Hello, baby!★

1. "Майки, что это?" Этот день начался как любой другой: капитаны Токио Манджи слонялись без дела, пользуясь дождливым днем, чтобы заняться любимым делом — ничем. Их нынешней целью была гостиная Хаяшиды. Однако после неуместного комментария капитана второго дивизиона, спокойствие, которое поддерживали ребята, внезапно улетучилась, и все они быстро переключили свое внимание. Мицуя поднял то, в то выглядело как потрепанная книга в мягкой обложке, и его брови озадаченно нахмурились. Очевидно, он выпал из незакрытой сумки Майки, и был без особой осторожности положен сверху, вместо того чтобы быть спрятанным в глубине, как обычно полагается предмету такого значения. На обложке гордо красовалась наклейка "Скидка 50%", а также было изображение счастливой, улыбающейся пары, тесно прижавшейся друг к другу. Женщина с гордостью обхватила свой округлившийся живот. "Взлеты и падения воспитания детей: издание для новорожденных". Что. Это вызвало множество вопросов, самый очевидный из которых, повторил Мицуя, и его собственный голос прозвучал в ушах не более чем затаенным эхом. Майки бросил мимолетный взгляд через плечо, как будто это не был самый удивляющий предмет, который они когда-либо находили у него, и ответил на замешательство Мицуи. "Детская книжка". — Ну, я это знаю, но... "Но почему он у тебя?!" Баджи прервал его почти в истерике, и Чифую инстинктивно положил руку ему на плечо, как будто он каким-то образом хотел приструнить своего капитана. К сожалению, младший мальчик, похоже, тоже на несколько секунд отстал в осмыслении странного откровения. Их командир остановился лишь на мгновение, задумчиво покусывая краешек своего дораяки. "Чтобы научиться заботиться о младенцах". Где-то слева от него фыркнул Дракен. "Заботиться о младенцах? Ты едва ли можешь позаботиться о себе сам." Майки проигнорировал его и последовавший за этим ропот согласия и просто пожал плечами. "Такемитчи рассчитывает на меня". Такемичи? Кто это черт возьми? Замешательство в комнате было ощутимым, когда Па-Чин взял инициативу в свои руки, и между его бровями залегла складка. - А? Ты берешься посидеть с детьми или что-то в этом роде?" Конечно, это должно было быть единственным логичным объяснением того, почему Майки держался за такую вещь. Предоставь Па озвучивать очевидное. Все почувствовали коллективное облегчение, поскольку они приняли эту (хотя и все еще странную) идею по причине, которая, должна быть правдой — то есть до тех пор, пока Майки немедленно снова не нарушил их покой неясным шумом спора. "Не-а". А? Что? "Что значит "нет"? Тогда какого черта он у тебя, Майки? Из-за тебя какая-то девушка попала в беду?!" — потребовал Дракен, как будто это были чертовы 40-е или что-то в этом роде. Заместитель командира внезапно почувствовал, что у него начинается самая настоящая головная боль, и встряхнул своего товарища за шиворот. Все немедленно напряглись, когда Дракен озвучил их самый большой невысказанный страх, но Майки только нахмурился, как будто его друзья были совершенно нелепы в своих обвинениях. "Ха? Ни за что—" "Тогда кто же этот "Такемитчи"?!" Чифую перебил его с любопытным огоньком в зелёных глазах, и Майки почувствовал, что его (и без того ограниченное) терпение быстро истекает. Его друзья внезапно окружили его, требуя надлежащего объяснения. "Боже, в чем ваша проблема, ребята?" Он оттолкнул их решительным взмахом руки, прежде чем с ленивой ухмылкой откатиться на корточки и обрушить вторую сенсацию за день со всей легкостью объявления погоды. "Такемитчи - моя сучка!" От этого дерзкого заявления все остолбенели и потеряли дар речи. Дракен и Мицуя одарили своего командира осуждающими взглядами за выбор фразы, в то время как остальные просто остались в недоумении... смущенные. Не верящие. "Да, точно!" В конце концов Баджи воскликнул, выведя всех из ступора. - А еще у меня три руки и золотой зуб. Смайли и Чифую рассмеялись, явно успокоенные добродушным подшучиванием, но Хаккай заговорил с серьезным выражением лица. "Под этим ты... подразумеваешь девушку?" Майки немного самодовольно поднял голову, и у синеволосого вице-капитана отвисла челюсть. "Нет, чувак". "Я думаю, мы все забываем, с чего вообще начался этот разговор..." — устало начал Мицуя, но к тому времени его уже заглушил хор шумных голосов, обсуждающих достоинства разоблачения Майки — вероятность, что у командира Томана действительно был какой-то тайный любовник. Ха. Да, точно. 