Обратно в прошлое

Саске и Наруто стояли напротив друг друга на каменной арене, их взгляды были прикованы друг к другу. Над стадионом воцарилась абсолютная тишина — даже ветер, казалось, замер, не смея нарушить эту священную паузу. Солнце, пробиваясь сквозь редкие облака, мягко отражалось в их глазах, в которых пылала решимость и глубокая сосредоточенность. Каждый из них знал: этот бой — не просто соревнование. Это было испытание их силы, их дружбы, их веры друг в друга. Они были готовы. Кунаи и сюрикены уже лежали в их руках, словно продолжение их самих — холодные, острые, послушные малейшему движению пальцев. Но они знали, что малейшая ошибка может стоить жизни, и оба чувствовали тяжесть этого момента. Однако это был не просто бой. Это было испытание — проверка доверия и братства, которое они выстраивали годами, проходя через огонь, воду и медные трубы. Наруто заранее продумал план, в котором они оба должны были проиграть. Он не хотел раскрывать настоящую силу — не в этом времени, не здесь, перед тысячами зрителей, которые могли бы использовать эту информацию против него. Саске лишь коротко кивнул, соглашаясь. Между ними уже не нужны были слова — они понимали друг друга без них, как два половинки одного целого. Но внезапно… Наруто почувствовал что-то чужое. Нечто тёмное, вязкое, пропитанное древней злобой. Его тело будто пронзил холодный ток, и внутри всё сжалось, словно его сердце сдавила невидимая рука. Мир вокруг на мгновение потерял свои цвета, став серым и безжизненным. — Ты чувствуешь это? — хрипло спросил он, его голос был напряжённым, а глаза широко раскрылись. — Да… — ответил Саске, и его голос был ледяным, но в нём слышалась тревога. — Та же энергия, что и перед… смертью. Она возвращается. Оба быстро осмотрелись, их тела напряглись, готовые к любой опасности. Саске активировал шаринган, его зрачки вспыхнули алым пламенем, прорезая тьму. Наруто собрал чакру, чувствуя, как по телу пробегает знакомое дрожание силы Мудреца Шести Путей — древняя энергия, которая помогала ему в самых тяжёлых битвах. На трибунах Какаши наблюдал за ними. Он знал выражения лиц этих двоих — видел их тысячи раз в боях, в тренировках, в моменты, когда решалась судьба целого мира. Но сейчас в их взглядах было не просто беспокойство — это был страх, смешанный с предчувствием катастрофы, которая нависла над ними. Какаши активировал свой шаринган, просматривая окрестности, пытаясь найти источник угрозы. Сакура, сидящая рядом с Хинатой, уловила тревогу в глазах Наруто и Саске. Её сердце колотилось, а ладони вспотели. Она сжала кулаки, чувствуя, как чакра начинает пульсировать в её теле, готовая к бою. На верхнем ярусе Итачи и Обито почти одновременно включили свои шаринганы, обмениваясь настороженными взглядами. Их интуиция, закалённая годами войны, подсказывала им, что происходит нечто серьёзное. Даже Джирайя, сидящий на крыше стадиона, нахмурился и что-то быстро прошептал Цунаде и Орочимару, передавая им свои наблюдения. А в это время на краю арены Каваки и Боруто тоже почувствовали перемены. Их чакра будто вскипела, поднимаясь изнутри тёмными волнами. По их коже побежали знакомые чёрные линии, и символы кармы вспыхнули на руках и лицах, проступая на коже, как древние татуировки. — Карма?! — удивлённо воскликнули они в унисон, и в их голосах смешались удивление и тревога. Мгновение спустя небо потемнело. Ветер стал холодным и резким, пронизывая до костей. По арене прошла рябь чакры — тёмная, пульсирующая, и из этой тьмы появился силуэт. Молодой мужчина с рыжими волосами и мёртвым взглядом парил в воздухе, его фигура была окутана тёмным сиянием, а его улыбка была ледяной, лишённой всякого тепла. — Это… — выдохнул Каваки, и его глаза расширились от ужаса. — «Господин Наруто… это Кодо! Он вернулся!» Сердце Наруто пропустило удар. В груди стало пусто, и он понял, что всё зашло слишком далеко. Этот враг был тем, кто уже однажды уничтожил их в будущем — и теперь он