Шпионский роман

      В картине мира Мерлина Бога не существовало совсем: главный координатор был закоренелым атеистом и предпочитал полагаться исключительно на собственные таланты и возможности. В мировоззрении Евы Коджимы единого Бога, как такового, тоже не было, поскольку она принадлежала к политеистическому культу синто[1] и исповедовала явление ками – духовной сущности вещей и сил природы. Координатор и агент были людьми из разных миров, каждый со своими взглядами на жизнь, своим опытом, своей правдой и, казалось, только Kingsman мог объединить двух столь противоположных личностей.       Сидя в пыльной комнате, и имея возможность только думать, Мерлин не отчаялся, не стал набожнее и не начал молиться. Ибо если он и верил во что-то, так это в волю и разум. Поэтому он предпочёл верить в Неё, поскольку лишь Она одна теперь могла спасти его многострадальную миссию. Располагая большим запасом свободного времени, Мерлин перестал, наконец, игнорировать свои мысли о Еве. В попытке предугадать её дальнейшие действия он с досадой отметил, что, пожалуй, одному Аллаху было ведомо, что творится в Её голове. То есть, никому. А он всегда хотел это знать.       Известие о задержании Мерлина не застало Еву врасплох: после отвратительной сцены в холле у неё не оставалось сомнений, что главного координатора она потеряла. В отличие от идеалистически настроенного сэра Артура, девушка не верила в мнимое благородство золотой молодёжи Великобритании. Поэтому едва получив короткое экстренное сообщение от Бена, Ева ушла в ванную, включила душ и вызвала младшего координатора. Не теряя времени, она запросила у руководства разрешение на разведку, с целью найти Мерлина, но Бен дал агенту команду оставаться в номере и не привлекать к себе лишнего внимания. А через минуту перезвонил и процитировал главу Kingsman, который и вовсе велел забыть о случившемся. Осознав всю суть приказа в полной мере, Ева отключила связь и встала под ледяной душ. Когда она, наконец, вышла из ванной, то обнаружила леди Софи, нетерпеливо расхаживающей по комнате в ожидании подруги. Оказалось, что неугомонная девушка загорелась идеей провести пару часов с какой-то дальней родственницей и теперь, пользуясь полным безразличием своей любовницы к данному визиту, убежала из номера. Ева была благодарна ей, поскольку меньше всего хотела, чтобы Софи видела её в нынешнем состоянии. Выключив освещение в комнате, агент подошла к занавешенному окну, скрестила руки на груди и закрыла глаза. Ценой неимоверных усилий она пыталась справиться с бурей, которая сейчас бушевала внутри.       – Они списали Его, – думала Ева, глубоко дыша. – Они готовы оставить Его здесь. "Потеря времени... Неоправданный риск..." Но почему, кто-нибудь скажет мне, почему в миссии участвует именно Он? Почему не Ланцелот? Или, скажем, Галахад? Персиваль, в конце концов! В Kingsman достаточно профессионалов, которых Чарли не знал в лицо! Любой из них мог бы сыграть эту роль! Что за кривая усмешка судьбы? Почему, почему Он сам полез в пекло?!       Ответов у Евы не было, поскольку мысли Мерлина оставались для неё такой же загадкой, как и её собственные для главного координатора.       Kingsman требовало от неё беспрекословного подчинения: полной самоотдачи при уничтожении цели №1 и абсолютного бездействия относительно судьбы Мерлина. Но Ева была не просто агентом: прежде всего, она была воином. Ещё задолго до вербовки на разведслужбу она заработала себе имя – мастер Коджима. И имя её вызывало трепет и уважение у многих людей по всему миру. Это было время, когда она сама выбирала, кого защищать и против кого идти.       – … сам себе плакальщик, сам себе господин... – печально подумала Ева.       