Жизнь после смерти

- Ну чего ты там так долго? – Аид нервно расхаживал из стороны в сторону, всем своим видам демонстрируя нарастающее недовольство от долгих сборов девушки. - Если бы ты действительно злился – ты бы уже давно прожёг стену, так что ещё минутка не навредит, - Лис с улыбкой вышла из комнаты, подмигнув Богу Смерти. Девушке подходил новый наряд – платье цвета слоновой кожи дополнялось платком, нежно ласкающим плечи и прикрывающим руки до кистей, золотые украшения в виде хитро переплетённых серёжек и ожерелья, добавляли образу статусность и роскошь. На секунду Лис задумалась – выйди она за Адониса, подобный внешний вид мог бы стать для неё обыденным. - Ну как? – девушка покрутилась, чтобы показаться Богу со всех сторон. - Я способна покорить Олимп? Аид ухмыльнулся и бросил в её сторону искрящийся взгляд – мужчина был очень доволен. Они прошли в тронный зал, где их уже поджидала тройка чёрных лошадей с повозкой. Аид протянул девушке руку, чтобы та могла залезть внутрь. Маленькая бледная ладонь на несколько секунд оказалась в большой синей – контраст этого прикосновения приковывал взгляд. Они словно были частями одного целого, которое не смогло бы сложиться в силу явной несовместимости. Дорога до Олимпа была долгой – около часа потребовалось для преодоления тёмного тоннеля подземного царства и последующего восхождения на вершину. По мере приближения к обители богов, воздух становился более сладостным, а облака приобретали всё большую плотность и насыщенность. После недавних событий, Лис думала, что больше никогда не увидит сияние золотых врат, ведущих на Олимп, не ощутит мягкость облаков, служивших местным полом и стенами, а также не вдохнёт прохладный свежий воздух, который своей чистотой отличался от земного, пропитанного потом и грязью, и подземного, в котором слышались ноты затхлости, старости и смерти. Солнце клонилось к закату – Аполлон в запряженной колеснице уже бороздил просторы небес. Девушка и Бог Смерти вошли внутрь долины Богов и нимф. Длинная аллея, слева и справа, окружённая статуями божеств, на руках и плечах которых покоились связки цветов. Некоторые из них были знакомы – нарцисс, фиалки, лилии, но встречались и совсем причудливые формы растений, которых Лис прежде никогда не видела. Вся симфония источала пьянящий сладковатый запах, который наносил дурман на сознание и немного притуплял чувства. Под конец пути к залу девушка не совсем помнила, что́ находится в начале аллеи и как именно она сюда попала. Конечно, после нескольких усилий она смогла вспомнить отдельные моменты, но часть картинки бесследно стёрлась в цветочном купаже. Бог Смерти украдкой взглянул на девушку и усмехнувшись произнёс: - Совсем забыл сказать – постарайся не дышать пока идёшь здесь, - он нагло подмигнул ей и двинулся дальше. Когда они прибыли в зал, Боги начали кидать косые взгляды, смех прекратился, а вместо светских разговоров появились перешёптывания. Часть из них предназначались Аиду, который давно стал персоной нон грата на Олимпе из-за своей тёмной натуры, нелюдимости и жуткого внешнего вида. Другая же, с каждой секундой увеличивающая свою численность, за объект обсуждения приняла девушку. Лис было интересно, знают ли другие боги о недавнем происшествии или их недовольство связано исключительно с её принадлежностью к человеческой расе. - Что эта юная особа здесь забыла, - Афродита перегородила дорогу вновь прибывшим и брезгливо взглянула на незнакомку. - Она со мной, - Аид обхватил Лис за плечи и повёл дальше. Попутно Бог Смерти приветствовал остальных богов, с кем-то обменивался особыми жестами, кому-то просто подмигивал. Но каждый, к кому обращался Аид, лишь скромно кивал в ответ, а после быстро отводил взгляд в сторону, словно не желая задерживать своё внимание на столь уродливом и неприятном создании. В противоположной от входа части зала находился Зевс, который стоял ко всем присутствующим спиной и молча взирал вниз – на города, леса, людей и животных. Его взгляд был скучающим, все мирские проблемы были далеки от него, а молитвы о той или иной нужде были лишь поводом для зевоты. - Зюся, сколько лет, сколько зим! – Аид подобрался к брату с правой стороны, в то время