пришёл, чтобы закончить начатое. — Все на защиту! — выкрикнул он, и его голос разнёсся по арене, как боевой клич. Он резко активировал чакру, чувствуя, как она заполняет каждую клетку его тела, и готовясь встретить врага лицом к лицу. Толпа в панике загудела. Тысячи голосов слились в единый испуганный рёв, когда над ареной повисла тёмная, пульсирующая фигура. Никто не понимал, что происходит. Зрители вскакивали с мест, женщины прижимали к себе детей, мужчины выхватывали оружие, не зная, против кого его направить. Каге разных деревень мгновенно вскочили со своих мест, их руки уже складывались в печати, формируя защитные барьеры вокруг трибун. Воздух наполнился запахом озона и страха. — Наруто Узумаки. Саске Учиха, — холодно произнёс Кодо, и его голос, усиленный чакрой, эхом разнёсся над ареной, проникая в самое сердце каждого присутствующего. В его голосе звучала вековая злоба и ледяное презрение. Наруто и Саске синхронно встали в боевую стойку, их тела напряглись, готовые к бою. Ветер развевал их плащи, а чакра ощутимо пульсировала вокруг, создавая вокруг них невидимые волны силы. Глаза Наруто уже начали наливаться тёмным цветом, готовясь к режиму Мудреца, а Саске активировал свой шаринган. — Серьёзно? — усмехнулся Кодо, глядя на них с насмешкой, и его улыбка была ледяной, лишённой всякого тепла. — Это и есть легендарные шиноби своего времени? Те, кто победил Кагую и спас мир? Разочаровывающе. Я ожидал большего от героев, которые якобы изменили ход истории. В следующее мгновение Саске активировал мангекьё шаринган и риннеган, его глаза вспыхнули алым и фиолетовым светом, собираясь нанести сокрушительный удар. Но вдруг его ногу что-то схватило. Холодное, живое, чёрное, будто смола, вытекающая из трещин в земле. Это существо, лишённое формы, начало ползти по его ноге вверх, обвивая её, как змея. — Что за…?! — Саске не успел договорить, как это существо обвило его полностью, сковывая движения. Его тело напряглось — он не мог двинуться. Плоть словно приросла к земле, и каждая попытка освободиться только усиливала хватку. — Один готов, — с мрачным удовлетворением произнёс Кодо, наблюдая за его борьбой. — Не сопротивляйся, — добавил он с ленивой усмешкой, скрестив руки на груди. — Мои метки не отпускают. Они созданы, чтобы удерживать даже самых сильных. Ты можешь бороться, но это только истощит тебя быстрее. Наруто, увидев падение друга, почувствовал дрожь земли под ногами и в последний момент успел отпрыгнуть в сторону. Из трещины, оставшейся на месте, где он только что стоял, вырвалась та же тьма — тянущиеся чёрные линии, словно живые щупальца, ищущие новую жертву. — Не уйдёшь, — спокойно произнёс Кодо, и в его голосе слышалась уверенность хищника, загнавшего добычу в угол. Наруто метался по арене, уходя от захвата, его движения были быстрыми и отчаянными. Но тьма была повсюду, она вырывалась из каждой трещины, из каждой щели, и вскоре что-то обвилось вокруг его ног, дёрнуло, и он не удержался, рухнув на спину, тяжело ударившись о каменный пол. Боль пронзила затылок, но он не позволил себе закричать. Кодо подошёл медленно, с ухмылкой, словно наслаждаясь каждым шагом, каждым мгновением своего триумфа. Он опустился, усевшись на Наруто, и их взгляды встретились. Его глаза были пустыми, лишёнными всякой человечности. — А теперь скажи мне, герой, — прошипел он, и его голос стал тише, но от этого только более угрожающим. — Где Каваки и твой сын? Где те, кто должен был принадлежать мне? Скажи мне, и, возможно, я позволю тебе умереть быстро. Наруто отвёл взгляд, прикусив губу до крови. Его дыхание было тяжёлым, но в глазах горела та особенная искра, которая не гасла никогда. — Я ничего тебе не скажу, — прошептал он, и его голос был твёрдым, несмотря на боль. — Жаль, — холодно произнёс Кодо, и в его глазах вспыхнул безумный огонь. — Я хотел по-хорошему. Но если ты выбираешь страдания — я с удовольствием их тебе доставлю. В следующее мгновение Наруто