Абсолютная нелюбовь к сюрпризам

      Джисон ведёт себя довольно подозрительно, чтобы остаться равнодушным. Неоднозначные взгляды, коварные ухмылки и нервное облизывание губ не дают покоя. Минхо это раздражает, но он старается быть непоколебимым.       — Джисон! — почти криком окликает старший идущего в паре метров от него парня.       — О, хён, — Джисон широко улыбается и летит в объятия Минхо, практически сбивая того с ног. — А ты чего тут? У тебя разве не вторая смена? — и тёплый поцелуй в щеку.       Минхо молча приобнимает его за талию и тянет губы, чтобы пленить ими чужие. Джисон совсем не сопротивляется и льнёт ближе, отдаваясь нежным касаниями.       — И всё-таки? — он отстраняется, разрывая ниточку слюны между их губами.       — Чан позвонил, попросил помочь ему навести красоту в актовом зале. Сегодня тридцать первое же, — вздыхает Минхо и трётся кончиком носа о нос Джисона, который в эту секунду селит на губах лукавую улыбку.       — Мм, — задумчиво мычит младший, — хорошо.       И видно, как из него рвутся смешки, но он старательно их подавляет.       — Чего ты такой загадочный? — хмурится Минхо и смотрит с укоризной.       — Да так, — Джисон облизывается, уводя взгляд.       — Ну, серьёзно, — шипит старший, убирая руки от Хана и делая шаг назад.       — Ничего такого, честно, — улыбается он и тянется вперёд, но Минхо складывает руки на груди и отступает.       Надоело, если уж откровенно. Сколько можно? Неделю таким ходит. Минхо это не нравится. Что он задумал? А если что-то плохое? А если это не понравится Минхо? Незнание пугает до дрожи и злит до учащённого сердцебиения.       — Хён...       — Говори, — максимально холодно бросает старший.       — Ну, правда, ничего особенного, просто... — растерянно бормочет Джисон, растеряв весь запал.       — Просто что? — подгоняет Минхо и на каждый шаг Хана к нему делает два назад.       Джисон недовольно смотрит на него и хлопает ресницами. Его губы почти выпячиваются, а лицо выражает обиду, словно это Минхо чего-то недоговаривает, а не Джисон.       — Мне не нравится то, что не говоришь мне о тех тараканах, которые шкребутся в твоей черепушке, генерируя идеи, — ворчит Минхо.       — Почему? — дуется младший.       — Потому что это может оказаться чем-то, что меня расстроит. Говори сейчас.       — Хён, ты не расстроишься, обещаю, ты...       — Говори, — хмыкает Минхо, медленно моргая.       Джисон молчит и хмурится, прожигая глазами пол. Минхо выжидает несколько очень долгих минут, а после направляется в сторону актового зала, закатывая глаза напоследок.       — Минхо...       — Позвони мне, — он останавливается на мгновение, — если будешь намерен со мной разговаривать, — и уходит с этими словами.       На самом деле Минхо злится. Очень. У него пожар внутри, и хочется накричать, оскорбить и вообще применить силу, потому что... какого чёрта? Минхо не нравятся интриги, не нравятся сюрпризы. Его вовсе не устраивает расклад, когда что-то скрывают — пусть даже мелочь или что-то хорошее. И Джисон знает об этом наверняка. Они вместе достаточно долго, чтобы знать о таком.       "И с хера ли он тогда творит подобное?" — вопрос без ответа.       Конечно, Минхо не станет с ним ругаться. Не криком, потому что этим ничего не добиться. Только вот обижаться ему никто не мешает. И как Минхо бы ни был против глупых обид, эту он таковой не считает. Какой смысл в том, чтобы делать наперекор? То есть что непонятного во фразе: "Мне не нравятся сюрпризы и недосказанности"? Почему нельзя принять это, как факт, и не бесить тем самым?       Джисону, к слову, наоборот импонирует подвешенная интрига. Хлебом не корми, а завлечь получится только неожиданностью. Джисон ненавидит спойлеры и быстро раскрытые тайны. Ему в кайф мучиться от незнания.       Минхо знает об этом, посему регулярно делает ему сюрпризы.       Только вот Минхо не такой. Ему так не нравится. Даже если они собираются посмотреть какой-то фильм, Минхо сначала прошерстит ютуб и пересмотрит все отрывки, потом прочитает все отзывы, и только тогда, когда будет на все сто процентов знать, что его ждёт, сядет смотреть. Человек он такой. Любопытный, но при этом ненавидящий интриги. И ничего не попишешь.       Почему только Джисон игнорирует это?