как девушка осталась скромно стоять за спиной у Верховного Бога. – Чего же ты дуешься, твой любимый братец пришёл зарыть топор войны, - с этими словами Аид протянул синюю руку брату. В ответ он удостоился суровым взглядом. Но Аид был готов к такому исходу событий. По правде сказать, он был бы удивлён получить иную реакцию. - Понял, цветами и сластями здесь не отделаться, - Аид наколдовал атрибуты, столь желанные многими дамами, и небрежно отбросил их в сторону. – Тогда перейдём сразу к делу, видишь ли, наш раздор не даёт мне покоя, - Аид скрестил руки на груди и закрыл глаза, подобно мертвецу. В этот момент по спине Лис пробежали мурашки, мужчина выглядел крайне жутко в подобной позе. – Поэтому в качестве извинения я принёс тебе небольшой презент… привёл, вернее. Аид зашёл за спину Зевса, последний проследил взглядом за своим братом. Синяя рука небрежно обхватила предплечье девушки и потянула ближе. Дурман, просочившийся из аллеи в общий зал, захватил разум Лис. Она практически не сопротивлялась и всё своё внимание сосредоточила только на одном – Аиде. Она с интересом взирала на него, как на Чудо Света. Её разум словно находился в большом светлом зале, где было единственное тёмное и уродливое пятно – Он. Голоса, не способные проникнуть в светлую залу Элиссы, порождённую дурманом, отражались эхом от воображаемых стен. Снаружи явно назревал конфликт, звуки становились всё громче и через пару мгновений лицо Аида начало меркнуть. Оно словно постепенно растворялось в безупречной белизне комнаты. Девушка хотела кричать, порывалась последовать за ним, но она не могла произнести ни звука, а её тело сковало невидимыми кандалами. Из оцепенения Лис вывел шлёпок по щеке. Она с недоумением пыталась найти источник удара и увидела перед своим лицом красную ладонь, за которой девушке открылся суровый взгляд – косматые белые брови, волнистые белоснежные волосы, спадающие до плеч и крючковатый нос, являвший собой единственное сходство между братьями. - Ну, что я тебе говорил, она – само спокойствие и покладистость теперь. – Аид попивал коктейль, который ему по мановению щелчка преподнёс услужливый Гермес. Зевс с недоверием взирал на подаренную братом девушку. Ранее она уже успела преподнести ему немало хлопот, излишняя предосторожность имела место быть. - Я прошу прощения у вас, Господин, - Лис склонила свою голову перед Верховным Богом, на заднем плане Аид довольно ухмыльнулся. Девушке стало легче от его улыбки, она словно новь вернулась в светлое помещение, где были только они вдвоём и дурманящий аромат цветов. Зевс прищурил взгляд и через несколько секунд громко расхохотался. Лис с недоумением слегла приподняла голову, чтобы попробовать отыскать источник веселья Бога, но не нашла. Через пару мгновений мужчина немного успокоился, но будучи всё также навеселе обернулся к своему брату и, обхватив того за плечо, направился ближе к центру зала, попутно подзывая Гермеса с очередной порцией напитка из амброзии. Мужчины некоторое время продолжали обсуждать какие-то отдалённые темы – обменивались сплетнями о других Богах, обсуждая это настолько громко, что каждый гость мог услышать ту или иную пикантную тайну о своём соседе. Смех и всеобщее веселье настораживали Лис, она ощущала себя на пире, проходившем прямо на поле боя. Почти весь праздник девушка простояла вдали от толпы. Ей не хотелось контактировать с кем-либо из Богов, да и последние сторонились её, всем видом выказывая отвращение. Но Лис подобное отношение не сильно волновало. Она то и дело украдкой пыталась разглядеть своё старый дом, находящийся где-то вдали от облачного царства на земле. С такого огромного расстояния разглядеть даже город было непросто, но сердце девушки с трепетом билось, как будто вот-вот частичка дома окажется подле её глаз. И хотя там не осталось ни одного близкого ей человека, тёплые воспоминания согревались душу и помогали немного успокоиться в этот волнительный час. План, который придумал Аид был хитроумным и дерзким, под стать своему создателю. И приступить к его реализации все хотели, как можно скорее. И хотя Зевс остался доволен поведением девушки, нужно было оставаться начеку, ведь он далеко не самый глупый