Элемент неожиданности

Правильно говорят — чем добрее душа, тем сложнее судьба.

Холод пробирался под кожу, сырая земля не грела. Валявшись под неопознаной будкой про которую все забыли, мини укрытие было обеспечено. Лагунов сам того не понял как в его руках очутился блокнот, может оно и к лучшему? Как раз в его темную голову пришли светлые идеи! Черкая на бумаге буквы, вместе композиция составляла слово „Крест”. Также был обеспечен рисунок, на легкую руку был нарисован самый обыкновенный символ церкви.

***

Вожатая третьего отряда была радостнее некуда, такой счастливой Валера никогда не видел её. Укрытая в какое-то полотно, Вероника кружилась и смотрела лишь на одного присутствующего, которого видела. Третий лишний сам не сильно горел желаем присутствовать здесь и сейчас. — привыкнув к холоду за эту ночь, туманное утро не давало разглядеть картину что произошла вероятнее всего спонтанно. От горячих чувств и обжигающей любви. Очки скатились с переносицы, оно и к лучшему, такой срам парень видеть был не готов. Но в его копилку упал ещё один компромат, все когда нибудь пригодится.

***

Эксплуатацию детского труда здесь любили и с удовольствием одобряли. Взрослым батрачить не хотелось, уже натрудились за свои годы. А вот молодежь как они говорили, „не вошли во вкус! Пускай с малых лет привыкают родине и старшим помогать!” после таких фраз приходилось однозначно помогать. Золотые овальные фрукты обожали все, младшие мальчишки стремились помочь больше всех. Но получалось чуть лучше чем „нормально”. Без потерь обойтись было нельзя. Правда все старались помочь, ведь иначе за одного получат все. Обычно побитые дыни сдавали старшие, но не по одиночке, всегда минимум шли двое. Один заговаривал, другой менял на уже сданную. После вычислить кто же оплошался было невозможно. Может это вообще не пионеры а сами поварихи? Кто проверит? И вот, случился новый казус. Все замешкались прикрывая дыню с трещиной. Четверо ребят уже сдавали другой брак. Стало очередь помогать Венере, ведь старших осталось мало. У всех были свои обязанности, какие-то ребята крали дыни для ночных посиделок, какие-то заговаривали, какие-то на шухере стояли, какие-то руководили всем этим хаусом. —Блять! Да откуда у вас руки растут?! Задолбали, уже пятая дыня!— словно скороговоркой проговорил Беклимишев. Всё также в форме, он нависал в эпицентре нового события и волнения для всех присутствующих. Осмотревшись по сторонам, горизонт был чист. Почувствовав себя тут главарем, Саша распределял пионеров кого куда, план был прост и изучен уже с первой дыней. Мешается никто не стал, все разбрелись будто ничего и не случилось. Собравшись уйти, Станкевича начала идти к ящикам с целыми фруктами. Как на зло раздалось самое неприятное, это она хотела слышать в последнюю очередь. —Вер, иди сюда! — шепотом прикрикнув ей в след, девушка замерла на долю секунды. Глаза по ощущениям сделали круг в триста-шестидесят градусов и выдали слово — „Бекля пощади”. —Что ты хочешь?! — в нервном тоне проговорила разъяренная Венера. Всем корпусом повернутся не хотелось, да и прокручивалось в мыслях предложение: «Недостоин он даже моего оборота к нему.» —Сюда подойди… — по тону было ясно. «Никого не нашлось на должность помощника?!» Если бы Веру спросили на сколько её раздражает Саша Беклимишев, она бы сказала — „не думаю что человечество придумало такие цифры.” Что было бы полной правдой! Да она его боялась, но только когда они были одни, либо когда из народа не осталось никого кто её защитит. Но в остальное время и моменты он неистово бесил, раздражал, злил, сердил и доставал. Например как сейчас. Ноги пошагали к хулигану, этот неприятный процесс хотелось ускорить и забыть. Поэтому, больше медлить не было желания. —Держи. — сероглазке протянули целый фрукт. Сам же адресат держал две дыни, одна бракованная, другая целая. Повернув бракованную дыню так чтобы не было видно ее увечий, теперь они были тёзками. —Ты заговариваешь. — Речь рыжеволосого была очевидна всему миру, но для формальности и подтверждения нужно было обозначить все точки и нюансы. —Это было понятно, мистер очевидность. — хмыкнув на пестрый и резкий комментарий Станкевичи, оба двинулись в короткий путь. —Здравствуйте баба Нюра! — очень дружелюбно и наигранно ответила Венера, словно она самая беззащитная и добрая душа. —Здравствуй… — грубый и уставший голос прилетел в ответ. Женщина что разменяла уже не первый десяток, скудно посмотрела из под лобья на девчонку. «Дружелюбно…ну ладно, для начала не плохо.» —А что у нас сегодня будет на завтрак? — засияв улыбкой, первый вопрос залетел к широкое окно для выдачи продукции. —Расписание для кого у входа весит? — снова грубый и сырой ответ последовал за реально тупым вопросом. «Мдааа…и впрямь как то тупо вышло..» Отдав свою дыню женщина положила её в очередь к другим.