Зачем мне сердце, если ты разобьешь его?

— Я обязательно его брошу! Просто сейчас не время. — смотря на натянутую улыбку Бомгю хочется плакать от его жалости. Мысли забитые парнем по имени Ёнджун сводят его с ума. Тэхен и Кай устали слушать о том, какой Ёнджун плохой, а после нескольких минут Бомгю бежит радостно рассказывать, как парень смотрел на него несколько жалких секунд. Сколько раз они пытались объяснить ему, что нужно покончить с этим раз и навсегда, их слова он не воспринимает, считает, что уже не ребенок и сам может справиться со всем. Такую позицию он выстроил в своем сознании давно, к советам он любит прислушиваться, но не к таким. Его друзья сами не ощущали такое чувство на себе, а советы на отвали раздавать они обожают. То ли привязанность руководит им, то ли эта поганая любовь убивает его медленно внутри. Зачем такие отношения, где с одной стороны бьёт холодом, а другая сторона в ответ отдаёт все тепло, имеющееся в нем. Этот риторический вопрос парень ежедневно прокручивает в своей голове, ответ по сей день не нашёлся, либо он пытается игнорировать его. Сломленность от всей ситуации преследует Бомгю всюду. Адекватно мыслить не получается, Ёнджун везде, он заполняет его нутро, какие-то мелочи напоминают о нем — любимая песня, недавно прочитанная книга, любимый одеколон с нотками груши. Даже одному дома не побыть, родители всегда расспрашивают о нем: «а где этот мальчик?», «Ёнджуна когда в гости позавешь?», «Что-то вы давно не гуляли, поссорились что-ли?». Но как сказать родителям, что его больше нет? Что он больше не появится в жизни Бомгю, хоть он очень хочет этого. Он не видит смысла разрывать отношения, ведь их и так нет. Думал Чхве, пока в один из теплых вечеров его не позвали гулять. Ёнджун стоит на пороге дома, нервно теребя в руках букет свежей сирени. Он медленно протягивает его в руки младшего, когда тот появляется на улице. На языке цветов сирень означает первую любовь, и, наверно, поэтому её принято дарить лишь один раз, как первый букет любви. Так почему Ёнджун дарит его только сейчас? Бомгю был уверен, что их отношения давно закончены, а эта прогулка должна была подтвердить его теорию. — Я очень рад, что мы встретились с тобой. Люблю тебя, Гю. — он по привычке положил свои ключи в карман младшего, как всегда делал это раньше. — И я тебя люблю. — давно он не слышал признаний в любви от Ёна, он принял подарок от него, улыбка сама расплылась по лицу, контролировать которую было невозможно. Без разрешения, старший взял его руку в свою и повёл прямо по улице. Без разницы куда, главное с ним, думал Бомгю. Рука Ёнджуна, по сравнению с его рукой, кажется очень большой. От него пахнет одеколоном, очень плохо перекрывающими запах от сигарет его отца. — Знаешь Гю, мои родители уедут скоро, поэтому приглашаю тебя к себе с ночёвкой. — забавно, что он хотел раньше познакомить паренька с родителями, а сейчас забыл об этом обещании. Такое чувство скребется глубоко в душе, что все его слова — пустые обещания, скорее всего это так и есть, но не хочется признавать этого. Взглядом старший говорит: «Эй, ты чего?», ну не может же он читать негативные мысли младшего. Мило улыбнувшись, Чхве младший увёл взор на небо. Такое чистое, такое прекрасное, как и сегодняшний день, как и Ёнджун. Ум Бомгю находится вовсе не в настоящем моменте. Он поглощен своими мыслями, которые вертятся вокруг одной и той же проблемы — почему Ёнджун такой двуличный человек? Они идеально созданы друг для друга, словно двух человек создали в один и тот же момент. Внешность, манера речи, поведение, жестикуляция — многие назвали бы их «соулмейты», как сейчас обожают говорить. Гю проводит ночи без сна, перебирая в памяти каждое слово и каждый жест, пытаясь найти ответ на свой вопрос. Он