deviation from the program

Напарники вошли в здание. Его обитатели уже знают, что они пришли, поэтому везде тихо, нет ни единой души. Это плохо. Солдаты поднимаются по лестнице вверх, и там их встречает отряд, приблизительно, из дюжины человек. Они быстро избавились от них, но Зимний постоянно отвлекался на Нулевую. Чёрт возьми, это мешает. Солдат расправился с последним человеком из группы, перерезав ему глотку ножом. Он падает на пол, заливая всё вокруг кровью. Звук его падения отдавался эхом, вокруг было оглушающе тихо, но Зимний не придал этому значения. «Чёрт, какой же я дурак» — подумал бы он тогда. Зимний Солдат проходит в кабинет, затем в следующий, пока не заходит в пустую комнату в этом огромном доме. Простукивая стены, и обнаружив, что они полые, он выломал часть стены, после чего перед ним легла комната, в которую не проникал свет. Вооружившись ножом, Солдат начал входить, как вдруг на него накинулся кто-то сзади. Вот и он, тот, ради которого их и послали на это чёртово задание. Мужчина начал душить его, но Зимний ударил его затылком, кажется, сломав ему нос. Нападавший ослабил хватку, и он воспользовался этим, развернувшись и сбив его с ног. Несколько раз встретившись с бионикой, он отключается. Солдат выстреливает ему в лоб, срывает с шеи ключ и открывает ящик его стола. Достав кейс и проверив содержимое - возвращается в машину, лишь сейчас замечая, что Агента нет рядом. Неужели она не справилась, и эту идиотку схватили? Как бы не так. Солдат поднимается по лестнице, идёт в коридор и слышит хрипение. Он ощутил давно забытое чувство - страх. Страх за эту маленькую идиотку. Он пошёл на звук и увидел её в луже крови, а она ёрзала по ковру от боли, стараясь не терять сознание и дышать. — чёрт, Агент. — говорит ей напарник, осторожно подхватив на руки, — на меня смотри, не смей отключаться! — сквозь зубы произносит и как можно быстрее убирается оттуда. — Зимний... — сбивчиво говорит она, хватаясь за экипировку мужчины рукой, и он видит страх в её глазах. Напарник ничего не отвечает ей, укладывая в машину, а после, сев на водительское, вжимает педаль газа в пол, чтобы успеть. Главное успеть. Чаще чем на дорогу он смотрит в зеркало заднего вида, чтобы следить за её состоянием. Она ещё в сознании, но очень часто дышит и скулит от боли. И в один момент она теряет сознание. Всё в этом мире остановилось для Солдата, но он гнал с новой скоростью. Наконец добрались до базы, и он быстро вытащил её и этот злосчастный кейс, и, не задумываясь ни о чём, Зимний как можно быстрее направился в мед.блок, передавая её врачам. После его вызвали к Пирсу, и как бы Солдат не хотел остаться, вынужден был пойти к нему. — что с Нулевым Агентом? — кинул начальник, рассматривая содержимое кейса. — в мед.блоке с тяжёлым ранением. Без сознания сейчас. — ровно говорит мужчина, хотя сердце разрывается на части. — «Мне нужно быть рядом с ней, а не здесь, мне нужно знать, что с ней» — думает он про себя, стараясь не выдавать волнения начальнику. Через несколько минут пустой болтовни Пирс отпускает его, и Солдат мучительно медленно, чтобы не вызвать подозрений, идёт в сторону мед.