2. Сплетни на какое-то время прекратились, либо были забыты, либо от них отмахнулись как от неудачной попытки пошутить, пока в одно, казалось бы, несущественное утро Майки (как это часто бывало) не опоздал в школу. - Боже, Майки! Поднимай свою задницу!" Эмма ворвалась в комнату брата, как женщина, отправившаяся в крестовый поход, и сдернула одеяла с комка, напоминающего Майки, расположенного посередине матраса, обнажив его спящее тело под ними. Он прижал свое потрепанное полотенце к груди мертвой хваткой, кончик заметно намок от слюней, и Эмма закатила глаза, наклонившись вперед, чтобы сильно толкнуть его (безрезультатно). Ее старший брат-идиот был так же хорош, как мертвый груз, и так же упрям. Девушка застонала, перебрасывая свои медово-светлые волосы через плечо, готовясь нанести еще один удар. "Мне надоело быть твоим будильником! Давай ЖЕ!" Как раз в тот момент, когда ее разочарование достигло пика, крик подростка был прерван пронзительным звуком — новое направление, чтобы направить ее раздражение. Эмма повернулась и посмотрела, сначала с раздражением, затем с нескрываемым любопытством, на вибрирующий раскладной телефон на прикроватной тумбочке Майки. Немногие из друзей Майки сами были ранними пташками, так что загадка, кто мог звонить ему так рано, была выше ее понимания. Однако безразличие не было достоинством Эммы, поэтому она без особых колебаний схватила устройство и открыла его. "В клинике сказали, что мой прием назначен на 16:00... Ты же еще идешь, Майки-кун?" Ее брови нахмурились, когда она быстро взглянула на контактное имя. "Митчи". Ха.  Она не узнала этого имени, что было странно. Круг близких друзей Майки ни для кого не был секретом. И он не стал бы добровольно идти на какую-то "встречу", если бы она была чем-то меньшим. Пока она тихо размышляла про себя, на экране появилось второе сообщение. "Я тоже дам тебе фотографии сонограммы, как ты просил " ..Сонограмма? Она уронила трубку. "МАЙКИ, ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ???" 3. "Привет, Майки". “хм?” "Вот". Черные глаза рассматривали непримечательный пластиковый пакет из-под продуктов, который он держал на расстоянии вытянутой руки от себя. Через мгновение Дракен жестикулировал чуть более агрессивно, призывая подростка пониже ростом принять загадочное подношение. Майки, наконец, сделал это, хотя во время общения он наклонил голову с притворной невинностью. "И что же здесь, Кенни~? Подарок?" Дракен прищелкнул языком, стараясь не выглядеть таким неловким, каким он себя чувствовал. "Конечно, если ты хочешь так думать". Командир Томана опустил глаза, слушая вполуха, пока рылся в содержимом сумки, задевая пальцами квадратный уголок маленькой коробочки. Ничего не ожидая, он вытащил его за пределы, но был встречен ярким, выделенным жирным шрифтом текстом, рекламирующим "большое удовольствие и защиту по высокой цене". Подросток так долго тупо смотрел на коробку с презервативами, что Дракен испугался, что ему придется сесть и объяснить, что это вообще такое, прежде чем внезапно Майки начал смеяться, тихо и явно веселясь. "Я признаю, что это не то, чего я ожидал, но спасибо, Кен-чин". Мальчик повыше кивнул, избавляясь от собственного дискомфорта. «Да. Используй их. Пожалуйста. Там тоже есть немного смазки." Майки только напевал, и Дракен молился, чтобы боги избавили его от страданий. 