Тортики садизма

***

Очередь вечером в кондитерскую была приличная. Итачи встряхнул кисть руки, отдергивая рукав чёрного пальто и недовольно взглянул на свои ручные часы. Стальная стрелка чётко показывала на семь вечера. Ругнувшись в мыслях, Итачи терпеливо продолжал ждать своей очереди. Метро встречает своей душной сонливостью и толпой жмущихся людишек в час пик, как рыбы в банке. Каждый стремится домой, не оборачивается по сторонам. Идёт по чётко заданному маршруту в голове. Итачи облакачивается на железную перилу и от скуки достаёт телефон. Цифры тухло вспыхивают на экране и новое уведомление из мессенджера. Ш: Ты скоро трудоголик? Я соскучился:( Итачи отвечает кратким "да" и убирает телефон в карман пальто. Едкий электронный голос объявляет нужную станцию и Итачи выплывает вместе с потоком людей как рыба. Лёгкая осенняя морось застаёт в расплох. Итачи ускоряет шаг, чтобы не замочить упаковку торта. Нет хочется расстраивать Шисуи... Дойдя до своего спального района, Итачи здоровается с консьержкой. Та сухо кривит губами, но пропускает. Лифт бесшумно высаживает на нужном этаже, где в конце серого коридора горит яркий свет открытой квартиры.       — Ну привет, — Шисуи украдкой чмокает в щеку и впускает мокрого Учиху в квартиру. Дверь закрывается. Шисуи настойчиво стаскивает с Итачи мокрое пальто. Растегивает каждую пуговицу с тихим клацаньем.       — Шисуи... Я могу сам снять с себя одежду. У тебя ведь праздник. Не у меня.       — Поверь, я знаю как хорошо ты умеешь снимать одежду, но это позже, — Шисуи двусмысленно подмигнул и отправился в ванную, развешивать мокрое пальто на сушилке. Итачи быстро снял туфли и отправился на кухню с вкусным презентом для именинника. Чтобы не терять времени решил заварить чая. Перспектива есть торт в сухую не радовала. Хотя Шисуи пожалуй мог бы.       — Всë, завтра пальто будет сухое и я его отглажу, — Шисуи ставит Итачи перед фактом, и довольный летит на кухню.       — Это ведь что-то вкусненькое и сладенькое? — Шисуи по варварски тянет за ленточку и открывает коробку. Опрятный шоколадный торт с фруктами и сливками заставляет потерять разум именинника. Шисуи в порыве радости обнимает Итачи за плечи и притягивает для первого жаркого поцелуя за день. Томный, сладкий как карамель с привкусом горьких ореховых сигарет.       — Ещё не всë, — Итачи первым отстраняется и идёт в прихожу за вторым пакетом. Шисуи огорчённо поглядывает вслед, из-за прерванной ласки, но вскоре его брови взметаются высоко вверх от нового подарка.       — Верёвка и пистолет? Ты меня хочешь убить, Тачи? Что я такого сделал, за что ты хочешь меня кокнуть? — Шисуи ошарашенно перебирает предметы в руках и нервно смеётся на странный подарок.       — Помню, как ты говорил, что хочешь попробовать ролевую игру. Ладно, забудь, — Итачи торопливо обрывает разговоров и протягивает руки, чтобы забрать атрибуты.       — О, нет нет, Тачи, — Шисуи отдергивает руки и игриво скалится, — я весь заинтригован. Ты же явно что-то представлял в голове, когда покупал такой набор. — Шисуи безошибочно наступает, раскусывает начинку. Ответная реакция видна по дергающейся ямочке на щеке Итачи и бегающему взгляду по полу. Шисуи соблазнительно закусывает губу. Слюна небрежно размазывается по нижней вслед за прикусом. Прижавшись в плотную к чужим бёдрам, горячим глубоким тембром шепчет на ухо.       — Так что арестуйте меня, господин полицейский, — Шисуи томно дышит буквально пару секунд в бледную ушную раковину, после чего Итачи оживает. Но теперь другой... Итачи грубо хватает Шисуи за спину и с силой опрокидывает на стул. Ножки проскрипели по ламинату, стараясь удержать тело от падения.       — Какой же ты горячий, — продолжает лепетать Шисуи, полностью завороженный происходящим. Итачи остервенело срывает с парня тёмную футболку и кидает на пол. Достаёт толстую, грубую верёвку и намертво связывает руки Шисуи за спинкой стула. Проверяет крепкость узла и поддергивает за концы. Шисуи любопытствующе скашивает голову на возящегося Итачи сзади. Итачи выключает свет идёт за вторым стулом, ничего не объясняя Шисуи, и ставит напротив. Раскидывается напротив. Чернота комнаты впивается в глаза. Ничего не видно, только слышно шорохи и поскрипиывания деревянного пола.       — Ты сильно провинился Шисуи. Готов заплатить за свою ошибку? Обволакивающий властный тембр заполняет собой комнату, отражается от стен и усиливается, заставляя все внутри дребезжать.       — Что нужно сделать, чтобы её исправить? Итачи не вставая тянется к джинсам Шисуи. В темноте нащупывает пальпирующими подушечками пальцев молнию и растегивает. Дыхание Шисуи сбивается на секунду. Выдыхает лёгкой дрожью в голосе. Итачи не спеша водит ладонью по бугорку, почти не касается. Провоцирует.       — Итааачи... Ит.. Прикоснись ко мне плотней! — В откровенном бреду шепчет Шисуи. Довольство хлещет изнутри, распирает наравне с возбуждением. Итачи неспешно стягивает с Шисуи джинсы и скидывает в тёмное пространство комнаты. Задерживается взглядом на поддрагивающем прессе. На бегающих кубиках из стороны в сторону, на впалом пупке и капельке пота, скатившуюся за границу чёрных боксёров. Манит. Итачи поддевает швы чёрной материи и тянет вниз. Мучительно медленно. Итачи сквозь занавес чёлки продолжает наблюдать за реакцией своего парня. Бёдра с икрами покрываются лёгкой гусиной кожицей, сероватые волоски встают дыбом. Пальцы на ногах сжимаются в кулаки и белеют от напряжения.       — Коснись... пожалуйста... Член у Шисуи стоит крепко. Чуть кринится на право и поддрагивает в ритме сердцебиения. Несколько прозрачных капелек заблестели при сумеречном освещении комнаты.       — Так и быть Шисуи, я коснусь тебя. Итачи протягивает руку к разгоряченной плоти. Размазывает влагу по головке и слегка нажимает на уретру. Звонкий рваный стон облегчения сорвался с губ. За чёлкой Итачи призрачно проявилась дьявольская улыбка. Стоны Шисуи лишь сильней заводили и он начал активней водить пальцами по члену. Слегка сжимая у основания и отпуская.       — Ииитачи... хватит мучить. Дай кончить! Шисуи изнеможденно поднял голову. Взмокшие кончики волос, отчётливо бьющаяся венка на виске, туманный взгляд и твёрдые мышцы, которые непроизвольно перекатываются под кожей. Поистине горячая картина которой не хочется делиться ни с кем. Спрятать, укрыть от посторонних глаз.       — Тебе не достаточно хорошо? Итачи со скучающим выражением лица с силой сжал член Шисуи у основания, выжимая собачий скулёж из глубин иссохшей глотки.       — Ночь будет долгой, Шисуи... Итачи подорвался со стула. Тот с грохотом падает на пол. Эхо пугающе раздаётся в голове. Он резко хватает Шисуи за шею и сжимает до тех пор, пока кучерявый не начнет задыхаться и кряхтеть от нехватки кислорода. Шисуи разошёлся дерущим кашлем. В уголках глаз показались слезы, сверкающие при лунном освещении во мраке. Затишье...       — Буду наслаждаться каждой секундой, — садистки выдаёт Шисуи, охрипшим голосом. Улыбается как безумец перед лицом палача на рассвете. Его любимого палача...