Рождённые в горах. Тропа светлячков

Риа стояла на пороге дома и плакала в плечо маме. Драконы забрали папу и сожгли деревню! Мама тоже заливалась слезами и шептала что-то дочке. Жители уже вышли на улицы и удивлённо смотрели по сторонам. Многие дети тоже начали плакать, даже не успев понять, что произошло. Сосед ругался плохими словами и проклинал всё, на что Солнце светит. Одна старуха Эйва оценивающе смотрела на происходящее в деревни. Она была самой старой и мудрой женщиной. Травницей. – Жители горной деревни! – Воскликнула она так громко, чтобы её услышали все. – Нечего тратить время на слёзы и ругательства. – Продолжала она холодно и почти без эмоций, стараясь не показаться слабой. Она презрительно посмотрела на Дуна – соседа Рии, Дэлл и, до поры до времени, Скутта. – Давайте собирать всё самое важное и отправляться искать новое место для поселения. Торопитесь. С этими словами она удалилась во тьме своего дома. Всё-таки, ночь ещё не кончилась, поэтому скоро зажглись огоньки ручных факелов. Мужчины поддержали травницу и стали шустро собирать большие дорожные сумки со всеми своими вещами и провизией: вяленым мясом и орехами. Некоторые женщины смогли потушить на время эмоции, а некоторые нет. Дэлл относилась ко вторым. Она всё сидела на пороге истлевшего дома и пускала ручьи по щекам. «Как?! Как такое могло случиться? В чём я согрешила?», – думала она. К ней подошла Эйва и обняла, нашёптывая на ухо слова поддержки. Спустя некоторое время Дэлл встала на ноги и тоже стала собираться. Риа осталась сидеть на пороге, потупив взгляд. Но она уже не плакала. Она просто сидела и смотрела в дыру, прожжённую драконами в земле, сросшуюся из трёх таких бездонных впадин. Теперь по форме она напоминала улыбку, разлёгшуюся вдоль всего леса. Лесом теперь это можно было именовать с большой натяжкой – из земли торчало несколько обугленных стволов, разлетающихся на ветру. И больше ничего. Юную девочку захватил нездоровый интерес. Что же могло находиться там? Будь совершенно маленькой девочкой, она не представляла, как ей будет тяжело потом от потери отца. Она и не верила сейчас, что он исчез навсегда. На подсознательном уровне Риа знала, что папа скоро вернётся. Она встала и маленькими шажками начала подходить к ущелью. По приближению к нему земля становилась всё теплее, хотя воздух снова похолодел. Когда оставался всего лишь один шаг до того заветного момента, когда она смогла бы увидеть, что там находится, её окликнула мама: – Куда ты, детонька? – Спросила она, подбегая. – А ну иди в дом, да оденься потеплее, нас ждёт долгий поход. Любящая мать с красными глазами и багровыми щеками схватила дочь за руку и повела домой, а когда крепко обняла её худенькими ручонками, прошептала на ухо: – Всё у нас получится. Всё будет хорошо. Я позабочусь об этом. – Твердила Дэлл несколько минут, уткнув лицо в плечо дочки. * * * Все мужчины и женщины вновь кругом сидели у полыхающего Костра. Только на этот раз запах угля и гари был не его деянием. Риа сидела рядом с мамой. Она хотела сесть к ней на коленки и съёжится от холода. Но из-за того, что у мамы в животе жил малыш, девочка не решилась на такой поступок. Она очень ждала сестрёнку или братика. Теперь Риа, поглощённая в собственные мысли, не хотела играть с детьми, хотя и раньше не проявляла никакого интереса к их занятиям. Трюггви подсел к ней и протянул дрожащей рукой сухой цветочек. Когда девочка увидела что-то отдалённо напоминающее жизнь в этом хаосе, ей стало немного легче. Мальчик с короткими волосами цвета тёмного мёда и солнечными веснушками на носу улыбался не только губами, но и глазами. Риа аккуратно взяла маленькими пальчиками сухой цветок и, сжав ладонь Трюггви, стала слушать то, что говорила деревня. – …раскол слишком велик! – Заключил кто-то. – И что? – Возразила Эйва и повернулась в другую сторону. Она обратилась к другому парню. – Ты, Кален, предлагаешь нам обойти гору!? – А что нам остаётся? – Спросил Кален, встав на ноги. Дом Скутта стоял на окраине деревни и, одновременно, находился ниже всех. Раскол отрезал лёгкий путь к отступлению отсюда. – А почему нам надо уходить? – Поинтересовалась Нила. Она являлась женой Дуна и сидела рядом с ним. – А потому, что вся земля в округе прожжена и неплодородна. – Ответила Эйва. – Одним взором чувствую. – А мы можем пойти параллельно разлому? – Решила подать голос Риа. Все резко уставились на неё. – Риа, дело в том, что некоторые из нас не в состоянии преодолеть такое расстояние. – Ответила ей Эйва. – Например, твоя мама или Даан, который попал под лавину. Путь наверх будет короче и легче. – Но он будет сложнее! – Возразил Кален. – Я так не считаю. И мы с ясной точностью можем сказать, что земля там осталась целёхонькой. – Ответила Эйва. – Да что ты только про землю и говоришь-то? – Спросил Кален немного нервно. – Там же и холоднее будет, и животных явно меньше. – Думаю здесь животных нет теперь и вовсе. – Сказала Эйва. – Полагаю, они все сгорели. А те, что чудом выжили, умрут от голода. Воцарилась долгая тишина. Все о чём-то думали. – Предлагаю устроить общий совет! – Произнёс Кален, пробежавшись взглядом по всем собравшимся. Упёртый парень сейчас действительно искренне верил в свою идею. Этим он, сам того не желая, походил на своего отца. – Ну давайте. – Согласилась Эйва. – Кто за