Темная ночь

      Перед глазами вспышками проносились яркие огни фонарей, белая разграничительная линия петляла по серому асфальту, а в ушах словно колокол стучала кровь.       Акутагава выжимал из своего мотоцикла всю мощь, на которую тот был способен. Все ради того, чтобы победить. Ему было необходимо доказать свою значимость в этом мире. В эти минуты существовал только он, перекрытые улицы города и его соперник на красном Kawasaki. Соперник то вырывался вперед, то все же отставал на резких поворотах, закладывая свой мотоцикл к земле и прочерчивая коленом по асфальту. До финиша оставались какие сотни метров, Рюноске оставалось лишь чуть-чуть поднажать... *** 4 года назад. (RIOPY - Drive)       - Рю! Хорош торчать дома! Выходи и посмотри, что у меня есть! – крик Дазая, доносившийся из приоткрытого окна, заставил Акутагаву вздрогнуть.       Осаму оказался довольно шумным соседом. Переехав в соседний дом пару лет назад, тот с первого же дня прицепился к довольно замкнутому Рюноске и как старший принялся постоянно вытаскивать его на прогулки. Правда не всегда эти прогулки были безопасными.       Дазай умудрялся затащить тяжело вздыхающего Рюноске то в заброшенный недостроенный дом, то вывести в соседний город к морю, при этом не заплатив за проезд. Однажды Осаму умудрился протащить их ночной клуб по поддельным документам. Даже удивительно как охрана не увидела в них шестнадцатилетнего наглого подростка и четырнадцатилетнего смущенного юнца. Тем не менее данный поход в клуб оставил неизгладимое впечатление у Рюноске и он зарекся посещать подобные заведения.       - Осаму, что это? – Акутагава вышел на улицу и встал столбом, офигеевая от увиденного. Дазай стоял, облокотившись на старенький байк и довольно улыбаясь. – Где ты его достал? Только не говори, что ты его угнал.       - Вообще-то купил. У меня между прочим и права теперь есть. Так что все по закону. Или ты забыл, что я уже совершеннолетний? – Осаму усмехнулся, с удовольствием наблюдая за реакцией друга. – Хочешь прокатиться?       - Что-то я не уверен, что это хорошая идея, - Рюноске обошел по кругу мотоцикл, рассматривая его со всех сторон и замечая на нем следы потертой краски и несколько вмятин. – Он точно не развалиться?       - Рю, ты, как обычно, драматизируешь. – Осаму протянул Акутагаве шлем и, перекинув ногу, уселся на мотоцикл. – Поехали. Обещаю, что тебе понравиться.       - Охх... Ладно, - Рюноске надел шлем и застигнул ремни на подбородке. Усевшись за спиной Осаму, он неуверенно обхватил его за талию.       - Аку, держись крепче, не хочу, чтобы ты потерялся по дороге, - Дазай повернул ключ зажигания и мотоцикл взревел, оглушая округу.       Осаму убрал подножку и нажал на рычаг газа, из-за чего мотоцикл резко дернулся вперед. Акутагава сильнее сжал в руках талию Дазаю и выругался. Осаму же посмеялся и выехал на почти пустую дорогу, разгоняя своего пусть и старого, но довольно резвого коня.       Направляясь на загородную дорогу, они петляли между машин и резко входили в повороты. В эти секунды сердце Рюноске замирало, а в голове проносились мысли о неминуемой смерти под колесами встречного транспорта. Но постепенно привыкая, он начал замечать проносящиеся мимо витрины магазинов, прохожих, которые постоянно оборачивались в их сторону.       Когда они выехали за город, Акутагава немного расслабился и перестал так яро стискивать Осаму и прижиматься грудью к его спине. Теперь он смог наслаждаться поездкой и было в ней что-то особенно приятное, новое и вдохновляющее. После этого дня Дазай каждый день заезжал за Рюноске в школу и, под изумленные взгляды его одноклассников, увозил его куда-нибудь за город.       