Я сделаю все, чтобы ты ко мне вернулся.

- Бостон - На то, чтобы полностью восстановить внутренние биоритмы, отойти от джетлага и собрать мысли в кучу мне понадобилось больше чем сутки. Эти три дня я просто тупо валялся в кровати бездумно пялясь в окно и предаваясь апатии. За окном был январь и все дни шел снег. Я утопал в жалости к себе, в какой-то момент понял, что начал ловить удовольствие от депрессии-подобного состояния, после чего стал жалеть себя еще больше. Даже пустил слезу, все также жалея себя. В какой-то момент понял, почему так много людей любят всем сообщать что они в депрессии и ходят с унылым лицом, это крутой способ быть эгоистом. Я не вставал, не ел, не пил, не мылся и не чистил зубы, только изредка поворачивался и продолжал тупо валяться, временами проваливаясь в беспорядочный сон. Вчера звонила мама, она хотела прийти, но учитывая мое состояние, я попросил не приходить и мы договорились, что сегодня я пойду к ним на обед. Мне все еще было хреново и не хотелось выходить из дома, я хотел продолжать упиваться жалостью к себе и валяться в полной апатии, но меня ждала мама, поэтому я силой стянул собственное тело с кровати и поплелся в ванную принять душ. По дороге я почувствовал что меня прилично так штормит, и кружится голова, подойдя к холодильнику открыл его. Внутри было ровно ничего. Ну да, я даже не сходил в магазин и все, что сейчас было в моем доме, это только вода из под крана. Я набрал в кружку воды из под крана и выпил залпом, к запаху много дней нечищенных зубов изо рта добавился запах и вкус водопроводной хлорированной воды, и я почувствовал как начал ныть желудок. Ну что Бостон? Давай сдохнем прям тут что ли. Зайдя в ванную я уставился на себя в зеркало. Выглядел я как бомж-наркоман со стажем. Волосы были грязными и сбились в клочья, местами обнажая кожу головы, что выглядело как-будто у меня плешивость. Лицо было серым и осунувшимся, с огромными темными кругами под глазами, на лицо было недоедание и обезвоживание. Скинув халат я встал под душ, помывшись и наконец-то почистив зубы я почувствовал что тело немного наполнилось энергией. Одевшись я вышел из дома, внизу был маленький ларек, где я купил холодный сладкий кофе-латте в бутылке. Мне нужен был сахар. Я залпом выпил, желудок охренел еще больше. Отлично Бостон давай заработаем язву и подохнем от нее! Подъехало такси, я сел и поехал в сторону маминого дома. И вот одетый в джинсы и худи под пуховиком, я открывал дверь маминого дома. В нос сразу ударили ароматные запахи готовящейся еды. Желудок начал урчать, что его стало слышно за километр и рот наполнился слюной. Навстречу мне выскочил радостный Вонтон (разновидность пельменей в китайской кухне), странное имя конечно для собаки, но видимо мама скучает по тайской еде, она очень любит лапшу с вонтонами, и видимо в честь любимых пельменей решила назвать собаку пельменем. Вонтон был шкодливым псом породы бигль. Мне нравился он. Ему уже было лет пять, наверное, но он все был бодрым и озорным, словно щенок. Я потрепал его и потом подхватив поднял на руки. Из кухни выбежала мама в фартуке и бросилась ко мне. - Сынок. - обняла она меня, зажав старичка пельменя между нашими телами, что он начал недовольно по-стариковски кряхтеть. Обнимала она меня наверное минут пять точно, периодически целуя то в подбородок, то в шею (до лица она из-за маленького роста не дотягивалась). - Милая, может уже отпустишь его и накормишь. Бостон выглядит так словно не ел неделю. С приездом, парень (здесь имеется в виду обращение boy, которое часто используется в английской речи) - раздалась английская речь. Из кухни вышел Дэвид, мамин муж. - Здравствуйте, мистер Дэвид. - поприветствовал я его. Мамин муж был внешне типичным американцем, светловолосый, светлоглазый, ростом под 190 и очень широкоплечим. На его фоне моя мама ростом всего полтора метра выглядела кнопкой. У Дэвида был легкий характер, он был из тех кто живет своей жизнью, молчаливым, улыбчивым и на все согласным, ровным мужиком. Дэвид мне нравился, но больше он нравился еще и потому, что рядом с ним моя мама светилась, он очень о ней заботился и оберегал. И ко мне он относился хорошо. - Просто Дэвид. Никаких мистеров, окей? Не усложняй парень. - Он подошел ко мне, схватил счастливого Вонтона, обнял меня и повел в сторону гостинной. - Ты чего такой серый, а? - Разница по времени дает о себе знать, Дэвид. - Охх, да джетлаг тяжело переносится. Когда ел последний раз? - Давно, еще в Тайланде. - Ничоси, парень! - нахмурился он. И вдруг крикнул моей маме которая хлопотала на кухне. - Милая, пацан не ел три дня, думаю ему надо что