то, чтобы пойти наверх, подойдите ко мне. Кто за то, чтобы обойти разлом, станьте к Калену. По итогам решили, что отправятся вверх. Неугомонный Кален пытался уговорить жителей остаться, но кто он против большинства? Ему пришлось поддаться общему гнёту. Кален считался самым старшим среди детей. Ему было всего четырнадцать зим. У него с детства росли короткие белые волосы, торчащие во все стороны, напоминая снегопад, была светлая кожа и пронзительные голубые глаза. Он намеревался пойти в охотники и для этого овладел луком, топором и копьём почти в совершенстве. Жители двинулись в путь в тот же час, оставив родные земли позади. * * * Путь лежал через густой, но лысый лес. Дети, то и дело, постоянно поскальзывались об обросшие льдом корни чинаров, которые торчали из земли и покрывали её полностью – так далеко тепло по земле не расползлось. Через несколько часов после начала шествия стала завывать вьюга. Жители сразу спохватились и начали расставлять палатки. Несмотря на то, что они постоянно вынуждены были это делать на охоте, первая палатка оказалась готовой только через полчаса. В неё сразу погнали детей. Калена послали вместе с ними, чтобы он присматривал за ними и за непривычно молчаливыми юношами с девушками. Он не умел ставить палатки и времени на учёбу сейчас не хватало, а поэтому ничем пригодиться на улице парень не мог. Ветер немного попадал во временное жилище, но из-за того, что в палатке сидело много человек, держалась приятная температура. – Кален, ты уверен в том, что мы дойдём? – Спросил кто-то из детишек. – Конечно дойдём. Что за глупый вопрос? – Изумился он. – Наши предки, как-никак были викингами! Они жили в местах, где и не такие ветра дули! А вообще, жалко очень, что из поколения в поколения мы забыли наших Богов. Многие записи были потеряны или сожжены. Теперь нам только остаётся догадываться, кому когда-то тогда, ещё совсем давно, пока и горы здесь не было, поклонялись наши предки. Радует только то, что мы нашли замену прошлым божествам в Костре. Вы знаете, что он означает? – Парень изо всех сил пытался разговорить детишек рассказами о былом времени, чтобы они не печалились. Пытался их отвлечь. Все дети неопределённо покачали головами. – Не знаете значит… Тогда я вам расскажу. Костёр берёт своё начало в руке того, у кого огниво, в ладони человека, а потом переходит на землю, сжигая древесные ветви. Костёр означает чистоту совести, разума, намерений и поступков. И хоть о нём не написано в сохранившихся свитках, именно Костёр движет нами. Рядом с Каленом сидела напуганная малышка Эйлин. Парень сжимал её руку в своей, согревая теплом. Все молча сидели и ждали, что же будет дальше. Дети хотели только счастья и тепла для всех-всех жителей горы, которым пришлось ночевать в лесу из-за вторжения драконов. А тем временем, жители деревни возвели вторую палатку, где поселились женщины и Даан. Он долго отказывался идти отдыхать. Ведь он мог бы быть полезным. Ходить у него не получалось, только скакать на одной ноге. Но никто и слушать его не стал. Вот возвели третью и четрвёртую палатку. В них разместились все остальные. Весь день продолжалась вьюга. Лишь к вечеру она растворилась в ночном небе. Вяленое мясо передавали из палатки в палатку и днём, и вечером. Детишки откусывали от куска совсем мало, а Кален говорил им: – Берите больше, всё равно я не буду. – Он жертвовал собой, ведь знал, что протянет без еды гораздо дольше. На следующее утро, когда старшие мужчины уже сложили свои жилища, все снова двинулись в путь. Толпа шла молча, всем было прискорбно вспоминать о событиях прошлого дня, немного осевших в памяти. Лишь изредка кто-то обменивался парой фраз или дети спрашивали у взрослых: «Когда мы дойдём?». Нежданно, тишину нарушил треск ломающихся веток. Все застыли на местах и стали оглядываться. Звук повторился, и теперь уже все услышали, откуда он доносится. Жители смотрели в чащу когда-то непроходимого леса и, с замиранием сердца, готовились к обороне. Они простояли так больше минуты. Незримый враг тоже стоял и ждал. – Выходи, самозванец! – Выкрикнул Даан, опираясь на плечо жены. – Если не боишься! Тишина. Слышно лишь громкое сбивчивое дыхание детей. Так из кустов никто и не вышел. Группа из нескольких десятков человек стояла ещё несколько минут. Убедившись, что беда миновала, они пошли дальше. – Мам, как ты думаешь, что теперь будет? – Спрашивала Риа. – Доченька, я не могу этого знать. – Печально отвечала ей мама. – Сначала нужно дойти туда, где трава зелёная, в отличии от этой. – Она повела рукой по воздуху указывая на мхи, рассыпавшиеся при лёгком ветерке. – Ясно, мам. – Риа продолжала идти молча, понурив голову. Очередной треск. Кален не выдержал – моментально натянул тетиву лука и выстрелил в то место от куда донёсся звук. Заскулил волк. Самка. – Отличный выстрел. – Похвалил Калена старик Даан. – А поступок необдуманный. – Допустим тем, что это мог быть наш односельчанин? – Спросил Кален и сразу же ответил на свой вопрос. – Не мог. Он бы отозвался. На горе больше нет поселений, мы тут абсолютно одни. Довольны? Может характер у него и не лучший, но с головой у него всё в порядке. – Да, признаю, ты прав. – Ответил Даан, улыбнувшись. Он стонал и тихо ругался из-за постоянной боли в ноге, на которую Эйва перед выходом из деревни наложила тугую повязку.