Акутагава уже совершенно не представлял свою жизнь без этих поездок, когда он держался за друга и прятал руки от встречного ветра у него под курткой. Ежевечерние остановки в каком-нибудь новом месте и постоянные разговоры не о чем и обо всем. Несколько лет теплой дружбы с Осаму заставили Акутагаву посмотреть на мир иначе и перестать считать его мрачным и жестоким.       Но с приближением осени настроение Дазая становилось все более мрачным. Он стал реже шутить и чаще смотреть на Акутагаву с нескрываемой грустью. Спустя какое-то время Осаму все же собрался с мыслями, он больше не мог оставлять Рюноске в неведении.       - Аку, мне нужно тебе кое-что сказать, - Дазай остановил свой байк около набережной и снял с головы шлем.       - Слушаю внимательно, - Акутагава слез с мотоцикла, так же снимая шлем, и размял затекшие ноги.       - Давай прогуляемся, - Осаму, не смотря на друга, пошел к набережной. Рюноске чувствовал, что разговор будет не из самых приятных и с Дазаем явно что-то происходит. Ему хотелось как-то помочь, но он не представлял в чем дело.       - Осаму, что с тобой? Ты последнее время сам не свой, - остановившись и перил, Акутагава посмотрел на друга, а затем перевел взгляд на противоположный берег реки, разглядывая ночные огни города.       - Через пару дней я уезжаю в другой город. Родители настаивают на моем обучении именно в том университете. И они конечно правы, но я... мне не хочется, чтобы оставался тут один, - Дазай опустил голову, и молча ждал, что ответит на это Рюноске.       - Уезжаешь? – тихо проговорил Акутагава, чувствуя, как сердце разбивается на миллиарды осколков. Ему и в голову не приходило, что они могут, когда-то расстаться. Казалось, что они всегда будут вместе, что он сможет каждый день слышать смех Осаму и любоваться искрящимися янтарными глазами.       - Да, прости, что не сказал тебе раньше.       - Отвези меня домой, - Рюноске сглотнул образовавшийся комок в горле и, понурив голову, пошел обратно к мотоциклу попутно надевая шлем. Больше всего он боялся остаться снова один как это было все его детство. Никто не хотел дружить и общаться с замкнутым и мрачным мальчишкой, что вечно утыкался в книги. Но именно в эту минуту захотелось сбежать. Он погрузился в мрачные мысли и не заметил, как Осаму довез их до дома.       Молча спустившись с мотоцикла и оставив на нем свой шлем, Акутагава развернулся к своему дому, замечая в окне, как родители снова ссорятся и кричат друг на друга. От этого стало еще более тошно, а ком в горле уже просто мешал дышать.       - Идем ко мне. Родители должны вернуться только завтра, сегодня переночуешь у меня, - Осаму взял его за руку и повел к себе в дом. Рюноске был не в силах сопротивляться, поэтому, как и всегда, следовал за Дазаем полностью ему доверяя.       - Не оставляй меня здесь. Осаму, я люблю тебя, - Стоило входной двери закрыться за их спинами, как Акутагава обнял Осаму, утыкаясь в его грудь. От страха потери из глаз непроизвольно текли слезы, а признание, в давно поселившихся в сердце чувствах, само сорвалось с губ.       - Я тоже тебя люблю и не оставлю тебя. Нам нужно подождать всего лишь два года, как только ты окончишь школу я приеду и заберу тебя, - Дазай крепко обнял Рюноске и прижал к себе. Его сердце с болью разгоняло кровь по венам от того, что долгое время не сможет видеть серых глаз, ставших такими ярким с их первой встречи. Осаму часто вспоминал, как увидел сидящего на крыльце Акутагаву с книгой в руках, а из их дома доносилась жуткая брань.       - Обещаешь? – Рюноске поднял голову и посмотрел в глаза Дазая, ища в них подтверждение.       - Обещаю, - Осаму склонился и поцеловал обветренные губы.       Акутагава закинул руки на плечи Дазая и ответил на поцелуй, позволив тому вести и направлять себя. С каждой секундой поцелуй из нежного и сладкого становился все более жадным и напористым. Осаму крепче прижимал к себе Рюноске, углубляя поцелуй, сминая чужие губы и сплетая языки. В коридоре становилось жарко и тесно. Куртки полетели на пол, а тяжелые ботинки разлетелись в разные стороны прихожей.       