маленький сержант

      Быть влюблённым в собственного сержанта - глупость. Нарушение всех уставов, правил и норм. Но, это не мешало капитану медленно скользить взглядом по спине девушки, стоящей перед ним. Сегодня была официальная встреча и она была не в форме, а в рубашке и достаточно тугой юбке-карандаше. Конечно, хотелось бы, чтобы это было награждение, ну, или, хотя бы благодарность. Но, и обычное такое мероприятие тоже было неплохим событием.       Сержант появилась у них примерно полгода назад. За это время она уже успела отличиться и заработать парочку прозвищ с наградами. В общем и целом - не самый плохой прогресс, приемлемый. Соупа ей и вовсе описывали как вечного новичка, так что, чем она хуже-то? Примерно на одном уровне с ним и в целом, не сказать, что Мактавиш был не уважаем товарищами или начальством.       Наконец, ощущается свобода. Все речи были закончены. Бойцы медленно расходились к столам, где были разного рода закуски и блюда. И правда, всё это длилось уже битый час и за это время многие успели проголодаться. В том числе и сержанты 141. Они сели рядом друг с другом, достаточно быстро цепляясь языками, шутя на ту или иную тему, обсуждая речь или недавние события. Девушка обходилась салатом и парочкой рулетов, парнишка же взялся за горячие блюда.       Было шумно. Все обсуждали что-то, разговаривали через весь стол, что-то передавали, в том числе и алкоголь. Была дружная, приятная обстановка. Капитан протиснулся средь остальных, присаживаясь рядом с сержантом. Девушка ощущает, что рядом с ней стало немного поменьше пространства и посмотрев на причину, чуть улыбнулась ему. Ему нравилось видеть её улыбку, она всегда была какой-то милой, добродушной и успокаивающей. Она обратно отвлекается на разговор с Соупом.       Прайс упёрся рукой в стол, положив на ладонь голову, изредка выпивая крепкий алкоголь, который разливали между собой люди постарше. Его вторая рука опустилась под стол, невзначай прикасаясь к бедру девушки. Она ничего не говорит, даже, кажется, не обращает внимания, лишь чуть поелозив. Он ухмыляется, а после, сделав очередной глоток, немного набирает темп. Теперь его рука открыто лежала на ляшке девушки, лишь иногда сжимая ту. И... Она вновь молчит, ногой не дергает, наоборот, кажется, поддаётся его действиям.       Он не сильно ожидал такой реакции от своего сержанта, но обратив внимание на время, а после на количество выпитого, он понимает, что прошло уже приличное количество. И всё это время она ничего не сказала ему, даже не посмотрела на него, как будто так и должно быть. Он сидел с рукой на её бедре около часа.       Чувствует, что девушка неспешно поднимается, поправляя светлые волосы, собранные в пучок с помощью крабика. Бросает неоднозначный взгляд на капитана, а после, словно невзначай, спотыкаясь об его ногу, склоняется к нему. Извиняется и просит проводить до уборной. Прайс быстро всё понимает, соглашается.       По коридору раздаётся стук каблуков, девушка идёт ровно и без помощи капитана. Он же, послушно, словно щенок, идёт за ней. Хотелось курить, что он с удовольствием и делает, доставая сигару, останавливаясь у окна, желая открыть то, но почти сразу, шумно ударившись, к холодному стеклу прижимается девичья рука. — Капитан Прайс, что же это было? — она улыбается. Губы чуть красные от вина, глаза полузакрытые, а лицо румяное. Она выглядела... Да что уж там, слова он подобрать не мог, зато тело высказало всё за него. Невооружённым глазом можно было заметить, как капитан ощутимо напрягся, слегка наклоняясь вперёд, видимо, чтобы свести фокус с стояка на его лицо, но, у него получается. — Капитан, вам так нравится?       Он проводит сухой ладонью по бороде, чуть ровняя ту, по усам. Он и сам был не сильно трезвым, но явно соображающим сейчас побольше своего пьяного сержанта. И, по хорошему ему стоило бы отправить девушку домой, но он не мог. Раньше, он даже лишний раз не мог смотреть на неё. Запрещалось. Но сейчас она сама делала первые шаги, наклоняясь к тому, щурясь, шатаясь.       