Костер для двоих

      Небольшой и уютный деревянный дом отлично вписывается в коричнево-оранжево-золотые краски осени. Сэм думает об этом, когда убирает граблями сухие листья от порога.       Куча на прогалине перед домом стремительно растет. Сэм сгребает листья еще и от стены дома и думает, что у них может получиться отличный костер. Идея нравится.       Много воды утекло с тех пор, как мир вернулся в норму после чудачеств Чака. Не меньше с того момента, как Джек не позволил глупо погибнуть Дину в стычке с вампирами.       Сэм забывает про листья, опирается руками на рукоять грабель и кладет на руки подбородок. Вряд ли хоть кто-то когда-то мог подумать, что великие братья Винчестеры однажды осядут на старой, скромной ферме в штате Техас и будут промышлять фермерскими забавами.       Улыбка ложится на губы. Разумеется, они не прекратили охотиться совсем. Ни один из них так и не научился игнорировать ситуации, где они могут помочь. Но теперь у них появился свой угол. Место, наполненное множеством теплых и принадлежащих только им воспоминаний. Место, где они стали еще ближе друг с другом.       Сэм стряхивает туман разрозненных воспоминаний и выпрямляется. Он подгребет еще немного листьев. А потом позовет Дина и они устроят костер. Чем не способ отметить Хэллоуин, который в этом году выдался у них удивительно спокойным?       Куча увеличивается быстро. Она настолько огромная, что Сэм даже думает, так ли безопасно ее поджигать. Но это они могут решить вместе. Он идет в дом.       Дин сидит в кресле перед камином и листает какую-то книгу. Картинка настолько непривычная, что Сэм хочет спросить, не заболел ли Дин. Тот поднимает взгляд. Улыбается. Вопрос пропадает. Сэм как завороженный идет ближе.       — Чувак тут пишет, — Дин приподнимает книгу, — что помимо демона существовал языческий бог Самайн.       — О. Любопытно, — машинально кивает Сэм. Пытается переключиться с одного настроения на другое, более рабочее. — С чего тебя это интересует? Что-то случилось?       — Бобби звонил, — Дин морщится. — В Оклахоме произошло несколько убийств. Похожи на ритуальные.       — Нам надо ехать? — Сэм мрачнеет. Настроение гаснет и становится наконец-то рабочим без усилий. Только радости от этого ни капли. — Я соберу вещи.       — Нет, не надо. Бобби уже отправил туда трех знакомых охотников. Но попросил, чтобы мы были наготове.       — Ясно, — Сэм не гордится собой, но расслабляется, едва понимает, что еще не все потеряно. — Значит, можем остаться дома и спокойно провести вечер?       — Говоришь так, словно что-то придумал, — Дин вопросительно и с долей подозрения щурится и откладывает книгу.       — Может быть, — Сэм по-особенному усмехается. Подходит ближе к Дину. — Сладость или гадость?       — Ты это серьезно, Сэмми? — брови Дина летят вверх, а он поднимается на ноги и недоверчиво усмехается.       — Почему бы и нет? — спрашивает Сэм в миллиметре от губ Дина. Он безумно хочет поцеловать, но это было бы слишком просто. — Буду считать, что ты выбрал сладость. Идем на улицу.       — Я ничего не выбирал, — из чистой вредности спорит Дин, но за ним послушно идет и присвистывает, когда видит огромную кучу листьев: — Ого, Сэмми, тренируешься быть дворником?       — Да пошел ты, придурок, — беззлобно ворчит Сэм. — Я думал, мы могли бы посидеть у костра. Вместе.       — Да ты что, — интонация у Дина непонятная, а он идет обратно в дом.       Сэм думает, что идея не так уж и хороша. Все равно чувствует глухую обиду. Замирает, когда Дин неожиданно возвращается из дома, комкая в руках страницы старого журнала, которые они используют для растопки камина.       Дин ловко распихивает бумажные шарики в разных местах лиственной кучи. Зажигалка щелкает раз, другой. Первые язычки яркого пламени бегут по листьям. Те трещат и радостно вспыхивают.       Не проходит и нескольких минут, как костер разгорается. Пламя яркое, сильное, высокое. Оно взвивается высоко-высоко. Запах дыма отлично дополняет сырость осени, которая насыщает воздух.       — Там есть бревно, — Сэм кивает в сторону небольшого леса. — Сразу за первыми деревьями. На нем можно сидеть. Я принесу.       — Погоди-ка, Сэмми, — Дин хватает его за запястье и удерживает. Сэм облизывает губы, нежданно получив желанное прикосновение. — Ты что-то там болтал о том, что я выбрал сладость. Но я ее точно не получил.       Сэм смеется в голос и целует первым, долго и нежно, на этот раз нисколько не сомневаясь, что именно для этого сейчас самое время.       Рядом с ними продолжают с треском сгорать листья, рождая пламя, которое делится приятным теплом.