— А в расписании я не видела чтобы писали про фрукты, у нас они вообще ещё будут? — умело нарезая дыню, пожилая женщина спустя короткую паузу начала толковать. Это и нужно было Беклимишеву, бортик для выдачи был деревянным, от чего скрипел он при каждом вздохе в его сторону. Женщина же дорезав дыню заметила что таз с другими нарезанными был забит до верху. Ей пришлось отойти за новым тазом предварительно захватив старый. —Смотри за ней, если что скажи. — тихий голос Саши послышался прям над ухом, его дыхание обожгло шею. В какой-то степени Вера даже испугалась и дрогнула. —Ты дебил так близко подходить?! — накричав на него шепотом, девушка пихнула парня в бок. Тот лишь усмехнулся действиям Станкевичи, встав на полено тот дотянулся до дальних дынь. Положив брак подальше мальчишка замешкался, он понимал что облокотился на скрипучую подставу. —Блять… — повернув голову на помощницу, та поняла все с полуслова. В его руке все ещё была одна целая дыня. — Ты точно дебил… — услышав опять голос Бабы Нюры на душе стало тревожно. И за себя и за этого „идиота”. —Да и пока эти пьяницы доставят сюда хоть что-то, пол смены пройдет! Тьфу на них! — зрачки сузились, вера забрала из рук недруга целый фрукт. —Нюра!! — голос другой поварихи замедлил ту что звали. —Ооу?! — странные переклички знакомых смешили в какой-то степени, ведь интонация с которой они говорили, смешила до глубины души. —Прыгай! — не услышав приказ точно рыжеволосый вопросительно махал головой. Не стерпев девушка правой рукой толкнула парня в живот, тот упал на спину а полено на котором он стоял ударилось об пищеблок. Звука получилось больше чем нужно. —Что случилось?! — грозно и с переживанием прокричала пожилая повариха. От этих слов Саша вскочил так резко что девушка даже не успела оглянуться. —Да ничего.. — обидчивый взгляд прилетел в макушку Венеры. — Мы не успели вам отдать, вот ещё одна дыня!— переключив внимание на себя женщина забылась, кивнув головой она приняла фрукт себе в руки. —Ну мы тогда пойдём! — очень приторно и слащаво ответила на кивок Станкевич. Ну вот и всё, они расходятся по разные стороны. Вера не оборачивается, ведь знает что он больше не идёт. Но хрустящие ветки за спиной говорили об обратном. —Чего это мы стали избегать меня? — с некой насмешкой проговорил он. —Да кому ты здался? — продолжив шаг, ноги дошли до ящиков, там же стояла и заведующая. Стройная женщина средних лет, в самом расцвете сил. Красный маникюр, новые очки, стройные ноги что держались на красивых летних туфлях. Постукивая по дыням Анна Сергеевна искала самую слащавую. —Тогда объясни, почему избегаешь? Ты думаешь я не вижу? Или я тупой по твоему? — девочка выбирала дыню что возьмет, будто бы ей не все равно что нести в раковину. —С третьим вопросом ты однозначно угадал. — злость закипала. —Какие мы бесстрашные…тогда чего же вечером прячемся как мыши трусливые? — челюсть сжалась настолько что слышался скрежет зубов. Голова повернулась на личность сзади. —А может потому что силы теперь не равны?! — Двусмысленная фраза прилетела в лицо рыжеволосого. К ноге заведующей приглянула дворняжка. Собака стала обнюхивать туфли, но к сожалению женщина махнула ногой в сторону мордочки. От испуга та заскулила и ринулась прочь. —Вот, пошла вон! — сквозь зубы вырвались агрессивные слова. Голова с шикарной завивкой повернулась на пожилую повариху, что выкидывала помои в контейнер с надписью „Пищеблок”. —Нюрка, достала ты со своими шафками. Здесь детский лагерь а не зоопарк… — Держа дыню в одной руке заведующая пищеблоком двинулась к женщина что была уже у входа на кухню. —Чтобы завтра никаких собак здесь не было. — туман разрезал воздух создавая большую накаленность ситуации. Но как странно, пожилая женщина была совсем не напугана и не зла. Наоборот, очень спокойна. —А вот америкашки бомбу бросят, чо делать та будешь? —Заведующая стояла в ступоре, словно разговаривая с псих больной. —Ещё будешь у меня просить. „Нюра дай собачку, дай.” — после этой реплики пожилая залилась смехом, в то время как собаки грызли кости. Алые губы Анны Сергеевны превратились в ниточку, глаза сузились. Говорить больше не хотелось, окрестив в голове женщину больной заведующая ринулась прочь.