блока. — у меня приказ узнать, что с Нулевым Агентом. Какое у неё состояние и чего ждать? — говорит мужчина одному из врачей, который явно напряжён в его присутствии. — состояние тяжёлое, большая кровопотеря, сейчас без сознания. Мы не знаем чего ждать — он трясётся, говоря это. Видно, что новичок. Зимний грубо отталкивает его в сторону, заходит в палату. Благо, там никого не оказалось. Чёрт, да кому они с ней нужны? Подойдя к койке, мужчина садится на стул рядом, берёт её руку в свою правую, подносит к губам. Она холодная. — знаешь кто ты после этого? — тихо шепчет напарник, касаясь губами её костяшек, — ты маленький глупый агент — усмехнулся, хоть и хотел кричать до потери сознания он. — ты мой маленький глупый агент. Солдат тихо смеётся, а потом сжимает губы в тонкую полоску, чувствуя, как неприятный ком в горле мешает говорить, дышать. Он осторожно опускает голову рядом с телом девушки, а тело его начинает трясти. — эй, помнишь, как-то мы с тобой так сильно попали, что нас посадили в ту жуткую комнату? — тихо говорит Зимний, стараясь. сдержать всхлипы. — ты ещё тогда напевала ту песню, помнишь? Как же это... Не помню — мужчина усмехнулся и замолчал, пытаясь вспомнить слова. — я ещё не мог уснуть тогда из-за кошмаров, но ты... Ты обняла меня и спела её по-русски. Я не помню, прости. — судорожно шепчет он, утыкаясь лбом в её бок, чувствуя, что она тёплая, и прижимается головой как можно ближе к ней. Мужчина не выдерживает. Он зарывается лицом в подстилку, начиная тихо всхлипывать, позволяя слезам вырваться наружу. Он просидел так может полчаса, может, больше - за временем в тот момент никто не следил. И он посидел бы с ней ещё, но ему не позволили. В палату зашёл Александр Пирс. — что ты тут делаешь, Солдат? — он подходит к мужчине, который не смеет и шевелиться. — отвечай на поставленный вопрос. — проверял Агента. — тихо и не совсем уверенно отвечает Зимний. Пирс встаёт рядом с ним, заставляя посмотреть на себя. Увидев красные глаза Солдата и то, как он дрожит, Александр глубоко вдыхает и выдыхает, стараясь сохранить спокойствие. — вновь играете в любовь? — спокойно спрашивает он, потом веля Солдату подняться. Тот молчит — отвечай, когда с тобой разговаривают! — кричит он, ударив рукой по щеке мужчины перед ним. Солдат молчит. Пирс итак обо всём догадался, так что приказывает мужчине выйти. У того в голове мешаются мысли. Он поднимается, начав уходить, но что-то требует того, чтобы он остался. Совсем погрязнув в своих мыслях, злясь на самого себя за то, что случилось с девушкой, он на секунду теряет свой железный контроль над самим собой, почувствовав, что в его спину утыкается дуло винтовки. Резко развернувшись, он грубо хватает дуло своей бионикой, отклоняя от себя и ударив в висок того, кому эта винтовка принадлежала. Пирс, идущий рядом, сразу же отошёл назад, а остальные агенты нацелили на Солдата свои винтовки. За пару минут он разобрался с этой жалкой группой, разъярённо дыша и стоя над их телами. — Солдат, это что такое? — вопит Пирс, хотя и сам боится мужчины перед ним. Тот повернул на него голову, смотря взглядом, полным злобы. В голове всплывают воспоминания того, как этот человек издевался над ними. Всего пара шагов и Солдат стоит вплотную к Александру, сжав металлические пальцы на его шее. В тот же момент по коридорам слышны шаги ещё одной группы, которые наставляют оружие на Зимнего. Он не обращает на них внимания, до того момента, как раздаются выстрелы. Четыре выстрела, четыре пули, которые попали в четыре разных места. Солдат разворачивается на группу, но уже поздно. В глазах всё темнеет и он валится на пол.