почувствовал, как будто кто-то вырывает из него чакру грубыми, безжалостными руками. Боль была обжигающей, как будто его внутренности выворачивали наизнанку. Он сжал зубы, стараясь не закричать. — Наруто! — закричал Курама внутри его сознания, его голос был полон ярости и тревоги. — Мы не должны позволить ему это сделать! Он высасывает твою жизнь! Что-то придумай, пока не поздно! — Я… знаю!.. — с трудом выдохнул парень, пытаясь пошевелиться, но тело не слушалось. Тьма держала его мёртвой хваткой, и каждое движение только усиливало боль. — Какая восхитительная чакра… — почти шептал Кодо, склоняясь ближе, его дыхание обжигало кожу Наруто. — Она пронизывает каждую клетку твоего тела, каждую молекулу. Такая сила… Когда я закончу, никто не сможет меня остановить. Я стану богом этого мира. — Никогда… — прошептал Наруто, и его голос был слабым, но в нём звучала та особенная сталь, которая не поддавалась даже самой сильной боли. — Как жаль, — тихо ответил Кодо, и его глаза блеснули ярче. — Тогда ты умрёшь первым. А потом я найду остальных. Он приказал своим чёрным меткам крепче сжать руки Наруто. Земля под ними начала трескаться, и воздух наполнился ревом чакры, смешанным с яростью и отчаянием. Но в этот миг… что-то внутри Наруто вспыхнуло. Курама зарычал — низко, грозно, так, что земля содрогнулась. Саске больше не мог смотреть на мучения, что происходили с его другом. Каждая секунда, в течение которой Наруто лежал на земле, вырывала из его груди кусок души. Он видел, как чакра его друга угасала прямо на глазах, как его лицо бледнело, а тело содрогалось от боли. Сердце Саске сжалось от бессилия, но в груди закипала ярость — та самая, которую он так долго учился контролировать. Но сейчас он дал ей волю. — Аматерасу! — выкрикнул Учиха, и его голос прозвучал, как удар грома, эхом разнёсшийся над опустевшей ареной. Чёрное пламя вспыхнуло мгновенно, охватывая рыжеволосого противника. Это были языки абсолютной тьмы, горящие даже на воде, пожирающие всё на своём пути. Кодо отскочил назад, прикрываясь рукой, на его лице мелькнула гримаса боли и ярости. Пламя лизало его кожу, оставляя чёрные следы, но он сбил его, заставив угаснуть. Однако этого мгновения хватило. Наруто, чувствуя, как хватка тьмы ослабевает, с трудом вдохнул воздух, закашлялся и, пошатываясь, поднялся на ноги. В его глазах мелькнуло решительное пламя, и он выпрямился, сжимая кулаки. Саске тут же оказался рядом, поддерживая друга за плечо, помогая удержаться на ногах. — Ты как? — спросил он, глядя прямо в глаза Наруто. В его голосе слышалась тревога, смешанная с облегчением. — Нормально… — Наруто слабо усмехнулся, и в этой усмешке чувствовалась его прежняя сила духа. — Жить буду. Этот ублюдок не так силён, как думает. Кодо выпрямился, отряхивая с себя пепел. Его лицо было искажено гневом, а взгляд стал ледяным, пустым, лишённым всякой человечности. — Твари, — процедил он сквозь зубы, его голос был полон презрения. — Пока ты отвлекал меня, твой дружок освободился. Но это уже не имеет значения. Я собрал достаточно чакры, чтобы стать сильнее вас всех. Одним движением я могу стереть вашу деревню с лица земли… и уничтожить вас всех до единого. Вы — всего лишь насекомые перед моей силой. Воздух дрогнул. От его слов исходила такая уверенность, что многим стало не по себе. Тьма вокруг него сгустилась, пульсируя, словно живое существо, готовое обрушиться на мир. В тот же миг рядом с Наруто и Саске появились Сакура и Какаши — молниеносно, как два призрака, словно они были там всегда. Они заняли боевые позиции, их чакра вспыхнула вокруг защитным светом. Сакура сжала кулаки, готовая к бою, а Какаши обнажил свой шаринган, пронзая тьму внимательным взглядом. — Хината! — крикнул Наруто, не оборачиваясь. — Оставайся здесь и займись эвакуацией! Уведи всех отсюда как можно быстрее! Ты нужна им больше, чем нам. — Поняла! — ответила она, и в её голосе звучала твёрдая решимость. Она активировала бьякуган, и её глаза