Жизнь

***

Часто взрослые пугают детей, что отдадут их в детский дом, тем самым пытались добиться того, чего хотели от детей. Послушания или что-то в этом роде. Хотя, те кто там не рос, зачастую сами не понимают на сколько это ужасное и гнилое место. А дети ужасно этого бояться и делают, то что от них требуют взрослые. И правильно делают, что боятся детские дома. Там ты подвергаешься оскарблениями, унижениями и даже избиениями. Это детская тюрьма, только срок у всех один. Как тебе исполняется восемнадцать, то тебя спокойно вышвыривают на улицу. Тебя вырастили, дали какое-то образование, теперь вали нах… на все четыре стороны. В детском доме ты кусок отребья, никому не нужный изгой. Дальше по жизни будет тяжело из-за того, что ты не сможешь нормально взаимодействовать с другими, точнее сможешь, но по-крайней мере сначала это будет тяжело, в плане доверия тяжело точно будет. Там из наивного ребёнка, ты медленно, но верно превращаешься в более жестокую версию себя. Тот маленький ребёнок умирает раз и навсегда, когда ты попадаешь в детдом. Нет, не подумайте, не все такие жестокие и агрессивные суки. Есть и хорошие, добрые, адекватные ребята, но именно они становятся жертвами тех жестоких детей. Да, именно жертвами, эти жертвы сбиваются в кучки и иногда пытаются дать отпор, тем задирам, получается это у них редко. Задиры тоже сбиваются в группы, чем больше последователей у лидера этих групп, тем сильнее он себя чувствует. Ещё были некие заступники, их было меньше. Они также сбивались в группы. Они давали отпор задирам и защищали слабых. Эти «жертвы'' всегда липли к ''защитникам». А ещё были одиночки. Именно одиночки, а не изгои. Их было вовсе единицы. Они не были жертвами, они могли защитить себя от задир, но они и не защищали других. Скажем было больше похоже на какую-то золотую середину. Даниил Романов был — защитником. Он не мог смотреть, как обижали кого-нибудь ребёнка или подростка. Он был тем самым рыцарем на белом коне из девчачьих сказок, который тебя спасёт, во чтобы то не стало. Занимался спортом, всегда помогал кому-нибудь. Не важно кто это был. Воспитательница или новый ребёнок, который по каким-то причинам остался без родителей. Он был хорошим и добрым парнем. Всегда протянет руку помощи, не пил, не курил. Пай- мальчик, проще говоря. Все девчонки по нему сохли. Одна за другой пытались привлечь внимание парня, влюбить его в себя. Он был тем самым идеальным парнем. Добрым, с чувством юмора, мужественным, свернёт ради тебя горы или достанет звезду с неба. Как те парни из мелодрам. Идеал любой девушки, мечтающей о той искренней и светлой любви. Слишком хорош. Слишком тёплый и согревающий, как солнышко. Он сам был как солнце. Слишком живой. А вот его младшая сестра — Анастасия Романова, тот ещё персонаж. Агрессивный характер, могла легко ввязываться в драку, из которой кстати, всегда выходила победительницей. Грубая, может послать кого угодно, если её что не устраивало. И жестокая. Нет, она ни над кем не издевалась, просто любила ломать носы и разбивать лица, тем самым задирам. Она делала это не для других, просто она следовала своим железным принципам. Никогда не пойдёт на уступки ради кого-то. Слишком хладнокровная и непреклонная. Она не была святошей, как её брат. При виде Романовой учителя мысленно молились, чтобы она ни с кем не подралась. А дети видя Настю, всегда спешили уйти, даже те задиры никогда с ней старались не связываться. Ту агрессию, которая в ней была заложена от природы, она перерабатывала в моральную или физическую силу. По-крайней мере старалась это сделать. Она не мечтала о семье, о любящем муже и детях, как её сверстницы. Или о красненькой иномарке. Или о парне, который будет писать ей стихи и клясться, что свернет горы ради неё. Она не мечтала об этих розовых соплях, что показывали подросткам в мелодрамах. Она была слишком холодной, чтобы зажечь любовь в её разбитом сердце и сломленной душе. Она была слишком гордой, чтобы подпустить кого-то к себе. Она была слишком мёртвой внутри.

