Find me.

Хёнджин завалился на постель и, убрав с лица влажные после душа волосы, откопал в недрах кровати телефон. На рабочем столе красовалась фотография, где они с Сынмином, уставшие, но очень счастливые стоят после концерта за кулисами. Сынмин тогда даже приобнял его за плечи, улыбаясь своей самой яркой и солнечной, щенячьей улыбкой. Открыв галерею, парень пролистал миллион сохранённых фотографий парня и, глупо улыбаясь, мечтательно вздохнул, рассматривая самое чудесное создание на свете. Самое прекрасное создание, которое ненавидело его всей душой и все эти улыбки и до боли редкие объятия были только для камеры. Сынмин, когда гас яркий свет и выключались камеры, неприязненно кривляясь, тут же убирал руку и отходил. К Чонину. С ним Сынмин и улыбался, и смеялся, и проводил всё своё свободное время, а когда двое уходили вместе гулять, Хёнджин грустил и завидовал Чонину, которому так повезло. Для Сынмина Хёнджин либо не существовал, либо был предметом для издевательств, колких шуточек и презрительных усмешек,а когда лидер группы пытался их помирить и наставить Кима на путь истинный, и ему доставалось. Не так, как Хвану, но зубки Сынмин показать не стеснялся. А потом, проходя мимо расстроенного, со слезами на глазах Хёнджина, больно пихал его плечом и тот знал, что это только начало и чуть позже, когда участники группы разойдутся, ему достанется ещё и словесно. Вздохнув, но уже на этот раз грустно, парень перевернулся на спину и прикрыл глаза, нащупав между подушками спрятанную мягкую игрушку в виде щеночка в милой одёжке. Бессовестно присвоенный PuppyM всегда ждал свою порцию объятий в конце дня. Иногда и слёз. Но сегодня по милости божьей или занятого Сынмина слёз не предвиделось. Натискавшись с игрушкой, Хёнджин скинул пушистый халат и, переодевшись в спортивный костюм, аккуратно вышел из комнаты, мечтая о том, чтобы не наткнуться на Сынмина. Сынмин, сидя на мягком ковре рядом с Чонином, смотрел телевизор, поедая из одной миски солёные снеки. Хёнджин, представляя себя незаметной пылинкой, прошёл мимо, чувствуя на себе два взгляда. Один, наполненный любопытством, другой — жгучей ненавистью. Парень достал упаковку своего, отдельно лежащего печенья и так же незаметно попытался вернуться в комнату, но Сынмин, не сводящий с него глаз, считал, что в комнату ему ещё рано. — тебе не кажется, что в последнее время ты слишком много сладкого ешь, Джинн-и? От интонации, с которой он произнёс его имя, парню тут же захотелось жалобно всхлипнуть и убежать как можно дальше. Хёнджин, повернувшись, медленно поднял глаза на него. — я не ел сладкого всю эту неделю. Ничего не случится, если я съем несколько штук сегодня. — пытаясь сохранить лицо, ответил Хван. — Да неужели? А как же твои любимые соки, коктейли, кофе и так далее? Хёнджин стрельнул глазами в младшего и вернулся к Сынмину. Чонин есть сладкое не переставал вообще. Даже сейчас.. — таким темпами, Джинн-и, ты скоро ни в один костюм не влезешь и тебя выпрут. Хотя..это дело твоё, конечно.. — безразлично пожав плечами, Ким вернулся к просмотру фильма. — может оно и к лучшему, если бы тебя выгнали.. Хёнджин, подавившись воздухом от обиды и подступающих слёз, вернул печенье на место и тихо ушёл. Без слёз не обошлось. Хёнджин старался не плакать, обнимая плюшевого щенка, старался думать о чем-то другом, но когда тебе говорит такие вещи человек, которого ты всем сердцем любишь, не реагировать невозможно. Чонин, визжа, убегал от Сынмина. Парочка, смеясь, пронеслась мимо втиснувшегося в угол Хёнджина, кажется, даже не заметив. Он проводил их грустным взглядом и зашёл в комнату Бан Чана, который собирался провести совместный эфир. Ненадолго Хёнджин отвлёкся, расслабившись в уютной атмосфере рядом с самым внимательным и заботливым