Не детские трудности

Тэхён снова бежит, так как ему позвонили, велели забрать сына из детского сада. В очередной раз что-то случилось. Неужели ни один день не может пройти без происшествий? Омега забегает в группу и видит своего ребенка, сидящего на скамейке. Где-то мы это уже видели, не правда ли? Терпение на исходе, но он пытается держать себя в руках, подходит и спокойно спрашивает у сына: — Ханыль, что случилось? — Пап, я случайно бежал и толкнул Джи Вона, — шепотом бормочет мальчик, опустив глаза в пол. — Случайно бежал? Это как же, мне интересно? Я же тебе говорил, что бегать в детском саду опасно, — омега потирает переносицу, кажется, у него поднялось давление. — Ладно, я пойду, поговорю с воспитателем. Ты извинился перед Джи Воном? — строго спрашивает Тэхён, хотя знает, что ответ будет положительным. — Да, извинился… сразу же, — поднимает свои огромные глаза Ханыль. — Ох, ну и что же мне с тобой делать, — омега треплет по волосам непутевого сынишку, — одевайся, давай, нам еще на тренировку идти. Тэхён подходит к воспитателю, и только он хочет завести разговор, как пожилой омега начинает первым: — Тэхён-щи, здравствуйте! Знаете, я давно хотел с Вами обсудить поведение Ханыля. Вам не кажется, что ему необходимо общение с его отцом-альфой? — Здравствуйте, господин Инсон! — даже не пытается скрыть недовольство в голосе Тэхён. — А Вам не кажется, что спрашивать подобное — крайне нетактично? Его отец не участвует в воспитании, я со всем справляюсь самостоятельно. — Вот именно, что Вы не справляетесь, — свысока смотрит воспитатель своими маленькими злыми глазами. — Я надеюсь, Вы все сказали, так как продолжать этот разговор я не собираюсь. Выполняйте свою работу, а не учите меня жизни. К слову, у Вас ребенок ложку в нос пытается запихнуть, — договаривает омега, разворачивается и идет к Ханылю, который, к счастью, уже оделся и готов идти. На улице ярко светит солнце, чего не скажешь о душевном состоянии Тэхёна. Ханыль чувствует настроение родителя, поэтому идет, повесив нос, не проронив почти ни единого звука за всю дорогу. Почему у него всегда так получается? Он ведь меньше всего хочет расстраивать папу, он же у него такой замечательный, самый лучший и любимый. На глаза наворачиваются слезы, которые он быстро смахивает, в надежде, что папочка не заметит. Альфа дает себе обещание, что больше папа не будет грустить, ведь Ханыль будет слушаться и делать всё так, как ему сказали. И сегодня на тренировке он покажет папе, какой он молодец! А Тэхён идет, полностью погруженный в свои мысли, он не может выбросить слова воспитателя из головы. Почему посторонние люди считают, что вправе высказывать свое «ценное» мнение, когда их даже не спрашивали? У них замечательная семья, они живут хорошо, любят друг друга, а остальные, кто не согласен, пусть идут далеко и, желательно, навсегда. У него самый лучший ребенок, почему Ханыль должен быть спокойным и ходить по струнке, если он не такой? Почему он должен быть кому-то удобным? Омега поправляет очки и крепко сжимает маленькую, самую любимую ладошку. — Солнце и цыпленок, — Тэхён поднимает глаза к небу и улыбается. — Ну это легко, пап, — улыбка трогает пухлые щечки ребенка. — Они оба жёлтые. — Правильно, твоя очередь, — омега большим пальцем гладит ладошку в своей руке. Вот что на самом деле важно. Дорога к секции занимает добрые тридцать минут пешего хода. Тэхён вновь задумывается о покупке машины: сейчас погода теплая и можно с удовольствием прогуливаться, но если пойдет дождь, снег, то даже от мысли становится дурно. Они заходят в светлое помещение, рассматривают стены, на которых от пола и до самого потолка расставлены кубки, повешены грамоты и медали спортсменов этого клуба. — Папа, я тоже получу такую медальку, и ты будешь мной гордиться! — Обязательно получишь. Но только помни, чтобы получить такую медаль, ты должен усердно тренироваться и слушать тренера. Сможешь? — Да! — твердое. Он