разрушай меня

      Веллис садится на середину кровати, утягивая белого бота за собой и усаживая себе на колени, не разрывая при этом настойчивого и жаркого поцелуя. его губы хотелось искусать до энергоноточащих ранок, но Медикс нагло отжал эту роль себе, не жалея чужие губы. его маленькие, острые клыки жестоко впивались в мягкий и тонкий металл, а маленькие и хрупкие манипуляторы в мгновение стали сильнее, грубо удерживая фейсплейт и не позволяя Скорчу вырваться даже тогда, когда он болезненно шикнул в поцелуй. Бейкер мстил ему, это желтый бот осознавал и очень четко. мстил за каждый удар, за каждое слово, за каждый косой взгляд, за каждый слух.       сильные манипуляторы Веллиса блуждали по светлому, идеально гладкому корпусу, особенно долго задерживались на тонкой, аккуратной талии, а потом опускались вниз на упругие бедра, сжимая их так, словно киберблейзер хотел оставить на них вмятины в виде отпечатков собственных рук. а Медикс, словно ебаный скраплет, наслаждался привкусом чужого энергона на своей глоссе, выступавшего с чужих прокусанных губ. Скорча это одновременно и бесило, и заводило. ангельская внешность белого бота совершенно не сочеталась с его жестоким характером.       в какой то момент желтому боту удалось поймать момент, когда уже самому Бейкеру стало не хватать кислорода, но стоило тому оторваться от его губ, как Скорч в следующую же секунду впился в его шею, выбив из этого проклятого бота тихий стон. — Блять, — только и смог на выдохе произнести Медикс, запрокидывая голову назад. поцелуи были болезненными и опьяняющими.       чужую шею блейзер зацеловывал так же беспощадно: покусывал самые чувствительные проводки, обдавал дыханием мокрые следы, вызывая тем самым дрожь в маленьком корпусе, а потом грубо сжимал чужие бедра и снова впивался в тонкую шею до тех пор, пока на той не появилось достаточное количество темно-синих следов.       Бейкеру стоило немалых усилий не извиваться под напором такого количества приятных действий, да и Скорч бы ему этого не позволил: манипуляторы у него и правда были очень сильными. еще недавно именно они почти ежедневно оставляли вмятины от ударов на его аккуратном корпусе, а теперь удерживают его на месте, не позволяя увернуться от всех этих ласк. да и Медикс, по правде говоря, не планировал уворачиваться. в обеих ситуациях.       белый бот лишь ерзал на коленях киберблейзера, жался ближе, терся своей паховой пластиной об интерфейнс панель Скорча, уже изнывая от желания. тот прекрасно видел и чувствовал это, но ему нравилось дразнить и пытать Бейкера даже не смотря на то, что и самому Веллису уже хотелось просто взять и трахнуть бота. один его манипулятор ловко проскользнул на внутреннюю часть бедра Бейкера, ладонь ласково накрыла паховую пластину. это действие вызвало новую волну дрожи в белом корпусе, и бот с шумным вздохом сильнее сжал манипуляторы на плечах киберблейзера. — Какая же ты шлюха, — проурчал Скорч, довольствуясь этим зрелищем. его ловкие пальцы ласкали закрытую панель. — Шлюхи хотят получить деньги за секс, — с трудом, но Медиксу все же удалось заглянуть в оптику Веллиса. такую всегда ненавистную, но сейчас такую желанную, — От тебя же я просто хочу получить удовольствие.       после этих слов уже Медикс оказывается на кровати, а Скорч нависает над ним. они вновь сливаются в поцелуе, все таком же грубом и напористом. своим крупным корпусом и свободной рукой блейзер заставляет белого бота развести ноги в стороны, и он слышит звук открывшейся панели. ладонь смело касается уже мокрого порта, и Бейкер тихо стонет в поцелуй, а манипуляторы, приобнимающие Веллиса за спину, оставляют маленькие царапины.       пальцы Скорча без каких либо затруднений проникают внутрь чужого порта: возможно, он действительно был прав, когда распускал слух о шлюхе-Бейкере. но мысли об этом быстро сместились на второй план, когда он погрузился достаточно глубоко, чтобы выбить из белого бота еще один стон. Веллиса не сильно интересовала подготовка перед самим интерфейсом - ему просто хотелось изучать Медикса, находить те точки, которые заставили бы его прогнуться в спине, застонать, намокнуть еще больше.       тишину темной комнаты нарушали лишь хлюпающие звуки и тихие постанывания белого бота. в какой то момент Скорч вытащил из него уже три пальца, без раздумий вытер их о простынь, а после разблокировал и свою интерфейс систему. лишние проблемы никому из обоих ботов были не нужны, да и Веллис не настолько тупой, чтобы не пользоваться защитой. в интерфейсе она никак не мешала, а вот узнавать через несколько недель о том, что Бейкер залетел, ему не хотелось.       Скорч вошел без проблем. теперь уже и его тяжелые вздохи нарушали тишину комнаты. даже не смотря на небольшую разницу в размерах, в интерфейс-плане их корпуса идеально подходили друг другу. Веллис двигался аккуратно, давая и себе и Медиксу привыкнуть к этим ощущениям. он сидел перед ним, манипуляторами придерживая бедра белого бота, не давая свести их вместе и при этом не упуская возможности вновь огладить мягкий металл, периодически сжимая его.       Бейкер лежал, отвернув голову в сторону: один его манипулятор был на подушке, другой сжимал одеяло, когда коннектор Скорча находил какие то чувствительные точки. портить себе удовольствие, видя чертов фейсплейт желтого бота, ему не хотелось. к тяжелому дыханию иногда добавлялись тихие стоны.       Веллису, напротив, нравилось разглядывать Медикса в таком положении: лежит перед ним, с раздвинутыми ногами, пока Скорч его трахает. и с этого было даже как то смешно. киберблейзер так часто пиздил его и в академии, и за ее пределами, и распускал самые грязные слухи, чтобы нарочно испортить репутацию белого бота, что даже не успел заметить, в какой момент все пришло к этому. и ведь Скорч ни к чему не принуждал Бейкера, не затаскивал силой в его же квартиру и не насиловал против его воли. даже наоборот, именно Медикс сделал все для того, чтобы это произошло, и блейзер никак не мог понять одного. для чего?       темп быстро нарастал, уже и самому Веллису было тяжело оставаться слишком тихим. один манипулятор переместился на талию белого бота, очерчивая ее плавные изгибы. сколько бы Скорч не издевался над Бейкером, он не мог отрицать, что у того восхитительная внешность. аккуратный корпус с плавными изгибами, талия тонкая, как у лучших моделей, худые, но красивые ноги. черты лица мягкие, но четкие, а оптика настолько красивая и выразительная, что бот мог бы одним своим взглядом уничтожить любого, только если бы захотел. если бы он только захотел.       Веллис наклоняется, входя до упора, и чувствует, как чужой корпус толкается ему навстречу. он обрывает стон горячим поцелуем, сразу углубляя его, сплетая глоссы, а сам продолжает вбиваться в Бейкера до упора. каждое движение заставляет Медикса дрожать все большее и больше, в низу живота появляется приятное тянущее чувство, и он украшает спину Скорча еще несколькими маленькими царапинами. они продолжают тихо стонать в поцелуи, отрываясь на доли секунды, чтобы перевести и без того тяжелое дыхание. желтый бот чувствует, что уже на пределе. стоны Бейкера сводят его с ума, затмевая разум.       еще один толчок до упора. перезагрузка для обоих ботов наступает одновременно. белый бот прогибается в пояснице, толкаясь навстречу коннектору Скорча, и его корпус пробирает сильная дрожь. Веллису хватает сил лишь почувствовать, как тело под ним вскоре обмякло, и тогда он и сам позволяет себе отдохнуть.

