Тайны империи лжецов:долговременное бесчувствие

Этот день начался, как и обычные мои дни — очень-очень плохо, но всё по порядку. Проснувшись в своей постели, я радостно улыбнулась, сегодня меня должны были повысить на работе до начальника отдела. Ну, обязательно должны были, я же работник месяца уже почти год, каждый месяц перевыполняю планы. Всегда, ну или почти всегда, прихожу на работу вовремя, а ухожу последняя. Да, и кандидатов то больше и нет, в нашем отделе никто особенно не перерабатывает, а вот возможность откосить по тем или иным причинам — это они любят. Так вот, о чем это я? А, точно, моё утро! Оно не предвещало беды ровно до того момента, как я, повернувшись к прикроватной тумбочке, не посмотрела на часы… Девять! Боже! Как я могла забыть проверить будильник вчера вечером? Я проспала! В первый рабочий день в роли начальника отдела (очень надеюсь им стать), я проспала! Быстро подскочила, побежала в ванную, умылась, второпях уложила высокий хвост. Надела первое, что попалось на глаза — красную блузку и черную юбку-карандаш. Взяв сумочку, проверив на месте ли ключи от машины, вышла из своей маленькой двушки почти на окраине Новосибирска, эх, как же мне далеко ехать, хоть бы не пробки! Еще раз вздохнув, я побежала в сторону лифта, и, как вы думаете, что произошло? По закону всемирной глупости - он сломался, Спускаясь по лестнице второпях, чуть не улетела в низ, но вовремя удержалась за перила. Туфли заскрипели под стопой, но времени проверить сохранность каблука просто не оставалось. Не хватало еще ногу сломать! Едва не сбив с ног пару подростков с собаками, под потрясённый лай их питомцев, я почти покатилась вниз, сопровождая спуск сдавленными ругательствами и извинениями. Улица! Наконец-то! Не прошло и шесть этажей! Выбежав из подъезда, пытаюсь вспомнить, где вчера припарковала свою любимую синюю Тойоту, купленную в кредит. О! Нашла. Нет, вы не подумайте, вчера я была абсолютно трезва, просто от усталости почти ничего не соображала. Не помню, как парковалась, в очередной раз приехав домой поздно ночью, после того, как почти последняя ушла с работы, ну, как почти, там остался только сторож. Я настолько валилась с ног, что еле успела дойти до машины, приехать домой, подняться на этаж и зайти в квартиру. Сев в машину, я поехала на работу, думала уже быстро доеду, но мне сегодня, как вы уже поняли, не везет, я застряла в пробке. В общем, на свою работу, в дизайнерскую фирму «Amaizingdecoration», где я работала менеджером в отделе дизайна, я с треском опоздала почти на два часа. Первым свидетелем моего позора стала одиозная Лилия Миллер, чей взгляд голодной гадюки я поймала на себе едва переступив порог лифта. — О, снова опаздываем, Наталья, тебя как раз к себе директор вызывал, правда, он это делал еще в 9 утра! — как обычно, с издевкой, сказала мне девушка. К слову, хоть я ее и недолюбливала, она была любимицей всего отдела, особенно мужского пола. Ну да, высокая, голубоглазая блондинка, настолько совершенная во всём, что это скорее пугает, чем привлекает. Она была не только любимицей отдела, но и нашего директора. Единственное, что ей не нравилось в нашем офисе — это было… как вы думаете, что? Какая-то мебель? Растение? Нет, ей не нравилась я, и она всячески пыталась это показать! С самого первого дня, когда я пришла на работу, она постоянно надо мной подшучивала, всячески издевалась, один раз даже купила мне цветы, передав их с курьером, вроде как от моего поклонника. Думаете, это круто? Нет - мерзко! Думала просто посмеяться над тем, что в двадцать три, у меня не было никаких романтических отношений, но получилось все гораздо хуже. У меня очень сильная аллергия на пыльцу! В тот день все лицо покрылось красными пятнами. Я чихала, не переставая, весь день, да уж, шутка удалась! Лилия могла собой гордиться. Теперь вы понимаете, почему я так сильно недолюбливаю эту девушку? Но, возвращаемся к настоящему, как обычно проигнорировав коллегу, я направилась в офис руководителя. — Виктор Романович, простите за столь большое опоздание! Можно войти, и я объясню, в чем причина моей задержки? — тихо сказала я. Почему тихо? Потому, что знала, насколько громким