громкий шёпот

С момента смерти Шиничиро прошло немало времени. Тот мотосалон закрыли и по сей день он остаётся заброшенным. Многие алкаши и наркоманы приходят туда, чтобы переночевать или просто развлечься выпивая спиртное и разбивая витрины. На дворе сентябрь. Учёба идёт полным ходом, а ученики уже влились в учебный процесс. И только одного мальчика не волновало это. Парень с длинными черными волосами стоял напротив разбитой витрины и разглядывал бывший мотосалон. Баджи подрос с момента трагедии 2003 года, но щемящее чувство вины осталось и росло вместе с ним. Кулаки сжаты до кровавых следов на ладонях, а на лице ни единой эмоции. Он бы мог поморщиться от боли, но он понимает, что Шиничиро было больнее. Намного. Кейске достал из рюкзака лапшу быстрого приготовления и поставил около двери. Он ходит сюда по привычке. Или из гнетущего чувства вины? Он и сам не понимает. Хотел бы он вернуться в тот момент, когда Кадзутора схватил гаечный ключ и… Баджи закусил губу. Нет. Пора двигаться дальше. Кейске развернулся и бросил напоследок: «Прощай, Шин. И прости нас с Кадзуторой.». Он говорил это на автомате даже не осознавая, что произносит это вслух. Школьник сидит у себя за столом стараясь понять тему по математике. Рядом лежит мобильник из которого доносится тихий голос. Чифую в который раз объясняет другу тему, но тот лишь комкает лист и откидывает его в сторону. Он ударяется о стену и попадает чётко в ведро к остальным исписанным бумажкам. — Что? Я не понимаю почему тут получается 120. — подпирая рукой голову шипит парень параллельно поправляя очки. — Ты что совсем дурак? Ладно. давай ещё раз… Мы приводим всё к общему знаменателю. — Чифую. — перебил Кейске глядя в окно. — Ты слушать собираешься? — недовольно фыркнул парень на той линии и, судя по звуку, перевернулся на кровати. — Что? — выдохнув спросил мальчик. — Я ухожу из Тосвы и вступаю в Вальхалу. — бросая карандаш на на тетрадь решительно сказал Баджи. — Давай в последний раз разделим лапшу как союзники? — Ради Майки? — голос стал серьёзным и судя по звуку, Чифую встал с кровати. «Ради Тосвы» подумал Кейске, но не ответил. Баджи готов стать злодеем в глазах своих друзей, чтобы защитить их. Он готов действовать в одиночку, лишь бы никто не пострадал, а он… На себя ему плевать.