Его картина

Туман окутал четырехэтажное здание в центре Ростова-на-Дону, на котором виднелась большая надпись «Технический университет». Парень, стоящий у входа, неуверенно сжал ручку двери. Серый капюшон закрывал лицо, но сильный ветер будто старался сорвать его, чтобы показать, каков этот человек настоящий. Он посмотрел на небо, откуда посыпались мелкие снежинки и одна из них упала ему прямо на кончик носа. Парень смахнул ее небрежным движением руки и оглянулся вокруг- еще не растаявшие сугробы увеличивались из-за начинающейся метели. Наконец, он открыл дверь, мгновенно впустив в помещение холодный воздух. Несколько человек обернулись, но не увидев ничего интересного, продолжили заниматься своими делами: кто-то разговаривал по телефону, кто-то бежал по коридору, явно опаздывая на занятия, а кто-то активно болтал с друзьями. Неужели в университете всегда так оживленно? До этого момента такой вопрос у парня и не возникал: все казалось безжизненным. Тишина, сдавливающая в детстве горло, не дающая вдохнуть желанный воздух и разрушить её хоть каким-то звуком, теперь стала желанной. И он искал её везде. Будь то аудитория во время лекции или тихая Республиканская улица, по которой он почти каждый день возвращался домой. 
И вот он стоит у заветного деканата. Его обходной лист наконец готов и осталось лишь забрать документы. Вещей тут у него было немного, они давно дома. Так и пройдет последний день в этом вузе. Такой короткий, но такой радостный. 
-Ну что-ж, желаю вам удачи в поиске себя, Марк- деканша по- рабочему улыбнулась и передала парню бумаги. Он коротко кивнул и отблагодарил женщину, забрал небольшую папку и вышел из комнаты. Коридор стремительно пустел, у всех, по- видимому начались занятия. Марк поймал себя на мысли, что нахождение здесь его больше не тяготит. Он шёл мимо знакомых дверей, за которыми сейчас шли лекции. Насколько он мог вспомнить, в 104 кабинете сейчас находятся его одногруппники. Уже бывшие, правда. Парню внезапно вспомнился его единственный здесь друг- Илья. Он выручал Марка каждый раз, когда тот по каким-то причинам не мог подготовиться к парам. Единственное, причина чаще всего была одна- парень просто не знал материал. Уйдя в середине второго курса, он научился разве что складывать числа в «Питоне» и теперь чётко понимал, что программистом ему не быть. Конечно, это не могло не расстроить его, сколько лет он потратил на это? Парень чувствовал себя будто загнанным в клетке, откуда он только сейчас нашел лазейку. Марк вдруг очень захотел позвонить Илье, сообщить эту волнующую новость об отчислении, но вспомнил, какой его друг ответственный студент. Все профессора подают на него большие надежды, толкая на всевозможные проекты. Истинный математик и он не отвлечется от занятия на короткий разговор. Марк достал из кармана толстовки старенький телефон неизвестной модели, открыл контакты и пролистнул немного вниз. На экране высветилось «Бабушка МТС». -Бабуля, привет! -начал он, но собеседница внезапно перебила его. -Ох, внучок, это ты чтоль? -Да-да, я, у меня новость есть, очень важная. Послушай меня внимательно, пожалуйста. -Я-то тебя слушаю, внучок. Що же там за такая новость, кажи ты уже! -Я отчислился из ДГТУ- Марк только успел начать фразу, как в телефоне послышались гудки. Он взглянул на экран, и действительно, бабушка сбросила звонок. Видимо, она так и не смирилась, что её внук непутевый программист. Когда бабушка услышала от своей подруги о модном направлении, то заставила внука сдавать информатику и профильную математику, а этот набор экзаменов подходит только для айти. И как бы Марк не противился, не просил бабушку поменять решение, она оставалась непреклонна и подавала заявки на разные конкурсы и олимпиады по математике. Как много они ссорились- даже представить сложно. Но каждый раз аргумент у бабушки был один. Она почему-то была уверена, что все без исключения программисты очень много зарабатывают. -Да бабушка! С чего ты вообще взяла этот бред? -Какой бред! Ты шо, з дуба рухнул? Мне Любка рассказывала про дочку свою, она такие деньжища гребет! Ты ж тоже так будешь, я-то из тебя человека сделаю, все, шо надо в голову вобью. А на следующий день она принесла еще пару сборников для подготовки, и усадила его за стол учиться. Так проходили недели и месяцы: целый день он корпел над формулами и задачками, а вечером быстро засыпал от усталости. Можно сказать даже, что у него очень хорошо получалось, и призовые места в олимпиадах занимал, и получал пятерки в школе, и даже помогал одноклассникам на контрольных. Однако это было, когда Марк заканчивал школу, но то, как он проводил свое беззаботное детство- совершенно другое дело. Парень каждый день вставал с бабушкой на рассвете, шел с ней на рынок, где она торговала зеленью, сидел там за прилавком, помогал бабуле и