Ты мой герой, Джонни

Мужчины сидели за столом в полной задумчивости. Они то и дело переглядывались, на лицах было видно напряжение. Их молчаливые переговоры продолжались долго, пока наконец Прайс не нарушил тишину. — Всё это, конечно, очень странно, но безосновательно обвинить Шепарда или, тем более, твоего отца в организации похищения… — он по привычке коснулся усов. — Ну не могли же они это предвидеть, чёрт возьми! — я соскочила со своего стула, со злостью глядя на мужчин. — Знали о похищении, но не предотвратили. Странно, не находите? — Вопрос в другом — зачем им организовывать твоё похищение? Цели? Мотивы? Кто от этого выигрывает? — А вот это очень хороший вопрос, капитан, — я села обратно, сложив руки на груди. — И я намерена узнать на него ответ. — Каким образом? — У меня есть время над этим подумать. Мужчины снова погрузились в раздумья, а я с нетерпением ожидала, какие выводы они сделают. — Исходя из обстоятельств, — сказал Прайс, — ваш переезд ненадолго откладывается.

***

Пока Прайс решил осторожно и не привлекая лишнего внимания разобраться в обстоятельствах этого дела, мы с Джонни сидели на базе. Я не была этому рада, а Джонни был не рад и того больше. Глядя каждый раз, как его группа уходит на очередное задание без него, он просто уходил в свою комнату, сводя наше общение к минимуму. Единственным моим собеседником был Куп. Прайс каждый раз возвращался без новостей, которые хоть немного прояснили бы ситуацию. «Я работаю над этим, — говорил он. — Мы не можем ошибиться и обвинить невиновных. Нужно быть уверенным в каждом шаге». С этим сложно было поспорить и всё же ожидание было мучительно утомительным. Коротать время практически в одиночестве было совершенно невыносимо. Я чувствовала, что наше время здесь проходит зря, что каждый день, проведенный в ожидании, уходит впустую. И чем больше времени проходило, тем больше становилось нервозности. Однажды, сидя в общей комнате вместе с мужчинами, которые недавно вернулись с какой-то миссии по спасению мира, я переключала каналы, в надежде найти что-то интересное, пока не наткнулась на интервью моего отца. Он стоял за небольшой трибуной, окружённый журналистами. — Это правда, что телохранитель вашей дочери убит, а сама она пропала без вести? — спросила темнокожая журналистка с микрофоном «CNN». — Пока я не могу это комментировать, — ответил отец. — К нам попало некое видео… — Я же сказал, без комментариев. — Какого… — пульт выпал из моей руки. — Что он несёт? Какое убийство? Что всё это значит? Мужчины, которые тоже слышали слова отца, переглянулись. Затем их взгляды обратились на меня. Я же сидела, уставившись в экран, и перебирала в уме все возможные варианты, пытаясь понять, что происходит. Теперь я чувствовала себя пешкой в игре, правила которой мне не известны. Напряжение в комнате стало ощутимо нарастать. Вопросы и предположения закружились в моей голове — кто мог заинтересоваться мной настолько, чтобы провернуть нечто подобное? Кому я нужна и почему ходят слухи о моём похищении? Кто организатор, а кто марионетка в этом квесте? Через несколько минут интервью закончилось, и отец отошёл от трибуны. Лицо его не выражало ровным счётом ничего. Никакого волнения. Абсолютно. Естественно, он ведь знает, что со мной ничего не случилось и Джонни никто не убивал. Тогда в голове засел один лишь вопрос — НАХРЕНА?! Зачем было устраивать весь этот цирк? Он ведь мой отец! Какое право он имеет играть моей жизнью? Возможно так он пытается защитить меня, но я никогда никого не боялась. И сейчас я не собираюсь отступать. Я продолжу докапываться до правды. И если для этого мне придётся пойти против системы, я сделаю это. Потому что я больше никому не позволю решать за меня. Большие игры моего отца на политической арене для меня не значат ничего. ЭТО. МОЯ. ЖИЗНЬ. Даже если он считает иначе и делает это всё из лучших побуждений, я сама могу о себе позаботиться.

