Рыжий с Уолтерс-стрит

17 ноября 1933 год

Проклятый холод, пробирающий до дрожи. На улице уже есть едва заснеженные дорожки. Погода была пасмурной, воздух влажный, как и всегда в этом треклятом городе. Джеймс ДеМора, плотнее вжимаясь в ворот своего серого пальто, недовольно прошипел под нос, спешно вытирая рукавом лицо от налетевших снежинок. — Проклятье, — съязвил мужчина, — Ненавижу холод. И эту сырость. И этот снег. Холодно! Лиам, молодой рыжий парень ирландского происхождения, шёл рядом вприпрыжку, держа в руках сумки с продуктами. — Джимми, ты скептически относишься к плохой погоде, — парень поправил съехавшую на затылок шляпу, — Скоро же зима! Правда здорово? Джеймс зло хмыкнул, что-то прорычал про себя. — Ну Джимми, — Андерли положил свободную руку на плечо опекуна и по-дружески обнял, — Не будь злюкой. Сегодня такой чудесный день! Джимми недовольно посмотрел на него, прожигая взглядом карих глаз. Парень в голос засмеялся, отошёл, и начал припевать: — Такой чудесный день, И шляпа набекрень, Какой чудесный я!.. — ЛИАМ! — Молчу, Джимми, молчу, — Андерли натянул улыбку до ушей активно жестикулируя, дабы не получить очередную затрещину, а затем ловко выхватил сумки у мужчины и резко рванул за угол ближайшего здания. ДеМора вмазал пятерней себе по лбу. — Боже, как я с ним эти десять лет прожил? Я же его не догоню… Мужчина быстренько огляделся. На безлюдном квартале ничего не было, не считая бродячих псов и серых чаек. Неподалеку от угла здания, за которое завернул Лиам, стояла телефонная будка. — Щас поймаю.

***

Прыжок, рывок в сторону, одно мгновение и выстрел. Дуло пистолета извергло из хладного железного нутра огненную вспышку и пулю, несущуюся к своей цели. Снова прыжок, вновь выстрел… — В укрытие! — рявкнул кто-то из-за опрокинутого стола. Лиам словно замер, продолжая лететь вниз. Пистолет в руке все искал очередную наглую физиономию, которая так и требовала нашпиговать себя свинцом. — Где он? — Он сиганул с перил второго этажа. Ищем! Было трудно что-то разобрать в дыму и бесконечному грохоту посуды и мебели. Весь хаос будто превратился в отдельный мир с грохочущим звуком. Буквально везде, куда ни глянь, были люди в черных плащах с автоматами наперевес. Люди Гарллота явно готовились к этому спектаклю. Лиам пришёл в себя, когда в перевозбужденном состоянии он выбил с ноги дверь и рванул прочь в темный закоулок неподалеку от злополучной гостиницы. Сходил, называется, отдать торт другу. Сам торт, увы, безжалостно расстреляли. — Берта Мария, какого черта? — рыжий был в бешенстве. Мало того, что такие деньги были уплачены за торт, так ещё парень умудрился потерять шляпу. Джимми точно отвесит ему очередную затрещину. Внезапно в паре шагов от него с громким торможением остановился черный изящный автомобиль. Передняя дверь пассажира со скрипом отворилась. — Лиам, — Джеймс явно был недоволен. — Я всё объяню, — нервозно усмехнулся Лиам, поспешно запрыгнув в машину. ДеМора тяжело вздохнул и втопил по педали газа. Машина тут же рванула по тёмному переулку и, сбив в конце дряхлый забор, направилась на север на Уолтерс-стрит. — Лиам… — Да я откуда знал, что эти черти полосатые за мной следят? — Хм… — Я просто зашёл отдать Вито торт. — Где торт? Лиам нахмурился, печально посмотрел в окно. — Где торт, Уильям? — повторил более строго Джеймс. Когда ДеМора называл его «полным» именем, то это означало полную серьезность дела. — Люди Сони Гарллота его расстреляли, — махнул рыжий рукой, — Пал смертью храбрых, — а затем негромко засмеялся. Джимми зло цокнул языком. — Лиам! — Да что я? Мы же всё равно хотели ему дать этот торт, вот я решил самому занести и не терять время. — Ни на шаг от меня! Ага? — Ну Джимми… — И больше ни ногой на территорию семьи Гарллота. Ага? — Ага, — хмыкнул ирландец. — Вот и славно.

***

Между третьей и пятой улицей мрачного Равен-сити стоял маленький бар «У Джованни» — самое уютное место в этом городе. Внешним видом оно было совсем непримечательно, даже слегка уродливо, но от этого заведение становилось даже симпатичнее. Мало кто знал, что это «предприятие» было базой мафиозной семьи Тони Кассело. Отворив дверь и перешагнув порог, Джеймс вновь зашипел: буквально насквозь он промок под начинающимся дождем мрачного города. Следом забежал и Лиам, нагло подбежав к шелковым шторам и начиная вытирая ими голову. Бармен Винни, мужчина в годах, лишь устало потёр глаза. — Лиам, опять? — молвил Бармен обречено, — Ради всего святого, перестань… О, боже… Парень, потрепав длинной рыжей шевелюрой, дабы быстрее просушить голову, широко улыбнулся. — Ты глянь на мои прекрасные рыжие волосы. Я — солнышко! — Андерли посмотрел на залысину Винни, — А вы — лысая скала у пляжа Меридит. Винни аж поперхнулся от такого заявления. Скала Меридит прославилась тем, что с неё сигали совершать самоубийство. — Вы просто такой… страшный, — продолжал Лиам, — Как инфаркт. ДеМора просто тяжело вздохнул, снимая с себя мокрое пальто. — Винни, мои вещи готовы? — Да, ДеМора, готовы. Они на втором этаже, — показал пальцем на дверь Бармен. Джеймс пошёл за новым костюмом. — Винни, наведи Лиаму зелёный чай. — Только не зелёный! Он такой горький… Питьё для садомазохистов! — Лиам! — Есть там, не знаю, виски?.. — Винни, дай ему стакан кипячёного молока. — Ни за что! — воскликнул рыжий. –… А если к тому моменту, когда я вернусь, стакан не будет пустым, — продолжал Джеймс, — то кое-кто будет цельный месяц помогать миссис Смит тереть крепкий аммиак. Андерли тут же поморщился. Помогать безумной соседке, которая каждый божий день что-то варит в котле и читает рецепты на латинском не сулила доверием. Да и пахла она отвратительно. — Слышал, Винни? Если ты не выпьешь стакан молока, то будешь цельный месяц помогать миссис Смит тереть крепкий аммиак, — усмехнулся парень. Бармен Винни зло на него посмотрел. — Страшный… как инсульт.