4. "Майки, подожди! Ты идешь или как?" День клонился к вечеру, и поговаривали о том, чтобы зайти в одну из местных сетевых закусочных и вместе перекусить перед вечерней встречей с Томаном. Капитан первого дивизиона перекинул ногу через свой мотоцикл, не сводя глаз с Майки, который с беспечным видом засунул руки в карманы и зашагал в противоположном направлении. Все, что коротышка соизволил ответить, было: "Не могу, Баджи, мне нужно бежать". Тут же проявился укол раздражения, когда Баджи обнажил зубы в острой усмешке. "Ха? Почему?” Майки никогда не был из тех, кто отказывается от угощения. Особенно еда, которую он, скорее всего будет красть у остальных. "У меня есть работа". Он продолжал прогуливаться по тротуару, как будто это было вполне разумным оправданием. Может быть, для нормального человека это и было бы так, но Майки не был нормальным человеком. "Что". "Работа—" "Нет, я услышал тебя в первый раз, но что значит, у тебя есть работа?! С каких это пор?" - возмущенно протянул Баджи, спрыгивая с велосипеда и угрожающе направляясь к своему другу детства. Конечно, Майки оставался совершенно невозмутимым. "А в чем проблема? Многие дети нашего возраста работают.” Он закрыл глаза и лучезарно улыбнулся. Маленький придурок. “Я позвонил нескольким старым друзьям из компашки Шини-нии, и они нашли мне работу". "Тебе никогда в жизни не было интересно работать или подрабатывать”. Баджи, верно, подметил. Он скрестил руки на груди в еще большем недоумении. "А что насчет банды?" спросил я. "Эй, у нас сейчас выходной. И, кроме того, вы, ребята, прекрасно справляетесь со своими повседневными делами и без меня". Майки похлопал Баджи по плечу и воспользовался возможностью ускользнуть еще раз, пока его старый друг боролся с растущим недоумением. “Это всего лишь работа на неполный рабочий день! Я по-прежнему буду приходить на собрания, когда это будет важно. Не беспокойся об этом”. И в мгновение ока он добрался до своего велосипеда, завел двигатель и исчез на дороге. Баджи мог только недоверчиво моргать, гадая, что делать с этой неожиданной сменой приоритетов. 5. Харучие Санзу часто был в курсе событий, происходивших с его королем. Его обязанностью, независимо от того, носили ли эти события профессиональный или личный характер, было оставаться в курсе событий и быть информированным обо всем, что касалось командира Томана. И сказал, что недавнее поведение коммандера было чертовски подозрительным. Пропускать важные собрания банды, дружеские посиделки, проявлять какую-то ответственность на работе? Со школьными заданиями? Он действительно не имел ни малейшего представления о том, почему Майки так себя вел. Что спровоцировало это изменение? Санзу не знал, и ему не нравилось, что он этого не знал. Так оно и было, когда однажды в выходные он случайно наткнулся на своего обожаемого господина и неизвестного человека, прогуливавшихся по торговому району в центре Сибуи, он взял на себя смелость незаметно последовать за ними. Судя по всему, короля сопровождала довольно невзрачная девочка-подросток. Чуть выше Майки, она, казалось, находилась на той неловкой стадии полового созревания — все худые конечности, которые, казалось, легче сломать, чем зубочистку, в сочетании с вечным детским жиром на щеках. Ее волосы были выкрашены в желтоватый цвет, как бельмо на глазу, отметила Санзу, прищурившись при клинической оценке. Какая-то никудышная красилка, уложенная таким образом, что она напоминала подражательницу сукебана. "Узнай, что такое тонер, чертова ведьма." Сзади было трудно с уверенностью определить, как она одета (особенно из-за нагромождения сумок с покупками, крепко зажатых между ней и Майки), но бежевые шорты-карго и простая ткань футболки не говорили о высокой моде. Честно говоря, девушка была некрасивой. Ничем не примечательный во всех отношениях. Что делало еще более непостижимым то, что у нее хватило высокомерия, наглости стоять рядом с его идеальным королем, не говоря уже о том, чтобы пожать ему руку так, как она это сделала. Санзу кратко обсудил последствия раскрытия себя и противостояния этой