***

Столкнувшись у входа в Пищеблок с Валерой, девушка обязана была поздороваться. —Привет. — украдкой Станкевич кинула эту фразу в спину Лагунова. Мальчишка заслышав девичий голос не улыбнулся, нет, конечно он был рад видеть свою новоиспеченную подругу. По крайней мере он так считал. Но все же было бы куда приятен завидеть в проеме её подругу. —Привет, у меня для тебя есть просьба. — начав с интригующей ноты, пионерка была вся во внимании. —Какая? — только сейчас девочка завидела самодельный крестик на шее у товарища. —Весь план расскажу посже, сейчас же от тебя требуется надеть это на себя. — Из кормана показался крест, сделаный из двух палок и державшийся на веревке. —А зачем? — поинтересовалась собеседница. —Проверить надо кое что. — Снова заглядывая во-внутрь столовой, Лагунов глядел лишь на одного представителя другой рассы. —Можешь заговорить Хлопова? Я должен кое что сделать, и как я приду ты можешь уйти. Если конечно он первым не уйдет. — отказываться не хотелось, но девушка должна помочь. Может она спасет всех если сейчас поможет Валере? —Ладно… — зоренька на Валеру та лишь кинула недовольный взгляд на товарища. —И будь как можно ближе к нему. — «Боже, твои просьбы с каждым разом все страннее!» Ноги с страхом побрели к Леве. «А ведь в первую нашу встречу, ту что была под березой, могла быть последней. Вдруг бы у него что-то перемкнуло в голове?» Такие домыслы навевали ещё больший ужас. И вот, Станкевич стоит перед столом в холодном поту, словно перед смертью. Мальчишка даже не дернулся, не посмотрел. Он продолжала свою трапезу. —Привет.. — неловко выдала Верка. «Чего молчишь? Ты что типа самый гордый тут? Да кем ты себя вообще возомнил?!» Руки опустились на стол, Хлопов завидел алый маникюр. —Чего молчишь, язык проглотил? — наглость и халатное отношение к себе Венера не любила и сразу пресекала на корню. —Я просто ел в тот момент, а что? — убийственный комментарий только добавил масло в огонь. «Да ты тогда и крошки в себя не запихнул!» —Ничего…Хлопов, слышала ты в спорт школе учишься, так ведь? — как то нервно парень посмотрел на меня. —Возможно, а тебе то что? — «Сегодня что день грубых ответов?!» Вспомнив последнюю просьбу Валеры, девушка решила действовать. Наклонившись поближе, Венера соблюдала приемлемую дистанцию, но также была близка. Шлюхой что воротит нос показаться не хотелось. —Мираж, ночью не гуляй. А то мало ли что… — угроза была принята и записана в карту памяти первым пунктом. «Подождите, он назвал меня Мираж?» Щеки залились легким румянцем. Хлопов начал рвано дышать, привстав он зацепил мою руку. Пионерка хотела отдернуть но её опередили, он сам дернулся как от тока. Венера уловила суть, решила не медлить. Схватившись за руку того кто пытался выбежать, тот обернулся. —Отпусти!… — истошно прикрикнул русоволосый, взгляд не сулил ничего доброго. Отпустив парня, Венера не заметила ничего странного, девушка ожидала крови, мяса, истошных криков. Но увы и ах такого не случилось. «А ведь он мог меня силой отпихнуть или того хуже…почему он так не сделал?»