постарается, и папа будет всем рассказывать, какой молодец у него сын! Воодушевившись, альфочка вместе с папой идет знакомиться с тренером, который выходит им навстречу в белоснежном добке с черным поясом на талии. Тренер-альфа, лет тридцати, представляется Ким Намджуном. Весь его вид излучает силу и спокойствие, такого человека хочется слушать и быть на него похожим. Ханыль в восторге от нового педагога, особенно после того старого пердуна по спортивной гимнастике. Намджун уводит Ханыля в спортивный зал, а Тэхёна просит дождаться окончания тренировки в комнате для родителей. Только омега хочет пойти, налить себе чай, любезно предоставленный спортивной секцией, и присесть на диван, как он обращает внимание на крайне забавную картину. В двери забегают двое: высокий, крепкий темноволосый альфа и маленький, худенький омега. Внешне ребенок, видимо, в папу пошел. Но самое забавное здесь то, насколько они разные в поведении. Тэхён думал, что это только у них в семье так, но, как оказалось, — нет. Альфа едва может устоять на одном месте, все поглядывает на часы и пытается изо всех сил поторопить своего ребенка, при этом крайне неестественно улыбаясь и называя сына всеми животными из зоопарка (обязательно с уменьшительно-ласкательным суффиксом). В то время как омега вообще не торопится: медленно снимет одну штанину, сядет, глубоко вздохнет, посмотрит по сторонам, снова вздохнет, неспеша приступит ко второй. И это только штаны, что же будет дальше, когда дело дойдет до кофточки с десятком пуговиц? Тэхёну уже жалко бедного отца, у которого скоро начнет дергаться глаз от напряжения. Скрывая улыбку за стаканчиком с чаем, омега берет еще один и подходит к альфе, тихонько спрашивая: — Тяжелый день? — Тэхён протягивает стакан с черным ароматным чаем. — Тяжелая жизнь, — вздыхает альфа. — О, это мне? Спасибо Вам огромное, — и улыбается широкой кроличьей улыбкой. — Может, Вам помочь? — Нет, спасибо, мы справимся. Правда, Минсо? Минсо закивал головой и начал активнее переодеваться. Ему не хочется, чтобы этот взрослый омега подумал, что они дурачки, поэтому быстро снимает одежду и надевает новый добок. Как же красиво! Он готов учиться боевым приемам, чтобы больше никто не смог его обидеть, и чтобы отцу не пришлось постоянно беспокоиться и грустить из-за него. Минсо целует отца в щеку и бежит в спортивный зал, ведь они опоздали, и тренировка уже началась. — Что-то я переживаю… — себе под нос говорит Чонгук. — Не переживайте, там очень хороший тренер, и, я уверен, что все будет в порядке. — В порядке у нас бывает крайне редко. Но Вы правы, нужно успокоиться. Родители проходят в зал ожидания, и каждый из них верит в лучшее. И это лучшее обязательно случится, только немного не так, как они себе представляют. У судьбы на них свои планы.

***

Занятие начинается с разминки, все пока идет спокойно: Минсо стоит прямо за Ханылем, они оба выполняют все указания тренера. Движения Ханыля активные, быстрые, он один из первых справляется с заданием. Минсо же успевает сделать только половину, но маленький омега ни капли не расстраивается, он же сюда приемам учиться пришел, а это все как получилось, так получилось, не страшно. Чтобы перейти к основной части занятия, тренер решает разбить всех учеников на пары. Ханыль встает вместе с Минсо, так как они вместе пришли на первое занятие. Намджун дает задание остальным ребятам и возвращается к новичкам, сегодня они будут учить базовые стойки и один удар ногой. — Вот так, смотрите внимательно и повторяйте за мной, — показывает движение Намджун. — Да, молодцы, у вас хорошо получается, продолжайте. Тренер пристально наблюдает за выполнением каждого из упражнений. Убедившись, что новички всё поняли и справляются с заданием, он строго говорит продолжать и ненадолго отходит посмотреть, как обстоят дела у остальных ребят. Ханыль старательно выполняет каждое упражнение, но, отвлекшись на шум сзади, случайно толкает Минсо, который