***

      Медикс сидит на подоконнике пустой темной кухни, укутавшись в плед, и докуривает уже, наверное, вторую или третью сигарету за полтора часа. алкоголь он ненавидел, но от никотиновой зависимости его это не спасало. взгляд белого бота был направлен в окно: он изучал улицу, соседние дома и чужие окна. сейчас была поздняя ночь, и свет горел лишь, наверное, у тех, кто страдал бессонницей. Бейкер делает долгую затяжку, выкуривая почти половину того, что осталось от сигареты, задерживает дым в себе на несколько секунд, и только потом медленно выдыхает: серый дым стремительно отправляется на улицу через приоткрытое окно. Медикс прекрасно понимает, что курение в таких количествах будет медленно убивать его. знает, что смола и масла будут оседать в вентиляционных каналах, но это не останавливает. по другому сбегать от страшных или мерзких мыслей попросту не получается. — Почему не спишь? — на кухню заходит сонный Скорч. Бейкер на это лишь раздраженно цокает и закатывает оптику: побыть одному не получилось. блейзер ответа не дожидается, поэтому тоже садится на подоконник, и только сейчас Медикс смотрит на него. его бирюзовая оптика, такая яркая в свете звезд, вновь полна холода и безразличия. Веллис не может точно сказать, что теперь испытывает от этого взгляда. вроде и хорошо, что им все еще плевать друг на друга, а вроде внутри что то вдруг неприятно кольнуло. проходит около минуты, и все это время взгляд блейзера был прикован к медленно тлеющей сигарете, — Будешь играть в молчанку? ну, твой взгляд все говорит за тебя, — Скорч даже с небольшим раздражением вздыхает, поднимая взгляд на Бейкера. в принципе странно было надеяться на то, что ему удастся сейчас разговорить белого бота. он уже собирался встать и вернуться обратно в постель, как вдруг бот заговорил. — А ведь именно ты распустил тот слух о том, что я шлюха, — Медикс тихо усмехнулся, и теперь уже его взгляд был прикован к сигарете, — Говорил всем о том, как выебал бы меня чтобы поставить на место, и как здорово было бы потом пустить меня по кругу, — белый бот поднимает взгляд, и буквально впивается им в Скорча. тому даже на мгновение показалось, словно чьи то острые когти впились в его обшивку и пытаются разорвать. Бейкер делает затяжку: настолько долгую, что докуривает до фильтра. взглядом продолжает пожирать Скорча, и, спустя долгие секунды, медленно выдыхает дым в его сторону, — И теперь ты трахнул меня у меня же дома. — Ты говоришь это так, будто я тебя изнасиловал против твоей воли, хотя ты знаешь, что это не так, — Веллис нахмурился, не совсем поняв эту претензию, адресованную ему. даже не смотря на все те слова, которые были адресованы Бейкеру ранее, и о чем он разговаривал со всеми, он ни к чему не принуждал его сегодня. все произошло по обоюдному согласию, и это, если честно, все еще сбивало Скорча с толку.       на фейсплейте Медикса растянулась улыбка. он потушил окурок, оставляя его в пепельнице, и наклонился ближе к киберблейзеру. оптика белого бота была полна холода и ледяной ненависти. — Ты омерзительный бот, ровно как и все произошедшее сегодня. но знаешь, что было самым омерзительным? — Бейкер выдержал небольшую паузу, прежде чем продолжил, но уже с такой болью в голосе, что ее невозможно было скрыть даже широкой улыбкой, — То, что мне это понравилось.       после этих слов поднялся уже Медикс, и, больше не смотря на желтого бота, он ушел в свою комнату. Скорч остался на кухне один наедине со своими мыслями.