паре, когда его заставило задуматься краткое изменение ракурса. Девушка протянула руку, перебирая на полке товары для оформления, прежде чем снова повернуться к Майки, как будто хотела спросить его мнение о чем-то. И вот тогда он безошибочно распознал изгиб ее живота. Его челюсть под маской отвисла, и он медленно отступил в тень, изо всех сил пытаясь вписать то, что он только что увидел, в свою мысленную схему Манджиро Сано. У его короля была любовница, и у этой любовницы будет наследник его короля. Санзу быстро повернулся на каблуках и покинул сцену, больше ни о чем не думая. Он демонстративно игнорировал водоворот, бушевавший в его сердце. Принц или принцесса были в пути. Предстояло сделать много приготовлений. +1 - Эй! Майки! Ты скоро перестанешь срываться на наших встречах?" Дракен догнал своего друга всего за несколько больших шагов, окидывая взглядом блондина, несмотря на все попытки скрыть беспокойство в голосе. Баджи проболтался о том, что у их лидера, по-видимому, теперь есть работа, но, помимо этого первого откровения, Майки оставался загадочным в деталях, связанных с его внезапным творческим отпуском от обязанностей в банде. Майки только моргнул на своего друга полуприкрытыми кошачьими глазами и вяло проворчал. "Я устал, Кен-чин. Понесешь меня?" Дракен поймал себя на том, что глубоко вздыхает. Хотя это было правдой. Низкорослый подросток выглядел почти мертвым на ногах, и его убивало отсутствие должного объяснения причин. Ради чего он так усердно работал? Конечно, Майки был известен тем, что следовал случайным прихотям, но этот уровень преданности вряд ли когда-либо выходил за рамки обычной деятельности. И, честно говоря, они все начинали беспокоиться. Несмотря ни на какие внутренние протесты, Дракен присел на корточки и позволил усталому блондину забраться себе на спину, вцепившись в нее, как прилипчивая коала. Как только Майки устроился поудобнее, он оглянулся через плечо. "...знаешь...если это имеет какое—то отношение к... тому, что ты сказал ранее", — заметил он, и его память застыла, когда таинственное имя "Такемичи" зазвучало в его голове как мантра, "...если какая—то цыпочка пытается изменить тебя, тогда..." При упоминании о "какая-то цыпочка", - казалось, произошла разительная перемена в поведении, когда Майки поднял голову с плеча Дракена, и чеширская ухмылка расползлась по его мальчишескому лицу. Он прервал ход мыслей более высокого подростка. - О-о-о, ты волнуешься, Кен-чин? Прежде чем Дракен успел озвучить свое немедленное отрицание, Майки дернул заместителя за косу, как за поводья лошади, и объявил: "Давайте позвоним ребятам. Если это вас всех так сильно беспокоит, думаю, я знаю, где нам следует провести нашу следующую встречу." -- Адрес, который им дали, принадлежал скромному двухэтажному семейному дому, дверь которого уже была открыта, когда они приехали. Прежде чем кто-либо из них успел остановиться и задаться вопросом, почему у Майки вообще был ключ от этого места, послышались торопливые шаги, и вышеупомянутый блондин свернул за угол в фойе, выглядя весьма довольным собой. Дракен следовал на шаг позади. "Рад, что ты хорошо нашел это место! Заходи. Гостиная достаточно большая для всех." - заверил их предводитель, когда его капитаны прошли дальше в дом. "Э-э, Майки?" - начал Чифую, когда все расселись вокруг (сверхъестественно нетронутой) зоны отдыха. Теоретически обстановка была приятной, но выглядело так, будто этим помещением почти никогда не пользовались. Как картинка из журнала. "Чей это дом?" спросил я. Майки слегка хмыкнул в ответ на вопрос вице-капитана, опершись локтем о подлокотник дивана, на котором он в данный момент лежал. "Митчи! Кого еще?" Все обменялись взглядами. Было трудно определить действительно что-либо существенное об этом "Такемичи", поскольку, несмотря на все, что Майки любил разглагольствовать о них, содержание его слов раскрывало очень мало. Он оставался удручающе загадочным по этому вопросу после его