Не сон

      Космос. Великолепный в своей темноте, с секретами и тайнами, бесконечный. Как глаза солнечного мальчика…       А в космосе звёзды. Маленькие и волшебные, что россыпью лежали на его щеках, сияют так, что невозможно оторваться…       Солнце играло с лёгкими тюлевыми занавесками, мягко проходя сквозь них и оставляя свои невесомые прикосновения на полу, стойке и мягких волосах золотистого оттенка. Аромат свежести, выпечки и кофе, лёгкая осенняя прохлада — шум дороги в двух кварталах от сюда, снующие туда-сюда люди и бурная столичная жизнь не в силах пробраться в этот храм спокойствия. И он. Как будто созданный высшими силами ангел, творение Господа, глоток воздуха в переполненном метро, луч солнца в дождь и в то же время соль на рану, ведь слишком недосягаем для простых смертных. Хочется прикоснуться, оказаться ближе, вдохнуть аромат персикового шампуня, утонуть в этих глазах… Но нельзя. Почему? Он сам не знал, но что-то говорило что нельзя, сломается не дай бог. Маленькая ручка, больше похожая на женскую, тянется вперёд, к чужой щеке. Прикосновение обжигает, не даёт дышать от переполняющих эмоций, сердце пропускает удар. Маленькое солнце тянется ближе, кажется вот вот обожжет, ослепит, чужое, такое родное дыхание огнем остается на губах, еще буквально пара миллиметров и…       БЛЯТТЬ!       Чанбин ненавидит соседей справа! Ремонт затеяли, суки. Так ещё и сверлить начинают в пол седьмого утра! Поток ругательств и проклятий не прекращался ещё час, пока парень не вышел из дома. Из кровати вылезать совсем не хотелось, усталость из-за огромной нагрузки с учёбой давала о себе знать, так ещё и этот сон… Чтоб его. Из-за этого Джисона вся его спокойная жизнь нахуй пошла, а стоило всего лишь поинтересоваться где же тот самый «волшебный» кофе, который Хан так нахваливает, который его друг еще варит. И ведь не поспоришь, кофе то реально вкусный, хотя Бин и не был фанатом кофейных напитков, он больше по пиву, но не в нём дело. Бариста… — Так, все, нахуй этот кофе, не пойду я туда больше, одного факапа мне хватило — пробубнил себе Чанбин, запирая дверь, — нет уж.       А дальше все как всегда: квартал до остановки, 19й автобус, четыре остановки и… Три. Остановки. Он выходит, не понимая зачем, в голове пусто, заворачивает за угол и идёт прямо. Два квартала. Налево через дорогу. Он не хочет, ноги сами ступают по тёплому асфальту, руки сами открывают тяжёлую дверь. Мелодичный перезвон колокольчика над входом оповещает о новом посетителе и, наконец, выводит Бина из коматозного состояния. Сука.......... Я сплю? Это сон? Нет, надо… а что надо? Слишком на сон похоже. А если это реально только моя фантазия? Не хочу просыпаться. Блядские соседи! Красивый однако, и губы мягкие наверное… стоп, ЧТО?! ААААААААААА!!!.. Из мыслей, заставивших уши Со конкретно так порозоветь, его вырывает —Доброе утро! — та же солнечная улыбка и бархатный низкий голос — Что будете заказывать? — Айс-капучино, пожалуйста, — вернувшись с небес на землю, с опозданием произносит Чанбин. В этот момент в выражении лица баристы появилась та самая любопытная искорка, которая была и при их первой, заменив собой лёгкую задумчивость. — То есть я вас уже не интересую? — ухмыльнулся парень. А Со так и передернуло от воспоминаний. ✎﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏ Неделю назад       Та же кофейня, та же утренняя тишина через 10 минут после открытия и тот же перезвон колокольчиков над дверью. Чанбин заходит, оглядывая небольшое уютное помещение с тремя маленькими круглыми столиками и двумя такими же деревянными стульями у каждого стола, попутно замечая в углу стол побольше с диванчиком. Подвесные лампы на потолке и множество небольших горшочков с растениями, панорамные тонированные окна и милые картины на стенах в перемешку с такими же фигурными зеркалами создавали атмосферу уюта, легкости и дарили покой заблудшей душе Со. Место было скрыто от посторонних изучающих взглядов, прятало от мирской суеты и чем-то подходило на затерянный рай на земле. И, так же, как и в раю, тут был свой ангел, с блестящими блондинистыми волосами, сияющими глазами и россыпью молотого кофе на щеках. В лёгкой мягкой рубашке и фартучке ангел своими махонькими ручками протирал стойку перед собой, мурлыкая пол нос какую то незамысловатую мелодию. На секунду Бин почувствовал себя не в своей тарелке: в берцах, чёрных джинсах с массивными ремнём и такой же чёрной приталенной футболке, он, мягко говоря, не вписывался в воздушную атмосферу кафе. Заметив посетителя парень за стойкой поднял глаза. — Добро пожаловать! Что будете? —с улыбкой, яркой, как и ее обладатель произносит мальчик за стойкой. — Тебя, —растворившись в глубоком низком голосе юноши, не успев подумать и тут же смутившись выпалил Со. —Эе? —на Бина смотрят глазки-бусинки, раскрытые от неожиданности. Но в ту же секунду лицо приняло прежнее выражение за исключением неопознанного огонька в тёмных глазах — А кроме этого? —слегка ухмыльнулся солнечный мальчик. —А можна не краснетть? Ыыыаа. А че сказать то? Ладно, выдох, вдох… СДОХ), —пулей проносится в голове, пока лицо не выражает ни единой эмоции. —Айс-капучино, если на то пошло, — все же выдавливает из себя Чанбин.       