Внезапно память услужливо подсунула картину из прошлого, и девушка сжалась, словно получила удар в грудь. Однажды, ещё в годы юности, её бездействие уже стоило жизни – самой дорогой для неё жизни – той, ради которой Ева предпочла бы умереть сама. Человек, рука об руку с которым она собиралась состариться, сгинул во время одной из ночных вылазок в лагерь якудза[2], а она не успела прийти на помощь. И от любимого человека ей остались лишь символичная татуировка на спине да слово "вдова" в личном деле...       – Память – твой самый серьёзный враг и самый главный друг... – бормотала девушка, обхватив голову руками. – Она никогда не упустит случая напомнить тебе, кто ты есть, чего ты стоишь и за что на самом деле воюешь... Нет! Этого больше не повторится! – Девушка резко выпрямилась, сжала кулаки и открыла глаза. – Я клянусь ками Хикава, что пока я жива и могу держать оружие в руках, я не позволю смерти больше никого забрать у меня!       Мастер Коджима сделала свой выбор. И, пожалуй,  в такие моменты – сильных душевных метаний и последующих твёрдых решений – она была прекрасна, как никогда. Ева вряд ли догадывалась, что именно эта её принципиальность вызывала искреннее восхищение у Мерлина. Её готовность идти против всех и вся: руководства, приказа, коллег, инстинкта самосохранения – если это противоречило убеждениям самой Евы. Конфликты с агентством на этой почве возникали редко, но свою позицию девушка каждый раз была готова отстаивать до конца. Так было и на этот раз: агент твёрдо решила действовать по-своему.       Согласно информации Бена, Мерлин не покидал гостиничный комплекс, а значит, его держали где-то на территории. Где конкретно – теперь и предстояло выяснить Еве. План родился мгновенно, словно мысли только и ждали разрешения и тут же потекли в нужном направлении. Девушка взяла в руки телефон, тщательно продумала диалог и позвонила леди Софи:       – Алло! Дорогая, где ты?.. Правда? Очень хорошо! Никуда не ходи больше, я видела сейчас этого итальянца... Да, тот самый фотограф! Нет, в том-то и дело, что не один. Его вели под руки... Нет, пока не полиция. Охрана твоего отца. Откуда я знаю, почему?! Куда? Понятия не имею! Я не подходила к ним, Софи, там был только твой друг Чарли… Нет, Софи, не вздумай ничего предпринимать! Нет! Это может быть опасно! Я жду тебя в номере! Ты меня слышишь?! Возвращайся немедленно, Софи! – После этих слов Ева решительно повесила трубку. Начало было положено.       Выйдя из номера через полчаса и осторожно убедившись, что её чересчур любопытная подруга уже пытает Чарли Хескета в гостиной, Ева осознала, что всё складывается именно так, как она задумала. Агент совершила ещё пару нехитрых действий с обслуживающим персоналом и вернулась в номер ждать результатов.       Суть её главной манипуляции заключалась в том, чтобы использовать одну маленькую тайну, которую Ева узнала примерно месяц назад и которая сейчас могла бы ей очень помочь. Леди Софи питала сильную слабость к разведчикам и шпионам всех мастей, а фильмы о Джеймсе Бонде знала практически наизусть. Вот так избалованная аристократка пыталась разнообразить свою богатую, но скучную жизнь. Для этого ею были придуманы всевозможные "околошпионские" затеи: начиная с вождения машины и попытки удержать в руках мелкокалиберную винтовку, и заканчивая рецептами "правильного" Мартини[3]. Разумеется, тот факт, что Стефано Тиоццо оказался не просто фотографом, не оставил леди Софи равнодушной, именно поэтому сейчас она всеми правдами и неправдами старалась выведать у своего старого друга хоть немного подробностей. Наконец, ближе к десяти вечера Софи вернулась в номер, сияющая, как новенький шиллинг[4], и прямо с порога выдала всё.       – Кристина! Ты даже не представляешь, что я узнала! – заговорщическим шёпотом начала Софи.       – Неужели Ким Кардашьян сделала очередную пластическую операцию? – не удержавшись, перебила Ева.       – Господи, да нет же! Светские сплетни здесь совершенно ни при чём! – всё также полушёпотом трещала девушка. – Дело в том, что Стефано Тиоццо, оказывается, никакой не фотограф!       – Я так и знала, что он обыкновенный мошенник, – безразлично отозвалась девушка, сидя в кресле с очередной книгой. – А я тебя предупреждала! К тому же, ты снова меня не послушалась и влезла туда, куда тебя не просили...       – Кристин, опять ты о своём! Нет, он вовсе не мошенник! И уж тем более не обыкновенный... – Нетерпению леди Софи не было предела. – Он шпион!       Ева в ответ лишь скептически повела бровью.       – Ты мне не веришь? Ну почему? Почему ты никогда мне не веришь?! – негодовала Софи.       – Хорошо, милая, с чего ты вообще взяла это? – смягчилась девушка.       – Чарли! Мне всё рассказал Чарли! Год назад он пытался устроиться в какое-то шпионское агентство, дико секретное, но его не взяли... И этот фотограф, ну, то есть, шпион, в общем, Чарли хорошо знал его! – не смолкая тараторила Софи. – Он там был кем-то очень важным! Чем-то руководил или что-то вроде того – я не особо поняла... Но главное, Кристина, ты представляешь?.. – Восторженная девушка сделала паузу. – Настоящий шпион! Здесь, среди нас, в этом скучном отеле! Здорово, правда?       – Софи, ты и правда веришь во всё это? – со снисходительной улыбкой спросила Ева.       – Ещё бы! Я полностью доверяю Чарли, он бы не стал мне врать! Я знаю его уже, наверное, лет сто! – не унималась Софи.       – Боюсь, дорогая, кто-то просто решил произвести впечатление на красивую девушку... Не самый лучший вариант, признаюсь.       – Ты по-прежнему не веришь мне? – обиделась Софи.       Её подруга в ответ лишь коротко улыбнулась и покачала головой.       – Ах так? Ну хорошо, Кристина! Ты сама напросилась! Ты ведь считаешь меня наивной дурочкой, да?! Тогда я докажу тебе, что я права! Вот увидишь! – С этими словами Софи Хелинг схватила свою сумочку и пулей вылетела за дверь.       Ева спокойно посмотрела ей вслед. У неё не было ни одной причины ненавидеть Софи: та хоть и была восторженной и беспечной фантазёркой, но зла никому не желала. Скорее, наоборот: девушка беспокоилась о том, как бы её сверхэнергичная подруга случайно не попала под удар.       – Надо будет принять меры, – размышляла агент, скручивая в руках тонкую женскую шпильку. – А вот обладатель чересчур длинного языка, мистер Чарли Хескет, сам определил свою судьбу. И приказ на его ликвидацию – вопрос нескольких часов. Потрясающее безрассудство… Однако рассиживаться нечего! – Ева встала с кресла, убрала книгу и подала Бену сигнал о скрытой связи.       – Что случилось? – немедленно отозвался второй координатор.       – Мы одни? Без начальства и записи?       – Да.       – Хорошо. Бен, ты должен знать о моих планах…       – Я весь внимание!       – Завтра я вытащу Мерлина. Любой ценой, – сообщила Ева.       На мгновение в эфире возникла пауза.       – Чёрт, я так и знал, что ты скажешь это, – вздохнул второй координатор. – Я ведь уже сообщил тебе, что Артур запретил любые попытки его освобождения. Это слишком рискованная затея. В приоритете – устранение цели №1. А засветившись на поисках Мерлина, мы можем окончательно спугнуть Стернвуда.       – Я сейчас разговариваю с координатором или с главой Kingsman? – уязвила его девушка.       – Да, это не мои слова! – ответил раздосадованный Бен. – Послушай, Артур был непреклонен. Я предложил ему разработать план по спасению Мерлина, но босс категорически отверг мою идею.       – Категорически?!       – Он ответил, что ты должна любой ценой устранить Стернвуда, а в случае твоего успеха Мерлину стоит позаботиться о себе самому. "Спасение утопающих – дело рук самих утопающих", – отсутствующим голосом процитировал младший координатор.       – Как предсказуемо. Ты не сказал мне ничего нового, Бен, – холодно ответила девушка. – Но вот только сэр Артур сейчас преспокойно пьёт виски у себя дома в любимых домашних тапочках, а "в поле" работаю я. И у меня свои планы.       – Ева, послушай, это больная тема. Пойми, я сам хочу вытащить Мерлина. Но ты прекрасно знаешь, что я не могу пойти против Артура! – с мукой в голосе возразил Бен.       – Зато я могу. И пойду, не сомневайся. "Salt" – операция Мерлина, его самая большая головная боль. И, мне кажется, после всей проделанной им работы и после такого кошмарного непредвиденного провала, последнее, что мы можем сделать – это оставить Мерлина умирать здесь. Что ты об этом думаешь?       – Что я об этом думаю?! Чёрт возьми, ты издеваешься? Считаешь, что я желаю ему смерти? – вскипел Бен. – Послушай, я всего лишь младший координатор с трёхлетним стажем! У меня нет права голоса и мне не полагается думать, по мнению начальства! Только исполнять и транслировать приказы... И я, в отличие от нашего гениального мага, никогда не работал "в поле", – Бен выдохнул, потёр лицо руками и сделал паузу. – Ева, я очень многим обязан Мерлину: практически всем, что у меня есть сейчас… Я бесконечно благодарен ему за то, что он разглядел меня – застенчивого гика[5] – среди десятка других соискателей на эту должность и лично взялся за моё обучение. Но сейчас я ничего не могу сделать для Мерлина, я совершенно бесполезен! У меня нет полномочий. Ох… Если бы ты только знала, как это бессилие раздражает меня! Я не хочу даже пытаться представить, что ты завтра вернёшься одна, а мне придётся занять его место... – Бен внезапно осёкся, осознав всю суть сказанных им слов.       – Отрадно слышать, что не меня одну волнует его судьба. Послушай, Бен, я не спрашиваю у тебя разрешения, – гнула свою линию Ева. – Я ставлю тебя перед фактом! Ты можешь либо помочь мне, либо не мешать. Но знай: даже если ты сдашь меня Артуру, это ничего не изменит. Агентство здесь бессильно, а я всё равно осуществлю задуманное.       – Но мы ведь даже не знаем, где искать Мерлина! – возразил Бен.       – Об этом можешь не волноваться: у меня есть план.       – Вот теперь я совершенно спокоен! Спасибо! – саркастично отозвался младший координатор. – Особенно если учесть, что именно после этих слов обычно и начинается настоящая жесть.       – Я найду его быстрее, чем ты думаешь, Бен. И для этого ничего сверхъестественного не понадобится.       – Мм-м, дай угадаю: всего лишь ловкость рук, прокаченный навык удачи, умение читать чужие мысли, проходить сквозь стены и совсем немного импровизации? – съязвил младший координатор.       – Если тебе действительно интересны подробности – просто не прерывай трансляцию.       – Хочешь, чтобы я молча наблюдал за твоей самодеятельностью? Предлагаешь мне нарушить прямой приказ начальства, поставить под удар сложнейшую операцию и твою жизнь? – возразил Бен. – Ave[6] Штирлиц!       – Нет, я просто довела до твоего сведения информацию о своих планах. А теперь предлагаю тебе выпить тёплого молочка на ночь и пойти спать, – спокойно ответила агент.       На несколько секунд в эфире снова повисла пауза.       – Чёрт, ты всё-таки сделаешь это, – медленно произнёс младший координатор. – И я не смогу тебя переубедить.       – Рада, что мы наконец поняли друг друга.       – Если ты потерпишь неудачу, Артур убьёт меня, – тихо сказал Бен.       – Артур отыграется на нас в любом случае. Даже если мы завтра все вместе вернёмся с победой. И ты знаешь это не хуже, чем я, – парировала агент. – Но сегодня у нас есть шанс, и мы должны использовать его.       – Какой шанс, Ева? Один к ста?! «The Five Fields» – это огромный гостиничный комплекс: здесь четыре этажа, масса коридоров, десятки номеров, толпа гостей, нескончаемый поток обслуживающего персонала и целый полк охраны!.. Как ты предлагаешь найти здесь одного конкретного человека? Любые попытки расспросить людей Уильяма Хелинга о пленнике сдадут тебя с потрохами!       – Как я уже сказала раньше, у меня есть план, – Девушка начала терять терпение. – И я претворяю его в жизнь прямо сейчас. Я не стала бы звонить тебе и раскрывать карты, если бы не верила в собственную затею. Так что хочешь помочь – оставайся, нет – проваливай! Настало время выбирать, Бен: ты со мной?       – Хорошо, я помогу тебе, – тихо ответил второй координатор после небольшой паузы. – Надеюсь, ты действительно знаешь, что делаешь.       – Я точно знаю лишь то, что не прощу себе своё бездействие и его смерть.       – Тогда спаси его, Ева. Он заслуживает этого, как никто другой!       Девушка вздохнула и ответила:       – Я знаю, Бен. Я знаю. И ценю то, что ты готов сделать для нас обоих!       – Значит, по-твоему, у нас есть шанс? – осторожно переспросил младший координатор.       – Да! И он более реальный, чем наша главная цель.       – Хорошо. Можешь рассчитывать на меня, Ева.       – Спасибо! Ты будешь нужен мне через несколько минут, Бен. Но боюсь, спать тебе сегодня вряд ли придётся...       – Это я уже понял. Что ты задумала? – спросил младший координатор.       – Скоро ты сам всё увидишь. Не включай общую связь во время трансляции – Артуру и Ко точно не стоит знать об этом. Подожди, кажется, Софи возвращается! – Последние слова агент сказала шёпотом, услышав быстрые шаги за дверью. Она оказалась права.       – Идём! – сходу заявила Софи, распахивая дверь.       – Куда ты зовёшь меня? – недоверчиво нахмурилась  девушка.       – Пойдём и я докажу тебе свою правоту!       – Я не хочу никуда идти, Софи! Я устала и хочу спать.       – Ну что ты за зануда! – протянула леди Софи. – Где твоё любопытство? Где дух авантюризма?       – Остался в средней школе! – съязвила её подруга. – Предпочитаю им покой, тёплую постель и какао на ночь.       – Я обещаю тебе всё, что ты захочешь и даже больше! – подмигнула Софи. – Но! После того, как мы вернёмся обратно в номер.       – Вернёмся откуда?       – Пошли-и-и! – протянула девушка. – В конце концов, ты же не пустишь меня одну в лабиринт Минотавра?       – Я тебя просто туда не пущу!       – А вот и не угадала! – Леди Софи показала язык и выскочила в коридор. – Я уже почти там!       – Подожди, Софи! Стой! – Агент вставила согнутую шпильку в туго собранный хвост на затылке, прихватила клатч и отправилась следом.       – Всё идёт по плану, – удовлетворённо подумала она. [1] Синто – традиционная религия в Японии. Основана на анимистических верованиях древних японцев, объектами поклонения являются многочисленные божества и духи умерших.  [2] Якудза – японская преступная группировка, одна из самых крупных и могущественных в мире. [3] Согласно киносаге об агенте 007, любимый напиток Джеймса Бонда – мартини с водкой и льдом. [4] Шиллинг – распространённая британская монета. [5] Гик (в данном контексте) – человек, увлечённых высокими технологиями (обычно компьютерами и гаджетами). [6] Ave (лат.) – да здравствует!