***

К тому времени, когда Джеймс и Лиам обсушились, прошло каких-то два часа. С бранью, плюясь во все стороны, юный мафиози Андерли всё-таки выпил ненавистное ему питьё. Винни был явно доволен такой местью за испорченные шторы. Вечером, когда фонари зажгли свои тусклые лампочки, а дождь сменился ливнем, по пустому кварталу пронёсся дорогой Мерседес, вслед за которым гнались ещё три автомобиля. — Ха-ха-ха-ха! Я быстр, как ветер! — Лиам! Едь спокойнее! Ты сейчас машину перевернешь! — Я не виноват, что не умею водить машину. Но это так весело!.. Джимми, ты там ещё жив? — Жив. Держи ровнее, я постараюсь прострелить им колеса. Под задним сиденьем, на котором сидел ДеМора, послышались крики и мольбы. — Там ещё кто? — Сонни Гарллота. — Что?! Лиам беззаботно улыбнулся. Дело было в том, что незадолго до ухода из бара Лиам, под предлогом купить газету, вышел на улицу. Джеймс ждал минут пятнадцать, пока к самым дверям не подъехал Мерседес. Послышались выстрелы, гам, звуки битого стекла. Лиам, неумело крутя руль, приказал срочно залезть в машину. Поскольку времени разбираться было мало, киллер ДеМора послушался. — Откуда ты взял Сонни? — Ну, он же дон семьи Гарллота, верно? Я решил, что деньги нам не помешают. Преследователи начали беспощадно стрелять по автомобилю из всех орудий. Вот даже кто-то умудрился отстрелить боковое зеркало Мерседеса. — Если я останусь жив, то я тебя придушу. — Я тоже тебя люблю, Джимми, — засмеялся Андерли. Спустя час и три сбитых столба они остановились — погоня была позади. Двери автомобиля открылись. Лиам лихо выпрыгнул, ну а ДеМора почти выпал. — Мм, тебя укачало? Неприглядное зрелище. — Лучше молчи. Открыв багажник, Джеймс прикусил губу. Пленник оказался поддельным доном. — Что будем делать? — заглянул Лиам. — Простить и отпустить, — промолвил мужчина, после чего захлопнул багажник. Было принято решение идти домой пешком через полгорода.

***

Уже дома, часов эдак десять вечера, Джимми без сил рухнул на диван. Лиам ушёл в свою комнату доделывать домашнее задание — с самого детства Андерли мечтал стать модельером, создавать свою одежду, придумывать свою моду… В итоге ДеМора отдал ирландца в лавку по типу школы, где учили портному делу. Начиная перебирать мысли за сегодняшний день, киллер глянул на календарь — 17 ноября. — Лиам, подойди сюда. Парень тут же вышел. — Что? Если ты про домашнюю крысу мисс Эллиот, то это не я спустил её в водосточную трубу. — М-да, — усмехнулся темно-русый, — Лиам, сегодня у тебя день рождения. — Да ну? — рыжий глянул на календарь.– Действительно. Для меня есть подарок? — глаза ирландца радостно заблестели. — Дай подумать, — мужчина призадумался, а после щёлкнул пальцами, — Есть, подожди секунду. Лиам ждал пять, десять, двадцать секунд. Трудно усидеть в предвкушении подарка. Наконец опекун вернулся. В его руках был черный цилиндр, подпоясанный красной шелковой лентой. — Лиам, — Джеймс пригладил свои волосы, торжественно держа головной убор, — Ты теперь взрослый, как никак, 18 лет исполняется. Ага? — Ага, — кивнул головой рыжий. — Ага. Так вот, от лица попечителя, хочу тебя поздравить с днём рождения. Конечно, такие мероприятия нужно отпраздновать в кругу друзей, но… у нас денег нет. — Джимми, это твой цилиндр? — Андерли удивлённо приподнял бровь. — Пасхальный цилиндр. Я его надеваю исключительно на Пасху. Что ж, думаю, тебе как раз в пору будет. Оранжевые глаза ирландца вновь заблестели. — Ты на него глаз положил ещё в самый первый день, когда только начал у меня жить, — засмеялся тот, протянув цилиндр.– Запомни, где бы ты не был, что бы с тобой не случилось, я, как твой друг, всегда буду рядом. Пусть с этой шляпой передастся часть меня. Ок? Рыжий с трепетом взял убор, осторожно трогая поля. — Какой-то ты неуверенный, — колко бросил Джеймс, — Надевай. Лиам послушался и вогрузил цилиндр на свои рыжие локоны. — Как я выгляжу? — Теперь у меня язык не поворачивается назвать тебя по имени… Одно слово — Шляпник! — Шляпник, значит?.. А мне нравится.

Продолжение следует…