будет ответ. —Усачёва? Ну, наконец-то, ты соизволила появиться в нашем офисе! А я уж и не надеялся тебя сегодня увидеть! Что у тебя на этот раз приключилось? Кошку с дерева снимала? Или опять колесо лопнуло? — воскликнул Виктор Романович так, что его, наверное, только на первом этаже (мы на десятом) не слышно! Не смотря на более чем привлекательную внешность и довольно молодой возраст, ему не было ещё и сорока, шеф обладал всеми задатками старого гневливого скряги. К счастью, сегодня он, вероятно, был настолько поглощён работой, что не соизволил встать, чтобы вынести мне выговор. При его почти двухметровом росте, это было бы шоу столетия. — Простите, этого правда больше не повторится, понимаете, я вчера уронила часы, и будильник отключился, я проспала, по пути на работу еще и в пробку попала. Простите меня, Виктор Романович, этого правда-правда, больше не повторится! —зачастила я трясущимся голосом. Руки мои вспотели от напряжения, тело похолодело. — Хорошо, думаю, ты права, этого больше не должно повторится, — тихим, спокойным голосом проговорил Виктор Романович. У меня просто душа на небо от счастья улетела, меня простили! Ура! И тут, он продолжил: — Этого больше не повторится лишь по одной причине, Усачёва - потому, что ты уволена! И в этот момент земля у меня ушла из-под ног. Уволена…. Что мне теперь делать, на мне ипотека и кредит за машину, нужно помогать родителям с оплатой их больничных счетов, как мне найти работу в короткий срок, чтобы не понести убытки! — Расчет тебе уже подготовили, забери в бухгалтерии, на этом всё. Ты свободна! — сказал Виктор Романович и отвернулся. Развернувшись на месте, я пошла прочь из офиса уже теперь бывшего директора. Выйдя из кабинета, столкнулась с Лилей. — Ой, кажется, кого-то, наконец уволили! Давно говорила Виктору Романовичу, не стоит таких держать в офисе, хотя, я думала смогу насладиться, и сама тебя уволить! Как начальник отдела! — добила меня она. Хах, вот и повышение! Кажется, судьба играет в не очень хорошую игру! Мало того, что вместо повышения меня уволили, так еще и Лилия получила то место, о котором я мечтала! Проигнорировав эту змеюку, пусть сама своим ядом давится, я пошла в сторону бухгалтерии. Едва разобравшись с документами, села в свою машину и заплакала. Наконец-то меня прорвало, я держалась все время в офисе, и вот теперь, могу вдоволь наревется. Прорыдав почти 20 минут, я начала приходить в себя. — Ну что ж, Наталья, значит, такова твоя судьба, это то испытание, которое ты пройдешь и не упадешь духом! Ты же сильная, ты справишься! — успокоив себя этими мыслями, я завела машину и двинулась в сторону дома. Все будет хорошо, я же не могу прожить свою жизнь так печально?! И вот, уже почти доехала до дома, оставалась ровно одна улица, как прямо на перекрестке, на дорогу выбежал маленький мальчик — у него укатился мяч! Резко нажимаю на тормоза, в надежде не сбить ребенка за светофором, остановив машину прямо посреди перекрестка, бьюсь лбом в руль. Слышу писк колес, поднимаю глаза и вижу, что из-за поворота, на полной скорости едет большая фура, краем глаза замечаю, что светофор уже переключился. Последнее, что я помню, так это то, как водитель машины пытался затормозить, но его скорость была слишком велика, чтобы это имело какое-то значение. Удар сотрясает всю мою машину, подбрасывает её вверх. На мгновение я теряю всякое чувство направления, не знаю где верх и низ. Волна боли током проходит по моему позвоночнику, грудную клетку сковал ремень, мешающий вздохнуть. Я пытаюсь кашлять, но вместо воздуха чувствую густой поток крови во рту. Пытаюсь повернуть голову, чтобы посмотреть, на месте ли руки ноги, которых я не чувствую, вообще больше ничего не чувствую, но вижу только темноту. Мрак. Я умираю? В двадцать три? Боже! Последняя мысль, которая приходит в мой помутившийся рассудок: «Как же теперь мои мамочка и папочка без меня? Надеюсь, что они будут жить дальше и не будут долго горевать. Как же много я хотела им сказать сейчас: как сильно я их люблю, как много хорошего они для меня сделали. Но не успею. Я ничего больше не успею! Эх… Вот бы начать жизнь заново! Я бы, наверное, прожила ее по-другому…»