попроще и полегче. Давай посиди, я сейчас. Он потопал на кухню и вынес мне стакан молока. - На, вот выпей, я его подогрел и добавил немного меда. - сказал он протянув мне стакан. Говорил же, что мамин муж отличный мужик. Тут послышался звук открывающейся двери и раздались вопли. Это прибежали близнецы, Этан и Эван, совместные дети мамы и Дэвида, мои сводные братья. - Эй, привет, Бостон. Привет, привет. Почему тебя зовут городом? хахаха. Почему Бостон, а не Нью-Йорк? Или Чикаго? Хахаха. Что ты нам привез? - носились вокруг меня вихрем абсолютно одинаковые два пацана и вопили во все горло. Я им указал на огромные пакеты со сладостями и игрушками из Тайланда. С криками они начали распаковывать. Я смотрел на них и улыбался. Этих шкод я обожал до безумия. Они были однояйцевыми близнецами, похожими друг на друга как две капли воды. Оба светловолосые как Дэвид и светлокожие, но с миндалевидным азиатским разрезом глаз и строением черепа, весьма странная смесь. Их внешность было очень экзотическая и неординарная и оба обещали вырасти красавчиками, как большинство детей метисов. Им было 9 лет. Наша мама любила их одевать одинаково, в итоге никто кроме нее их не различал, даже отец. Выпив молоко я почувствовал как желудок стал успокаиваться. Тут мама всех позвала к столу и мы пошли в столовую. Впереди меня бежали близнецы мутузя друг-друга по очереди и вопя на весь дом, где-то у ног носился Вонтон. Было очень шумно и по-домашнему уютно. Мама приготовила куриный суп с лапшой, овощную запеканку, гору салатов и испекла пирог. Мы начали есть, после того как поели, я помог убрать со стола и загрузить посуду в посудомоечную машину. Мама дала мен корзинку с фруктами, тарелки и ножик, мы всей толпой прошли в гостинную и сели есть десерт. - Что планируешь делать? - спросила мама. - Я сделал бронь в иммиграционную службу и центр обслуживания населения, после того как получу номер социального страхования, пойду оформлять банковскую карту и номер телефона. Также у меня в пятницу встреча с возможным руководителем, документы я уже отослал, и как раз в пятницу зайду и узнаю что там со студенческим айди и прочее. В целом обычная рутина при переезде и вроде не должно быть проблем. - хоть я и владел английским на достаточном уровне, мне было немного неудобно с непривычки, но из уважения в Дэвиду, мы с мамой в его присутствии общались только на английском. Да и мне для быстрой адаптации будет только к лучшему постоянная практика. - Хорошо, милый, если будет что непонятно или какие трудности сразу сообщи. - Конечно. - Как отец отреагировал? - Ну…можно сказать, что мы сейчас враги и он не принял моего решения. - Милый, я знаю что это твоя жизнь и буду всегда уважать твой выбор, но ты уверен что не пожалеешь? - Нет, мам. Я решил. - в целом у меня были планы и я знал как буду их реализовывать, но пока никому не стоит знать об этом. - Хорошо, милый. - улыбнулась мама и тут близнецы видимо совсем сильно подравшись начали реветь в унисон и мы бросились их разнимать. День плавно шел к концу, я засобирался домой, предложение переночевать я не принял, поэтому мама упаковала мне гору еды. Приехало такси, я обнял всех и обещал забежать в выходные, чтобы сообщить о том, как продвигается процесс адаптации. Дэвид сказал что заказал стейки и хочет устроить барбекю. Я довольно кивнул. Отличный все-таки он мужик. - Кабинет профессора - - Ну что, мистер Трай, мне нравится ваше видение и ваш энтузиазм. И портфолио ваше уже сказало о том, что вы настроены серьезно. Но посмотрев тот, дополнительный материал, что вы собирали могу сказать, что идея свежа и должна зайти публике, все должно сложиться более чем отлично. - протянул мне руку профессор Джонс. - Надеюсь на плодотворное сотрудничество. - улыбнулся я, пожимая руку седовласому мужчине в очках лет шестидесяти. - Тогда я вплотную займусь всеми теми вопросами, что мы с вами обсудили и через две недели доложу о результатах. И как раз я закончу с подготовкой проявочной, обработаю фото и покажу что получилось Я был доволен. Очень. С профессором Джонсом мы общались уже несколько месяцев и подготовку я начал задолго до переезда. Поэтому это была наша не первая встреча и мы знали что ждать друг от друга. Все эти дни я бегал с оформление документов, и мне сказочно везло, все проходило без всяких бюрократических проволочек, Я сдал необходимые документы, получил номер налогоплательщика, уже оформил банковский аккаунт и приобрел американский номер телефона. На все про все у меня ушло две недели. И теперь вот встреча с профессором, представление моего задуманного проекта и я получил добро. Что мне