Держи меня за руку

Зевран находит его непривычно поникшим, согнутым в спине возле потрескивающего в комнате камина, абсолютный контраст с Махариэлем, что повсеместно стоит с высоко поднятой головой, натянутый, как тетива его лука. Входная дверь скрипит за спиной, сквозняк проносится по ступням, и огонь в камине слегка подрагивает. Зевран не может отсюда рассмотреть лица Махариэля, но беспокойство пронизывает его, подобно острому концу кинжала. В воздухе ощущается напряжение, мимолетное гнусное отчаяние, за которое Зевран пытается ухватиться — тщетно. Махариэль знает, что он пришел, знает, что стоит позади не понимая, как правильно подступиться. Зевран любит в Махариэле каждую его сторону, но неразговорчивость — самая раздражающая черта, и если иногда он находит это милым, то в моменты, когда разговаривать необходимо, нежелание Махариэля делает все гораздо сложнее. Пусть это будет эльфийский, но всяко лучше молчания, наполненного безысходностью. — Что случилось, mi amor? Зевран обходит его, собирается коснуться распущенных из хвоста волос, но за мгновение до этого замирает. За время путешествия Зевран выучил Махариэля с ног до головы, каждая его поза могла сказать о нем куда больше слов, но сейчас… Сейчас Зевран отчего-то боится, может, то передался страх, невесомо окружающий Махариэля, а может, он действительно боится ошибиться, сделать что-то не так. — Поговори со мной, — просит Зевран. Когда Махариэль поднимает взгляд усталых ледяных глаз, внутри Зеврана что-то надламывается. Он ничего говорит, обратно переводит внимание на огонь в камине. Возможно, ему надо немного времени. Но Зевран не может находится в окружении холодных стен замка под гнетом совершенной обреченности. Просто не может вынести это. — Если тебе нужно время, скажи об этом. — Пытается не допустить в голосе раздражение, но чувства все равно вырываются. — Перестань молчать. Я не могу всегда догадываться о твоих мыслях. — У меня больше нет времени. И в голос Махариэля похож на битое стекло. Зевран почти отшатывается, непонимающе уставившись на него. — Что ты имеешь ввиду? Я знаю, что тебе не нравится много говорить, но Кайнаэль, ты должен мне рассказать. — Убив Архидемона, я умру. Он так просто говорит это. Качает плечами, будто это ничего не значит. Зевран чувствует, как земля под ногами рушится. — Ты не можешь. Ты не… — Ma sa'lath, есть вещи, которые никто изменить не в силах. Я должен был умереть гораздо раньше следующего дня, я всего-лишь уйду туда, где мне и положено быть. Зеврану необходимо коснуться его. Он обнимает Махариэля, цепляется пальцами за темные волосы, и мысли в голове замирают, весь мир замирает, кроме него и Махариэля. И лучше бы замер на целую вечность. *** — Ты правда в самом начале раздражал своей неразговорчивостью, хотя иногда это было довольно мило. Не думаю, что если бы ты говорил больше, то я бы все еще помнил, как звучит твой голос, mi amor. Но мне нравился, как он звучал. Особенно когда ты называл меня своими красивыми эльфийскими словами, я не говорил тебе, но мне они очень нравились. Я вообще очень многое не успел тебе сказать. Зевран проводит пальцами по холодному камню. Его сердце теперь там же. Голос Зеврана ломается: — Я скучаю по тебе, mi amor.