человеком на свете и с сотней тёплых сообщений от фанатов. Но, как только стрелка часов доползла до 12, Хёнджин, чувствуя себя Золушкой, оставшейся на руинах спокойствия и тепла, ушёл. — тебе разве не пора спать? Почему ты такой безмозглый? Делаешь постоянно то, что может навредить всей группе. Хочешь нас подставить? — из-за спины послышался знакомый голос, не предвещающий ничего хорошего. — хватит.. — замерев, ответил парень. — что "хватит"? Правда глаза колет? Я вчера неплохую вещь сказал, касаемо тебя. Было бы и вправду классно, если бы тебя выперли из группы. — Сынмин, обойдя его, встал напротив, смотря самым ледяным взглядом с примесью отвращения. Хёнджин, не выдержав, опустил глаза, засовывая руки в карманы толстовки из нового мерча. Он попытался обойди парня, но Ким снова встал перед ним. Похоже, сегодня у него особенное настроение. — куда ты так торопишься? Успеешь ещё наесться перед сном всякой дряни. Давай лучше пообщаемся.. Хёнджин, подняв красные глаза на него, замахнулся и звонко ударил его ладонью по лицу и, пользуясь ситуацей, побежал. Сынмин, отойдя от шока, потёр красную щёку и рванул за ним. У самой двери Хёнджина схватили за капюшон и грубо потянули назад, от чего он, закашлявшись, захрипел, чувствуя, как врезается в горло натянутый воротник. — хочешь получить то же самое? Хотя, нет, давай обойдёмся без следов. Я просто ударю тебя в живот. Что скажешь? Хёнджин, ударившись головой об стену, зажмурился и зашипел. Обе руки, упирающиеся в стену по бокам убежать не дадут. Он снова в ловушке. — чё молчишь? Язык проглотил? — что тебе от меня нужно? — чтобы ты ушёл из группы. Теперь я хочу этого. — зачем?.. Я не хочу.. — не важно. Уходи и всё. Не уйдешь — хуже будет. Сынмин, смерив его взглядом, убрал руки и ушёл. Хёнджин, дождавшись, пока тот скроется за углом, зашёл в свою комнату и, обнимая игрушку, разрыдался, стараясь заглушить рыдания краем подушки. Следующие три дня пошли как в тумане. Хёнджин стал есть ещё меньше, всё чаще пропадал в зале для репетиций, рисовал в своей мастерской и всячески избегал Сынмина и его горящих ненавистью глаз, стараясь не обращать внимания на то, как он улыбается Чонину, угощая его то булочкой с заварным кремом, то пирожным, то чем-нибудь ещё. Чан наблюдал и уловливал их настроение, но не лез, пока те не трогали друг друга. Видя, как Хван, некогда весёлый и очень активный, превращается в полуживую мумию, Чан не выдержал и, поймав парня после отработки танца, завел в угол. — мне не нравится, как ты себя изводишь. Я уже понял, что он тебе давно нравится и ты отчасти молодец, что не выносишь это на всеобщее обозрение, но и над собой издеваться так нельзя. Сынмин всегда был мудаком, ты знаешь, и таким он и останется, а ты себя должен беречь.. — Бан, осмотрев острые скулы и впалые щёки на бледном лице, отвёл глаза в сторону. Хёнджин, гадая над тем, откуда лидер знает и как догадался, молчал. Если он понял, какова вероятность, что знает и Ким? Поэтому он в последнее время участил со своим вниманием по отношению к нему? — всё в порядке. Мне нет никакого дела до Сынмина и он мне не нравится. Я стараюсь для группы. — ответил Хван, глядя на лидера. Чан, качая головой, вздохнул. — я не осуждаю и никогда не стал бы, но он не лучшая кандидатура. Думай о себе почаще, пожалуйста. Ты нужен нам. Мы все за тебя беспокоимся.. — кивнув, Бан ушёл, оставляя загруженного размышлениями парня в тёмном углу. Хёнджин, поразмыслив, решил по-настоящему забить на Сынмина и отвлечься. И приложение "Find me" в этом должно было помочь. На аватарке красовалась море в свете луны, пробивающемся сквозь хмурые тучи. Пользователь Your_Addiction, заполнив профиль самой незначительной, всем известной информацией, вышел из приложения, обречённо — облегчённо вздохнув.