нравилось в университете который я выбрал, так как он был для тех, кто решил связать свою жизнь с фотографией, то не было жестких сроков как в других ВУЗах. Учебы как таковой тоже не было и главной задачей было прослушать необходимые лекции, сделать проекты и на этом все. В основном слушателями лекции были уже готовые профессионалы, которые решили апгрейднуть свое резюме для большей конкурентоспособности. Поэтому университет не парился и даже экзаменов не было. На нужные лекции я записался. А проект который я предложил был моей задумкой, которую я хотел осуществить давно. А вдохновил меня на нее Ник, как-то в шутку сказавший, что раз я люблю фотографировать людей, то может стоит провести выставку и назвать ее “Парни побывавшие в моей постели”. Профессору моя идея понравилась, и еще больше понравились мои заготовки. Я показал ему обработанные фото людей, лежавшими или сидевшими обнаженными в кровати, прикрытыми только легкой простыней, в полумраке, отвернув лица от камер что был виден только их профиль и слегка размыты так, что проглядывались черты, но встретив этого человека на улице вы его не узнаете. На самом деле помимо того, что он был профессором, он также был владельцем большой галереи и часто выставлял работы своих учеников за чисто символическую плату. Он был опытным с наметанным взглядом настоящего профессионала. Он подкинул мне кучу дельных советов, по цветообработки, концепции, истории и тд. Теперь мне предстоят две недели кропотливой работы и если на следующей недели ему понравится, то возможно моя выставка состоится много раньше чем я планировал. А назову я свою выставку “Midnight Shadows” Спустя две недели я сидел в конференц зале и делал презентацию концепции выставки. Профессор молча выслушал до конца. - Скажите, мистер Трай, я могу спрашивать открыто? - Да, конечно. - Тогда…. вы знали моделей лично? - Да. - А можно сказать что у вас были особые отношения со всеми? - Да. - подумав немного я сказал. - многие фото делались после, если вы понимаете о чем я. - Я понял это по вашим работам. А не могли бы вы открыть одно фото, кажется под номером 3? Нет, не оно, другое. И это тоже не оно. Вот, стоп. Вот это фото. Извините за слишком личные вопросы. У вас было особое отношение к нему? Отличное от других? Со слайда на меня смотрел Ник. Я помню когда я сделал это фото. Оно было сделано сразу после нашей первой ночи. На фото Ник лежал на животе, левым боком к камере, левая рука была согнута в локте и лежала на подушке, на руке покоилась его голова так что были видны только волосы на голове и глаза которые смотрели на фотографа, все остальное лицо было скрыто рукой, спина была обнажена, ягодицы и ноги покрывала шелковая простынь. Волосы Ника были взъерошены и глаза сверкали. Комната утопала в полумраке, отбрасывая красивые тени на его силуэт. Фото было черно белым, но не совсем в нем слегка играли краски, придавая больше сексуальности. У меня защемило в груди. Опять. До этого похожее чувство было, когда я обрабатывал его фото. Я обрабатывал его фото дольше всех, очень тщательно. Во время обработки я увеличивал фото, в результате чего мог рассмотреть каждый сантиметр его тела. Прошел месяц как я уехал из Тайланда. И ровно месяц как я видел его в последний раз. - Да, у нас были близкие отношения. - Это чувствуется. Я предлагаю сделать это фото главным экспонатом. Оно произведет фурор. - Почему вы так думаете? - Выражение его глаз. Его взгляд. Он очень глубокий, и в нем видна буря эмоции и любовь к фотографу. А в самой работе… чувствуется, что фотограф очень любит свою модель. Это знаете как артист и его муза. Я вам советую сделать ее главной. Эти глаза… они потрясающе и они приведут вас к славе. - ….. - И еще, мистер Трай, давайте сменим название на “In my bed”. И не подписывайте ни одно фото, им не нужны названия. Как безымянные люди, так и фото пусть будут без имени. Только ваше имя как автора. Также не будем обозначать отношение фотографа к моделям, только намек. В ваших работах изюминка именно то, что все модели выглядят будто один человек, и в то же время словно разные люди. Кроме него… этот парень он стоит отдельно… Это будет фурор. И этого парня сделайте главным героем. Эти глаза.. он будто смотрит мне в душу. Я сидел и смотрел в глаза Ника на фото, после слов профессора я понял почему я так люблю это фото. Потому что оно единственное, которое было сделано с искренними чувствами. В него я вложил свое сердце. Опять защемило в груди. Я закрыл презентацию, убрал документы и пошел готовит материал. Прошел месяц как я получил добро на проведение выставки, подготовка шла полным