Парень за стойкой кивает, разворачивается и начинает творить магию по созданию живительной жижи, попутно напевая все тот же мотив. —Оплата картой, наличными? — через пару минут спрашивает бариста, протягивая ароматный прохладный напиток, и лупит свои глазёнки на утреннего посетителя. — Натурой. —мысленно отвечает Со и протягивает банковскую карту. — Интересный вариант. —задумчиво произносит парниша.       At This Moment He Knew He Fucked Up. Он че, блять, реально это вслух сказал?! Ндаааа… Хуже и быть не может! Но знаете, ему уже похуй, зато милый бариста его запомнит, верно? Эт то да, но… НЕЛОВКО! Да так, что под землю провалиться и с другой стороны планеты вылететь.       Надо ли уточнять, что из кофейни он вылетел как в жопу ужаленый и с моськой света страсти. ✎﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏       Так на чем мы остановились?… А! — То есть я вас уже не интересую? — ухмыльнулся парень.       Кажется, красноватые уши для Бина уже стали нормой, иначе как объяснить то, что рядом с этим парнишкой от них кровь не отливает? (хорошо что только от них.?)) — Я этого не говорил, —попытался сохранить лицо Чанбин. — Хах, ладно, подождите минуту.       Со пытался отвлечься от рассматривания, на удивление, крепкой спины парня перед ним и решил уделить ещё немного внимания уже знакомому интерьеру помещения. Умилившись стоящим на столах маленьким вазочкам с цветами календулы, он забрал свой кофе и поплелся в универ.       На подходе к зданию университета его кто-то ударил бод ребро, но не сильно, просто чтоб привлечь внимание. Он походу никогда не привыкнет к подобным выходками друга. У Джисона ещё вагон такой хуйни, которую он делает «ибо душа требует» — он сам так сказал, и его как-то не ебёт, что у Со эта самая «душа»требует вмазать другу по ебалу за такие выходки, но, к счастью того, не постоянно. — Пизды получить захотел? —спросил Бин, оборачиваясь на светящегося от непонятно откуда взявшейся радости друга. — Иди ты, — буркнул Джисон, — все-таки зашёл в JYC? Ты ведь говорил, что больше туда ни ногой. — продолжает младший, заметив знакомый стаканчик в руках кента— И вообще, ты разве не рад меня видеть? Вредина. — Буду, когда ты прекратишь меня избивать при встрече. — Так и каким боком тебя занесло в JYC? — Левым блять, все? —начиная слегка злиться на нескончаемый поток вопросов, огрызнулся Бин, — если да, то пошли уже, на пару опаздываем.       Двое протискиваются через толпу других учащихся в огромный живой муравейник из прилежных студентов, заебаных преподов, отчаянных лоботрясов, пришедших чисто отметиться, штаны просидеть и покурить, и тех, кто, как и наши герои, пришли получить какие-то знания, но при этом не страдают над уроками и не задрачивают каждое слово препода, а просто берут что дают и все. Люди, как муравьишки, бегают и суетятся, пытаются везде успеть и не сойти с ума, надеются на хорошее будущее и успешную жизнь или стараются сохранить последние крупицы самообладания и не двинуться от безысходности, ведь их существование особо не имеет смысла. Но если не углубляться в рассуждение о том, что же в головах обитателей муравейника, все просто занимаются своими делами и думают свои думы. А что конкретно они там мыслят, нас как-то не ебёт. Наконец, добравшись до нужной аудитории, друзья завалились внутрь на свое любимое место на втором ряду справа, ибо там препод их не видит.       Лекция скучная до невозможности и, чтоб не уснуть они… Не, эти два гения просто записали тему и Хан лег спать, пока Со что-то пытается записывать. Схема проверена, отработана и работает как часы (почти), не первый год как-никак: один спит, второй пишет, на следующей или на перерыве в середине пары меняются. Благо препод по истории дает пятиминутку в середине пары и оба успевают передохнуть перед более серьёзными занятиями.       Звонок, переполненный коридор, выход, двор. И ровно три минуты. Вдох-выдох, можно покурить и переписать часть пропущенного конспекта, как раз лавка есть, а писать и на коленках можно. —       Примерно таким же образом прошли оставшиеся три пары, а за ними и сколько-то там, похуй сколько, дней. СКУУУУУУКА! где действия, Со? Так и не зашел за это время за кофе, не взял контакты бариста и вообще, кому это все надо, тебе или кому блять? Вперёд и с песней! Да кого я обманываю, ты просто сыкло, ведь так? Признай уже., страшно тебе. В чем проблема? Подошёл, взял за руку, уверенно сказал «ыыамм. Привет? Не против там… Познакомиться мб?» да уж, в таком случае лучше просто молчать в тряпочку)       Короче да. Спустя что-то около пяти дней Бин таки осмелел и наведался в JYC. Как обычно сел на автобус. Три остановки, поворот на право за угол, два квартала вперёд, налево через дорогу и… Закрыто.