🎃🎃🎃

      Минхо вырезает у тыкв глаза с таким лицом, словно лимона поел. Он злится и бесится. Но внутри. Мысленно он уже разбил все окна, стёкла и в крошку превратил всю керамику, что была под рукой. Снаружи же он источает только неприязнь.       — Минхо-я, ты чего такой кислый? — не выдерживает Чан, сидя напротив и занимаясь тем же, что и младший. — Если так не хотелось заниматься этой рутиной, мог бы сразу сказать.       — Да не в этом дело, — с тоской шипит Минхо, особенно сильно надавливая на нож и отрезая слишком большой кусок.       — А что случилось? — любопытничает старший.       Минхо поднимает глаза, прослеживая убийственным взглядом первокурсников, которые украшают помещение сделанными из бумаги и тканей привидениями.       — Ничего, — фыркает, уставляясь на тыкву, что держит в руке.       — С Джисоном поссорился? — не унимается Чан.       — Ещё нет.       — Это как понять? — удивляется он, взметая бровь вверх. — Планируешь ссору?       — Не знаю, — мнётся Минхо. — То есть, если честно, я хочу накричать на него, чтобы он сделал то, что я хочу. Только вот это вряд ли поможет, и я злюсь.       — Могу я знать, что он не хочет делать? — хмыкает Чан, отставляя одну тыкву и беря в руки другую.       — Говорить.       — Что ты имеешь в виду? Игнорирует тебя?       — В каком-то смысле да.       Минхо тяжело вздыхает, откладывая на стол всё, что находится в руках, и поднимает тяжелый взгляд на старшего.       — Джисон что-то задумал, но я не знаю, что именно. Он не говорит. И я бешусь.       — Может, он готовит что-то крутое? Потерпи немного. Зная Джисона, это не просто так. Скорее всего то, что он удумал, будет довольно классным и сотрёт весь негатив, что ты сейчас испытываешь, — старается успокоить Чан.       — Я знаю, — уверяет Минхо. — Уверен, что его сюрприз будет действительно очень здоровским. Вряд ли можно готовить что-то плохое с такой самодовольной лыбой. Но, понимаешь, мне это не нужно. Я не хочу так. Почему он не может учитывать моё мнение?       Чан пожимает плечами.       — Вот и я понять не могу, — понуро отзывается Минхо, вновь принимаясь за вырезание глаз и рта у тыкв.