ходом. Размер фото мы решили сделать 60х80см. Фото Ника будет в два раза больше. Я сидел в кофейне на первом этаже галереи потягивая холодный американо и ждал осветителей, которые настроят мне свет. Открытие выставки будет через неделю. За соседним столом я увидел миловидную девушку с отличным фотоаппаратом. Я обратился к ней. - Привет. Щелкаете на Sony a7II? - Ой! Вы разбираетесь в камерах? Да. - Я тоже пользуюсь такой. Отличный выбор. - Спасибо. А вы фотограф? - Да. Готовлюсь к выставке. В следующую субботу будет открытие. - Я достал из сумки приглашение и вручил ей. - Приходите. Мне будет интересно ваше мнение как коллеги. - Хорошо приду. - улыбнулась она мне. Мы еще поговорили немного о характеристиках камер, спустя время она встала и ушла, как раз приехали осветители и я пошел настраивать освещение с ними. А еще у меня сегодня ужин с мамой. Мне предстоит серьезный разговор с ней, до того как она и Дэвид придут на выставку. Сегодня я сделаю каминг-аут. - Разговор с мамой - - Давно я не ела кухню северной части Таиланда. Зеленый карри у них потрясающий. Мы сидели с мамой в тайском ресторане на Манхэттене. Ужин уже закончился и мы наслаждались вкусом свежесваренного кофе. Я протянул ей приглашение на выставку, где были вписаны имена ее, Дэвида и близнецов. - Ой! Уже совсем скоро. Как я рада за тебя, сынок, что ты плавно идешь к своей мечте. Мы обязательно будем. Дэвид очень ждет приглашения и будет рад. - Кхм-кхм, слушай мам. Мне надо тебе кое-что сказать. - Слушаю. - сказала мама разглядывая приглашение. - Видишь название выставки? - Да. Очень интересное. “В моей постели”. Что это значит, милый? - Это значит что там будут фотографии тех, кто побывал в моей кровати. Мои бывшие. Модели - это все мои бывшие с кем я имел связи. - Ого. Неожиданно. А они не против? - Она знали что я их фотографировал, но на самих фото лиц не будет, поэтому можно не бояться. И мам…… фото достаточно интимные. Точнее…. ну…. они очень интимные…. ну и….. в общем вот как то так. - Они голые? - Нет, нет, все стратегические места прикрыты…. простыней. Ну и на этом все… Хотя нет… в общем концепция выставки секс на одну ночь… - Оххх…. Хорошо. Спасибо, что предупредил, я знаю ты взрослый парень со своими потребностями, но в моих глазах ты всегда будешь моим ребенком хоть в тридцать, хоть в шестьдесят лет. Хочешь скажу интересное? - я кивнул. - Родители никогда не бывают готовы к тому, что их сладкая булочка буквально вчера сидевшая в пеленках так быстро взрослеет. Я до сих пор вижу в тебе малыша.. - Ну так-то малыш уже 182 см ростом и говорит басом. - засмеялся я. - Знаю. Вижу. Но все равно для меня ты всегда будешь моим ребенком, Тон. - Мммммм….кхм….ммммммам, в общем есть еще кое-что. Я знаю, что возможно я тебя разочарую, но мне надо сказать тебе это до выставки. В общем, модели не девушки. Извини, мам. Очень извини…что разочаровал. - Почему ты меня разочаровал?Абсолютно нет. О том, что тебе нравятся парни я знаю с тех пор, как тебе, наверное, исполнилось лет 15. Я просто ждала когда ты сам скажешь. И не смотри на меня так удивленно. Я ведь твоя мама. Любой родитель замечает все в своем ребенке. Так же и я видела, как ты смотрел на девочек, и как смотрел на мальчиков. Так что не бери в голову, даже если я и переживала, это уже все давно в прошлом. Но спасибо, что наконец-то открылся. - Сказать что я удивлен, значит сказать ничего. Я очень удивлен. Спасибо за понимание. - с облегчением сказал я. - Мам, а Дэвид? - Я скажу ему сама. Не переживай, Дэвид хороший человек и все правильно поймет. - Я знаю что он хороший человек и рад что он есть у тебя. Тогда может прогуляемся, - сказал я вставая и протягивая руку маме. Она кивнула, вложила свою руку в изгиб моей и мы пошли в сторону набережной, обсуждая мою предстоящую выставку. - Выставка - Выставочный зал представлял собой большой зал с белыми стенами и серым мраморным полом. На стене висели 10 фотографии и в центре, прямо напротив входной двери висела фотография Ника. Сам зал имел приглушенное освещение, и под каждым фото с разных ракурсов стояли индивидуальные осветители, которые создавали игру теней для каждой фотографии. Если честно, настроить правильно освещение, наверное, было самым сложным во всем приготовлении. По залу, от одной фотографии к другой ходили люди и тихо обсуждали. В моем сопровождении не было нужды, так как при входе висело содержание с объяснением концепции. Концепция состояла в том, как раскрывается сексуальность человека под покровом ночи. А главное мысли и чувства после секса на один раз. Состояние человека когда он один и уже не притворяется. В дверях