Ложкой снег мешая, Ночь идёт большая, Что же ты, глупышка, не спишь? Спят твои соседи, Белые медведи, Спи и ты, малыш.

Солдат очнулся в холодном поту, когда услышал знакомый голос. Он судорожно оглядывается по сторонам, но вокруг темно. — Агент? — шёпотом зовёт он девушку, ведь точно только что слышал её голос. — Агент! — он старается сдвинуться с места, но каждое движение причиняет боль. В ушах мерзкий писк, мешающий сосредоточиться хоть на чём-то. Мужчина набрёл в темноте на стену, прижался к ней спиной, поджав ноги, чувствуя невыносимый холод. Он закрыл голову руками, ведь та была готова расколоться от боли. Солдат чувствует, как по его жилам разливается страх. Он вспомнил, что сидел рядом с Нулевым Агентом, стараясь вспомнить песенку, но всё было без толку. Агент. Она ещё там. Как она? Мысли о девушке не дают покоя. Сейчас она - это всё, что волнует его. Сколько он здесь уже лежит? Очнулась ли Нулевая? Голова разрывается от тревоги. Он попробовал закрыть глаза и дышать, но как только он сделал это, то перед ним сразу же показался образ девушки. Лицо Агента было в крови, нос сломан, а взгляд выражал недовольство. — ты бросил меня там. Ты бросил меня, напарник! — кричит она, а потом по её щеке скатывается слеза. — почему ты бросил меня?! Её крик эхом раздаётся вокруг, но слышит его лишь Зимний, закрывая уши руками. — Агент, я не хотел... Прости меня, прости, прости!..— судорожно шепчет Солдат, а голова начинает болеть сильнее. Агент положила руку на его плечо, заставляя Зимнего сесть. И он садится, смотря в пустоту. Девушка кладёт руки на его плечи, смотря точно в глаза. — ты оставил меня там. И теперь я оставляю тебя. — равнодушно кидает девушка, а мужчина повторяет лишь одно слово «нет». Он хватается руками за пустоту, надеясь, что зацепит девушку и она останется с ним. Солдат не хочет её отпускать, не хочет, чтобы она ушла. Но это происходит. — Нулевая, прошу, останься. — умоляюще шепчет он в след уходящей девушке и вновь остаётся один. Страх накрывает с головой, он не может отличит реальность от галлюцинаций. Поджав колени к своей груди, где уже почти затянулись раны от пуль, он прячет в них голову, вспомнив слова песенки, услышав которую, проснулся в этом ужасном месте.

***

— Зимний, эй, мальчик, смотри на меня. Прошу, держись, только держись, ладно? — вторит ему Нулевая, когда он вспомнил, при каких обстоятельствах услышал песню впервые. Зимний молчит, ведь даже такое простое действие как говорить, даётся с трудом. Агент усаживает его рядом с собой, облокотив о стену. В тот раз они ужасно плохо справились с заданием, упустили цель, после чего человек, что был важен организации, оказался мёртв. Их наказали и избили, заперев в тёмной камере на несколько дней без еды и воды, и даже не разделили, что, наверное, было бы худшим наказанием для них. Чувствуя, что здесь слишком холодно, напарница приобнимает напарника, но, видя, что тот еле держится, чтобы не упасть без сил, укладывает головой на свои колени. А затем, чтобы хоть как-то разбавить тишину, которая уже резала уши, начала тихо, на ненавистном им обоим русском, напевать слова, которые услышала когда-то очень-очень давно.

— Ложкой снег мешая, Ночь идёт большая, Что же ты, глупышка, не спишь? Спят твои соседи, Белые медведи, Спи и ты, малыш...

Агент обнимает напарника одной рукой, а тот прижимается к ней ближе своей спиной, чуть улыбаясь несмотря на боль, а девушка продолжает.

—...Мы плывём на льдине, Как на бригантине По седым, суровым морям. И всю ночь соседи, Звёздные медведи Светят дальним кораблям.

