Истории Нью-Хейвена

      Бывает ли у вас такое, что вот вроде видишь что-то боковым зрением, будто неясное движение, а когда сфокусируешься, всё тут же пропадает? Глюки, скажете вы? Нет, не глюки. Просто вы начали видеть то, что скрыто.       Эта суперспособность достаётся далеко не каждому и далеко не сразу. Как правило, «счастливчик» ещё долгое время сам себе не верит, пытается от свалившегося на него счастья абстрагироваться, попить успокоительное, а то и к психотерапевту наведаться. И только пройдя все стадии принятия неизбежного, наконец, твёрдо и уверенно скажет себе, что видит обратную сторону.       У Чарли Коллтона это впервые случается поздней осенью, перед самым Хэллоуином. Накануне он сильно ссорится с родителями из-за подлянки старшего брата и сбегает в ночной парк, не взяв с собой телефон.       — Джейк, дырка от задницы... — бурчит Чарли, натягивая капюшон куртки почти на нос.       Конечно, Джейк правильный, дотошный ботан перед предками, но абсолютный придурок, когда они не видят. Он хорошо устроился и своим местом любимчика делиться не собирается. Поэтому, будучи почти застуканным с сигаретами и пивом в своей комнате, не раздумывая подсовывает «доказательства» тринадцатилетнему Чарли. Естественно, Чарли отругали, отобрали компьютер на два месяца и обломали долгожданный поход на рок-концерт.              Парень яростно пинает банку из-под колы и усаживается на мокрую лавочку, стараясь не обращать внимания на пронизывающий ветер, задувающий под куртку.              В начале недели сильно похолодало, и теперь сюда не приходят даже дети, чтобы покачаться на старых скрипучих качелях. Взрослые же стараются пробежать по мощённым серой и красной плиткой дорожкам как можно скорее, атакуемые мелким ледяным дождём.              Поздним вечером парк совершенно пуст. Чарли сначала не замечает, что фонари горят тусклее обычного, а ветер, завывающий среди почти облетевших клёнов, плачет почти человеческим голосом.       Он досадливо кусает губы, злится и думает, что ни за что больше не вернётся домой. Родителям плевать на Чарли, они совсем его не знают. Иначе не верили бы Джейку каждый раз, когда тому вздумается придумать про Чарли очередную глупость.       А Джейк... Джейк просто подлый засранец. И когда они поймут это, будет поздно. Чарли к тому моменту уже не будет рядом. Он будет бродить по городу, как бездомный Уилкерс, жить в подвалах заброшенных домов и питаться с помойки.       Парень едва сам не плачет от жалости к себе. Будущая жизнь пролетает у него перед глазами чередой серых дождливых дней, когда громкий скрип выводит его из задумчивости.       Чарли вздрагивает и оглядывается по сторонам.       Одна из дальних качелей, что стоят у самых зарослей, сильно раскачивается.       Сначала ему кажется, что это ветер, но вторые качели неподвижно висят на тонких цепях.       — Кто здесь? — он опасливо оглядывается, улавливая краем глаза едва заметное движение у кустов боярышника.       Сразу становится неуютно. Не будет добрый человек прятаться среди тёмных аллей поздним вечером.       Чарли в страхе крутит головой и быстро поднимается, собираясь найти место потеплее и посветлее. Например, автовокзал или интернет-кафе.       Скрип неожиданно стихает, и Чарли невольно смотрит в сторону качелей. Честно, лучше бы он этого не делал, а бежал бы без оглядки к выходу, туда, где ещё спешат по домам последние прохожие.       Потому, что прямо у качелей стоит сгорбленная фигура в потрёпанном джинсовом комбинезоне, и небрежно повязанном поверх него фартуке. Старик Беннет, вечно брюзжащий и всеми недовольный хозяин рыбацкого магазинчика на углу Финли Ридж Драйв. Тот, что умер на прошлой неделе.       Чарли по-девчоночьи взвизгивает и сломя голову несётся к выходу, прямо через газон, огибая неподвижного Беннета по широкой дуге.       Едва соображая от страха, он бежит не к центральному выходу, где проходит самая оживлённая улица города, а к противоположному, где заброшенный городской бассейн.       Говорят, десять лет назад там утонула какая-то девчонка, и его закрыли.       Чарли с разбегу выскакивает на растрескавшуюся дорожку, упираясь в железные ворота, стянутые цепью на замке. За ними виднеется растрескавшееся и поросшее травой ложе бассейна, сваленные кучей сломанные лежаки, обшарпанная вышка спасателя.       Парень затравленно оглядывается и снова визжит, потому что Беннет вдруг оказывается прямо за спиной.       Мертвец — а он точно мертвец, судя по синюшному цвету кожи, — стоит неподвижно, мелко подрагивая, будто снятый на плохую пленку.       Чарли на мгновение замирает, глядя в его застывшие мутные глаза с животным ужасом, а потом приходит, наконец, в себя, шарахается в другую сторону и припускает в сторону дома, тонко поскуливая от ужаса.       