первоначального раскрытия, до такой степени, что никто из них не был уверен, был ли "Такемитчи" какой-то странной, тщательно продуманной шуткой, или их лидер, наконец, сошел с ума, и они просто вломились в дом какого-то незнакомца просто так. Единственным другим объяснением было то, что "Такемитчи" был реален — и это было гораздо более трудной концепцией для восприятия. Когда он говорил о Такемитчи, это было с тем же безрассудным очарованием, которого можно было бы ожидать от страстного влюбленного. Что было... по меньшей мере, сбивало с толку. Никто и представить себе не мог, что из всех людей именно Майки сможет развить интригу в романтических отношениях. Их предводитель был примерно так же эротичен, как цикада. До этого момента он никогда даже не смотрел на другого человека с чем—либо, кроме платонических намерений или явного незаинтересованности - и все же, судя по всему, чем больше он говорил о "Такемичи", тем больше казалось, что они были исключением. "Такемитчи?" Они хором ответили. В этот момент щелчок и поворот ручки входной двери эхом разнесся по коридору, словно по божественному вмешательству, и все лицо Майки озарилось, как фейерверк. Они услышали, как вошел человек, шаркая ногами, после короткой паузы, так как, должно быть, заметили лишнюю обувь в прихожей. Затем быстрый вдох. "П-привет?" Голос был высоким, нервным и явно женским, и капитаны обменялись мимолетными удивленными взглядами, прежде чем Майки вскочил и бросился прочь, как собака, хозяин которой вернулся домой с войны. "Таке~Митчи!" - пропел он нараспев, исчезая в соседней комнате. Последовал короткий период приглушенных слов и приглушенного смеха, когда их командир приветствовал новоприбывшего, прежде чем голоса постепенно стали отчетливыми. Майки вернулся, таща за собой какую-то фигуру. Оказывается, таинственный "Такемичи" был, как они, к сожалению, и подозревали, девушкой. Самая настоящая девочка, стоящая перед ними со всей уверенностью новорожденного олененка. Она прижимала к себе сумку с книгами, вцепившись в ремешок побелевшими костяшками пальцев, а ее взгляд перебегал с одного лица на другое, прежде чем остановиться где-то на задней стенке. Они, должно быть, выглядят довольно устрашающе, появившись в ее доме из ниоткуда, да? "Эм... Привет." - Она смущенно заправила золотистый локон за ухо и крепче прижала к себе сумку. "Извините, я не ожидал компании". Она бросила острый взгляд краем глаза, когда Майки подкрался к ней сзади и с невинным выражением лица обнял ее за талию. Она вздохнула, хотя ее щеки стали ярко-красными, как будто щелкнул выключатель. "Нет, все в порядке. Это мы должны извиняться". Мицуя вздрогнул через мгновение. "Мы не хотели навязываться". "Митчи, это мои ребята из Томана". - подал голос Майки, как будто форма банды и мотоциклы, припаркованные на улице, были недостаточным ключом к разгадке их личности. Все равно ее лицо немного смягчилось. "Приятно познакомиться со всеми вами. Майки-кун много говорит о вас." Она осторожно высвободилась из осьминожьих объятий Майки, сняла сумку с книгами со своего тела и слегка приподнялась на цыпочки, чтобы повесить ее на настенный крючок. Их глаза следили за ее движениями, немедленно заостряя внимание на одной важной информации, касающейся внешности Такемитчи. И это был тот факт, что она была бесспорно, безошибочно, неоспоримо беременна. -- Это было по-особому неловко - сидеть одному в комнате с беременной девушкой твоего друга, в существовании которой ты еще пять минут назад даже не был уверен. Майки практически вприпрыжку отправился на кухню, самозабвенно напевая от напряжения, чтобы принести закуски для себя и "своей Митчи". Оставив бедную девушку нервно ерзать на диване, явно выбитую из колеи их присутствием. (Не помогло и то, что некоторые люди (Па и Пэ) были неспособны на теплые или даже нейтральные выражения при первой встрече). "Тааак," именно Чифую, наконец, решился вступить в разговор, наклонив голову и оценивающе