стоит рядом. Омега пошатывается и падает на даянг. Ханыль забывает, как дышать, неужели опять он все испортил, только хочет извиниться и сказать, что он случайно, как Минсо встает и изо всех сил толкает альфу. Омега больше не будет плакать, он сможет за себя постоять! Теперь уже Ханыль падает на мат и начинает реветь. Нет, ему не больно, он падал и больнее. Альфе грустно от того, что папа опять расстроится, что он снова подрался. Намджун видит произошедшее, поэтому уже спешит успокоить маленьких альфу и омегу. Ханыль плачет все больше и больше, ему безумно грустно и стыдно. Некомфортно становится и Минсо, он не ожидал, что сделает так больно другому человеку, поэтому маленький омега подходит и начинает гладить Ханыля по голове — отец всегда так делает, когда ему бывает грустно. Тренер просит своего старшего ученика выйти, налить воды, чтобы альфа быстрее успокоился. Омега лет пятнадцати выходит в холл и идет к кулеру с водой, но его одергивает незнакомый взрослый мужчина. — Скажи, пожалуйста, как там дела обстоят? Я отец одного из новеньких детей, переживаю ужасно, — Чонгук не может найти себе место уже на протяжении сорока минут. — А, да нормально все, — отмахивается подросток, — только подрались эти ваши новенькие: один в слезах, другой вместе с тренером успокоить его пытаются. Вот, я за водой ему пришел, — подросток наливает полный стаканчик и уходит обратно в зал. Тэхён тоже все слышал, ему хочется истерично смеяться или плакать, он пока не понял. Ну, иначе и быть не могло. Он решает, что надо заранее извиниться за своего сына, чтобы этот истеричный отец не начал кричать на Ханыля, а то развернется бой уже между ними. — Простите, пожалуйста, моего сына. Уверен, драка произошла из-за того, что он что-нибудь случайно сделал, сказал. Не знаю, но в любом случае, я уверен, что он не специально. Он хороший мальчик, но гиперактивный, из-за чего у нас возникают проблемы. — Понимаете, не факт, что он даже что-то сделал, — опять вздыхает альфа. — Не понял, — честно признается Тэхён. — Я привел Минсо в секцию, чтобы он хоть на немного перестал быть таким нытиком. Но, видимо, тут без шансов, — Чонгук разворачивается и идет к выходу. — Если вдруг они закончат раньше, крикните, хорошо? Я тут, на крыльце. Выкурю сигарету и вернусь. А Тэхёну становится тоскливо за всех в этой ситуации, он видит в этом уставшем альфе себя, почему же так сложно найти подход к собственным детям. Омега выходит следом за альфой. Решает, что если тренировка закончится раньше, то их легко найдут самостоятельно. — Есть еще сигарета? — спрашивает он альфу. Чонгук протягивает пачку и зажигалку. — Сто лет не курил, — чиркает зажигалкой. — Меня Тэхён зовут, — омега делает первую затяжку, выпуская дым в вечернее темное небо. — Чонгук, — протягивает руку для знакомства мужчина. — Знаете, Чонгук, не грустите так. У Вас замечательный ребенок, и Вы со всем справляетесь. Многие дети мечтают о таком отце, как Вы, — Тэхён видит, что альфа совсем подавлен, поэтому решает поддержать. Тем более, это правда. Достаточно посмотреть на Чонгука и его ребенка со стороны: на то, как нежен и аккуратен альфа, как он искренне старается угодить своему ребенку, хоть самому от этого безумно тяжело. — Спасибо Вам, Тэхён, — горько улыбается Чонгук. Это простые, но такие важные слова, которые альфе были необходимы, чтобы хоть кто-то сказал ему, что он делает все правильно. — Я воспитываю Минсо самостоятельно и порой, мне кажется, что я совершенно не справляюсь. Я не понимаю собственного сына и чаще всего просто не знаю, как мне поступить. — В этом вы не одиноки, — улыбается Тэхён. — Я тоже не понимаю своего сына: как можно все время бегать, прыгать, говорить. Откуда столько энергии? Порой думаю, что если к нему подключить провода, то можно было бы получить вечный двигатель. — О, я тоже был таким в детстве, — искренне смеется Чонгук, — а Минсо у меня наоборот, в восторге от раскрасок, книжек, его