***

Услышав историю из уст Валеры как он преподносит крестик из двух палочек Анастасийке, смех полился сам собой. —Ты бы ей ещё из водорослей сделал! — вновь залившись смехом, вместе с ними и полились слёзы радости. В это же время, напротив сидел опечаленный Лагунов, он не особо понимал в „Эстетике” и хотелок Насти тоже не воспринимал всерьез. Валера считал что его отшили, но сдаваться не хотелось. —Знаешь я как бы тоже после твоей „просьбы” сразу сняла это недоразумение. — удивленно вскинув брови на подругу, паренек сжал посильнее деревянное изделие. —А что ты хотел? Я как бы тоже девочка, радуйся что вообще одела тогда. — отведя голову в сторону, парень подозвал девушку. Двинувшись в новые приключения на пару с Лагуновым, смех утихомирился.

***

Выливая крестик, Венера решила обойтись красивым полированным из дерева. Было настолько тихо что слышались местные насекомые, в особенности комары. —Ну что, готово? — зевнув от скуки, тело напротив отсчитывало секунды когда можно будет достать металический самодельный крест. Лагунов гордился своей работой, было видно невооруженным глазом. Добрую ухмылку можно было увидеть из космоса. —Мгм. — мычание принялось ответом. Собирая вещи вокруг, шея и спина затекли. Да, спасибо Лагунову что крестик он сделал сам, но полировать пришлось Вере самой. У четырех-глазого товарища были ещё заботы помимо подруги. Перебираясь через забор второй, ей помогли удержатся на самом заборе. Рука помощи подоспела как раз вовремя. Для удобства, все вещи были перекинуты сразу же как первый перелез. —Аккуратней! — закинув ногу за забор, другая оказалась по ту сторону, оставалось лишь спрыгнуть. Но Лагунов не отпускал, боялся что опять случится казус. —Извини. — продолжая путь к эпицентру лагеря, нога неистово зачесалась. Посмотрев девушка увидела красную выпуклость словно от комара. Чесать ногу прям щас было не вариант, пришлось терпеть. —Да ничего, с кем не бывает. — Игры с водой выглядели увлекательно и забавно, придумали само развлечение вожатые этой смены. Предлогом для реализации было — „Жарко сегодня, да и детям скучно. Всё лучше чем они бегают и крушат лагерь!”. Никто не отказывался все были только за. Зная что голубоглазый пойдет к Сергушиной, девочка не хотела оставаться одна. Она считала что это не очень безопасно, вдруг кто-то из „нелюдей” решит свои предъявы высказать? Хотя за что ведь Станкевич вроде не успела ещё накосячить? —Ну я пошел… —посмотрев на подругу он искал в её жестах поддержку и утешение. Той к которой обращались, лишь мило улыбнулась и легко махнула рукой на прощание. Вдруг больше не увидятся сегодня? Всякое бывает. —Не волнуйся, ей обязательно понравится! — Пока сероглазая уходила от брызгов и голубков что ворковали, взгляд бросился на алый как пожар галстук, пионерский галстук. Ноги бросились подальше, не хотелось объяснять утренний припадок сегодня. Вдали завиднелась изученная как пять пальцев компания, во главе неё шел Саша, также присутствовал брат. Не сказать что кто-то из них двоих выглядел главнее, они были на равне, но сама же Венера верила в Максима. Все названные „недо—люди” покосили свои взгляды на Пшеничку, заставив девушку смутится. Микроскопические брызги все же попадали на покрасневшую особу, грязные носики обуви бились друг об друга. Глаза в пол опускать не хотелось, хотелось выглядеть гордой и быть на безразличие. «Да чего же вы все пялитесь на меня?!» Новый крестик красовался на шее, отполированный, гладкий, сделаный из дерева что был в любом уголке СССР. Около домов, в лесу, на болотах, везде вообщем то говоря! Будто молния среди белого дня, бархатный голос разрезал воздух. —Вер, иди сюда! —Отнекиваться жуть как хотелось, но все же брата она любила и уважала. В какой-то степени, но на виду у всех показывать такие чувства не было желания. Молча подойдя к толпе Станкевича из-под лобья посмотрела на родного. —Ты как вообще пряталась, чукча? —Обзывательства Максим придумывал не слишком обидные, в какой-то степени даже милыми. —Я вообще в шоке что ты вернулась с одной „погоной”. Я бегал по всей территории как угорелый! — «С одной…» Глаза потеряли блеск, ушли в пол и застыли там, мысли все больше затягивали в свою пучину отчаиния. «Что ему нужно от меня? Почему просто не оставить и забыть, зачем эти переглядки в коридорах, столовой, на улице?» —Ладно не суть, я вообщем почему тебя позвал то? —Вопрос что не нуждался в ответе был четко услышан ушами. —Мы утром пару дынь стащили, сегодня собираемся, людей будет немного. Человек десять может, я за тобой зайду. —От таких утверждений стало весело, но также раздражало кое что другое. Непрерывный оценивающий взгляд на себе, до жути терпкий. Невольно захотелось поправить шорты что немного съехали вверх, с коротким топиком ничего поделать нельзя было, поэтому приходилось прятаться руками. Скрестив руки и оперевшись об собственную грудь, недовольный взгляд стремительно прилетел в лоб рыжему. —Во сколько? — не смотря на человека которому был задан вопрос, другой смутился. Венера даже не думала прекращать, её бесило каждое его действие. Она злилась на саму себя что теперь боялась Сашу, хотелось провалится под землю от таких мыслей. —Через час после вечерней тренировки. — шмыгнув носиков, ветер растрепал две косы что так упорно заплетала утром Анастасийка. Два белых бантика красовались где-то сзади, уже не проглядывался тот эффект опрятности что был утром. —Хорошо, тогда до вечера. Или вы будете на тренировке? — пришлось обратится в множественном числе, выделив слово „Вы”. —Не знаем ещё, как пойдет. — этот многообещающий ответ не дал ровным словом ни-че-го. —Мдааа….информационно. —Актерски закатив серые омуты, цокание само по себе появилось и вошло в привычку в любые раздражающие моменты. —Ойойой, драматизаторша идите отсюда пока хуже не стало. — Дружный смех создавал отмоченную беспечности и веселья. Сосны колыхались, создавая симфонию. Ветер не сильно буянил он был теплым и приятным. Бетонная дорожка под ногами хрустела от камней и палочек, сейчас вся ребятня хлюпала обувью. Из-за всех углов доносился смех и крики, потрепанная одежда что чаще всего передавалась по „наследству” выглядела не очень модно, но так выглядело девяносто процентов ребят. Не помытая обувь, сандалики, башмачки, кеды, а у кого-то даже кроссовки из-за рубежа. Обычно таких сразу замечали, все бегали за „моднявыми” с возгласами — Обновить! — Сразу можно было распознать кто говорить это с ненавистью, да и ощутить тоже. Ведь тогда наступали больнее, старались захватить больший диаметр и запачкать как можно больше.