я увидел мою семью, с огромным букетом цветов, подойдя к ним я повел их по залу. Дэвид прочитав содержание хмыкнул, затем хлопнув меня по плечу сказал, что я крутой чувак. И добавил, что все-таки не стоит увлекаться легкими связями и лучше сосредоточится на серьезном. Я хмыкнул в ответ. В общем мы поняли друг-друга. Мама медленно бродила между фотографиями подолгу разглядывая их. Очень долго она стояла у ЕГО фото, затем пошла дальше. Обойдя все она вернулась к ЕГО фото и стояла пристально разглядывая каждый сантиметр. - Сынок, ты очень талантлив. - Да вообще парень, я думал ты учится приехал, а тут такие картины, я в искусстве ноль, но кажись сегодня я впервые в жизни пообщался и послушал каждую твою картину. И понял что ты хотел сказать. Кароч, класс мужик. Дай пять. - Дэвид не скупился на похвалу. - POV Мама Бостона - Мой сын очень талантлив. Он видит людей по особому. Его фотографии были как живые. И они вгоняли в краску, словно ты подсматриваешь за другим человеком в замочную скважину. Настолько они были интимными, и в то же время приковывали взгляд. Особенно эта. Кто он? - Кто это, Трай? - Бостон мне не ответил, и продолжал хмуро стоять рядом. Мне было очень интересно узнать о парне на фото, его лица не было видно. Но зато были видны его глаза. И эти глаза излучали такую сильную любовь к моему сыну, что невольно он мне сразу понравился, хоть я его не видела в живую. Глаза парня были сказочно красивыми и очень громкими. Они буквально кричали о том, как он любит того, кто стоит по ту сторону камеры. Бостон стоял рядом чернее тучи. Как быстро меняется его настроение. Интересно осознавал ли этот мальчишка как действует на него это фото. Мне кажется он не понимал, что становился очень хмурым и мрачным каждый раз проходя мимо этой фотографии. Это фото очень отличалось от остальных. Оно было так тщательно сделано, и даже мне не профессионалу было видно, что автор вложил все силы в его создание. Каждый штрих свидетельствовал о том, с какой любовью автор работал над ним. Так значит это человек которого любит глупый мальчишка рядом. И кажется его настроение портится от того, что он не может или не хочет принять свое чувство. Ну раз он не хочет говорить, значит подождем пока созреет и сам расскажет. Бостону нужно время. Я заметила интересную деталь, что еще отличало эту картину от других. Рядом с ней стояла табличка “Выставочный экземпляр. Не продается. Фото и видео запрещены” Кажется у моего сына все очень очень серьезно, просто он еще не понял. Я погладила его по плечу. - Бостон - Почему все пялятся на него? Я стоял и психовал внутри, оставаясь холодным снаружи. Я безумно хотел снять фотографию Ника со стены и спрятать ее. Меня раздражало, что люди толпились возле нее и рассматривали ее. Вон куча других, так что они прилепились к ней. Я слышал обсуждения. Этот взгляд Ника он был только для меня, а теперь его видят все. Хорошо что по правилам галереи фото и видеосъемка запрещена. Публика очень воспитана и никто не пытается нарушить правило. Я не хочу чтобы у кого-то кроме меня было фото Ника. Оно только мое. Я не уходил из зала и зорко следил чтобы никто не сфотографировал втайне. - Привет. - вдруг услышал я за спиной. Оглянувшись я увидел девушку из кафе. - Привет. Пришла? Спасибо. Пойдем я проведу тебя. - Не стоит. Я предпочитаю смотреть сама. - отказалась она и улыбнувшись пошла вдоль стены. Я смотрел ей вслед. Мне нравятся такие холодные и независимые люди как она. Кажется мы можем подружиться. Она долго стояла возле фотографии Ника, затем повернувшись пошла в мою сторону. - Меня зовут Аманда кстати, а тебя Трай? - Да. Приятно познакомиться. - протянул я руку. - И мне. Слушай работы восхитительны. Особенно та, главная. Жаль не продается. Думаю мы с тобой впредь будем чаще видеться. - С удовольствием. Я только переехал из Тайланда и был бы не против хороших друзей. - Отлично. Слушай мне надо сейчас бежать. Дай свои контакты, посидим как-нибудь вместе? - Конечно, - сказал я и протянул ей визитку. Она положила визитку и быстро ушла. Я улыбнулся. Кажется я нашел первого друга. Наконец-то долгий день подошел к концу. Я если честно вымотался. Сперва подготовка. Потом нервы по поводу открытия. Вроде все прошло не плохо. Проводив последнего посетителя и сотрудников я остался в зале один. Я сел напротив его фотографии и долго смотрел на нее. В груди нещадно щемило, но я не мог заставить себя встать и уйти. Я не хотел оставлять тут его одного. Через какое-то время заглянул охранник и сказал что главная дверь закрывается и мне надо покинуть здание. Я встал, еще раз посмотрел на него и вздохнув