***

Большой хореографический зал уже давно пропитался пóтом юных балерин, а стены криками хореографа. Пол был стёрт от постоянно повторяющихся движений девушек. В детских домах всегда были какие-нибудь кружки, спортивные секции. В них детей записывали добровольно-принудительно. Балет тоже входил в этот список. И Настя по воле судьбы занималась балетом. Это лучше, чем играть в каком-нибудь драм. кружке Джульетту. По её мнению. Женщина ходила вдоль ряда построенных девушек. Они отрабатывали все позиции, все движения нужные для балерины. Кто скажет, что балетом заниматься легко, тот мягко говоря не очень умный человек. Стёртые ноги в кровь, контроль за приёмом пищи и ежедневные тренировки (кроме выходных и праздников) длившееся по несколько часов, с парой десятиминутных перерывов. Ужас какой-то. А когда ещё хореограф советской закалки, то тут уже просто нет слов. И вот занятие закончилось и измотанные девушки направились в раздевалку. Переодевшись, Настя вышла из раздевалки и направилась к себе в комнату, но неожиданно появился её брат. — Твою мать. — Настя отпрыгнула назад и испепеляющим взглядом смотрела на брата. — Нахрена так пугать?! — Девушка недовольно смотрела на улыбающегося брата. — Ой, посмотрите на неё. Прям запуганная вся. — Он подошёл к сестре и закинув руку на плечи, направился с ней к её комнате. — Мы сегодня гулять с пацанами идем. Ты пойдёшь? — Конечно, когда я отказалась. Во сколько и где? — Как всегда, на нашем месте. Встречаемся через полчаса после отбоя. — Дав всю нужную информацию Даня отпустил сестру и пошёл дальше. День прошёл быстро. Тренировки, уроки, занятия так было каждый день. Сейчас уже всех отправили по комнатам спать. Настиных соседок по комнате не было, они куда-то свалили. Так даже было и лучше. Дождавшись нужного ей времени, она выскользнула из кровати. Она пробегала по коридорам тихо и быстро, добежав до туалета она вылезла через окно на улицу. На улице было тепло и хорошо. Освежающий летний ветерок растрепал длинные волосы девушки. На заднем дворе она встретилась с братом и его друзьями. — Ооо вот и Настюха. — Сказал один из друзей брата, Рома. — Оооо привет. — Парни поздоровались с девушкой. Все друзья Дани относились к Насте хорошо. Они были с ней дружелюбными и приветливыми, они видели в ней младшую сестру. — Привет. — Кивнула и улыбнулась им Настя. Компания перелезла через забор и направились гулять по улице. Настя любила такие вылазки. В эти моменты ей было действительно хорошо. В эти моменты не чувствовалась та пустота внутри, которая становилась всё больше и больше. Это пустота появилась после смерти родителей. Парни веселились и дурачились. Толкали друг друга. Затевали шуточные драки и бои. — Аська, ты чего задумчивая. — Даниил подошёл к сестре и закинул руку на её плечи, тем самым прижал её к себе. — Да так, думаю о том, о сем. — Расскажешь? — Он с любопытством смотрел на сестру. — Потом. — Настя поджала губы. Брат без слов понял её и не стал больше докапываться. В один момент, когда компания гуляла, к ним подбежали несколько девочек. Они были похожи на цыганок. — Можете помочь нам пожалуйста? — Девочка с мольбой в глазах смотрела на Настю и парней. — А что случилось? — Решил для начала узнать Даня. — У нас котёнок вон на том дереве застрял. Залез и спуститься не может. — Девочки указали на дерево с которого слышалось жалобное мяуканье. Они подошли вместе с девочками к дереву. Парни начали думать, как спустить котёнка. Ничего не придумав, им остался только один вариант. Лезть на дерево. — Ладно. Надо на дерево лезть. Полезу я. — Даня стоял спиной к дереву и начал снимать куртку, но развернувшись увидел Настю, которая уже лезла по дереву. — Ты пока соберёшься лезть, котёнок тут от страха сам спуститься. — Усмехнулась Настя. Она долезла до котёнка. Взяв его в руки, котёнок больно вцепился в нее, боясь отпустить девушку, она аккуратно начала с ним спускаться. Спустившись с ним на землю, она отдала котёнка девочкам. К компании подошла мама девочек. — Ай маленький бандит. Опять на дерево залез. — Подошедшая женщина ласково потрепала котёнка. — Спасибо вам, что не отказались помочь. Другие бы мимо прошли. — Да не за что. Делов-то. — Настя улыбнулась. Пока парни игрались с котёнком и разговаривали в девочками, женщина завела с Настей отдельный разговор. — Спасибо ещё раз, дорогая. — Женщина тепло и как-то по-матерински улыбнулась. В душе Насти неприятно защипало. Вспомнилась улыбка мамы, такая-же нежная и тёплая. — Было бы за что. — Я хочу отблагодарить тебя. — Проговорила женщина как-то загадочно, Настя вскинув бровь вопросительно посмотрела на женщину. — Погадаю я тебя. — Спасибо, но не надо. Я в такое не верю. — Настя попыталась отказаться, но всё было тщетно. — Раз не веришь, значит и бояться нечего. Давай же, милая. Разве тебе не интересно, что тебя ждёт? — Женщина явно умела уговаривать. — Ладно. Давайте. — Настя вытянула руку и раскрыла гадалке ладонь. Женщина стала водить пальцами по ладони девушки. — Вижу добьёшься ты многого. Добьёшься благодаря своей силе и упорству. — Говорила женщина. — Мужчины будут на тебя всегда обращать внимание. Но выберешь ты одного. Жить ты будешь ради него, а он будет жить ради тебя. Одиночка он по жизни, так-же как и ты. Но сильный и мужественный. Не бросит и не предаст тебя. Будет любить тебя искренне и бескорыстно. А глаза у него голубые. — Женщина отпустила руку Насти. В этот миг Настю окликнули парни. — Настюх, ты идешь? — Крикнул Даня. — Да, сейчас. — В ответ прикрикнула Романова и посмотрела на гадалку. — Иди с Богом, милая. — Кивнула гадалка и улыбнулась. — До свидания. — Сказала Настя и направилась к парням. — Что она сказала тебе? — Спросили парни. — Да так, погадала чуть-чуть. — Настя посмотрела женщину и махающих в знак прощания девочек. Она помахала им в ответ. — Что нагадала? — Не скажу. Вдруг не сбудится. — Усмехнулась Романова. Даня цыкнул на слова сестры. А где-то в душе Насти поселилась крохотная надежда, что всё так и будет. Что она найдёт того, кто будет любить её. Будет тот ради кого она будет жить. Тот кто ради неё будет жить. Ведь ради кого-то умереть легче. Чем найти в себе силы и жить дальше ради того, кого любишь. Ведь так?