побелели, вены вокруг них вздулись, позволяя видеть каждое движение, каждую частицу чакры. Она начала координировать людей, направляя их к выходам. Орочимару, мгновенно оценив ситуацию, взял командование на себя. Его голос разнёсся над ареной, как команда опытного полководца: — Всем покинуть арену немедленно! Это приказ! Не паниковать, двигаться организованно! — его слова звучали властно и уверенно. Толпа, охваченная паникой, начала отходить, а Хината и Конан помогали направлять людей, успокаивая их и показывая путь к безопасным выходам. Через несколько минут арена опустела. Только несколько десятков человек остались на поле боя — те, кто не собирался отступать. На поле остались лишь сильнейшие: Орочимару, Джирайя, Цунаде, Обито и Итачи — все они поспешили к своим ученикам. Их лица были серьёзны, но в глазах горела решимость. Сарада и Мицуки уже стояли рядом, их чакра вспыхивала решительно, без страха. Они смотрели на врага, готовые сражаться до конца. — Ребята, я останусь и помогу эвакуации, — спокойно сказал Гаара. Его голос был ровным, но в нём чувствовалась уверенность. — Я смогу удерживать порядок и защищать тех, кто не может сражаться. Это мой долг. — Трус, — презрительно усмехнулся Кодо, глядя на него. — И это — Казекаге? Тот, кто должен защищать свой народ? Ты просто сбегаешь от битвы. Гаара на мгновение замер, чувствуя, как слова врага пронзают его. Но он лишь отвернулся. Его лицо оставалось спокойным, потому что он знал: его долг был в другом. Он не собирался оправдываться перед чудовищем, которое не понимало, что такое настоящая защита. Наруто и Саске переглянулись. Между ними промелькнула невидимая искра понимания — та самая связь, которая рождается только у людей, прошедших через огонь и воду, через смерть и воскрешение. Они знали, что делать. В следующее мгновение оба оказались в своём подсознании — в мире, где небо переливалось золотыми и синими потоками чакры, а воздух был наполнен древней, пульсирующей энергией. Это было место, где встречались души, где время теряло свою власть. Перед ними стоял Хагоромо Ооцуцуки, Мудрец Шести Путей. Его фигура была окутана мягким сиянием, а глаза, в которых отражалась бесконечная мудрость, смотрели на них с серьёзностью и теплотой. В его голосе слышалось одобрение, но также и предостережение. — Я знаю, что происходит, — произнёс он, и его голос эхом разнёсся в этом пространстве. — Тьма, которую вы чувствуете, — это не просто враг. Это древняя сила, которая жаждет поглотить всё живое. И я пришёл помочь вам. — Это звучит как отличный план, — сказал Наруто, расправляя плечи. В его голосе чувствовалась уверенность, но в глазах мелькнула тень сомнения. Он знал, что даже помощь Мудреца не гарантирует лёгкой победы. — Но будьте осторожны, — продолжил Хагоромо, и его голос стал более твёрдым, предупреждающим. — Хоть у вас и есть часть моей силы, вы лишь недавно научились управлять ею. Есть тайны, которых вы ещё не поняли. Не переоценивайте себя. Ваша сила велика, но она не безгранична. Ребята кивнули. В тот же миг их тела озарил мягкий, тёплый свет, и они вернулись в реальный мир. Хагоромо появился рядом с ними — во всей своей божественной силе, его фигура излучала древнюю мощь, которая заставляла даже тьму Кодо отступать. Кодо прищурился, его глаза сузились до тонких щелей, а губы изогнулись в зловещей усмешке. Он смотрел на Мудреца с презрением, но в его взгляде мелькнула тень уважения. — Хагоромо Ооцуцуки? — произнёс он, будто пробуя имя на вкус, и его голос был полон ядовитой сладости. — Не ожидал, что даже ты решишь встать у меня на пути. Думаешь, твоя древняя мудрость сможет остановить меня? — Я не позволю тебе уничтожить моих наследников, — твёрдо ответил Мудрец, и его голос был спокоен, как гладь озера. — Они — будущее этого мира, и я буду защищать их, пока есть силы. Наруто и Саске, услышав это, невольно улыбнулись. Им было даже немного неловко от такого признания, но в глубине души они