вышел закрыв зал. Придя домой я принял душ и провалился в беспокойный сон. А на следующее утро, я как те герои из книг, проснулся знаменитым. Придя в галерею на следующий день, я увидел длиннющую очередь из людей. Многие из них были стильно и дорого одеты. Оказалось, что Аманда была знаменитым критиком и вела одну из самых влиятельных колонок в мире шоу-бизнеса. Одним обзором она могла возвести или наоборот уничтожить артиста. Ее очень впечатлила моя работа и вчера покинув выставку, она сразу опубликовала обзор на работы нового фотографа. Я прочитал ее колонку, она очень красиво преподнесла мою историю и концепцию выставки, добавив таинственности и намекнув на щемящую сердце романтическую историю любви, объясняющая почему главный экспонат не продается. Она настолько красочно описала главную картину, что не будь это моя работа, я тут же полетел бы ее смотреть. Поэтому сегодня все модные издания, инфлюенсеры, блогеры и прочие пришли посмотреть на главного героя. А почему? Потому что в сети не было ни одной фотографии. Что добавляло загадочности и подстегнуло любопытство людей. После этого дня я не успевал следить за бурным потоком постов и статей о моих работах. Выставка, которая планировалась на две недели закрылась досрочно, через три дня, так как все картины были куплены. Неожиданно мое имя и мои работы вышли в тренды и всем светским львам и львицам нужно было иметь мою работу в интерьере. Взлетели цены на мои работы просто нереально. Мода и тренды удивительны. В соцсетях стали появляться посты тех, кто купил мои работы. Многие знаменитые паблики выставляли фото владельцев моих работ на их фоне. После того, как закрылась выставка, мне стали поступать звонки от издании с предложения о работе. После обсуждения и подписания контрактов, я начал работать с ведущими модными изданиями, домами мод, меня часто приглашали фотографировать звезд и крупные мероприятия. За мной закрепилась слава фотографа умеющего делать живые фотографии людей, раскрывая их скрытые ресурсы. Действительно фортуна улыбнулась мне и я не успев приехать в новую страну, буквально через полгода занял высокую нишу в мире фотографов. Мой профессор ликовал. Так как это принесло славу и его галерее, хотя куда еще больше. А еще это принесло нам очень ощутимый заработок. С Амандой мы действительно стали близкими друзьями и хорошими коллегами. Она часто писала отзывы на мои работы и после каждого ее обзора моя слава взлетала еще выше. Время летело как сумасшедшее, я мотался по странам, фотографировал мероприятия, все чаще и чаще мое имя произносилось наравне с ведущими артистами. Я закончил университет, и по настоянию профессора получил дополнительно степень МВА. И он же настоял чтобы я подал резюме на должность профессора. В итоге я сдался и сейчас я был младшим профессором и вел курс фотографии и дизайна. У меня была интересная работа, которая сводила меня с интересными людьми и приносила очень хороший заработок, который позволил мне жить безбедной жизнью и сколотить приличное состояние. Я провел еще несколько выставок, весьма успешно, которые принесли мне громкое имя и позволили занять нишу в мире не только профессиональных фотографов, но и артистов. Мама, Дэвид были безумно рады за меня. И наконец-то спустя пять лет мы помирились с отцом и он принял мое решение и одобрил. Жизнь складывалась отлично, все кроме одного…. Несмотря на блестящую карьеру и яркую жизнь, С каждым годом я чувствовал как нарастает мое чувство одиночества. Даже на семейных посиделках я чувствовал себя одиноким. У меня было несколько партнеров, но они не приносили мне ничего. Секс стал механическим с основной целью разрядится. Мои новые друзья были большой частью моей жизни, и я очень любил их, но наша история начиналась с того момента как я переехал сюда. Мне не хватало людей с совместной истории до переезда. Я помню как я уезжал. Одинокий и всеми покинутый, за мои поступки от меня отвернулись все по настоящему близкие мне люди. Еще давно сразу после переезда я удалил все аккаунты из соцсетей и почту. В итоге у меня была сейчас только рабочая почта и рабочие аккаунты. В моем телефоне не было LINE (мессенджер в азиатских странах), потому что в Тайланда я поддерживал связь только с отцом, и общались мы по ватсапу. Все чаще я думал о том, как поживают Рей, Мью, Чеум и Ник. Особенно Ник... С каждым годом я вспоминал его все чаще, почти каждое свободное время и безумно тосковал по нему. Его имя опять принесло эти тяжелые чувства. Я вздохнул. С каждым годом я все четче помнил все, что с ним связано. Его лицо, голос, улыбку, даже его запах. А еще я помню наш