ищет подвох во всем. Если бы Бомгю не усложнял всё, а сразу бы рассказал о своих переживаниях, всё могло измениться ещё раньше. — Что-то произошло? Ты от самого дома молчишь, это на тебя не похоже. — может момент не особо подходящий для раскрытия своих истенных мыслей, но продолжать умалчивать о своих мыслях без толку. — Я давно хотел поговорить с тобой, но никак не мог решиться… Моя главная ошибка, что я живу прошлым. Перед сном я думаю о тебе, на лекциях я думаю о тебе, и никак не могу отпустить эти мысли. Редко улавливаю твой взгляд на себе, и на душе становится так тепло, что хочется реветь от счастья. — старший не пытается вставить слово, он внимательно слушает своего молодого человека. — Было больно, когда ты читал и не отвечал на мои сообщения, я загонялся, что я делаю что-то не так. Я пытался отвлечься от мыслей о тебе, к примеру, слушать музыку, или читать книги, лишь бы не оставаться наедине со своими мыслями. И я не могу это сделать. Потому что очень люблю. Но я хочу задать тебе вопрос, что я такого сделал, что ты перестал обращать внимание на меня? Что произошло с твоими чувствами? Я готов бороться за наши отношения до конца. Но всему же может прийти конец, верно? — Чхве старший молчит, думает что ответить, но на ум ничего не приходит. — Ёнджун, мне это надоело. — Я боюсь отношений, доволен? Я боюсь, что могу навредить тебе, я боюсь что скажу что-нибудь не то, поэтому отдалился. Мне нужно сначала разобраться в себе, прежде чем быть с тобой. — А почему ты не мог сказать это раньше? — так и не услышав явного ответа, подросток развернулся в обратную сторону. Он хотел убежать от этого мира, скрыться от всех, особенно от старшего, окончательно разбившего его сердце. Он пытается удержать в себе слезы, чтобы не позориться перед незнакомыми людьми. Главной ошибкой было начинать отношения с таким же травмированным морально человеком, как и он сам. Всегда будет чувство недосказанности со стороны партнера, будет некая тревога на душе, что все его слова — лишь обман. Убрав руку в карман, Бомгю ощутил ключи Ёнджуна, которые благополучно забыл вернуть в попытке остаться наедине с собой. Почему-то он не догадался позвонить старшему, решил, что быстрее будет его окликнуть и подойти. — Ёнджун, стой! — развернувшись, парень побежал назад. Громкий звук стукнувшего корпуса автомобиля раздался в воздухе, нарушая безмолвие дневной улицы. В следующий миг Чхве младший лежит на земле, краем глаза видя Чхве старшего бежавшего к нему. Всё произошло так быстро, никто даже не успел опомниться, ни водитель, ни мимо проходящие люди, ни сам Гю. Лепестки сирени, разбросанные рядом и лужа крови, вытекающая из виска. Дышать и говорить было невозможно, слова молодого человека, нависавшего над ним, были неразборчивыми. Он попытался ответить, но изо рта лишь вырывались оборванные звуки. В грудине ощущается сильная боль, сравнить которую нельзя ни с чем. Ёнджун уложил голову Гю на колени поправляя его волосы и рыдая навзрыд. Неужели нужно было оказаться в такой ситуации, чтобы он обратил внимание на Бомгю? Чтобы он проронил слезинку из-за него? Хотел бы подросток узнать это раньше, прежде чем лежать в луже собственной крови на асфальте и ощущать, как глаза медленно закрываются, а слух не может уловить ни единого звука. Бороться с этим чувством практически невозможно, тело полностью онемело от боли, но он пытается. Руки Джуна, испачканные кровью, протирают слезы на своём лице. Глазам тяжело бороться, веки такие тяжёлые, они медленно прикрываются. Енджун кричит, но непонятно что, он смотрит по сторонам, вызывая к себе внимание окружающих. Писк в ушах говорит о скорой потере сознания, что Бомгю не сможет больше контролировать свое состояние. Вокруг собралась целая куча зевак, все что-то