Спотыкается, падая в его руки. Поймал. Начинает причитать ей, говорить, что стоит отправиться домой, он готов обеспечить ей всё условия для того, чтобы её путь быть в безопасности. Он знал, что Гоуст не пьёт и его вполне можно было посадить за руль, но, ощущение женского тельца в своих руках не позволяют прекратить это. Чуть прижимает её к себе, утыкаясь носом в макушку, вдыхая смесь из шампуня и духов. — Джейн, ты пьяна. Не делай глупостей. — мужчина очень хотел, безумно хотел провести с ней время. В любом виде, но пользоваться тем, что она пьяна было низко и неправильно. Он хотел быть ближе к трезвой Джейн, к Джейн, которая в самом деле хочет с ним общаться, а не только из-за того, что алкоголь ударил в голову. Ощущение мягкой ладошки на щеке не даёт ему продолжить своё осуждение, не позволяет. — Джонатан, ты не представляешь, как я заебалась молчать об этом, — девушка тяжело вздыхает, хватается руками за его рубашку. Он кладёт ей руку на спину, чуть прижимая её к себе. Она уже более менее встала на ноги, поэтому , лишь сильнее тянулась к нему. — я, черт возьми, влюблена в тебя ещё с первой нашей встречи. Ты такой удивительный человек и мужчина, ты не представляешь, как мне хотелось это сделать.       Целует. Целует жадно, стараясь, словно, доказать все свои чувства одним действием. Он не спешил отвечать, не знает, стоит ли, нужно, так ли это неправильно? Она же не против, да и всё происходит в нерабочее время, в чем их проблема? Похоже, ни в чем. Он отвечает, впиваясь в её губы, чуть прикусывая те. Они были небольшими, с лёгким привкусом алкоголя, но такие желанные, такие мягкие. Смотреть на них без возможности прикоснуться было до невозможности тяжело и сейчас, ощущая её горячее дыхание на своей коже он содрогается.       Подавшись вперёд, он прижимается к ней, заставляя её прочувствовать уже каменный стояк. Она, кончено, понимала, что они оба были пьяны, оба сейчас не контролировали себя, но... — Капитан, — её голос звучит чуть насмешливо, но ладошка всё равно ложится на его пах, начиная неспешно поглаживать тот, изредка останавливаясь. — пожалуйста, позвольте...       Как? Как он мог сейчас ей отказать хоть в чём-то? Он ждал этого момента, этих слов и действий так долго. Он так долго молчал о своих чувствах, даже не думая, что сержант сама не ровно дышит к нему и при первой же возможности пользуется тем, что они оба пьяны и чувствуют себя намного раскрепощеннее, чем обычно. Это больше звучало как сон, глупость, шутка. Вот-вот засмеется, отходя, заявляя, что всё это был один большой прикол над капитаном, но нет. Она молчала, вокруг никого, а она продолжала рукой водить по члену мужчины, пускай, всё ещё через штаны.       Не выдерживает. Подхватывает её, усаживая на подоконник, почти сразу утыкаясь носом в шею сержанта. Кожа была горячей, чуть шершавой от шрамов. Он слегка покусывает кожу, но, сразу одаривая ту поцелуями. Она пахла мягко, чем-то вкусным и удивительно приятным. Капитан не был большим ценителем духов, но эти запали в душу, похоже. Почуяв их где-то в толпе, он сразу поймёт, что это была его сержант Джейн.       Большие пальцы нежно поглаживают кожу, в то время как остальные пальцы забираются под юбку, приподнимая ту вверх, так, чтобы её ноги были свободны и она могла спокойно их расставить. Ткань была тугой, сжимающей девичьи хрупкие бёдра, но как же он хорошо себя ощущал, когда освобождал её от этого плена. Ладонь проходится по белью, он ощущает что-то, опуская вниз глаза. Чуть усмехается, улыбнувшись. — Ты знала, что так будет? — мужчина, на самом деле, не готовился. Он не рассчитывал, что всё зайдёт так далеко. Думал, что они остановятся на одном лишь признании. Что всё обойдётся лишь поцелуем, объятиями может быть, танцем, в конце концов. Но никак не чём-то подобным. — А вам не нравится? — она закидывает голову назад, двигаясь к нему бёдрами вперёд, невольно сильнее вжимаясь в его ладонь, выдыхая. До чего же это было замечательно. Она хотела принадлежать ему ещё давно. Он был сильным, умным и храбрым мужчиной с безумно чудесным характером. Джейн старалась быть к тому как можно ближе. Общаться, видеться чаще. Но почти никогда не получалось. Работа у них такая. — Нравится... — выдыхает Прайс, наконец продолжая действовать. Пальцы забираются под резинку белья, проходятся по лобку, чем в очередной раз вызывают смешок капитана. Она была гладкой. Он не думал, что сержант настолько готовилась. — Джейн, ты умничка...       От его похвалы девушка была готова кончить и без помощи рук. А то, с каким тоном он это произнёс и вовсе добивает, заставляет извиваться, жаться к нему, толкаться навстречу его пальцам, которые неспешно проникали в неё. Они были больше, чем её пальцы, действовали совершенно непривычно, шустрее, грубее. Ещё немного и она закричит. От удовольствия, от того, насколько долго она ждала этого, когда наконец сможет стать к нему настолько близкой.       