Пока ты меня держишь за руки, у меня ничего не болит

К чести Кинна, тот не понимал Порша довольно редко, пусть этот навык и пришёл к нему не сразу, а со временем. Все-таки слишком уж они были разными, чтобы почувствовать друг друга и вступить в резонанс с первой встречи. Но вот что касается его же собственного младшего брата, Кинн продолжал Порша не понимать. Порче, на взгляд мафиози, был слишком к обычной-то жизни не приспособлен, слишком наивный, слишком, открытый, слишком, слишком, слишком... И поэтому решение Порша отправить младшего за границу, в Европу, было встречено Кинном с недоумением. На его взгляд и опыт, младших лучше держать при себе, контролируя каждый шаг, а если для этого подростку придётся войти в их семью... Что ж, как бы могло быть иначе? Однако Порш был другого мнения. Что творилось в его привлекательной голове, иной раз было для Кинна загадкой. Но, надо сказать, этим Порш ещё больше привлекал. Всем интересны загадки, и Кинн исключением не был... - Может, все-таки расскажешь? - устраиваясь щекой на горячей спине, пробормотал он, мягко поглаживая свободной рукой сильные мышцы. - Всю твою логическую цепочку. - А сам пасуешь? - усмехнулся Порш, потягиваясь под прикосновениями. - И нашёл ведь время... - Ты регулярно слишком мастерски уходишь от ответа... - недовольно пробурчал Кинн, скатываясь с любовника и укладываясь рядом на постели. Порш скосил на него лисий глаз и растянулся в ещё более широкой улыбке: выглядел Кинн абсолютно затраханным, и если потянуть время, то старший точно уснёт, ему будет уже не до расспросов. Но Кинн что-то почувствовал. Помассировал виски, потер щеки и, выпив стакан воды, припасенный у кровати, взглянул на Порша вполне осознанно. Тот только вздохнул. Провести старшего не удалось. - Время, Кинн. Им обоим, нашим младшим братьям, было необходимо время. И если Ким сам смог вырваться из-под этого душного неба и сменить обстановку так, как ему было привычно, сдвинуть с места Порче могла бы только воля извне. Сам бы он продолжал ходить по кругу в своей голове - ты видел, кого он выбрал в свои... собеседники. Матушка не произнесла ни слова с тех пор, как мы вновь её увидели. Кинн отвел взгляд. История Нампхын была настолько тёмной, насколько его отец умело скрывал следы своих преступлений. А равных ему пока не было, переродиться ему земляным червём без глаз. Порш, почувствовав смятение партнёра, подкатился ближе и прижался сильнее к крепкому плечу подбородком. - Не расстраивайся. Ты не отвечаешь за его злодеяния. - Это не мешает мне разгребать результаты его бурной деятельности, - проворчал Кинн, подгребая Порша под себя, заставив того хрипло выдохнуть. - Нужно было говорить, нужно было, чтобы его мозг отвлёкся, напрягся на своём максимальном уровне, чтобы его ничего не отвлекало. - Но Франция! - Мон-Сен-Мишель, - улыбнулся Порш. - Ты был там?.. - Один раз, кажется, - наморщил лоб Кинн, вспоминая. - Проездом. Кажется, это дворец на горе? - На острове. Я только на картинках видел. Не важно. Знаешь, что сказал Че, когда приехал туда и позвонил мне? Что за это стоит умереть. - Надеюсь, он это не...? - Он был очень серьёзен. Мон-Сен-Мишель великолепен, он выбивает дух и ум у всякого, кто окажется там в первый раз. Именно после этого он согласился остаться там, - Порш повозился, целуя Кинна в изгиб плеча, маячащего перед глазами, и хитро улыбнулся. - Новые знакомые, университет, новый язык. - Думаешь, он там долго продержится? - спросил Кинн и вдруг напоролся на острый взгляд. - Что?.. - Я бы хотел, чтобы он продержался там максимально долго. Спроси ты меня об этом неделю или две назад, я бы так тебе и ответил. - Но?.. - Ким, - произнёс Порш таким тоном, словно это объясняло всё. По крайней мере, должно было. Поймав непонимающий взгляд партнёра, Порш вывернулся из его рук и уселся на кровати, нисколько не смущаясь своей наготы. - Я посмотрел на твоего брата, Кинн. Как он приполз в первый день - действительно же, приполз, едва стоя на ногах, домой, через все не могу и не хочу. Как он смотрел - готовый к тому, что я разобью его фамильный профиль. Ты был там - ты видел это напряжение. В каждой мышце, в каждом взгляде. Кинн сел рядом с Поршем и накинул на обоих одеяло. Возможно, в желании укрыть партнёра от прохлады кондиционера, а возможно - чтобы сделать чуть легче их непростой разговор. - Его не было рядом, когда мы проходили через всё это. Когда семья объединилась, - Порш зябко повёл плечами, вспоминая тяжёлые дни. - Не видел разбитого Вегаса, когда тот вернулся в свой дом. Не видел, как зашивались Пит и Макао, пока были его ногами и глазами на всех собраниях. - Если бы не ты, я не прошёл бы этот путь сам, - негромко