***

Мягко улыбнувшись этому воспоминанию, которое не сможет выжечь ни одной обнуление, мужчина поднимает голову, утыкаясь затылком в холодную бетонную стену. Затем, будто в лихорадочном бреду начал тихо, на ломанном русском подпевать этой песенке, покачиваясь из стороны в сторону. Он понимал, как глупо возможно выглядит, но, не переставая, вновь и вновь повторял эти слова колыбельной, пока не отключился, чувствуя чьё-то тепло рядом с собой. Несколько дней мужчина провёл в этой клетке. Эти несколько дней тянулись для Солдата невыносимо долго, он то и делал, что прокручивал тот день у себя в голове, ужасно виня себя за всё. Сейчас снаружи утро, может, день, а может и вовсе вечер, ему не докладывают, поэтому он ждёт, когда организм сам отключится от отсутствия сна. — Солдат? — раздаётся голос девушки, а Зимний не реагирует. Он уже привык к галлюцинациям, привык, что она будет винить его за то, что он бросил её там, а потом она вновь уйдёт, оставив мужчину одного. — Солдат. — зовёт его Агент, хватаясь руками за дверь клетки. Нащупав на стене выключатель, зажигается где-то в коридоре тусклая лампочка, хоть как-то, но освещая помещение. — Агент? — смотрит Зимний на неё, точно не веря, что она тут. Он срывается с места, буквально врезаясь руками в решётку рядом с девушкой. — Агент. Прости меня, прости, прошу. Я не хотел, не хотел, чтобы с тобой это случилось... — что? — перебивает его девушка, положив свою ладонь на его руку, погладив большим пальцем тыльную сторону ладони. — за что простить? — я бросил тебя там, и ты пострадала. — на выдохе сказал Зимний, виновато смотря в её глаза. — ты пострадала из-за меня, я не уследил, я бросил тебя... — вторил он, а дыхание вновь сбилось. — это не твоя вина. Всё в порядке. — Нулевая мягко улыбнулась ему, протянув руку сквозь решетку, и погладила его по щеке. Солдат прикрыл глаза, прижавшись лишь ближе. — со мной всё в порядке, видишь? Я жива. — увидев кроткий кивок с его стороны, девушка улыбнулась. Её тёплые руки, их нежные прикосновения, её мягкий голос, - всё это всегда успокаивало Солдата. Рядом с ней и нигде больше было то самое место, где он чувствовал спокойствие. Когда в последний раз Зимний Солдат ощущал с кем-то то же, что и с ней - он не знал. А может, не ощущал вообще, но ему нравилось это спокойствие. — я так волновался за тебя, маленький глупый агент — тихо прошептал мужчина, переплетая их пальцы. Девушка лишь закатила глаза и усмехнулась, услышав это прозвище. Зимний Солдат смотрел на напарницу, точно на какое-то чудо. Она это заметила и отвела взгляд, как подросток, а на щеках появился румянец. Солдат думал, она останется с ним, хотел, чтобы она вновь спела ту песню, хотя бы поговорила с ним, но Агент знала - она здесь не надолго. — меня переводят на другую базу..— начала тихо девушка спустя несколько минут тишины. Солдат застыл, не веря услышанному. Он вопросительно посмотрел на неё, сказав лишь одно слово «когда?», отказываясь верить в её слова. — через несколько часов. — отрешённо произносит девушка, потупив взгляд. — нет, ты не можешь. — он отрицательно качает головой, отстраняясь от решётки, начиная расхаживать по камере. Нулевая молчит, не зная, что можно сказать. Ей самой не хотелось уходить, но осталось у неё всего несколько минут. Она подозвала Зимнего к себе, а тот молча упёрся лбом в железную решётку, исподлобья смотря на девушку. Она постаралась мягко улыбнуться ему, чему он лишь горько усмехнулся. Спустя минуту, когда времени оставалось ничтожно мало, мужчина протянул руку к девушке и положил на её щёку. Она несмело начала приближаться, коснувшись своими губами его губ, но через секунду отстранилась, смотря точно в глаза. Тогда Солдат берёт инициативу в свои руки, накрыв её губы своими в нежном поцелуе, вложив в него все чувства, что испытывает к ней и отстраняется лишь тогда, когда кислород закончился. — тебе пора. — кидает Зимний и отстраняется, уходя вглубь камеры, скрывая чувства, которые были готовы разорвать его изнутри. Агент опускает голову, молча уходя прочь. Уходить тяжело, но так нужно. Этого требует от них программа. Оружие не должно чувствовать любви. Оружие не должно ничего чувствовать.