Рюноске тяжело выдохнул, когда Дазай толкнул его на свою кровать и, усевшись сверху стянул с него черную толстовку. Проведя ладонями по выпирающим ребрам и бледной коже, Осаму склонился и поцеловал пульсирующую вену на шее, а потом спустился ниже, целуя и прикусывая кожу на ключицах.       Акутагава запустил руки в каштановые густые волосы и закрыл глаза, отдаваясь на волю ощущениям. Поцелуи обжигали кожу, прикосновения рук заставляли тело дрожать и выгибаться. Напряжение в мышцах нарастало и тихие несдержанные стоны Рюноске наполняли темную комнату. Осаму искренне наслаждался податливым телом, оставляя всего новые и новые отметены то на шее, то на груди, то на талии, то впалом животе.       - Рю, ты так красив, - Дазай поцеловал Акутагаву в приоткрытые губы, а его рука скользнула вниз по чужому телу, добираясь до ширинки брюк и бесцеремонно расстегивая ее. – Ты ведь мне доверяешь?       - Аах... да... - на выдохе ответил Рюноске и приподнял бедра на встречу руке, прикоснувшейся к возбужденному органу сквозь ткань нижнего белья.       - Хорошо, - у Осаму самого дыхание давно сбилось, а сердце стучало как бешеное. Для них обоих это был первый раз, и он хотел быть как можно деликатнее. Пробежавшись поцелуями по телу Акутагавы, он поднялся и стянул лишнюю одежду с них обоих. Не сказать, что Дазай раньше не думал о том, что подобная ситуация может произойти между ними, поэтому в тумбочке уже давно была спрятана баночка интимного геля с запахом малины. – Постарайся расслабиться.       Рюноске следил за происходящим из-под полузакрытых век и прикрывал рукой покрасневшие щеки. Он смущался своей наготы и тому, как жадно Осаму смотрит на него. Дазай выдавил на пальцы прохладный гель и растер его, чтобы чуть согреть, и устроился между худых ног.       - Сейчас может быть не много не приятно, - Осаму склонился над Акутагавой и жадно поцеловал его, одновременно надавливая пальцем на плотно сжатое колечко мышц. – Расслабься, пожалуйста. Дыхание срывалось с поверхностного на глубокие судорожные вдохи. Рюноске вцепился в спину Дазая и зажмурил глаза.       - Рю, открой глаза и посмотри на меня, - Осаму поцеловал пылающую алым щеку и легко улыбнулся, смотря на затуманенный взгляд серых глаз. – Вот так, молодец.       Дождавшись, когда Акутагава сможет расслабить напряженные мышцы, Осаму снова жадно поцеловал опухшие губы и аккуратно ввел палец. По телу Рюноске от поясницы по всему позвоночнику пробежала горячая волна и он не смог сдержать стона. Дазай, не останавливаясь, продолжал двигать рукой, с удовольствием слушая всхлипы, доносящиеся от Акутагавы.       Спустя пару минут Осаму приподнялся и посмотрел на растрепанного Рюноске и его стройное тело, на котором виднелись темные пятна от поцелуев и зубов. Взяв в ладонь возбужденный пульсирующий член Акутагавы и проводя рукой от головки до основания, он вместе с этим добавил еще один палец сильнее растягивая и массируя горячие мышцы. Рюноске прикусил собственное запястье в попытке сдержать стоны и стискивал в руке простынь. Мозг плавился от ощущений и чувств, тело требовало большего.       - Осаму, пожалуйста... - взмолился Акутагава чуть хриплым голосом.       - Подожди еще чуть-чуть, я не хочу сделать тебе больно, - Дазай с трудом сдерживался, его член, налитый кровью, пульсировал и требовал немедленно оказаться в объятиях горячих мышц. Осаму добавил третий палец и начал активнее разминать и подготавливать Рюноске. От этих движений Акутагава выгнулся и схватил Дазая за руку, которой он без остановки оглаживал его член.       - Прошу тебя... - Акутагава сделал глубокий вдох и с мольбой посмотрел на Осаму.       - Хорошо, - Дазай прикрыл глаза и с шумом выдохнул. Нервы шалили, а руки дрожали. Иногда он представлял каким будет его первый раз и не раз в его фантазиях Рюноске просил его это сделать. И сейчас Осаму, несмотря нервозность, навис над Акутагавой и, помогая себе рукой, медленно вошел в него. Горячие мышцы нутра Рюноске моментально напряглись и сжались вокруг члена Дазая.       Осаму простонал и уперся лбом в плечо Акутагавы, который впился пальцами в его спину и откинул голову назад. Они оба тяжело дышали, привыкая к новым ощущениям и давая возможность сердцам хоть немного вернуть свой ритм.       - Ты в порядке? – отдышавшись, Дазай приподнял голову и посмотрел на Рюноске.       - Да...продолжай, - Акутагава потянулся за поцелуем, прикрывая веки и отдаваясь ощущениям от движений члена внутри него.       Осаму двигался медленно и аккуратно. Сначала почти полностью покидая тело Рюноске, а затем так же медленно и тягуче проникая обратно. От каждого движения по телу Акутагавы растекалась лава и он извивался под телом Дазая, который в свою очередь тихо стонал от окутывавшей тесноты.       Постепенно движения становились резче и быстрее. Рюноске обхватил бедрами талию Дазая, давая ему возможность увеличить амплитуду и изменить угол проникновения, и уже при следующем толчке в глазах заплясали звездочки от электрического разряда. Осаму громко простонал и увеличил темп, все сильнее и быстрее двигаясь.       Размер мира, окружавшего их, сжался до пары квадратных метров, в которых был лишь жар разгоряченных тел, тяжелое дыхание и громкие стоны. Их руки то переплетались, то ласкали обнаженную кожу. Простыни под ними давно сбились, а подушки упали на пол. Они самозабвенно наслаждались близостью и наконец получившей свободу страстью вперемешку с печалью от скорого расставания.       Дазай уже почти не мог сдерживать сжавшийся внизу живота комок нервов. Еще совсем чуть-чуть и оргазм накроет его, принося эйфорию и расслабление. Осаму протиснул руку между собой и Акутагавой и, обхватив его член, начал водить рукой по всей длине, что бы тот смог получить разрядку раньше, чем он. Рюноске в очередной раз хрипло простонал, горло уже саднило от постоянных стонов и резко выбиваемого мощными толчками Дазая воздуха из легких.       - Осаму...ааах...я не могу... - на ресницах Акутагавы проступили слезы, и он сильнее зажмурился, крепко держась за плечи Дазая.       - Давай... - Осаму поцеловал пересохшие губы, в этот момент член Рюноске за пульсировал в его ладони, извергая на их животы горячую жидкость. – Ах, черт.       Дазай выругался, когда его собственный оргазм лавиной накрыл его тело и разум заставляя тело содрогаться, а мышцы сводить судорогой. В эту секунду его мир схлопнулся до размеров одной вспышки перед глазами. Несколько мгновений спустя, Осаму рухнул на Акутагаву прижимая того своим телом к кровати и целуя истерзанную шею.       - Осаму... Мне нечем дышать, - прошептал Рюноске, обессилено положив руку на голову Дазая. - М-м-м-м....- Осаму перевалился на бок и продолжил целовать Акутагаву. – Ты в порядке?       - Ухм... - Рюноске промычал что-то похожее на «да, все хорошо» и постарался перевернуться на бок лицом к Дазаю.- Погоди секунду, я сейчас все уберу, - Осаму взял с тумбочки пачку салфеток и аккуратно вытер сначала тело Акутагавы, а затем и себя. Отбросив грязные салфетки на пол, он укрыл их покрывалом и прижал к себе обмякшего и расслабленного Рюноске.       - Осаму…       - М?       - Ты можешь не уезжать?       - Я… я буду писать и звонить тебе каждый день. Ты даже не заметишь, что меня нет. *** 4 года спустя. (Kavinsky - Nightcall)       - Акутагава? – воскликнул Тачихара, заметив приближение мрачного друга. – Неужели ты тоже решил учувствовать в гонке?       - А почему нет? – Рюноске с удивлением посмотрел на своего знакомого. Он хоть и не часто, но все же принимал участие в небольших мотогонках. А теперь, когда в городе решили провести крупный заезд, собравший гонщиков со всех близлежащих регионов, то было бы глупо такое пропустить. Даже несмотря на то, что она незаконна.       - Ну я просто подумал…       - Подумал, что я испугаюсь? – Акутагава усмехнулся. – Где там стойка регистрации?       - Эм... Вон там, где стоит рыжий парень. – Тачихара махнул рукой в сторону, где собрались несколько человек и что-то бурно обсуждали. – Аку, удачи тебе и будь осторожен.       - Ага. – Рюноске кивнул и направился в сторону ребят, которые записывали участников гонки и взымали плату за это самое участие.       С тех пор как Дазай уехал из этого города, жизнь Акутагавы снова превратилась в череду серых будней и одиночества. Первый месяц Осаму действительно каждый день писал ему и присылал фотографии с нового места жительства, но потом новая жизнь и учеба затянули его. Дазай почти перестал отвечать на сообщения или же писал, что очень занят и ответит позже.       Рюноске с трудом переживал это. Жизнь превратилась в ад одиночества, где родители каждый вечер выливали друг на друга ушат помоев, а в школе его все так же обходили стороной. Стараясь хоть как-то увлечь себя, Акутагава устроился подсобным рабочим и к своему восемнадцатому дню рождения уже смог накопить на довольно неплохой мотоцикл.       В день восемнадцатилетия его сердце не покидала надежда хотя бы получить звонок от человека, что так и не смог покинуть его сердце. Вот только надежда себя не оправдала. На следующий день Рюноске выкупил подержанный мотоцикл и колесил по загородным дорогам, вспоминая единственные счастливые моменты своей жизни.       - Фукучи, зарегистрируй меня, - Акутагава протиснулся к седоволосому мужчине, что периодически устраивал гонки на загородных трассах города.       - О, Акутагава! Рад тебя видеть. Думаю, что эта гонка тебя удовлетворит. Сегодня тут собралось много достойных гонщиков, - Седоволосый мужчина ухмыльнулся и перевел взгляд на невысокого рыжего парня, стоявшего чуть в стороне, скрестив руки на груди. – Чуя, а ты переживал, что достойных соперников не будет. Ручаюсь, что Рюноске заставит тебя попотеть на трассе.       - Хм, это мы еще посмотрим, - глаза Накахары блеснули в полумраке освещенной фонарями улицы.       - Эй, ну тише ты. Соревноваться будете на трассе. – Фукучи принял от Акутагавы деньги и внес его в список участников. – И так. Коротко и быстро. Трасса длинной десять километров, полностью проходит по улицам города. Переживать от полиции или других эксцессах не стоит. Там, где надо уже оплачено, а улицы перекрыты как бы для ремонта. Старт состоится через час, а пока отдыхайте.       Получив необходимую информацию, толпа разошлась в разные стороны. Кто-то пошел проверять свои мотоциклы и защиту, кто-то просто поболтать с друзьями. Рюноске же просто хотел посидеть в одиночестве. Он пошел в запрещенный мотоспорт только для того, чтобы хотя бы иногда чувствовать себя живым из-за всплеска адреналина в крови.       - Значит ты и есть тот самый Акутагава о котором мне сегодня все уши прожужжали? – Чуя объявился прямо перед самым носом Рюноске и не дал ему уйти.       - Возможно. Я всякими сплетнями не увлекаюсь.       - Говорят, что ты сумасшедший и вообще не знаешь тормозов. – Накахара усмехнулся, рассматривая своего будущего соперника. – Что ж…       - Чуя! Я тебя нашел! – договорить Чуе не дали, внезапно появившейся из неоткуда высокий парень обхватил его со спины и приподнял. – Ты уверен, что тебе нужно принимать в этом участие?       В этот момент сердце Акутагавы разлетелось, оставив вместо себя лишь стеклянную пыль. Передним стоял Дазай широко улыбаясь и смотря на Чую, что бранил его за наглое поведение.       - Естественно я буду учувствовать! – Накахара ударил парня локтям куда-то в печень и вырвался. – Тем более ведь именно тут будет участвовать тот парень в черном о котором нам рассказывали!       - И вот сдалось оно тебе, - Осаму наконец отвлекся и повернулся к замершему на месте Рюноске. – Аку?       - Что ты тут делаешь, Дазай? – внутри Акутагавы закипала злость от смутного осознания происходящего.       - Вы знакомы? – Чуя нахмурился и переводил взгляд с одного на другого.       - Я… - Осаму замешкался, стараясь подобрать слова, но голова опустела и в ней стоял лишь тихий звон.       - Были знакомы. Когда-то давно, – Рюноске перевел взгляд на Накахару, стоявшего чуть впереди перед Осаму и держа его за руку. – И давно вы встречаетесь?       - Эм…примерно три с половиной года, а почему ты спрашиваешь? – Чуя ответил немного не уверено и, повернув голову, посмотрел на Дазая. – Может объяснишь, что тут происходит?       - Просто…эм… я когда-то жил в этом городе, и мы были с Аку соседями, а потом я переехал. С тех пор мы не общались, - Осаму постарался невинного улыбнуться, но под сердитым взглядом Акутагавы сбился.       - Тогда понятно почему ты перестал отвечать на мои сообщения. Что ж, видимо зря я поверил твоим обещаниям, - в кровь выплеснулся адреналин и в груди заклокотала злоба на самого себя, за то, что верил и надеялся все эти годы. Рюноске просто не мог больше находится рядом с ними, бросив еще один взгляд на парочку, он прошёл мимо них к своему мотоциклу.       - Чуя, прости. Я сейчас вернусь, - Осаму ломанулся в след за Акутагавой, пропуская мимо ушей ругань своего парня. Дазай догнал Рюноске, когда тот уже добрался до своего мотоцикла и, перекинув ногу, уселся сверху.       - Чего тебе? – Акутагава смотрел в сторону собирающихся зрителей, не желая видеть человека, который предал его и оставил в одиночестве.       - Рю, дай мне все объяснить, - Дазай сделал еще один шаг к нему.       - Не смей меня так называть.       - Рю, пожалуйста, не злись. Понимаешь, охх, я и сам не знаю, как все так получилось. Мы с ним встретились на гонках и оказалось, что у нас много общих интересов и все случилось просто само собой…       - Дазай, мне похер как и что у тебя случилось. Ты оставил меня. Твои оправдания тут не уместны. Тебе понадобилось лишь пару месяцев, чтобы забыть и заменить меня на другого. Тогда как я ждал тебя все это время, постепенно утопая в этой грязи. Поэтому знаешь что? Иди к черту! - Рюноске повернул ключ зажигания и мощный мотор заурчал под ногами.       - Аку, тебе не следует, участвовать в гонке в таком состоянии, - Осаму хотел взять Акутагаву за руку, но остановился.       - Лучше следи за своим парнем, он явно недоволен тем, что ты сейчас со мной разговариваешь, - Рюноске кивнул в сторону и, пока Дазай обернулся, убрал подножку и поехал к стартовой линии.       В голове шумела кровь, руки дрожали, крепко держась за руль. Единственный человек в жизни, которому Акутагава мог доверять действительно предал его и просто забыл, заменив кем-то более интересным и ярким. Накахара подъехал к стартовой линии справа от Рюноске и молча посмотрел на своего соперника. Чувствуя на себе чужой взгляд, Акутагава глубоко вздохнул и надел шлем.       В эту ночь сердце Рюноске превратилось в холодный камень, наполненный болью и сожалениями. Знакомый ком в горле мешал дышать. Больше не было никаких причин для надежды. Оставалась только скорость и пролетающие мимо огни улиц.       На дорогу перед участниками вышла молодая девушка и подняла над головой стартовый пистолет. Собравшиеся зрители выкрикивали обратный отсчет. Хоть Акутагава и проиграл Чуе в битве за сердце любимого человека, то на трассе он ему победу не отдаст. Прозвучал выстрел и десятки моторов взревели словно дикие звери, а шины с визгом прокрутились по асфальту, оставляя черные полосы.       