заметил Кинн и легко коснулся смуглой щеки Порша. - Ты стал нашей связующей силой. Мне бы и в голову не пришёл такой ход. - С тебя просто стоило сбить спесь, - фыркнул Порш, но глаза его оставались холодными и задумчивыми. - Чтобы видел дальше собственного красивого носа. - О, да. У меня красивый нос. У нас вообще фамильный профиль удался, ты сам заметил. - Самодовольная зараза. - Я тебя тоже, мой Порш. Они помолчали, смотря друг на друга. Слова им не требовались. - Ким не ожидал, что попадет по возвращении не просто в дом, где он вырос, а в семью. Такую, какая есть. Ну, вот странную такую, но семью. Это было слишком сильным потрясением. И поэтому я надеюсь, на самом деле... что Че не выдержит. Кинн непонимающе нахмурил широкие брови. - Ты хочешь, чтобы они встретились? Сейчас?! - Они должны встретиться и поговорить, Кинн. Ни у одного из них раньше не хватило бы сил на повторное объяснение, но сейчас... Че в смятении от новой обстановки, Ким разбит, но собирается заново благодаря твоему старшему. Порш улёгся под одеяло и утянул Кинна к себе, укладывая рядом. Он слишком устал от обсуждений. - Они должны встретиться, и я... Стук в дверь прервал его на слове. После короткой паузы зашёл Чан - только ему было позволено беспокоить их двоих в любое время дня и ночи. - Кхун Порче покинул Францию и прилетел в Бангкок. Его самолёт приземлился три часа назад. - Что я говорил? - усмехнулся Порш. - Я знаю своего брата. *** - Мой дорогой малыш Че!!! Ты привёз мне круассанов?? - Прости, пи, всё съел в самолёте. Танкхун надулся, но все-таки притянул Порче в крепкие, пахнущие сладким парфюмом объятия. Тот не сопротивлялся, позволив себя обнять, но даже из-за плеча Ткхуна смотрел на брата с вызовом. Порш только усмехнулся и раскрыл руки ему навстречу. Че помедлил, вывернулся из хватки старшего и, тихо подойдя, уткнулся носом в плечо брата. - Прости, я... - Ничего. Всё нормально. - Вы столько сделали для меня, а я... - Че. Сейчас безопасно. И я знал, что ты не усидишь на месте. - Откуда? - в тёплых руках брата было настолько уютно, что шевелиться не хотелось вовсе, но Порче все-таки отодвинулся немного, чтобы пытливо заглянуть в родные глаза. - Кровь не вода, - ответил за Порша Танкхун, украдкой трущий глаза. - Поверь старому мудрому мне, все здесь были уверены, что скоро наш юный падаван почтит нас своим визитом. Вот только надолго ли? - Я взял отпуск по семейным обстоятельствам, - дёрнул плечом Порче. - В университете отнеслись с пониманием... Тем более, заплачено вперёд. - О, да. Деньги... - вздохнул Танкхун и потянул Че из рук возмущенного его своеволием Порша. - Дай-ка на тебя взглянуть, мой дорогой. Я так давно тебя не видел! Че рассмеялся. - Пи, я же присылал тебе видеооткрытки! - Это не тоже самое! - тут же заныл Танкхун, крутя юношу из стороны в сторону. - Какой ты... презентабельный, малыш! Порче, выбравший для посещения комплекса Терапаньякулов строгий тёмный костюм-тройку, покорно дал осматривать себя со всех сторон. Сам он не замечал, изменилось ли в нём хоть что-то. - Ненавижу этот презентабельный внешний вид, - доверительно шепнул он Ткхуну, от чего тот звонко рассмеялся. - Но я сорвался неожиданно даже для себя и ничего лишнего не взял. Пи, поможешь мне немного освежить гардероб? - Разумеется, мой дорогой! - воскликнул Танкхун. - Мой шкаф - твой шкаф! Представив на мгновение Порче в одном из нарядов старшего брата, Кинн только подавился свежим кофе. - Может, лучше я у хиа что-то одолжу пока? - замялся Че. Но Порш только похлопал его по плечу, мстительно улыбаясь. - Ничего, мелкий. В моём ты утонешь, а у Танкхуна все-таки есть вкус... Где-то в самых глубоких недрах его гардеробной. Если найдешь. В Порша полетел кислотно-зеленый тапочек. - Тебе пойдёт, - покачал пойманным предметом тот и солнечно улыбнулся. Украдкой показав брату кулак, Че вернулся к Танкхуну. - Только не слишком экстравагантно, пи, - строго заметил он. - А то я ещё привыкну, а хиа потом удар хватит. Идем? Возбуждённый Танкхун потянул его к выходу из гостиной, где происходила общая поздняя встреча за чашкой кофе, вслух рассуждая о том, какие цвета больше пойдут его юному другу. Но даже его беспорядочные размышления вслух о сочетании цветов и тканях не смогли заглушить имя Порче, неожиданно произнесённое кем-то им вслед. Че замер на полушаге. Его собственное имя, произнесённое таким знакомым голосом, почти шёпотом, на слабом выдохе, проникло под кожу острым морозным прикосновением и растворилось там, как яд, как самое сладкое желание. Он не был уверен, что он может повернуться. Но он был должен. Порче обернулся и в упор посмотрел в тёмные смятенные глаза Кима. Кажется, он снова падает.