***

Царство Морфея поглотило с ног до темной головы, положив руки на стол я заснул. Неосознанно, сам парень был в шоке, но поделать ничего с этим не мог. Остывшая, холодная жидкость потекла по бледной спине. Тускло зеленая майка стало темнее, она неприятно прилегала к телу создавая ужасный дискомфорт. Момент и сон как рукой сняло, неохотно выпрямившись глаза широко раскрылись на своего обидчика. Вся столовая заливалась истошным смехом, кучерявый балбес тоже не отстовал. Молчаливая злость охватила изнутри, обижало то что вожатые даже рукой не повели, лишь с презрением наблюдая за всем происходящим. Станкевича видела всю картину, стало жалко друга но заступится не могла. Просто не поймут, а вот Фарфоровая Фигурка смотрела на своего возлюбленного с чуть ли не заплаканными глазами. Хоть и при нём она была независимая и холодная в какой-то степени, но при Пшеничке она раскрывалась и говорила на частую.

***

В гордом одиночестве слеза катилась на сырую землю, воспевать песню больше не хотелось. Малиновый закат окутал пальцы знаменитой девочки, звук металических ворот давал надежду что все закончится и там за углом сейчас несут и поставят её товарища. Даже ближе чем товарищ. Горнистка с пионерским галстуком и улыбкой на губах больше не могла, она молила чтобы её снесли и она отправилась в небытие к любимому. Венера изрядно устала, кардио тренировки давались с огромным трудом. Скакалки что представляли из себя резиновый жгут с пластиковым концом хлестали ноги в который раз. Покрасневшие пальцы жгли также как и горло что разрывалось от захлебов. —Давайте быстрее ещё двадцать секунд! —От минуты в быстром темпе стало дурно, к такому Станкевича не была готова. «Да когда уже всё?! По любому прошло больше чем эти дурацкие двадцать секунд!» Буравцев на тренировке присутствовал, в отличие от своего дружка. Это было очень странно и не свойственно рыжему, обычно он был только за тренировки. —Закончили, пять минут перерыва! —Восхвалив небеса девушка моментально уселась на пол. По иронии судьбы по её душу шел Максим, притянув колени к груди дабы подтянуть носки холодок прошелся по ступням. «Ура окно додумались открыть» В саркастичном тоне процедила у себя в головушке Станкевич. —Подружку свою звать будешь? —Задумавшись над вопросом, голова не поворачивалась на собеседника. —Я пыталась, но она сказала что хочет посмотреть кино а после у неё дела. —Какие дела Венера уточнять не стала. —Понятно. Ты поосторожнее будь сегодня, да и за подружкой своей следи. —Поставив руки назад голова легла на одно из плечей. Кивнув мычание по типу „Мгм”, диалог прекратился, все разошлись по своим местам и начался новый круг Ада.