Прайс пристально наблюдал за ней, за тем, как менялось выражение лица, с каждым новым толчком показывая, насколько же она близка. И, когда сержант, закусив губу, прогнулась в спине, тяжело дыша - он остановился. Наклоняется к ней, проводя носом по нежной коже, останавливается у уха. Шепчет ей что-то, ощущая, как её ручонки неловко тянутся к ремню, стараются тот расстегнуть.       Он чуть смеется на что она недовольство дует губы, чуть хмурясь. Даже когда она старалась выглядеть зло или обиженно он не переставал любить ее. И мало такого, что любить. Он влюблялся в неё заново. Ему нравился её характер, от и до. Тяжёлый, совершенно неприручаемый, но такой нежный, ранимый рядом с ним. Чудо и только. — Что ты хочешь, сержант Джейн? Озвучь, пожалуйста. — он говорит ей точно в губы. Когда она тянется за поцелуем, он чуть приподнимается смотря в её глаза. В приглушенном свете коридора они сверкали, отражая улыбку мужчины в себе, его добрый взгляд, его красные щеки и пухлые от поцелуев губы. —Капитан, я стесняюсь, — она тянется за поцелуем дальше и получает его. Он знал, что она не скажет, знал, что несмотря на её юмор, несмотря на настойчивое поведение, она не сможет найти в себе силы сказать об этом. Но, кажется, это был вечер открытий и после поцелуя, он слышит шепот. —но я очень хочу, чтобы вы... Ну... Чтобы вы... — Я понял.       Незачем было заставлять её стесняться и чувствовать себя неуютно. Он и так прекрасно понимал, чего она хочет, не обязательно было это озвучивать. Лишь небольшая шутка капитана, попытка разрядить обстановку. Джейн вздыхает, расслабляясь. Ещё одна вещь за которую она любила Прайса - его умение понимать её с полуслова. Она могла сказать в панике абсолютный бред, который никто, кроме капитана и не поймет-то.       Наконец, звенит бляшка ремня, а за ней слышен и звук "молнии". Расстегнул ширинку. Сержант достаточно быстро опускает взгляд вниз, дабы рассмотреть, что же окажется внутри неё и почти сразу смотрит на капитана. Он упирается руками по обе стороны от её бедер, после чего, вздыхает. Он о таком мог только мечтать, видеть во снах, фантазировать, но никак не воплощать в жизнь. Вот так вот, смотря на своего маленького сержанта он аккуратно вваливается внутрь неё.       Она облегченно вздыхает, снова закидывая голову назад и он больше не видит напугано-ожидающего взгляда. А он ему нравился. Наверное, даже больше, чем сам процесс. Знать, что она ждала этого - была самой большой его наградой и победой. Знать, что его чувства не глупость, знать, что они будут и уже даже приняты. Он двигается, наваливаясь на неё, прижимая к своему телу. Она была горячей. Пожар, нет, вулкан, нет, черт возьми, Солнце! Да что угодно, что сжигает тебя до атома. Она была влажной, член внутри неё скользил легко, с каждым разом заходя всё дальше и дальше.       Тела соприкасались, иногда невольно стукаясь друг о друга, издавая не совсем привычный, но всё же, нормальный звук. Он хотел зайти как можно глубже, дальше, быть как можно ближе к ней, быть с ней одним целым. Так, чтобы она доверила ему самые страшные свои тайны, так, чтобы она искала в нём поддержку и опору, так, чтобы стать для неё всем.       И он стал. Стал таковым ещё тогда, на первой миссии. А потом и после второй, каждый раз заставляя её влюбляться как глупую школьницу, такой же безумной и беспамятной любовью , какой обычно любят молодые люди. Она чувствовала внутри себя целый рой бабочек из огня, только от одной мысли о капитане. Она долго, безумно долго собиралась с силами, чтобы задать такие вопросы, чтобы так действовать. Совершенно недопустимо, неправильно. Не допустим этот темп, эти движения, которые задевают её самые чувствительные точки. Совершенно неправильно то, как их губы, языки сплетаются в очередном поцелуе, как между ними становится до ужаса жарко.       Дверь в конце коридора предательски скрипит, заставляя парочку дрогнуть, начиная шустро собираться.

***

      Все было закончено. Гоуст забрал парочку любовников последними и усадил с собой, ибо в таком виде... Их лучше никому не видеть. Капитан-то был трезв и понимал, что произошло, в отличие от сержанта, которая ещё некоторое время просила Прайса вернуться обратно, а после и вовсе уснула на его плече. — Кэп, — мужчина смотрит в зеркало заднего вида, после чего, немного хрустнув шеей, немного сжимает руки на руле. — Что с сержантом? —Перепила.— капитан старался скрыть оставленные им засосы и укусы на шее Джейн волосами, но похоже, получалось очень плохо. Гоуст понимал, что там было не только это, но допрашивать мужчину не собирался. И так всё видно, что ему ещё нужно было знать? — Ясно.