заставить побегать — сродни наказанию. Поэтому я крайне удивлен, как это он еще не вышел в слезах и не сказал, что больше на это моё «тэкандо» он ни ногой, — с нескончаемой любовью в голосе говорит альфа. — Как же я понимаю Вашего сына, — смеется Тэхён в ответ. — Ладно, пойдемте, а то сейчас уже закончится тренировка. Вы будете успокаивать Минсо, а я в очередной раз говорить Ханылю, что нужно быть аккуратнее и не бегать. Родители заходят обратно в помещение и ждут конца тренировки, сидя на диване. С каждой секундой волнение и напряжение нарастает. И вот, двери раскрываются, и воспитанники бурным потоком выбегают из зала, как из клетки, которая, как могла, сдерживала монстров. На Чонгука с Тэхёном бегут их дети, которые совершенно не выглядят теми, кто дрался и ревел какое-то время назад. — Отец! Я сегодня такой прием выучил! — Минсо с разбегу запрыгивает на руки Чонгуку, — Тренер Намджун показал нам его, мы с Ханылем его вместе отрабатывали, — без остановок говорит омега, а Чонгук смотрит и не верит своим глазам и ушам: где слезы, где жалобы, где недовольства? В свою очередь, Ханыль подходит к Тэхёну и обнимает его за талию и тихонько говорит: — Папочка, мне очень понравилось на тренировке. Я старался все делать, как говорит тренер Намджун. Правда, случайно задел сначала Минсо, но он меня простил, и мы вместе делали задания. Мы же еще придем сюда? — Конечно, придем, заяц. Ты у меня такой молодец! — Тэхён тоже в шоке от происходящего, как и Чонгук. Их детей подменили? Намджун подходит следом и начинает рассказывать, как прошла первая тренировка. — Добрый вечер, еще раз! Ну что могу сказать, Ханыль и Минсо большие молодцы: оба послушно выполняли все мои задания и справились для первого занятия очень даже неплохо. Единственное, в середине тренировки у нас случилось небольшое происшествие, но мы быстро все уладили и успокоились, да, Ханыль? — Ханыль активно кивает тренеру. — А потом ребята, как мне показалось, даже подружились. Буду рад видеть Вас на следующей тренировке. — Спасибо огромное! Мы обязательно придем! — отвечает Тэхён за себя и Чонгука. Тренер отходит к другим воспитанникам, а альфа с омегой переглядываются и начинают смеяться. Дети и правда подружились — все время, пока одевались, без остановок болтали, обсуждали приемы. Пришлось успокаивать их, чтобы они не начали отрабатывать удары повторно: в одной штанине и с футболкой на голове. Через добрые тридцать минут, все, наконец, готовы. Можно отправляться домой. Тэхён с Ханылем выходят на крыльцо, и случается то, чего так не хотел омега — начался дождь и поднялся ветер. Тэхён достает телефон, хочет вызвать такси, как сзади подходит Чонгук с Минсо на руках. — Вы на машине? — спрашивает альфа. — Нет, мы пешком, но я уже вызываю такси, — не отвлекается от экрана телефона омега. — Не стоит, я вас довезу. Отказы не принимаются, — улыбается своей кроличьей улыбкой и бежит к машине, на ходу оборачивается. — Догоняйте! — кричит Тэхёну и Ханылю. — Ну что, побежали, заяц? — омега смотрит на своего сына. Ханыль весь светится, с нетерпением подпрыгивая на месте. Взявшись за руки, они бегут следом. В машине тепло, хорошо. Дети уже опять о чем-то увлеченно болтают на заднем сиденье. Ехать им недолго, и, как оказалось, живут семьи довольно близко друг к другу. Чонгук паркует машину у самого подъезда Тэхёна с Ханылем. — Спасибо огромное, что подвезли! — искренне благодарит омега. — Не за что! Мы вам очень рады, правда, Минсо? — оборачивается к сыну. Минсо обнимает младшего альфу и активно кивает головой. Ему очень понравилось проводить время в такой компании, омега про себя загадывает желание, чтобы так было всегда. Сегодняшний вечер стал для них всех чем-то особенным: кто-то не заплакал и нашел первого в жизни друга, кто-то услышал заветную похвалу от тренера и папы, а кто-то просто нашел человека, который смог бы понять и разделить с ним все, далеко не детские, трудности.