галдели, а Ёнджун молит Бога, чтобы он остался жив. Последнее, что запомнил подросток перед потерей сознания, это сине-красные мигалки скорой медицинской помощи рядом с ним, и сильно паникующего Ёнджуна, который изо всех сил пытается не дать ему потерять сознание. С момента аварии прошло больше шести недель. Енджун не покидал больничную палату Бомгю больше чем на сутки. Он не может снова кинуть его, и уйди веселиться со своими друзьями. Больно понимать, что он не уделял ему должное время до трагедии. Его собственные мысли постепенно заглушали в нем сильное чувство любви к младшему, напридумывал себе страх перед отношениями. Была бы возможность вернуть время вспять, то Чхве сделал бы все для этого. Страшно, если он не сможет выбраться из этого состояния. Ежедневно Бомгю посещают врачи, они пожимают плечи, «состояние не стабильное, он может легко умереть во сне, а может очнуться и умереть в конвульсиях». Не эту информацию хочется услышать в больнице, сидя рядом со своим любимым человеком, без которого жизнь станет кромешной тьмой. Оставался спать Чхве старший рядом с ним, сжимая руку и надеясь, что он очнется. Но нужно ли надеется на спасение? Нужно ли мечтать о том, как все в будущем будет хорошо? Бомгю сейчас лежит под кислородной маской, со сломанными ребрами и переломанной ногой. Шансы есть, но они крайне малы. День аварии он вспоминает ежедневно, как он услышал последние слова Бомгю: «-Ёнджун, стой!». А потом тело, лежащее на земле и не подающее признаков жизни издалека. Парень отдал бы все, чтобы вернуться в тот день и спокойно обсудить всю ситуацию. Запах крови младшего на своих руках и лице он вспоминает по сей день, терпеть его не может. Бездыханное тело Чхве младшего находится рядом с ним, Джун любит гладить его по волосам, и ждать, когда он очнется. Глаза открыть удаётся, но с большим трудом. Когда Гю открыл глаза, все вокруг белое, как первый зимний снег. Руку сжимает кто-то, но он не видит этого человека. Кислородная трубка в носу не позволяет поймать аромат от одеколона этого человека. Енджун. Это точно он, его руки всегда трогают Бомгю по особенному. Его шершавые пальцы от тренировок в спортзале не прошли за это время. Беспокойный сон парня тут же прекратился, когда он ощутил шевеление со стороны Чхве младшего. — Бомгю, Господи, как же я скучал по тебе. — не сдерживая слезы радости говорит он. Этого момента Ёнджун ждал больше, чем своего дня рождения. Гю не может понять, что с ним произошло. Где он, почему он в больнице, а рядом громко плачет его молодой человек? — Умоляю, прости меня. Я не достоин тебя, но я готов доказать обратное, лишь бы ты был счастлив, лишь бы ты не ощущал себя плохо. — он плачет ещё громче, давно он не показывал так ярко свои настоящие эмоции. Попытавшись поднять руку, чтобы погладить парня напротив, Бомгю приложил много усилий, но это стоило того. Он перебирает его рыжие волосы меж своих пальцев. — Ёнджун, я здесь. — шепотом произносит Чхве младший. Ему захотелось было снять аппарат подачи кислорода, но старший остановил его. — Я могу и так поцеловать тебя. — парень аккуратно, словно первый раз, притрагивается к сухим губам, от недостатка воды в организме. Теперь они вновь счастливы, и такая ситуация больше никогда не повториться, ведь нужно всегда говорить со своей второй половинкой, а не молча принимать вещи, не доставляющие тебе радости. Люди в жизни совершают множество ошибок, и их нужно принимать. Не следует убегать от своего ошибочного выбора. Ведь всё что не делается, делается к лучшему. Бомгю пытался забыть Ёнджуна, пытался всё разъяснить, пытался не привязывать к нему ещё больше, но в конечном итоге забил на отношения. А Ёнджун... Он попросту был не готов к такому серьезному периоду в своей молодой подростковой жизни.