#writober от Original Writer Street'2023

Waiting For a change in the weather I'm waiting For a shift in the air Could we get it together, ever Hoping for your return Hoping for your sweet, sweet return Alphaville — A Victory of Love

Чувства были глубокой пропастью. С детства он только и слышал о том, что ни в коем случае нельзя позволить себе сорваться. Там, на сокрытом туманом дне, ожидало что-то страшное. Там можно было не только потерять лицо, но и утратить самого себя. Лань Ванцзи казалось, что он способен удержаться. Эмоциям было не пробиться сквозь его маску. Он держал чувства в узде, превзойдя в этом даже старшего брата. …Глубокая пропасть стального взгляда раскрылась перед ним так неожиданно, что он оступился, сам не заметив, как это случилось. Когда это случилось. В тот ли миг, когда он встретился глазами впервые и поспешил отвести взгляд тут же, отвечая холодно и не допустив ни малейшего изменения в интонациях? Залитый солнечным светом мир, тихий шелест бамбука, умиротворённая тишина Облачных глубин — всё в тот миг отступило, померкло, откатилось куда-то во мрак и перестало иметь значение. Остался только этот взгляд, и как бы он ни пытался забыть — глубокая пропасть чужих глаз не отпускала его. Или то произошло в другое мгновение? Когда над ними сияла луна, когда они оба были на крыше, а в этих стальных глазах искрились отголоски смеха. Бросившись в сражение в тот миг, хотел ли он на самом деле удержаться на краю или с него сорваться? Так или иначе — он упал. Чувства были глубокой пропастью, и Лань Ванцзи знал об этом — сколько раз туда срывалось его сердце за эти годы! Но теперь за одной темнотой раскрылась другая, у бездны, куда он сорвался, не оказалось границ. Если сначала он не осмеливался назвать по имени то, что занимало все его мысли, то теперь был охвачен отчаянием, таким ужасным и диким, какого он не испытывал, даже когда пламя охватило постройки Облачных глубин. Сознавать, что на самом деле он дорожит лишь одним существом в целом мире до такой степени, тоже было падением в пропасть. Но он уже знал — не помогут наказания, медитация, бестолковые правила. Ничто не поможет тому, кто уже пересёк черту. — Вэй Ин, — забываясь, шептал он. «Вэй Ин!» — повторял в мыслях. Но тот, кто и был его пропастью, безвозвратно исчез, оставив Лань Ванцзи сходить с ума. Мир полыхал огнём войны, и каждый твердил, что это пламя сожрало Вэй Ина целиком. *** — …а этого щенка, этого Вэй Усяня, сам Вэнь Чао пинком сбросил с меча на гору Луаньцзан, — донёсся пьяный голос. Лань Ванцзи позволил себе лишь чуть сузить глаза. Духовная его сила желала вырваться из-под контроля, в одно мгновение обратиться в смертоносную струну и задушить того, кто смел так говорить о Вэй Ине. Стояла глухая ночь, и этим бездарным воякам Цишань Вэнь казалось, что она тиха и спокойна, что никто не спросит с них за смерти и разрушения, не придёт по их душу. Они ошибались. Лань Ванцзи не собирался ждать замешкавшегося где-то Цзян Ваньиня. Усмирив жажду убийства хотя бы немного, он белой тенью, мстительным призраком переместился к потерявшим стыд и совесть воинам. Одно движение ладонью, и все, кроме того, кто болтал громче прочих, судорожно схватились за рассечённые горла, но не в силах были усмирить вытекающую из-под пальцев жизнь. Лань Ванцзи не удостоил их взглядом. — Ты… ты… ещё кто такой? — попытался отползти от него тот самый — последний, но смертоносная струна духовной энергии уже охватила и его горло, сдавила, заставив закашляться, замереть в ужасе. — Где Вэй Усянь? — тихо спросил Лань Ванцзи. — Он мёртв, мёртв! — завопил тот. — Клянусь, он мёртв. Никто не выживет на Луаньцзан… Лань Ванцзи отвернулся, не вслушиваясь в последний хрип. Чувства — глубокая пропасть. И больше ничто не удерживало его на краю. *** …Вэй Ин. Он изменился, и в руках у него была флейта, и тёмная ци кружилась у его ног, послушно ластясь, как собака-оборотень. Но Лань Ванцзи смотрел и не мог насмотреться. — …Какое дело постороннему человеку до моей души? — раздались ядовитые слова, и наконец их взгляды встретились. Сталь обратилась мраком, в котором играли алые искры. Но Лань Ванцзи было всё равно. Он уже упал в эту пропасть, так какая разница?.. У него нет пути назад. Если Вэй Ин не хочет идти с ним, значит… — Вэй Ин, — повторил он тихо, совсем тихо. И что-то изменилось, что-то стало другим — сама ночь? Этот взгляд напротив? — Лань Чжань? — Вэй Ин смотрел на него со всё той же непримиримой настороженностью. И пусть Цзян Ваньинь был свидетелем их странного разговора, Лань Ванцзи шагнул вперёд и опустил ладонь Вэй Ину на плечо, как будто они в целом мире остались только вдвоём. Он не знал слов. Те блеклыми листьями разлетелись из памяти, рассыпались прахом. Но взгляд, эта глубокая пропасть стального взгляда — её он знал так хорошо и хотел познать ещё глубже. Вэй Ин вздрогнул от прикосновения, и на мгновение показалось — отбросит ладонь, оттолкнёт. Вместо того он чуть улыбнулся. — Наши дороги разные, Лань Чжань. Глубокая пропасть. Между ними — или в этом взгляде? Отступиться или упасть? Это ли последний шанс отказаться или принять? Лань Ванцзи не отвёл взгляда, только крепче сжал чужое плечо. — Тогда я пойду твоей.