🎃🎃🎃

      Проторчав ещё добрые четыре часа за подготовкой, естественно, с перерывами на лекции, Чан всё-таки отпускает Минхо домой, чтобы тот привёл себя в порядок и переоделся, поскольку представление начнётся доволи скоро.       Минхо смотрит на свой костюм зомби и думает, что не хочет никуда идти. Джисон так и не отзвонился, посему и настроению неоткуда взяться. Минхо, между прочим, изначально не собирался как-либо отмечать сомнительный праздник. И только Джисон убедил его в том, что надо, ведь это будет весело.       — Не будет, — фыркает Минхо, откидывая вещи на диван.       Даже не колеблясь в сомнениях, Минхо берёт в руки телефон и уходит в спальню. Уже лёжа на кровати, он с абсолютно незаинтересованным лицом листает ленту инстаграмма и время от времени — примерно раз в минуту — проверяет диалог с Джисоном. Ну, а вдруг пишет?       Не пишет.       Был в сети пятнадцать минут назад, но даже не зашёл в их чат.       — Классно, — вслух комментирует Минхо.       Бесит его всё это. Бесят посты друзей о глупом празднике, бесит тысяча и одно фото знакомых в разнообразных костюмах, бесит уже через раз видеть картинки тыквы, паутины и приведения. К кому не зайди на страницу — у всех одно и то же.       Бесит этот маскарад.       Даже чашка, что неровно стоит на прикроватной тумбочке, бесит.       И дело не в атрибутике, а всё равно бесит.       Минхо в последний раз проверяет диалог с Джисоном, который заходил две минуты назад, и блокирует телефон. Залезает под одеяло, наплевав на то, что до сих пор не переодел уличную одежду, и долго смотрит в стену, прежде чем сомкнуть веки, позволив одинокой слезинке скатиться вниз по щеке, и уснуть.

🎃🎃🎃

      Минхо открывает глаза, устав слушать надоедливый звук оповещений, и потирая лицо тыльной стороной ладони, тянется к телефону. Папочка Чанни: Хо, давай встретимся на полчаса раньше? 18:10 Минхо? 19:13 Ты где там? 19:30 Минхо, ты в порядке? 19:57 Эй! 20:12 Ты пропускаешь всё веселье. 20:46 Ну же, скажи, что ты в пути. Просто пробки. 21:02 Минхо! 21:30 Я переживаю. 21:32 Скажи, что ты хотя бы цел. 21:53 Сводник Бин-а: Ты что пить будешь? 18:34 Окей, я взял нам виски. 19:46 Не говори мне, что я взял только себе. 20:34 Где тебя носит?! 21:48 Дитя Солнца Ёнбок-и: Хён, я принёс тебе реквизит. 18:59 Только найти тебя не могу. 19:00 Позвони, как увидишь мои пропущенные. 19:47 Мы тут все волнуемся. Всё хорошо? 20:44 Любимый: Хён, ты где? 19:07 Почему не берёшь? 19:34 Дорогой!!! Ты обиделся на меня? Так сильно? 20:23 Минхо, я же просто сюрприз тебе сделать хотел. Тебе понравится. 20:30 Пожалуйста, приди ко мне. Я буду ждать в аудитории 303. Хорошо? 20:41       Минхо смотрит на сообщения, а следом на время. Почти десять вечера. Он всё проспал. Хотя вроде как и не собирался идти. Минхо смотрит сонными глазами на экран телефона, перечитывая сообщения от Джисона, и проверяет время. Джисон отправил последние сообщения больше часа назад в то время, как остальные до сих пор написывают. Значит ли это, что он забил и веселится без него? Нет, не то чтобы Минхо против. Сам же виноват, сам не пошёл. Просто... остальные волнуются, а Джисон...       Телефон раздаётся звонком, и Минхо берёт трубку.       — Да, Чанни.       — Ты в порядке? — обеспокоенно интересуется друг.       — Ну, вроде да, — чуть неуверенно мямлит Минхо.       — Где тебя черти носят?! — тон тут же сменяется на злобный.       — Я... спал? — робко оправдывается младший.       — Ты издеваешься? Давай к нам!       — Разве ещё не поздно?       — Ещё нет, — хмыкает Чан.       — Слушай, Чанни, а Джисон с тобой?       — Мм, нет, я его не видел, а что?       — Да нет, ничего. Я скоро буду.       — Поторопись, — и звук коротких гудков заставляет отстранить телефон от уха.       Минхо нехотя собирается, решая не надевать свой костюм зомби. Он быстро натягивает на себя брюки, рубашку и пиджак; достаёт красную помаду и размазывает её по лицу.       — Ну, почти Джокер, — усмехается своему отражению в зеркале Минхо.