частенько слышал разговоры ее подружек то ли на русском, то ли на украинском. -За скок цибули отдашь? -Та забирай по 20. Эти женщины всегда носили цветастые платки, аляпистые платья и шлепки. Они были такими добрыми, такими душевными тетеньками! Всегда положат Марку лишнюю морковку, чтобы он мог съесть ее, пока ждет бабушку, скинут со стоимости пару рублей. Но одна бабушкина подруга кардинально отличалась от остальных. Она была какая-то заносчивая, лезла со своими советами куда не просили, и хвасталась чем только можно и, естественно, как и подобает таким людям, придумывала половину на ходу, и это была та самая Люба, посоветовавшая бабушке отправить внука на айти: -А вот у меня дочка закончила недавно университет, с красным дипломом так-то! – как правда потом выяснилось, она еле-еле смогла выпуститься, и то, дав взятку во время сдачи диплома. -так вот, у нее осталось так много книжек! Ты обращайся, Светка, если надумаешь своего устраивать учиться. - Да шо ты, и как? Работает уже? – бабушка явно заинтересовалась таким успехом чужого ребенка. -Да ты бы знала, купила мне вот телефон недавно, - и она достала явно не новый смартфон- на стекле было много маленьких трещин. -Ну и шо она закончила-то, кажи уже. Туди небось и попасть-то неможливо. -Ну так, довелося потрудиться. А училась она у меня в ДГТУ, программистка теперь! -явно довольная оказанным впечатлением на подругу, продолжала хвастаться Люба. Но их прервала молоденькая девушка, пришедшая за салатом. Заметив это, Люба быстро ушла к другому прилавку. Оставшийся же день на рынке мало чем отличался от остальных и пролетел совершенно незаметно. В четыре часа бабушка и Марк начали складывать продукты с прилавка и к пяти были уже дома. -Маркуша, давай спати збирайся, поздний час уж. -и так каждый вечер. Только на часах стрелка переходила за цифру 9, бабушка сразу звала внука спать. Правда она и сама ложилась, и очень быстро засыпала. Стоило пройти буквально нескольким минутам, как Марк слышал храп старушки. Тогда он выбирался из постели, клал туда пару подушек и тихо выходил из дома, чтобы не разбудить бабулю. Мальчик шел к реке Мечетке, находящейся всего в пятнадцати минутах от бабушкиной хибары. Там он садился на низенький пенек у берега, зажигал маленькую переносную лампу и доставал блокнот. Марк всегда носил с собой коробочку со старыми красками, найденными когда-то в шкафу у бабушки. Она, кстати, так и не заметила пропажи. Наверное, эти краски пролежали там слишком долго. Мальчик иногда представлял, что это мама рисовала ими, когда жила в Зернограде. Тогда он брал тонкой кисточкой красную краску, представлял, что его мама закрашивала ей какие-нибудь яркие, пышные, нарисованные маки. Бабушка рассказывала, что Ира, так звали маму, очень любила маки. Стоило им зацвести, она искала поля, где набирала большие букеты, несла их домой и аккуратно расставляла по вазам. Бабушка часто вспоминала, как воспитывала маму, она описывала Иру как жизнерадостную и веселую девочку. В детстве она играла с дедом в нарды в беседке у дома, то и дело бегая за яблоками в сад. Ее отец, дедушка Марка, до самой ночи работал в поле. В то время он был единственным, кто приносил деньги в семью. Однако именно его многолетний труд на жаре свел мужчину в могилу: в пятьдесят лет у него обнаружили малоизвестную на то время болезнь, лечить которую не предоставлялось возможности. Уход отца очень поменял жизнь всей семьи, и бабушка начала работать, а мама оставалась с уже пожилым дедушкой и постепенно замкнулась в себе. Она стала хуже учиться в школе, часто сбегая с уроков и отсиживаясь на той самой речке, где теперь проводил ночи Марк. Маки перестали появляться дома, а те, что были, быстро завяли. Дедушка как-то провел интересную параллель, когда разговаривал поздним вечером с бабушкой Светой. Он сравнил Иру с этими маками, которые всегда очень долго стояли и радовали всех в доме, пока и мама сама была активной. А когда её былая прыть куда то испарилась, маки на глазах начали увядать! Удивительно все-таки. Денег не хватало и в один момент было принято решение выдать Иру замуж. Бабушка дождалась восемнадцатилетия дочери и поспешила найти ей подходящего мужа. Об этой части семейной жизни бабушка, правда, молчала, но мальчик лет в 10 нашел дневник мамы, в котором и описывались все события с её стороны. Он лежал рядом с красками, и некоторые страницы были испачканы чем- то темным, похожим на кровь. 25 марта 19** года записи обрываются. Теперь на оставшихся чистых страницах Марк рисовал. Мальчик перечитывал счастливые записи мамы про её успехи в нардах, учебе в школе и частенько задумывался, почему она забыла про этот дневник? Бывало, он засиживался на берегу реки до утра и потом быстро бежал домой до того, как бабушка проснется. Рисунки же приходилось прятать под матрасом.