почувствовали гордость — их признал сам Хагоромо, назвав своими наследниками. Это придало им сил. — Ну что ж, — хмыкнул Кодо, и его голос стал ледяным, полным насмешки, — если вы хотите боя, вы его получите. Хотя… — Он медленно поднял руку, и на его ладони начал формироваться чёрный ромб, пульсирующий тьмой, — я передумал уничтожать такую красивую деревню. Слишком много вас тут. Я хочу, чтобы вы смотрели, как я уничтожаю всё, что вам дорого. Пространство дрогнуло. Воздух вокруг начал искажаться, и через мгновение огромный портал разверзся прямо над ареной — тёмная воронка, которая втягивала в себя всё вокруг. Вихрь силы подхватил героев, и всех их, вместе с Кодо, втянуло внутрь. Когда вихрь стих, герои очутились в другой реальности. Пустошь. Серое, безжизненное небо простиралось над ними, раскалённый песок хрустел под ногами, и ни единого звука не нарушало эту мёртвую тишину. Это место было слишком знакомо. — Это… — Саске нахмурился, его глаза пробежали по горизонту, и в них мелькнула тревога. — То самое измерение, где мы сражались с Джигеном. Только теперь оно выглядит ещё более мёртвым. — Верно, — кивнул Наруто, его голос был глухим, — я помню это место. Оно хранит слишком много плохих воспоминаний. Проклятье… Песок под ногами хрустел, когда рядом с Наруто и Саске появились Боруто и Каваки. Они возникли из тени, словно призраки, их лица были сосредоточенными, а глаза горели решимостью. Оба уже активировали свои силы — по их телам пробегали тёмные линии, символы кармы пульсировали на коже, предупреждая о близости опасности. — Боруто, помни, — сказал Наруто, глядя сыну прямо в глаза. Его голос был твёрдым, но в нём чувствовалась та особая тревога, которую отец испытывает за своего ребёнка. — Если ты потеряешь контроль, если позволишь Момошики захватить твоё тело, нам придётся сражаться против тебя. Это не пустая угроза. Я не хочу этого делать, но если придётся — я сделаю всё, чтобы тебя спасти. — Я помню, — спокойно ответил Боруто, сжимая кулаки. В его голосе не было страха — только твёрдая уверенность. — Я не позволю ему взять верх. Это моё тело, моя жизнь, и я буду бороться до конца. — Не подведи, брат, — бросил Каваки, чуть усмехнувшись. В его голосе слышалась поддержка, которую он редко показывал открыто. Их взгляды пересеклись — короткое, но крепкое братское обещание, скреплённое годами совместных битв и доверия. — Даже не собирался, — ответил Боруто, и в его голосе прозвучала та особая уверенность, которая приходила только после долгих тренировок и боёв. Кодо наблюдал за ними, скрестив руки на груди. Его лицо было спокойным, но в глазах горел холодный, хищный огонь. Он смотрел на них с той особенной насмешкой, которую можно увидеть у хищника, оценивающего свою добычу. — А вот и сосуды явились, — протянул он с усмешкой. — Теперь ясно, почему вас всех сюда перебросило. Именно вы мне и нужны. С вашей силой я смогу открыть врата в новые миры и стать богом. — Осторожно, — предупредил Каваки, его голос стал напряжённым. — Его царапины могут следить за целью. Он может видеть наши движения заранее. Не стойте на месте и смотрите под ноги! Это не просто предупреждение — это вопрос жизни и смерти. — Принято, — ответили все почти одновременно. Их голоса слились в один, и в этом хоре звучала решимость. Кодо расплылся в зловещей улыбке, и его лицо исказилось в гримасе предвкушения. — О-о-о… Ну вот теперь разговор становится интересным. Раз слов не вышло. — Он раскинул руки в стороны, и вокруг него заклубилась тёмная чакра, — значит, пришло время настоящей битвы. Я покажу вам, что такое истинная сила. Воздух вспыхнул от потоков чакры. Пустошь загудела, вибрируя под их ногами, и небо окрасилось в кроваво-красный цвет. Вокруг них начали формироваться тёмные вихри, и каждый из них чувствовал, как эта битва будет не просто сражением — это будет война, которая решит не только судьбу прошлого, но и всего будущего. Мир замер в ожидании. Продолжение следует…