Рюноске, не смотря на свою страсть к скорости, всегда старался быть осторожен и заранее просчитывать траекторию движения. Но сегодня все это стало не важно, он выжимал из своего мотоцикла максимальную мощность, закладывая его практически параллельно земле на крутых поворотах. Уже спустя минуту все соперники остались далеко позади, кроме единственного красного Kawasaki, что маячил где-то на периферии зрения.       Весь мир превратился в одну сплошную смазанную картинку. Есть только Акутагава, полутемные улицы, рев мотора и соперник. Накахара то вырывался вперед, то все же отставал на резких поворотах, закладывая свой мотоцикл к земле и прочерчивая коленом по асфальту. До финиша оставались какие сотни метров и один перекресток. Рюноске прижался грудью к баку и выжал газ до упора, наконец окончательно вырываясь вперед.       Дазай стоял на импровизированной трибуне и внимательно следил за происходящим на старте. На сердце стало не спокойно. Красный Kawasaki поравнялся с черной Honda, Осаму замер и сжал кулаки. Секунды до старта и прозвучал оглушительный выстрел. Дазай проводил взглядом моментально сорвавших с места Чую и Рюноске, а затем перевел взгляд на экраны, установленные на столах у организаторов и транслирующие видео с городских камер.       Единственное, о чем сейчас молился Осаму, чтобы они оба вернулись целыми на финиш. Ему было все равно кто из них придет первым. Он испытывал чувство вины перед Акутагавой, ведь не смог найти в себе силы, чтобы все рассказать. Он не знал, что Рюноске все это время ждал его, надеясь на чудо.       Спустя несколько минут вдали послышался рев моторов и в дальнем конце улицы показались фары двух мотоциклов. Дазай видел, что они явно не собираются уступать друг другу, но до финиша осталось совсем чуть-чуть и он сможет еще раз попытаться поговорить с Рюноске и нормально объяснить произошедшее Чуе.       Неожиданно из-за поворота вылетел небольшой грузовик именно в тот момент, когда Акутагава выжимал газ на полную и проносился через перекресток. Водитель попытался остановиться, но из-за большой скорости грузовик по инерции двигался вперед и буквально снес мотоцикл Рюноске, откидывая его вместе с мотоциклом в сторону не меньше, чем на пятьдесят метров. Толпа зрителей взревела, и в этот момент послышал лязг железа, кабина грузовика опрокинулась, а через нее перелетел Kawasaki и ударился о землю.       Со всех сторон послышались крики людей, толпа ломанулась к месту происшествия. Дазай ошеломленно смотрел, как вокруг лежащих на асфальте тел собираются люди. Не помня себя и словно в заторможенной съемке, Осаму медленно приближался к ним.       Люди кричали и пробегали мимо. Кто-то пытался вызвать скорую, а кто-то сидел на земле, обхватив голову руками. Осаму прошел мимо искорёженного красного мотоцикла, а затем пробрался сквозь людей и увидел переломанное до неузнаваемости тело Чуи. Рядом с ним сидел какой-то парень, приложив руку к сонной артерии. Спустя пол минуты тот убрал руку и медленно покачал головой.       Сердце Дазая рухнуло в пропасть. Он повернулся и пошел в сторону, где предположительно должен быть Акутагава. Там толпа уже расходилась, а рядом с Рюноске сидел рыжий парень и плакал. Вокруг тела Акутагавы образовалась огромная лужа черной крови, медленно растекающаяся по асфальту. Крик Осаму перекрыл шум потрясенной толпы и заставил их обернуться. Дазай упал на колени и закрыл лицо руками.       - Я не должен был… Я был обязан их остановить…Если бы тогда я не…       Горе и отчаяние застилало его разум. Он не слышал, как подъехали машины скорой помощи и полиции. Он уже не видел, как тела Акутагавы и Накахары грузят в машины, чтобы отвезти в морг.       - Это моя вина… Если бы я не уехал… Если бы я не согласился поехать сюда…       Среди мерцающих красно-синих огней спец машин, проходящих мимо чужих людей, Дазай видел только черную кровь, стекающую по асфальту.