В себя он приходит уже постели с натянутым на голову одеялом. Между лопатками до сих пор зудит от колючего холодного взгляда.              Следующей ночью Чарли видит Беннета снова. На этот раз в окне своей комнаты. Белёсые выпученные глаза сверлят его через приоткрытую занавеску, и парень с криком выкатывается за дверь прямиком в комнату Джейка, мгновенно забыв все обиды.       Джейк посмеивается, но братишку не прогоняет.       — Ты что, веришь в призраков, мелкий? — удивляется он, выслушав сбивчивый рассказ. — Я думал, только малыши таким увлекаются.       — Я не малыш, — бурчит Чарли, стягивая с него одеяло и закутываясь с головой. — И я знаю, что видел.       Джейк насмешливо смотрит на одеяльный кокон, видимо, раздумывая, стоит ли поиздеваться над трусливым маленьким зазнайкой, но потом передумывает и устало вздыхает.       — Ладно, можешь остаться сегодня здесь. Но только сегодня!       Чарли благодарно хлюпает носом и влезает на кровать полностью, так и не показываясь из своего укрытия.       — Спасибо, — шепчет он едва слышно.       — А почему к маме не побежал?       — Она бы мне не поверила. Отец тем более.       Джейк снова красноречиво вздыхает, всем своим видом показывая, что тоже не верит. А потом укладывается со своей стороны, закинув руки за голову и задумчиво смотрит в потолок.       — Беннет был козлом, — равнодушно говорит он. — С ним никто сработаться не мог. Только Мастерс целых полгода продержался, да и то потому, что сам на всю голову больной.       — Не говори так! — испуганно зашипел Чарли. — Вдруг он услышит и придёт?       — Не придёт. Не трясись, мелкий. Пока ты здесь, с тобой ничего не случится. Но ноги с кровати лучше не свешивай.       Чарли испуганно сжимается, а брат хохочет.       Они долго лежат молча. Джейк уже начинает засыпать, когда Чарли снова подаёт голос.       — Как думаешь, почему он меня преследует?       — М?       — Старик Беннет. Почему он появляется?       — Фильмы, что ли, не смотрел? Если призрак остаётся среди живых, значит у него есть незаконченное дело. Хочет, чтобы ты ему помог, вот и всё.       — Но что у него за дело?       — Какие дела могут быть у одинокого старика? Хотя... кто-нибудь вообще знает, как он умер? Может, его убили? Тогда он наверняка хочет, чтобы ты нашёл его убийц.       Джейк делает зловещее лицо.       — Не собираюсь я никого искать. Почему я?       — Потому что ты можешь его видеть? — вопросом на вопрос отвечает Джейк, но весь его вид говорит о готовности немедленно сдать брата в психушку.              Третье явление Беннета приходится на послеобеденное время, когда Чарли спокойно идёт к своему дому от остановки школьного автобуса.       Бледная подрагивающая фигура торчит у закрытого на ремонт кафе и пялится на Чарли.       Тот дёргается и нервно оглядывается по сторонам, но редкие прохожие, кажется, ничего странного не видят.       Чарли начинает медленно отступать к подворотне, ожидая, что мертвец вот-вот бросится на него. Тот лишь неестественно резко вытягивает руку, указывает куда-то в сторону, и смотрит, кажется, выжидающе.       Чарли отступает, намереваясь сбежать, но старик вдруг появляется совсем близко и снова тычет пальцем в сторону оживлённой Фрил Паркс Стрит.       — М-м-мистер Беннет? В-вам что-то нужно от меня? — блеет Чарли, мечтая оказаться как можно дальше. Лучше всего где-нибудь в другом штате. Например, в Южной Каролине.       Беннет резко приближается к его лицу, заставляя в панике отшатнуться. От мертвеца веет холодом, лицо мгновенно замерзает, а где-то внутри грудной клетки начинает мелко дрожать.       Чарли понимает, что Беннет найдёт его, где бы он ни спрятался. Бежать бесполезно. Он вспоминает синюшное лицо за занавесками своей комнаты и удивляется, как тогда вообще от страха не помер.       — Вы хотите, чтобы я мстил вашим убийцам? — еле слышно шепчет он дрожащими губами.       Старик резко, слишком резко качает головой. Чарли снова дёргается, пытается отшатнуться, но тот настойчиво приближается, пока спина парня не встречается со стеной.       — Т-тогда...       Старик вскидывает руку снова тычет в сторону.       — Что? Что там?       Но призрак застывает в одной позе, продолжая сверлить его взглядом.       — Я должен пойти туда?       На этот раз кивок.       — Ладно! Я пойду! Только отодвиньтесь, пожалуйста, вы меня пугаете.       Беннет недовольно хмурится, прямо как при жизни, когда Чарли слишком долго выбирал блесну в подарок отцу на день рождения. Но всё же отодвигается и медленно плывёт вперёд. Чарли замечает, что подошвы его ботинок не касаются земли, и снова зябко ёжится.       Беннет останавливается у перекрёстка. Замирает, ожидая, когда парень, наконец, соизволит последовать за ним. Чарли, горестно причитая про себя, отлепляется от стены и нетвёрдым шагом плетётся следом.       