глядя на Такемичи. "Где ты вообще познакомилась с таким парнем, как Майки?" Удивляться было нетрудно. Несмотря на образ, который создавали ее обесцвеченные волосы и мешковатые гетры, Такемичи не казалась плохой девочкой. Она была слишком мягкой, слишком нервозной. На ее коже не было никаких серьезных шрамов или пятен. Всем присутствующим в комнате было очевидно, что девушка, стоявшая перед ними, не была женщиной, закаленной улицами. Так где же тогда командир мог встретить такую милую и обычную девушку? И что же в ней было такого, что привлекло его внимание? К счастью, Такемичи, казалось, не обиделась на вопрос вице-капитана, поскольку лучезарно улыбнулась. "ой. Майки-кун всегда там, где я работаю." Она призналась почти застенчиво. "В пекарне "Сладкие небеса". Коллективное "о". Да, это отслеживалось. Майки был почти так же известен своим пристрастием к сладкому, как и своей непобедимостью в бою. Если что-то и могло привлечь его внимание, так это хорошая выпечка. Такемичи перебирала пальцами на коленях, казалось бы, погруженная в свои мысли, а в ее глазах появилось одно из тех слишком нежных выражений, которые можно увидеть только в седзе-манге и телевизионных драмах (Чифую бы знал). "Да. Это довольно новое место, и он приезжал на торжественное открытие пару месяцев назад." Она подняла голову, ослепив их всех неподдельным обожанием, исходившим от ее лица. - Сказал, что мой дораяки был лучшим, что он когда-либо пробовал. И с тех пор он продолжает приходить!" Она слегка задыхаясь рассмеялась, когда капитаны томанов обменялись взглядами. Очевидно, дораяки были не единственным, что понравилось там командиру... Именно в этот момент вернулся Майки с пакетом картофельных чипсов под мышкой и двумя чашками чая в руках с катастрофически влюбленным выражением лица. Баджи хихикнул, что быстро перешло в серию "скрытых" покашливаний, когда Мицуя ткнул его в ребра. Шестеренки завертелись в голове капитана второго дивизиона, и его брови нахмурились, когда он мысленно отметил ее слова. Он точно знал, что имела в виду пекарня Такемитчи — Луна и Мана умоляли его сводить их туда с тех пор, как она открылась прошлым летом. В июле. Он бросил незаметный взгляд на живот Такемичи, на нежную выпуклость, выступающую из-под ее кардигана, прежде чем Майки неприятно загородил ему обзор. "Митчи~ У меня есть твое любимое блюдо." Светловолосый командир поднял свой пакет с чипсами, словно ожидая похвалы, и был вознагражден за свои усилия милым румянцем и неуклюжей улыбкой. Такемичи осторожно принял его подношение. "Спасибо тебе, Майки-кун". Она тоже взяла свой чай, подула на него и, осознав это, оглядела комнату. "Майки, ты ничего не купил для других наших гостей?" Девушка уставилась на него широко раскрытыми глазами, но, несомненно, напряженным взглядом, и Майки надулся. "Они могут достать это сами, если им что-то нужно..." "Майки-кун, они твои друзья!" Первые крупицы раздражения закипели в ответ на явное отсутствие вежливости у ее партнера, и Дракен неловко попыталась разобраться в ситуации. "Отлично, Такемичи-сан. Мы все уже привыкли к тупости Майки." Такемичи фыркнула, казалось, ее не смутило оскорбление в адрес ее возлюбленного (хотя сам Майки в ответ очень по-взрослому высунул язык). "Все еще буду..." Девушка скрестила руки на своем животике, казалось бы, не замечая, как Майки занял свое место, прижавшись к ней в одном из самых вопиющих проявлений КПК, которые банда когда-либо видела. Это приводило в замешательство. "Я просто чувствую, что я плохой хозяин, если я единственная, кто здесь ест..." "Эй, не вини себя за поведение этого идиота!" Баджи запищал с беззаботной ухмылкой, и Майки нацелился пнуть другого парня в пах через небольшое пространство между ними. К счастью, темноволосый подросток увернулся от этого и продолжил разговор как ни в чем не бывало. "Милая, ты в положении, так что у тебя есть повод есть сколько хочешь!" Все пристально посмотрели на Баджи, когда он нарушил