Don't say

Губы Джисона двинулись ниже от челюсти к ключицами и там и задержались, предоставляя Минхо повод более менее расслабленно выдохнуть. Даже просто сидеть на бёдрах своего вообще-то парня, о котором не знает никто, кроме них двоих, уже невероятный риск. Адреналин растекался по венам и гнал пульс после каждого подозрительного стука и шороха за дверью комнаты Ли. Минхо вздрагивал, когда на кухне на первом этаже что-то с грохотом падало, а в коридоре второго этажа неизменно раздавались торопливые шаги. Чёрт. Пригласить Джисона на ночёвку, живя с родителями, уже не казалось такой фантастической идеей. Скорее фантастическим провалом, если в конечном итоге их застукают за кое-чем личным. Вопросов от матери потом не оберёшься, а отец и вовсе может разозлиться, если не впасть в ярость, потому что: «мне этот Хан Джисон никогда не нравился!». Но Минхо нравился. И очень сильно. Так, что последние два урока в школе частенько оставались без внимания Ли, пока он переписывался с младшим, который только-только проснулся ближе к обеду, а потому и в школу не пришёл. Глупая улыбка завладевала губами парня каждый раз, когда на телефон приходило новое сообщение от Джисона. Он неизменно говорил, что скучает и отправлял забавный стикер с разбитым сердечком. Минхо был влюблён по уши. Сейчас ничего не изменилось. Они вместе уже четыре года, чем безмерно гордились, доказав ошибочность утверждения о том, что любовь живёт три года. Может, это и так, но точно не в их мире. Не в их Вселенной, где чувства пылают с каждым днём всё сильнее, а притяжение растёт в геометрической прогрессии. И это чистейшей воды правда. Они почти уверены, что в их сердцах есть два крохотных, но безумно мощных магнита, которые притягиваются каждый раз, когда парни попадают в поле их общей видимости. Сегодняшний вечер исключением не стал. Как только время перевалило за десять часов вечера, а Минхо сообщил родителям, что они за день утомились и лягут спать пораньше, Джисон напал с бесконечными поцелуями, от которых уже приятно ныли губы. В целом, Ли не жаловался. Лежать под одеялом, делиться теплом, держась за руки и переплетая пальцы, пока губы движутся друг против друга, невероятно. Сидеть на бёдрах Хана в одном лишь нижнем белье и майке, задыхаясь от горячих ладоней на ляжках, крышесносно. Минхо немного жалел, что отказался от предложения провести ночёвку в квартире младшего. Признаться честно, зайти немного дальше поцелуев хотелось ужасно. — Меня раздражает эта майка, — Джисон дёрнул одежду Ли за краешек и поморщился, вновь нечаянно проезжаясь губами по кромке её ворота. — Она достаточно открытая, — возразил старший и повёл плечами, как бы указывая на этот факт. Да, сам Хан предпочёл от футболки отказаться вовсе. Минхо этот нюанс немного смущал, когда кончики пальцев невольно спускались к накаченной груди, а потом возвращались обратно на плечи, словно одумавшись. У Ли есть оправдание: Джисон сложен, как чёртов Бог. Желание запомнить касаниями каждый сантиметр подтянутого тела бушевало в Ли ураганом и временами вырывалось наружу, заставляя с горящими щеками, сквозь смущение скользить по упругим мышцам. Минхо очень расстроится, если кто-то лишит его этой маленькой слабости. — Ну сними её, — надулся Джисон, чмокая старшего в припухшие губы. — Ну, хён. Хан действительно сильно этого хотел, раз воспользовался таким редким обращением. Ли всегда был Минхо, любимым чаги, котёнком, сладким, деткой, но в крайних случаях хёном. Только, когда нужен был стопроцентный результат от озвученной просьбы. Минхо просто так не сдастся. Да и он искренне не понимал, чем эта несчастная майка могла так помешать. — Тебе что, мало? Хочешь поцелуев? Так мои губы выше, — Ли хмыкнул и вдруг ахнул, когда Джисон наклонился и зубами подцепил лямку, задевая чувствительную кожу. — Господи, т-ты... сожрёшь меня такими темпами. Что ты творишь? — Именно это я сделать и пытаюсь, — заявил младший, встречаясь с большими блестящими глазами своего прекрасного парня. — Тяжело наслаждаться едой, пока эта дурацкая вещица мне мешает. Может, поможешь? — Представь, что будет, если кто-то из родителей вдруг зайдёт и увидит, что ты пытаешься меня раздеть, — забормотал Минхо, чувствуя, как одна из лямок всё же оказалась спущенной с плеча. — Что ты им тогда скажешь? — Лёгкий вопрос, — фыркнул Джисон, облизывая кожу на стыке плеча и шеи, от чего старший тихонько захныкал. — Скажу, что очень люблю их сына и лишь пытаюсь показать свою любовь, которая на данный момент достигла высшей точки и обычных слов для её выражения не хватает. Считаю, достойным аргументом на возражения. К тому же, я даже не совру. — Какой ты... Боже, — горячо выдохнул Минхо, впиваясь в Джисоновы губы своими. Минхо захлёстывают эмоции каждый чёртов раз, когда Хан говорит о нём вот так. Он сгорает, а младший собирает его воедино из остатков пепла и склеивает осколки сердца клеем из собственной любви. Ли даже не допускал мыслей о том, чтобы усомниться в чужих чувствах, которые впитывались под кожу с новым мягким поцелуем, жарким объятием, тихим сокровенным признанием и нежным сексом. У них всегда всё правильно и неподдельно. Это второй факт, которым они гордились. — Сними её. — А как же родители? — ухмыльнулся Хан, стирая подушечкой большого пальца небольшой след от слюны в уголке чужих губ. — Уже не боишься? — Ну, ты же защитишь меня? — Ли чуть склонил голову в бок, сияя милой улыбкой. Очаровательный. — Как я могу не? Младший оставил короткий чмок на кончике острого носа и потянул майку вверх, оставляя её неподалёку на подушке. Как бы ему не хотелось драматично отправить раздражающую вещь в самый угол комнаты, лучше этого не делать. Мало ли. — Не холодно? — заботливо поинтересовался Хан, ведя ладонями по обнажённой спине Минхо от талии до лопаток. — Ты достаточно горяч, чтобы мне было жарко, — ответил старший, прижимаясь к широкой груди Джисона и притираясь щекой к его плечу. В нос с новой силой ударил сладковатый аромат парфюма, и Ли растаял, совсем обмякая в сильных руках своего парня. Уж кто-кто, а Хан его точно защитит. И согреет даже в самую адскую стужу. — Цитата из какого-то романа? — улыбнулся младший, ласково поглаживая Минхо по голове. — Нет, но думаю, что такая банальщина уже где-то использована. — В любом случае, это было мило. Мне понравилось, — крохотный поцелуйчик осел на хрящике уха Ли. — Хорошо, я погуглю для тебя что-то подобное, — озорное хихиканье прокатилось по воздуху небольшой комнаты, достигая слуха Джисона. — Ты и сам отлично справляешься, — отметил Хан. — А теперь позволь мне исполнить сказанное. — М? — Выразить свою любовь.