мужчина, хоть порой и принимает опрометчивые решения и ведёт себя как ребёнок. - Веселье весельем, но пора бы и опробовать твой подарок, - сквозь шум, царивший в зале, Лис смогла отчётливо расслышать эту фразу. Дрожь пробежала по всему телу девушки, её бросило в холод, а пальцы на руках не слушались, в результате чего хрустальный стакан камнем полетел сквозь облака на землю. По крайней мере, это не привлекло к её персоне никакого внимания: нет звука – нет преступления. Большая горячая рука приобняла девушку за талию, а сладковатый, дурманящий разум, аромат амброзии заставлял желудок искривляться от отвращения и вызывал тошноту. - Давно пора тебя опробовать в деле, - последовал шлепок по заднице девушки. Даже сквозь одежду он вышел звонким. В зале послышались перешёптывания и смешки. Зевс грубо взял Лис за предплечье и повёл ближе к столу заседаний, который ломился от всевозможных яств и напитков. Верховный Бог небрежно смахнул своей массивной сильной рукой половину того, что находилось на столе и поставил девушку перед собой. Лис невольно присела частью ягодиц на стол, так как пространство между ней и Зевсом практически отсутствовало. Все присутствующие с любопытством уставились на пару своими хищными взглядами. Они были похожи на гончих псов, ожидающих команды «Фас!» от своего хозяина. Зевс сорвал с девушки платье одним лёгким движением, что сразу напомнило об их предыдущих встречах. Он толкнул её в грудь, заставив удариться спиной о стол и принялся снимать с себя одежду. Глаза Бога были наполнены яростью и азартом, он хотел отомстить ей за неуважение и неповиновение. С глаз Лис начали невольно катиться слёзы, она не хотела, чтобы её враг увидел их, поэтому повернула свою голову в сторону и через мгновение ощутила знакомый аромат. Её сознание снова воспарило над небесами и перед ней был уже не Зевс, а его брат – Аид. Синие пальцы раздвинули ноги девушки и от неожиданности вызвали волну мурашек. Он вошёл в неё довольно грубо, но девушка была готова простить ему любое поведение, в конце концов, чрезмерная игривость и страстность – это часть его очаровательной натуры. Его движения были грациозны, как у королевского рысака, а сбивчивое дыхание возбуждало девушку только сильнее. Она руками водила по его торсу, плавно переходя к ушам и даже в один момент, наскучавшись работой пальцев, приподнялась и надкусила левую мочку, переходя ниже к шее. Девушка почувствовала, как на мгновение Бог стушевался, словно не ожидал такого поведения от неё, но после воспользовался внезапным порывом страсти и принялся двигаться с ещё большим рвением и даже позволил ей быть сверху, подняв её над собой одним движением своей правой руки, а сам оказался на её месте. Их стоны становились всё громче, заставив других богов краснеть и отводить свои взгляды в поисках потенциального партнёра. Уже через несколько минут зал наполнился целой симфонией звуков – от простых причмокиваний и шорохов, заканчивая игривыми смешками и выкриками различной степени пошлостей. Элисса была на пике своего удовольствия, она не хотела, чтобы это мгновение заканчивалось. Её ягодицы двигались так активно, что пару раз партнёр намеренно тормозил её своими цепкими пальцами. Когда наступил момент завершения, они вновь поменялись местами, и Бог извергнул на её светлую кожу своё семя. Она ощущала эту теплоту и на секунду задумалась, куда делся холод, что ей довелось чувствовать ранее в подземелье. Неужели местное солнце так положительно влияет на Аида? Она лежала на столе и сбивчиво дышала, пока дымка дурмана не сошла с её век и перед глазами не предстал тот, кого она ожидала увидеть меньше всего. Красное лицо самодовольно ухмылялось и то и дело поглядывало в «зрительный зал», где вовсю резвились присутствующие. Лис привстала, опёршись на локти, а затем боковым зрением заметила цветы, которые в ходе тряски стола выпали из вазы и разлетелись по сторонам. Ей хотелось рыдать, биться в истерике и заколоть каждого, кто находился в комнате, пока её блуждающий взгляд не наткнулся на Аида, тихо стоящего подле одной из самых дальних колонн и спокойно взиравшего на воцарившийся в зале хаос. Мужчина кивнул девушке – она успешно сыграла свою роль.