***

Я сидела за столом, подперев руками подбородок. Передо мной стояла остывшая чашка с кофе. Джонни подошёл и сел рядом. — Что думаешь? — спросил он. — Не знаю я, что думать. — Я связался с твоим отцом. — Почему ты не дал мне с ним поговорить? — Он был немногословен. Наш разговор не продлился и минуты. — Вот как. И что же он сказал? — Сказал залечь на дно и что он сам со мной свяжется, когда придёт время. — Время для чего? — я со злостью опустила руки на стол, от чего кружка подпрыгнула и немного кофе разлилось по поверхности. — Я знаю своего отца. Он ничего не делает просто так. Но что бы он ни задумал, я не буду разменной монетой. Я встала и прошлась по кухне. Джонни лишь молча смотрел на мои метания, пока я резко не остановилась и не посмотрела на него. — Нам нужно съездить в тот дом, где нас нашли в первый раз. — Зачем? — Нужно кое-что проверить. — Исключено. — Но мне надо… — Нет, Ева, и это не обсуждается. — Как же мне тогда убедиться в своих догадках? Джонни почесал подбородок и сказал: — Выкладывай.

***

Джонни вошёл в дом первый, со спины его прикрывал Гоуст, оставшийся на пороге дома. Джонни ходил по обломкам стекла, обходя разбросанные вещи. Он внимательно вглядывался в каждую деталь. Возможно, он сошёл с ума, раз повёлся на сомнительное предположение Евы и поехал сюда, чтобы провести это маленькое расследование, но что-то во всей этой истории действительно было странно. Джонни аккуратно провёл пальцем по дыркам в стене, куда попали пули. Пули из его пистолета. А вот следов в том месте, куда стреляли незваные гости, просто не было. — Холостые, — сказал он вслух. — Нас не пытались убить. Гоуст осмотрелся, опустил пистолет и подошёл ближе. — Имитация покушения? Зачем? — Предупреждение? Возможность показать, что мы всегда у них на прицеле? — Их цель — Ева. В их интересах довести дело до конца. — А может она вовсе не цель? — он продолжил осматривать помещение. — Может, она лишь способ отвлечь внимание от настоящей цели? Нас ведут по ложному следу. — Думаешь, её отец и Шепард замешаны? Джонни задумчиво посмотрел на лейтенанта, взвешивая все имеющиеся факты, а потом неуверенно кивнул. — Всё возможно и этот вариант нельзя исключать. Что будем делать? — Наблюдать. Пока.

***

Как можно понять, с чем связано то или иное событие в жизни? Что является причиной, а что следствием? Вот и я не знала. Но было ощущение, что пока мы разгадываем этот пазл, кто-то уже шагнул на новый уровень. Пока мы не знаем правды, всегда будем на шаг позади. Что ж, вот она, моя жестокая реальность, где доверие — это роскошь, которую я теперь не могу себе позволить. За дверью послышались шаги и разговор. Через секунду ко мне постучались. — Джонни? — Да. — Заходи. Он вошёл и прикрыл за собой дверь. — Решил поговорить с тобой лично, а Гоуст пока расскажет всё капитану. — Есть новости? — я подалась вперёд в нетерпеливом ожидании. — Есть. Убить нас точно не пытались. — Так и знала. — Как ты это поняла. — Сидела. Думала. Анализировала. — И? — Всё это спектакль, Джонни. Со стороны кажется, что очень профессиональный, но на самом деле абсолютно бездарный. Хуже дешёвой постановки в школьном кружке. Просто до этого мы не обращали на это внимания. Джонни сложил руки на груди и внимательно смотрел на Еву. Может быть эта девчонка намного глубже, чем кажется на первый взгляд. Не просто красивая пустая оболочка. Взбалмошная, эксцентричная, неуравновешенная, но далеко не глупая. Она как книга, каждая страница которой открывает для него что-то новое. И если кто и способен расставить все фигурки на доске жизни так, чтобы они сошлись в идеальную картину, то это точно она. Ведь именно она догадалась о подставном нападении. Ему это даже в голову бы не пришло. — Но я чувствую, что что-то от нас ускользает, — продолжила она. — А что, если похищение — всего лишь часть большого замысла? — Кто-то довольно скрупулёзно продумывает каждый свой шаг. — Нет, не очень, иначе мы бы об этом не догадались. — Ладно, мисс Марпл, мне нечего этому противопоставить. Если честно, думал ты более… непосредственная. — А точнее тупая, да? — Нет, не так. Скорее легкомысленная. На его комментарий она лишь хмыкнула, но по лицу было видно, что она крайне довольна собой.

***

Прайс барабанил пальцами по столу, вызывая нервные мурашки. Наконец он поднял глаза на меня и просил: — Ты знаешь своего отца лучше нас, Ева. Что могло заставить его пойти на всё это? Я пожала плечами. Далеко не все дела моего отца были мне известны. — Но я не сомневаюсь, что это связано с его работой, — ответила я. — И если в этом замешан ещё и генерал… — Прайс не закончил свою мысль. Он встал со стула и отвернулся, погрузившись в какие-то свои мысли. — Плохо дело, — закончил за него Газ.