Когда он подходит поближе, призрак медленно плывёт вперед, снова останавливается поодаль и дожидается своего откровенно тормозящего спутника.       Таким образом они добираются до самой окраины Финли Ридж Драйв, и сам уже полумёртвый от страха Чарли вдруг понимает, куда старик его ведёт. В свой магазин. На место своей смерти.              Входить в комнату, где кто-то недавно умер, всегда немного страшно. Кажется, что дух покойника всё ещё блуждает где-то здесь, наблюдает за тобой пустыми мёртвыми глазами из самого тёмного угла.       И пусть этот самый покойник вполне открыто таскается за тобой, идти в место его смерти всё равно жутковато. Невольно ожидаешь увидеть там нечто ещё более ужасное, чем уже есть.              Рыбацкий магазин Беннета пустует с момента смерти его хозяина. Окна закрыты роллетами, а дверь заклеена жёлтой полицейской лентой крест-накрест.       Вряд ли потому, что это место преступления. Скорее, чтобы отпугнуть любопытных, которые неизбежно пролезут внутрь в поисках приключений или начнут проводить здесь испытания на храбрость.              Чарли оборачивается к висящему за плечом призраку, который опять подобрался слишком близко и дышит в затылок ледяным дыханием.       — Я должен войти сюда?       Но старик едва заметно качает головой и ведёт его за угол, к пожарной лестнице.       — Ах, да, вы ведь живёте над магазином, — говорит Чарли, просто чтобы нарушить неприятную тишину.       Пока он поднимается, лестница жутко скрипит, грозя вот-вот рухнуть. Может, Беннет просто решил убить его столь изощрённым способом, чтобы они напару болтались по городку и пугали прохожих?       Призрак висит за плечом и недовольно подрагивает, будто призывая поторопиться, но делает этим только хуже, потому что ноги у Чарли немеют от страха и он ползёт вверх всё медленнее.       Только достигнув верхних ступенек и ступив на более устойчивую площадку, он вздыхает с облегчением.                     Обшарпанная дверь в жилище Беннета заперта, но под ковриком ожидаемо находится запасной ключ. Чарли очень неохотно вставляет его в замочную скважину, надеясь, что это всё просто кошмар из-за съеденных на ночь сладостей.       Только кошмар всё никак не заканчивается.       Дверь открывается на удивление бесшумно, и Чарли со своим нетерпеливым провожатым оказывается в небольшой прихожей, ведущей в маленькую полутёмную комнату.       Парень ожидает увидеть там вселенский бардак, остатки обеда прямо на полу, кучи старого хлама. И крайне удивляется, когда комната оказывается вполне чистой.       Старая мебель покрыта тонким слоем пыли, но хозяин явно прибирался здесь незадолго до своей кончины. Вещей совсем немного, всё лежит на своих местах, а посреди стола в гостиной светится большой аквариум, в котором плещется огромная толстая рыбина.       Чарли пялится во все глаза.       — Значит, вот какой у вас дом, — бормочет он. — Здесь... мило?       Беннет, естественно, не отвечает. Он плывёт по коридору вправо, ведя парня в такую же крошечную кухню, и останавливается перед старым холодильником.       — Хотите перекусить? — удивляется Чарли.       Старик закатывает глаза, отчего зрачки совсем пропадают где-то под черепом. Жутковато, но даже забавно, если привыкнуть.       Чарли недоумённо смотрит на него, но всё же открывает холодильник. Там почти пусто, лишь в морозилке лежит пачка замороженных рыбных палочек, да на самой нижней полке небольшой свёрток из старой газеты.       Чарли нерешительно берёт его в руки и вопросительно смотрит на Беннета. Тот кивает и движется обратно в комнату. Парень идёт за ним, по дороге разворачивая немного влажную газету. А потом чуть не роняет свёрток — в нём копошатся очень мелкие красные червячки.       — Боже мой! Что это за хрень? — вырывается у него.       Беннет снова закатывает глаза и настойчиво тычет пальцем в аквариум.       И тут до Чарли доходит. От облегчения он мешком валится на пол, стараясь при этом не рассыпать червей.       — Вы что, хотели, чтобы я просто покормил вашу рыбку?       Беннет очень забавно изображает жест «Аллилуйя», заставляя его глупо хихикнуть, а потом любовно проводит рукой по стеклянной стенке, стараясь не касаться её.       — Об этом же писали в газете, да? Вы поймали эту рыбу на рыбачьем состязании. И она всё время жила у вас?       Утвердительный кивок.       Чарли замирает, рассматривая пёстрые бока рыбины.       Она лениво шевелит плавниками, зависнув в потоке пузырьков из аэратора. В верхнем уголке к стеклу приклеена табличка с надписью «Саманта. 2.29 фута».              Этой ночью Чарли спокойно спит в своей комнате. На его столе, занимая почти всю поверхность, стоит большой аквариум, где плавает сытая и довольная Саманта.