правила приличия, словно их там и не было, привлекая внимание в комнате. Мицуя посмотрела на Такемичи, опасаясь ее реакции, но та, казалось, была лишь немного озадачена прямотой Баджи, добродушно посмеиваясь. "Э-э. Да, я думаю, что так." Они все расслабились. "Итак, Такемитчи..." "Вообще-то, это Такемичи. Ханагаки Такемичи." - поправилась она, сообразив, что не представилась должным образом. "Такемичи — это просто прозвище, которое придумал Майки-кун". Услышав свое имя, Майки ухмыльнулся, лениво играя пальцами на правой руке Такемичи. "Это правда. Не стесняйтесь им пользоваться. - Его обсидиановые глаза озорно пронзили комнату, и Такемичи только вздохнул. Похоже, она знала, что это безнадежное дело - заставить их использовать предполагаемое произношение ее имени. "...Правильно". Мицуя тихо напевал себе под нос, наблюдая за этой парочкой. "Какой у вас срок, Такемичи-сан?" "Мм, около 20 недель. Я должна родить в январе." Верно. На вид ей было около 20 недель — но тогда она никак не могла забеременеть в июле. И если это было так, то Майки не мог быть тем… "Зимний ребенок, да?" Чифую оживился. — Тогда у меня есть для тебя идеальное имя..." "Я не назову своего ребенка в честь тебя, Чифую". - сказал Майки, перебиаая члена своей банды, но, несомненно, веселым тоном. Пока Чифую фыркала, остальные переминались с ноги на ногу в плохо скрываемом удивлении. Возможно, им не следовало этого делать, но это был первый раз, когда Майки устно признал ребенка, растущего внутри Такемичи, своим. Мицуя почувствовал, что вспотел. Неужели... неужели Майки каким-то образом не понял? "Надо было дать ему эти презервативы раньше", - тихо причитал Дракен рядом со своим другом-драконом-близнецом. "Это у Такемитчи, - вмешался Смайли, и его фирменная дикая ухмылка стала еще шире. "Разве она не должна получить права на присвоение имени?" Злой кивнул со своего места рядом с братом. "А, ну что ж. Я не очень хорошо разбираюсь в такого рода вещах". Девушка смущенно потерла затылок. "Ну, Чифую тоже, так что определенно не слушай его". Баджи обнял за плечи своего вице-капитана, когда младший подросток запротестовал. "эй!” "Что? Я прав. Когда-то давным-давно ты ходил и называл Пекинеса "Экскалибур"!" "...Экскалибур было классным названием, я все еще придерживаюсь этого..." Их препирательства превратились в постоянный фоновый шум. В конце концов вмешался Дракен, обращаясь к Такемичи с внезапной серьезностью. "И этот маленький демон хорошо с тобой обращается, да?" Такемичи выпрямила спину, почувствовав перемену в атмосфере. "Да, конечно!" Ее глаза цвета морской волны искрились искренностью. Она так твердо высказалась по этому вопросу, что трудно было усомниться в ней, несмотря на все опасения, которые вызывала мысль о Майки как о романтическом партнере. Она сжала руку своего парня, и его грудь раздулась от гордости. "...Сначала это было нелегко". Девушка медленно призналась, когда внимание в комнате вернулось к ней. "Я была действительно... напугана, когда узнала, что беременна. Не похоже, чтобы это было запланировано или что-то в этом роде." Странный блеск появился в ее глазах, но исчез в следующее мгновение. "Я не знала, что, черт возьми, я собиралась делать. Что подумают или скажут люди, или... или стоит ли мне оставить это или нет. Как избавиться от этого, если я не смогла". Она прикусила губу, и Дракен почувствовал укол сочувствия. Выросший в районе красных фонарей, он видел многих молодых женщин и девочек в ситуациях, когда им приходилось сталкиваться с подобными решениями. Его собственная биологическая мать тоже была довольно молода, так ему сказали. "Но... потом я встретил Майки-куна — он был рядом со мной. Заботился обо мне, когда я чувствовала себя слишком больной или уставшей... был внимательным ... помог мне понять, что делать. Придал мне смелости. Он так много сделал для... и для меня, и для ребенка — я никогда не смогла бы в полной мере выразить, как много он значит для меня". Она