последний разговор, тот самый, когда он меня бросает. В принципе и все остальные разговоры до последнего слова. И все дни что мы провели вместе. Его слова и образ словно были выгравированы у меня на памяти. Фото Ника, то самое где он лежит в кровати, которое я сделал в первый день и которое было моим самым любимым, то самое фото которое произвело фурор на моей первой выставке, сейчас висело у меня в спальне нью-йоркской квартиры. Каждый раз перед сном я подолгу смотрел на него и просыпаясь, я видел его. Почему я храню это фото? Не знаю, но что-то внутри меня не давало спрятать его фото в дальний угол. Я был зависимым от него. С годами тоска по единственному, действительно важному человеку в моей жизни только усиливалась. Она лишала меня сна. Ночами, оставаясь один, я все чаще вспоминал о нем. Я часто думал о том как он, с кем он, что делает в этот момент за тысячи километров от меня. Со временем новые люди перестали радовать меня, случайные знакомства не приносили радости от новизны, а от случайных связей стало подташнивать. И все чаще я стал уходить домой один, отсидев положенное приличиями время на мероприятии. И спал я тоже один. Я все также улыбался и шутил, но глубоко внутри меня сидело одиночество. Прошло уже десять лет как я уехал из Тайланда. И вроде пора привыкнуть и отпустить прошлое, но нет, наоборот, с каждым годом мои воспоминания тянули меня туда обратно, каждую ночь сердце шептало что пора возвращаться к нему. В последнее время я стал видеть неуловимую фигуру человека в толпе, которая удалялась от меня. Часть меня навсегда осталась там в прошлом, когда он бросал меня и уходил, наверное поэтому этот образ, образ когда он уходил, вид его спины, отпечатался у меня в глазах. А еще я невзлюбил Новый Год и фейерверки. В Новый Год я загружал себя работой и придя домой забывался во сне. Вторые я просто игнорировал. Они напоминали мне о том несостоявшемся поцелуе и нашем расставании. Мама и Дэвид уже давно не спрашивали почему я не встречаю Новый год, также они не спрашивали меня и нем, когда приходили ко мне и видели его фотографию. - Трай, что с тобой в последнее время? - услышал я голос Аманды, я улыбнулся моему самому первому другу, которую я встретил тут в Америке и которая привела меня к моему успеху. - Нормально все. Просто устал. - Ты уверен? Ты не похож на человека который устал. Ты похож на человека который потерял что-то ценное. Я откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. Я хочу выговорится. - Я просто скучаю по одному человеку. Я очень скучаю. Я настолько скучаю, что не могу дышать. - сказал я все также сидя откинувшись на спинку и с закрытыми глазами. - По своей музе? Тогда езжай к нему. - я выровнялся и посмотрел на нее. - Я не понимаю, Трай, чего ты ждешь. Ты в таком хреновом состоянии уже давно. Ты как робот. И работы твои стали до скрипа правильными. И от того не интересными. Ты скучаешь по нему не только сегодня и вчера, и не в этом месяце, и даже не в этом году. Ты скучаешь по нему с того самого дня, когда я тебя впервые встретила, и думаю это началось еще раньше. Поэтому езжай! Не мучайся! Жизнь одна, так стоит ли так бездумно тратить время? - Думаешь так просто все? А работа? А проекты? Университет? Да все друзья и коллеги тут. - И что? Работу найдешь там, уж тебя то примут хоть где. Проекты, заканчивай быстрее и не бери новые. Университет? Веди онлайн занятия. Мы? А что мы, сейчас расстояния не проблема. Так что иди, Трай, честно.. - Тогда я, наверное я пойду, Аманда. - Иди. Но не забывай о нас, своих друзьях. и обещай что со временем расскажешь мне все. Я хочу написать твою историю. Все-таки я журналист. - Хорошо. Я сообщу тебе. В следующий месяц я закончил все проекты, поговорил с руководством университета и они пошли мне навстречу оставив меня на должности лектора, я буду читать лекции онлайн. В журналах, в принципе, я давно ушел с контракта во фрилансеры и поэтому думаю не проблемы будет приезжать, если вдруг будет интересная работа. Квартиру я оставил за собой, но на год туда заселится мой хороший коллега и мы договорились, что он будет жить там аккуратно. Осталось только поговорить с мамой, Дэвидом и близнецами. В воскресенье я поехал к ним. Не успев припарковаться, как тут же из дома выбежали два огромных обалдуя. Близнецам уже было по 19 лет и ростом они были на полголовы выше меня. - Привет, Бостон! Или ты Чикаго? Хахахах - ржали в голос две одинаковые копии, с возрастом они так и не стали разными, и все их продолжали путать, чем они весьма злоупотребляли доставляя головную боль отцу с матерью. Я закатил глаза, они также продолжают прикалываться