🎃🎃🎃

      Уже заходя в парадную дверь университета, Минхо вдруг останавливается у лестницы. Он задумывается на секунду, а после решает подняться, несмотря на то, что актовый зал находится на первом.       "Триста третий кабинет, кажется, в левом крыле", — крутится в мыслях и оказывается верным предположением.       Минхо дёргает за ручку двери и та поддаётся. Внутри достаточно темно, чтобы ничего не было видно, но знакомый силуэт, что одиноко расположился на подоконнике, рассмотреть получается.       — Хён, — доносится родной голос до ушей.       Джисон спрыгивает со своего места и в секунду оказывается рядом со старшим. Он не обнимает и не лезет с поцелуями, как обычно. Стоит в полушаге и смотрит стеклянными глазами, не рискуя подойти ближе.       — Ты... всё это время сидел тут? — неловко интересуется Минхо и сам тянет руку вперёд, чтобы аккуратно провести пальцами по чужой влажной щеке.       — Я надеялся, что ты придёшь, — Джисон шумно сглатывает и опускает взгляд в пол.       Минхо сам его притягивает к себе, чтобы крепко обнять. Тихий всхлип раздаётся прямо над ухом, и у Минхо щемит сердце.       — Ты хотел проучить меня, да? — шёпотом спрашивает младший. — Поэтому игнорировал?       — Нет, — без раздумий отвечает Минхо, но на большее не решается.       — Ты сказал об этом Чану.       — О чём? Что буду игнорировать тебя?       — Нет, ты сказал, что я тебя игнорирую и ты злишься. Может, отомстить хотел.       Минхо хочет отстраниться, но Джисон жмётся ближе, держа ладони на чужих лопатках, и не позволяет отойти.       — Я не хотел, — обещает Минхо. — Но правда был расстроен. Поэтому уснул. Я просто не слышал звонков и смс.       — Прости меня, пожалуйста, — и очередной всхлип раздаётся над ухом. — Я не думал, что это так сильно может тебя вывести. Я правда хотел просто сюрприз сделать.       — Я не люблю сюрпризы, Джисони, — Минхо мягко гладит его по спине. — Мне они просто не нравятся. Ровно настолько, насколько тебе не нравятся спойлеры. Ты же злишься, когда это делают с тобой, верно?       — Да, — едва слышно произносит младший. — Но почему? — он отлипает от чужого плеча, чтобы заглянуть в блестящие от лунного света в полумраке глаза.       — Потому что в прошлом было довольно много всего неприятного, что случалось умышленно или нет, но внезапно.       — Что могло настолько сильно тебя ранить, что ты так категоричен?       Минхо тяжело вздыхает, вспоминая то, что вспоминать совсем не хочется. И тем не менее, вероятно, стоит рассказать, чтобы это всё действительно не повторялось. Он сжимает руку Джисона в своей, прежде чем начать говорить.       — Это были мои первые и единственные отношения до тебя. Девушка была немного странная, но мне нравилось. Она постоянно делала разные сюрпризы и улыбалась так коварно, как ты последнюю неделю. И сначала это было мило, а потом становилось всё страннее и страннее. Она говорила и делала порой жуткие вещи, но я был влюблён по уши, так что молча всё принимал. А потом она подошла ко мне и сказала на радостных эмоциях, что у неё есть невероятная новость для меня. Только говорить об этом отказалась, мол, сначала нужно всё перепроверить. Я ждал. Как дурак ждал несколько недель, пока она подкидывала дров в огонь, каждый день вереща о том, что это нечто прекрасное, — Минхо говорит настолько безэмоциально и холодно, что напряжение в теле Джисона можно ощутить на расстоянии.       — И что это было? — с опаской спрашивает он, когда старший замолкает на несколько секунд, ощущаемые вечностью.       Минхо усмехается.       — Она позвала меня в кафе, чтобы торжественно объявить об этом. Я был весьма удивлён, когда мы оказались там не вдвоём, а втроём. Ничего не было понятно, но она даже вопрос задать не давала. Постоянно что-то говорила, знакомила нас с тем парнем, который был третьим. И только спустя минут двадцать она сказала: "Ах, точно, зачем мы тут собрались? В общем, я должна сообщить радостную новость. Я влюбилась!" Она так радостно об этом заявила, будто я её мама, которая всё ждала, когда у неё жених появится.       У Джисона почти на полу оказывается челюсть.       — Охуеть.       Минхо смотрит безразлично. Видно, что он отпустил ту ситуацию и его больше не напрягает это. Только вот Джисон явно не был готов к такому повороту сюжета.       — Нет, серьёзно, охуеть, — неверяще произносит Джисон. — Подожди, а почему она просила подождать, если хотела расстаться?       — Ну, я так понял, хотела быть уверенной, что уйдёт из отношений в отношения. Может, признания ждала.       — А этот парень... Он как отреагировал? Ему нормально было, что его девушка при нём расстаётся, да ещё и так торжественно?       — Это не её парень. Она в тот день бросила двоих, — хмыкает Минхо.       — Охуеть!!! — Джисон смотрит глазами по пять копеек.       — Да, я тоже в шоке. Был.       — Боже, да как теперь тебя удивить можно после такого, — негодует младший.       — Очень легко, — вздыхает Минхо. — Я впечатлительный.       — Прости, — Джисон обнимает его крепко-крепко. — Я правда так с тобой никогда бы не поступил. Я бы даже не додумался, честно.       — Я верю, — шепчет старший, поглаживая его по плечам. — Только вот осадочек остался. Поэтому мне не нравится, когда кто-то с довольной улыбкой что-то недоговаривает.       — Я больше не буду, — вертит головой Джисон. — Честно-честно. Прости, пожалуйста.       Минхо улыбается и отстраняется, чтобы притянуть к себе Джисона для тёплого поцелуя, на который ему тут же отвечают.       — Так ты расскажешь, что уготовил? — вдруг вспоминает Минхо.       — Включи свет.       Минхо удивляется, но слушается, нащупывая выключатель на стене. Его глаза практически на лбу оказываются, как только яркий свет озаряет аудиторию.       У Джисона высветленные волосы выкрашены тоником с одной стороны в розовый, а с другой — в голубой; на лице яркий макияж и тушь смазанная из-за слёз вместе с сердечком на щеке, что едва различимо; на шее чокер, на плечах косуха в цвет волос, а под ней белая подранная футболка. Минхо тяжело сглатывает, опуская глаза ниже и находя на Джисоне короткую клетчатую юбку.       — Харли носила трусы-шорты, — давит из себя.       — А ты хотел меня увидеть в юбке, разве нет? — хмыкает Джисон, но голос подрагивает.       — А ты сказал, что не девчонка, чтобы их носить, разве нет? — на его манер отвечает Минхо, но чуть более уверенно.       — Я для тебя даже собачкой буду, — обещает младший, пряча глаза.       Минхо медленно моргает, делая глубокий вдох, и подходит к Джисону, притягивая его за шею и мягко целуя.       — Я люблю тебя, ты знаешь? — шепчет ему в губы старший.       — Да, я чувствую это. И люблю тебя не меньше.       Минхо жмёт его к себе так сильно, как только может.       — Поехали ко мне? — предлагает на последнем вымученном вдохе. — Это был тяжелый день.       — И даже не трахнешь меня в аудитории? — тихонько смеётся Джисон.       — Меня устраивает кровать, — усмехается Минхо.       — Ладно, — сдаётся младший. — Там я наконец сниму эту неудобную юбку.       — Чур я лично помогу тебе от неё избавиться, — Минхо отстраняется, чтобы выстроить зрительный контакт.       — Как будто бы я сам стал себя раздевать, — закатывает глаза Джисон и получает лёгкий щелчок по носу.       — Не дерзи.       — А за что ты меня тогда отшлёпаешь, если не буду?       Минхо только качает головой, расплываясь в нежной улыбке.