***

Стоявший на улице одинокий питьевой фонтанчик был на пике популярности. Толпа что образовалась за минуту не давала и шанса протиснуться. «Да ну их, лучше в корпусе попью.» Так и сделав, ноги еле плелись к двери. В этот раз Венера решила пробежать участок без фонарных столбов, в воздухе появились нотки дежавю. Залетев внутрь темные коридоры встретили с распростертыми объятиями. Дернув за металическую ручку дверь поддалась с четвертого раза. Тусклый свет одарил комнату где сидели две девчонки. Бурный разговор сразу прекратился, но после продолжился в таком же высоком тоне. «Слава богу, хоть не обо мне.» Разложив вещи и зашторив шторы, Пшеничка начала переодеваться. Водолазка синего цвета, чёрные плотные штаны, новые кеды и короткие серые носки. Девочки старались не обращать внимание на переодевания Станкевичи, но сдержатся было трудно. Краем глаза девушка заметила взгляд с завистью что стремительно направлялся на аккуратный прорисованный пресс, нет он не был сильно выраженным ведь Венера не стремилась терять женственность. Гордость за себя появилась в легкой ухмылке. «Надеюсь они не настучат что я ушла?» Мозг кипел от домыслов, хотелось верить что девочки не такие. В окно послушался стук, было неожиданно. —Кто это? Наверное к тебе Вер, может Дима? —Ядовитая улыбка засияла как кара, ту к которой обратились пихнула подругу в бок. —Побольше смейся, ха-ха-ха. —Говоря по словам слова „Ха” был четко выражен сарказм. Одногруппница начала вставать, но опередив её на повороте шторы распахнулись. Это были ухажеры Венеры. —Это ко мне. —В взгляде читалась ярость и четкое слово. „Сука”. Венере было откровенно насрать на этих обеих, дернув ручку она поддалась легче чем дверь. Станкевич не боялась что сами вожатые заметят её отсутствие, об этом она подумала в первую очередь. Поэтому её кровать Сергушина по приходу должна закидать одеждой и подушками, создавая имитацию человека, а после накрыть одеялом. Да это слишком банально, но и с проверкой тут не строго. Открывают дверь, спрашивают —„Все на месте?”. Один из людей говорит —„Да”. И на этом покончено, пускай даже один человек в комнате останется а после и сам свалит. Всем будет по боку, отсчет уже сдан. Высота между окном и землей была метра полтора, высунув ноги на максимум прыгать все также было страшно. Высоты сероглазка боялась, но все пришлось пойти страху навстречу. Спрыгнув спортсменку поймали в руки, оперевшись своими о плечи чужого только щас она заметила подвох. Это был не брат. Её держали за ноги руками что были в замочке, вмиг девушка оказалась на земле. —А где Буравцев? —Холодные глаза без живого блеска впивались в чужие. —А где спасибо? —Отдернув голову в сторону тяжелый выдох, выдал настроение Венеры. —За что? — парень специально встал туда, куда смотрела Станкевич. —Знаешь я мог и не ловить тебя. От такой высоты ты могла запросто ногу подвернуть. — «Дадада, просто отстань уже.» —Вот оно как. —Сделав рожицу удивление, девушка моментально продолжила свою реплику. —Давай не стоять тут, я вообще то не одна живу в комнате. —Направившись в направление что знал только Беклимишев, было легкое недоверие. —Резонно. —Удивившись лексикону рыжего паренька глаза стали по пять копеек. На сей раз Венера решила сдержатся от язвительной шуточки про тупость хулигана. —Послушай я чего сказать то хотел… —Сердце застучало в быстром темпе, сейчас была ночь, тусклые фонари и сырые дорожки. Парень