над тайской особенностью давать детям никнеймы. Я каждый раз зовут меня разными названиями городов. Они ходили за мной буквально хвостиком все эти десять лет, не было и дня чтобы они не позвонили мне. Когда мог я брал их с собой в поездки. Мои коллеги и друзья обожали эти две красивые и шумные копии. И каждый раз как они приходили ко мне они приносили кучу хаоса. Дэвид шутил, что они любят меня больше, чем родителей, но кажись он этому был абсолютно не против. Мы зашли в дом, у окна на солнце лежал старичок Вонтон, ему уже было 15 лет и его мучил артрит, поэтому он редко ходил. Я подошел к нему, он радостно завилял хвостом. Я сел возле него и начал гладить. Недавно ветеринар сказал, что лучше усыпить его, так как из-за артритных болей он не спал нормально и очень страдал. Плюс у него развилась глаукома, и недавно обнаружили рак желудка, из-за чего он не мог нормально есть. Близнецы ревели в голос когда услышали. На следующей недели мы поедем провести его в последний путь. У меня намокли глаза. Почему они так мало живут? Старичок почувствовал мое настроение и лизнул мне руку. - Ну чего ты пельмешек, а? Совсем захворал. Как так, а? - я сидел и гладил пса, слегка массируя ему артритные лапы. Раздался голос Дэвида который звал нас к столу. Я смахнул слезы, еще раз потрепал Вонтона за ухом, поднялся и пошел в столовую. - Я наверное поеду в Тайланд. - сказал я пока мы ели. Мама посмотрела на меня и только кивнула. - Когда? - хором спросили близнецы. - Как улажу все дела, думаю недели через три. - И когда вернешься? - опять хором спросили близнецы. Боже вечно они синхронизируются. - Пока не знаю, но думаю поеду туда на год, а дальше посмотрим. - Как это на год? А мы? Ты нас бросаешь? Это из-за того что мы тебя называем Чикаго?! Мы больше не будем! Хочешь мы будем звать тебя дядя Трай? Только не уезжай - начали орать наперегонки близнецы. - Тихо, а ну замолчали. - раздался голос мамы и они тут же притихли. Я посмотрел на них, оба сидели насупленные и смотрели на меня исподлобья как на врага. Я вздохнул. Как им объяснить. - езжай, Трай. Ты давно должен был поехать. Езжай и наконец-то найди там свой покой. Все эти годы мое сердце болело за тебя. Езжай и найди его, и наконец-то реши все свои тревоги. - Маааам!!! Ну ты че?!!!! Зачем ему ехать?!. - Тихо, вырастите поймете. А теперь ешьте и не шумите. - остаток вечера прошел с впервые в своей жизни притихшими близнецами. Мама и Дэвид больше не задавали вопросов, да и не надо было. Я рассказал маме несколько лет назад о Нике и Дэвид был в курсе. Поэтому моя новость о моем отъезде не была сюрпризом для них. Через три дня мы впятером стояли в ветеринарной клинике и смотрели как готовят Пельмешка в последний путь. Близнецы опять ревели и размазывали сопли. Ну что за плаксы? Хотя как их винить? Этот пес вырос вместе с ними, и был младше их всего на четыре человеческих года. Доктор ввел Вонтону препарат, и через минуту верный пес, проживший с нами 15 лет и принесший много радости уснул навсегда. Мы оформили все документы на кремацию и утилизацию тела Пельмешка и вышли из клиники. - Дядя Трай…. - раздался голос одного из близнецов. С того дня как я сообщил о своем отьезде, оба близнеца больше не называли меня Чикаго. Мне очень не хватало их дурацких шуток. - Да? - Ты уезжаешь из-за того парня на фото в твоей спальне? - …. - Скажи честно. Мы ведь взрослые и давно не дети. - Ну судя по тому как у вас висят сопли вон под носом, то вы еще дети. - поддел я их, чтобы поднять настроение от потери Вонтона. - Мы не дети. Мы знаем что это твой бывший, которого ты любишь. Так ты едешь из-за него? - Да… - Тогда мы больше не будем на тебя обижаться. Но ты же будешь приезжать, да? Хоть иногда? - Ой, полудурки. Тайланд это не другая вселенная хехе, он всего в 12 часах лета на самолете отсюда. - Но твоя квартира всего в 30 минутаз на метро от нас!!!!! - Знаю. Обещаю. Я буду приезжать и надеюсь вы приедете ко мне на каникулах и я вам покажу родину нашей мамы и вашу кстати тоже. Вы же помните что наполовину тайцы? - близнецы закивали и улыбнулись. Я упаковал последние вещи. Еще вчера я передал службе курьерской доставки фото Ника, которое они аккуратно завернули в специальный ящик для особо хрупких предметов и доставят до двери дома моего отца в Бангкоке. Я закрыл дверь и пошел вниз. В аэропорт меня отвезли мама, Дэвид и близнецы. Тепло обнявшись я пошел в сторону таможенного досмотра, как вдруг услышал крики. - Эй, Чикаго!!!! Жди нас!!! Мы приедем скоро пхахахаха Я обернулся, помахал им и с улыбкой на лице и пошел на посадку в самолет до Бангкока. Я возвращаюсь домой.