Битва желаний

Ровно через четыре минуты Сэму исполняется шестнадцать, и он чувствует горячее дыхание на своей шее. Еще не проснувшись до конца, он переворачивается на спину, сонно улыбаясь, и слышит смешок низким голосом брата. - Теперь все по закону, Сэмми, - шепчет Дин, - и знаешь, что это значит? - Это значит, что прямо сейчас ты лишишь меня девственности? – Сэм усмехается, не открывая глаз. Полтора года назад Сэм признался в своих чувствах брату – точнее, в том, как он это все называл. Дин, например, предпочитал называть всю эту ситуацию «гормональным взрывом», однако, после того, как первичный шок прошел, он не мог не признаться, что и его собственные чувства к Сэмми тоже несколько отличаются от братской любви. И с тех пор – поспешные поцелуи украдкой от отца, торопливые оральные ласки, быстрая дрочка под одеялом – у обоих парней есть маленький пунктик насчет возможности быть разоблаченными. Однако у Дина было одно «но» во всем этом: никакого секса, пока Сэму не исполнится шестнадцать. - Это незаконно, Сэмми! – отсмеивался Дин, когда Сэм в очередной раз припирал его к стенке. - Да, я смотрю, насчет инцеста ты не волнуешься, но вот возраст!.. – неизменно пыхтел в ответ Сэм, а Дин в ответ на это ржал только громче. И неизменно начинал делать еще кое-что рукой, пытаясь тем самым отвлечь младшего от раздражающих мыслей. Но теперь Сэму исполнилось шестнадцать. И, признаться, хоть он и не ожидал от Дина такого рвения, но, надо отдать должное, за сегодня он собирался наверстать упущенное за все эти долгие месяцы. А заодно воплотить парочку своих фантазий. Когда Дин выворачивает карманы, Сэм перестает смеяться – он видит презервативы и бутылочку смазки, а секунду спустя он уже раздет и прижат к кровати. Сначала им немного неудобно – Сэм вымахал за последние несколько месяцев чуть ли не на фут, но Дин быстро приспосабливается – он устраивается у брата между ног и начинает целовать, облизывать и ласкать грудь Сэма, прокладывая влажную дорожку все ниже и ниже. Сэм прячет лицо за подушкой, чтобы не кричать – и, как бы хорошо им обоим ни было – никто из двоих не хочет, чтобы за этим занятием их застукал отец. У Дина было достаточно времени, чтобы прекрасно изучить тело брата, узнать, на что оно особенно остро реагирует, и сейчас он приложил свои знания на практике по полной: терзает его соски, вновь и вновь проходится языком от груди до пупка, сжимает его бедра…и снова, и снова по кругу… Сэм кусает подушку, сжимает кулаки так, что костяшки белеют, и продолжает шептать имя брата. Дину нравится смотреть, как изгибается под ним Сэм – он ждал этого момента так же долго, как ждал его Сэмми и,тяжело дыша, он наконец берет в руки бутылочку смазки, открывает ее и шепчет: - Ты уже готов, Сэмми? - Если ты готов, то и я, - с готовностью отвечает Сэм. - Ладно, - шепчет Дин в ответ и проводит губами по скулам брата, - я сверху, ты снизу...сначала может показаться немного холодно. Что-то не так? – Сэм садится на кровати, выглядит он так, будто внезапно потерял ко всему интерес: - Нет, Дин…ты не сверху. Нет. Ни за что. И начинается яростная перепалка, хоть и шепотом. Среди прочего слышны такие аргументы: - Я старше! – шепчет Дин. - Но ведь день рождение-то у меня! – жалобно говорит Сэмми. Секунду спустя он приникает губами к губам Дина и целует его – нежно и медленно. - Мы одного не учли в споре, - тихо шепчет Сэм брату на ухо. - Чего же? – удивленно спрашивает Дин. Он замечает коварную улыбку, расплывающуюся по лицу брата слишком поздно, а когда замечает – брат уже перевернул его на живот и схватил бутылку со смазкой: - Я сильнее тебя, - смеется Сэм, сидя у Дина на заднице.