резко остановился, Венера шла позади поэтому не столкнулась с Сашей. Отойдя пару шагов назад ради безопасности, руки были на готове. Его голова медленно повернулась ко мне, глаза с нотками безумия глядели на меня. Наконец пазл сложился, да может тусовка и была но Беклимишев пришел за сорок минут до, а не за обещанные шестидесят. Маршрут смущал всю дорогу Венеру, какие-то дороги, где-то вытоптанные пионерами, какие-то обходные пути и вот, мы на окраине лагеря „Буревестник”. Одни. Девушка не стала дожидаться финальных слов, Пшеничка рванула по вытоптанной тропе на источник поблекшего света. Её учили в таких случаях пытаться привлечь на модно больше внимания, она и решила это делать. Истошный крик прорезал голосовые связки. Сильная рука схватилась за запястье, Русоволосая от столь сильного толчка повалилась на колени. Рука что была несвобода висела выше головы. —Ты придурок…нет, ты чокнутый! Помешанный, тебе лечится надо это не норма Бекля! Очнись ты уже! —Хмыкнув, вторая рука повалила силой на землю, после чего закрепилась на другом запястье. —Если не так, то можно по другому. —Девушка смогла согнуть колено, оно попало в район паха. «Что, он даже глазом не повел?…» Слёзы от ужасающей картины потекли сами собой. «Я не хочу закончить так. Став чей-то куклой…» —Послушай давай договоримся?! Что ты хочешь? —Протараторив эти слова пока не стало поздно, глаза щипало. Его голова уже тянулась к шее, инопланетное щупальце вылезло из уст парня тут же лезя назад. —Хах, ты уже давно знаешь это. Я хочу твоей любви, чтобы мы…были парой. —Улыбка во все тридцать два циркона четко прорисовалась во мраке. Лицо шантажиста было слишком близко, стало противно. —Допустим, если я сделаю твои просьбы то ты сделаешь мои, по рукам? —Беклимишев задумался, предложение ему видно нравилось. Но ожидать от особы снизу можно было что угодно, все же рискнуть он захотел.—Какие именно? —Облегчение с головы разом ушло, конечно не все но это лучше чем ничего. —Первое- ты не трогаешь Валеру и Настю. Второе- ты расскажешь всё про таких как вы. Третье- ты не делаешь из меня марионетку.— Раздумья происходили несколько секунд, после чего услышались заветные слова. —По рукам. — Хватка облегчилась но до конца отпускать Бекля не собирался, недоверял. Глубокий вдох — выдох. Страх за себя больше не беспокоил, беспокоило другое. Она теперь с человеком которого мало того что не любила, Станкевич ненавидела его. Внезапно левая рука с запястья ушла на плечо, персиковые губы стали мокрыми. Долгий, мучительно тяжелый психологически поцелуй разворачивался в данные секунды. Её первый поцелуй стал несчастным. Свободная рука уперлась в грудь, делая сильные толчки параллельно мотая головой, чужие руки вновь переместились, та что лежала смирно на плече теперь силой держала голову. Другая же легла на мягкую девчачью талию притягивая к парню. Тихие хныканья в перемешку с солеными дорожками больше не делали её смелой и твердой в характере. Её сломили, сделали испорченной, ту что теперь плачет от страха а не смотрит ему в глаза. Кулаки били в живот, грудь, отдергивали руки что снова лезли на место. Влажные губы и дорожки на щеках ласкал июньский ветер, глаза чужого с издевательской ухмылкой на устах смотрели то на глаза то на губы. —Пошли. —Шепот не тешил юное сердце, встав с места ей подали руку. Отказавшись от приглашения, девушка поплелась за парнем, на сей раз она шла сбоку от хулигана.