подняла голову, решительно сдвинув брови и прижав кулак к груди. "Я люблю Майки-куна. Я действительно хочу!" Они все сидели, ошеломленные ее заявлением, пока… Стоп. “Подожди — "потом" ты встретила Майки - он не отец!?” Баджи в замешательстве склонил голову набок, и у остальных была такая же реакция. Мицуя была удивлена, что младшая девочка просто так взяла и сказала это, но… если это было так, то на самом деле это был не тот кризис, которого он опасался. Подросток медленно расслабился, в то время как остальные вокруг него переводили взгляды с Такемитчи на Майки со все возрастающим недоумением. Их светловолосый лидер смотрел на них всех, как на идиотов, в то время как бедная Такемитчи, казалось, был просто ошеломлена внезапным пристальным вниманием. “Э-э? Эм...” Девушка откинулась назад, пытаясь спрятаться в диванных подушках позади нее, и Майки ободряюще положил руку ей на плечо. “ Отвали, Баджи. Конечно, я отец.” "Но она только что сказала!.." - С каких это пор кровь имеет значение? Такемичи моя, так что этот ребенок тоже мой.” Он говорил, не оставляя места для возражений, в пустоте его черных глаз появился собственнический блеск. Такемичи снова была на грани слез, и один за другим Томан успокоился, слова их командира эхом отдавались в их головах. Ах, значит, он уже принял решение. Это казалось довольно глупым поступком - добровольно растить ребенка, перед которым у тебя нет никаких обязательств, когда ты сам еще ребенок, но все они знали, что Майки был упрямым и преданным до предела, когда вбивал себе в голову, что кто-то является семьей. И как бы глупо это ни было, в этом было также что-то определенно... милое. И благородно то, как их лидер так быстро защитил этот новообретенный титул отцовства. “И… ты ведь знаешь, насколько это большая ответственность, верно, Майки? Это не то, на что ты можешь решиться импульсивно, а потом отказаться." - к Дракену вернулось прежнее серьезное выражение лица, но Майки встретил его с такой же напряженностью. "Очевидно, я знаю это, Кен-чин. Мы с Митчи участвуем в этом надолго. Она никогда от меня не избавится. - Он крепче прижал блондинку к себе, и Такемитчи наконец-то издала вопль, который подавляла. “М-Майки-кун!” Она приклеилась к Майки, как грибок, и группа не могла отделаться от общей мысли, что, возможно, их разновидности эксцентричности хорошо подходят друг другу. Дракен усмехнулся, наконец-то осознав абсурдность ситуации. "Удачи тебе с этим парнем, Такемичи. Тебе это понадобится." - Она одарила его слабой улыбкой. “Спасибо, Дракен-кун... эм, если вы все не против, я был бы рад, если бы вы могли стать кем-то вроде почетных дядюшек”. Она призналась сдержанным тоном. “Я уже некоторое время думал об этом, так как Майки всегда говорит о том, какие вы замечательные, ребята, но встретиться с вами лично… просто как бы скрепляет это для меня, понимаете? Так что, да...” Она замолчала, нервно отводя взгляд, пока говорила, пока, наконец, не подняла глаза во время наступившей тишины. Множество сверкающих глаз встретилось с ней взглядом. “Да, черт возьми, Такемичи!” - воскликнул Баджи. “Я буду самым лучшим гребаным дядей, которого когда-либо видел твой ребенок!” "эй!” “Ты не можешь просто объявить себя лучшим, это буду я, придурок”, — соревновательные слова черноволосого капитана немедленно вызвали жестокие дебаты за привилегии дяди, занявшего первое место, угрожая ввергнуть весь дом в состояние хаоса (особенно когда Па-чин и Смайли поссорились). драка, в результате которой был сломан журнальный столик). Майки нежно улыбнулся, наблюдая за растущим волнением своих друзей по поводу сложившейся ситуации, и снова мягко опустил голову на плечо Такемичи. Она переплела их пальцы, положив их поверх своего растущего живота, и изумленно рассмеялась. “Я... так счастлива, что мы стали частью твоей семьи, Майки-кун”. - мягко заявила она. Майки только еще сильнее прижался носом к теплу ее кожи, наклонил голову ближе и поцеловал ее. ★