамуш с трудом сел в кровати, тут же почувствовав руки, что в очередной раз так беспардонно обвивались вокруг его талии. Кадзуха был красивым. Неимоверно. Рука сама потянулась, чтобы убрать волосы с глаз блондина и зацепить красную прядку пальцами, просто чтобы коснуться. Но вместо этого чужая ладонь перехватывает его, поднося к губам и нежно целуя.       Скарамуш задаётся вопросом: все ли друзья так поступают? Конечно, все лучшие друзья обнимаются, целуются и проводят ночи вместе. Какой бред, Скарамуш.       Он в очередной раз засмотрелся на Каэдэхару, что всё ещё сонный так нежно целует его пальцы и ладонь.       — Я люблю тебя.— вырвалось настолько неожиданно, что у Кадзухи аж глаза по пять рублей.       — Повтори?       — Я не буду повторять. Нужно было слушать, а не... — договорить ему не дали, затянув в очередной поцелуй.       — Наконец-то я услышал это... Ты бы знал, сколько раз я пытался не засмеяться, когда ты утверждал, что мы "лучшие друзья". Ты дурак, Скара!       Скарамуш ещё никогда не видел Кадзуху таким счастливым... Он тихо хихикает и ярко улыбается, прижимаясь щекой к груди темноволосого. Его платиновые волосы щекотали нежную кожу и так приятно пахли... Скарамуш сам не смог сдержать тихого смешка.       — Да, я тот ещё придурок... — лаская его волосы мягко сказал Скарамуш.       — Я тоже тебя люблю.