наша осень.

начало осени. природа замирает и потихоньку начинает готовиться к холодным дням. пока тёплый ветер мягко обдувает длинные чёрные волосы, нежно задевая острый контур носа, обладатель изящной причёски тупит свой взгляд в асфальт перед собой, иногда посматривая в свой телефон что бы узнать время. - ты всё таки пришёл! - кто то налетел на него со спины, закидывая руки на плечи и нежно притягивая к себе в объятья. - аккуратнее, упадём же ведь. - темноволосый оборачивается и нежно гладит парня перед собой по волосам. - я так скучал, так скучал! Я даже не надеялся, что ты придёшь! После твоего последнего письма я совсем отчаялся, спасибо, спасибо, спасибо!! - лишь сильнее сжимая в объятиях тараторил парень. почувствовав нежные движения на голове он притих, утыкаясь в край куртки друга и аккуратно вдыхал его запах, будто боясь испортить этот момент. - тише, Казутора, тише. Я не убегу, я рядом. Давай прогуляемся? или, если хочешь, сразу к тебе пойдём. нежный успокаивающий шёпот на ухо и аккуратные поглаживания с макушки сползают, очерчивая контуры хрупкой спины. Ханемия только казался маленьким, милым и хрупким, скрывая под одеждой годы тренировок, шрамы от ножевых ранений и бесконечную ненависть ко всему в этом мире, включая себя самого. ко всему, кроме парня стоявшего рядом. Кейске Баджи. для кого то - грозный командир первого отряда, для кого то - незаменимый лучший друг, а для Казуторы он был единственной причиной жить и продолжать бороться с несправедливостью мира. - только не домой. - тихо хмыкнул парень, отпуская Баджи из объятий и делая небольшой шаг назад. - давай заскочим в магазин и к тебе? если твоя мама дома, то не будем, просто прогуляемся. знаешь, недавно мысль в голову пришла, всё никак отделаться не могу, хочу макушку в белый покрасить. ну то есть не все волосы, а только её, что бы те что подлиннее оставались моего цвета. как думаешь, мне пойдёт? - Казутора сделал задумчивый вид, скрестив руки на груди и закрыв глаза. но тут же начал хихикать, снова утягивая друга в объятья. - у тебя чё, шило в жопе? такой гиперактивный, пиздец, давно тебя таким не видел. если хочешь знать моё мнение, тебе не пойдёт, если красить всё макушку. но отдельные прядки будут ничё так смотреться. и белый у тебя не получится, поверь мне. максимум - жёлтый. не то, что бы я был экспертом, просто рассказывали об этом пару раз. - тихо хмыкнул младший и опустил руки с его спины. спрятав ладони в карманы лёгкой куртки парень невольно засмотрелся на родное лицо. тату в виде тигра на шее, преходящее и на ключицы, родинка под глазом, порядком отросшие тёмные, почти чёрные волосы и озорной взгляд золотых глаз, что хочется видеть вечность. хочется радовать его, делать всё возможное, лишь бы глаза не потускнели. - хорошо, я подумаю над этим ещё немного, "эксперт". ну так что, к тебе? - Ханемия перестал его обнимать, но взял Баджи за руку, сплетая их пальцы в единое целое, заставляя собеседника вернуться в реальный мир. - да, погнали, только всё таки заскочим в магазин за краской. зная тебя, ты сам захочешь покраситься, а руки у тебя из жопы. так что помогу тебе, так уж и быть. - более уверенно сжимая руку друга, Кейске потянул его в сторону ближайшего магазина, где, предположительно, могла находиться краска. - Кееейскеее, ты такой суровый. но спасибо, правда спасибо. за это я тебя и люблю. - Казутора честно пытался поспевать за своим другом, но то ли от стресса, то ли от перевозбуждения тело немного потрясывало, а ноги заплетались. но из за произнесённых парнем слов Баджи встал на месте, заставляя Ханемию врезаться в его спину. - ты чё? - не говори таких слова, Тора. своей девушки говорить это будешь. ну или парню, хуй знает, как поменялись твои взгляды после... - не успев договорить Баджи почувствовал что его руку отпустили и через секунду последовал не сильный удар по голове от друга. - гормоны заиграли? подраться хочешь, а? - ебало офни, я не в том плане это говорил, даун. я люблю тебя в дружеском плане, считаю тебя пиздатым другом. но походу рано я сделал такие выводы. пойдём уже, не хочу долго на улице светиться, холодно тут. - ответом ему был лишь задорных смех Кейске, который, кажется, слышала не только улица, но и всё Токио. - бля, Кей, ты чё? я тебе слишком сильно въебал? - АХАХХАХАХАХ, БЛЯ, НАПУГАЛ УЖЕ. ко мне в последнее время пиздец часто клеиться начали, причём не только девчонки, прикинь? недавно в клубе бандой собирались, и ко мне какой то пьяный чел на коленку сел. ещё так жужжал на ухо, что б я его трахнул в туалете. ну а я чё, не растерялся, вывел его на улицу. и в подворотни так его отпиздил, что даже пластическая операция теперь не поможет, ибо мерзко от таких уебков, пиздец, аж блевать хочется. - сейчас была очередь смеяться Казуторы, что тот благополучно и начал делать, придерживая себя за живот и хлопая товарища по плечу. - ебать, ну ты и кадр конечно. ладно, хуй с этими педиками, пойдём за краской, раз надумали - вытирая слёзы проговорил Казутора, снова беря Кейске за руку. тот лишь, гордо ухмыляясь, кивнул, и парни снова побрели в сторону магазина, по пути обсуждая всё что накопилось за эти два года отсутствия. *** - как там Майки и свастоны в целом? мне уже нашли замену? хаха. - Казутора немного грустно посмотрел в отражении зеркала на Баджи, что сейчас стоял сзади него и думал с чего вообще стоит начинать покраску головы. - ебу дал? тебя никто не заменит. даже Майки так считает, так что твой отряд просто временно не активен, так как ни капитана ни зама, а люди что были под твоим командованием временно перешли под моё. а у меня поменялся зам, да. ебать, вас обязательно надо познакомить, Чифую такой охуенный, и с домашкой помочь может, и лапшу с ним разделить можно, и дерётся он не плохо. короче, пиздатого я зама себе нашёл. не рыпайся, когда вернёшься к нам, мы и тебе найдём кого нибудь не менее пиздатого. того же Рюсея, если он не против будет. - Баджи улыбается, как будто специально выставляя на показ свои охуенные клыки, как будто знает, что Казутора ловит от этого необъяснимый кайф. знал бы Кейске, что его друг дрочил, представляя как его в его шею впиваются эти острые клыки, так мило бы с ним не разговаривал. - реально? поздравляю, поздравляю. но не думаю, что хочу вернуться. знаешь, я точно не смогу полностью довериться командованию Майки. ну, типо, на месте Майки я бы искал способы избавиться от чела, который чуть не убил его родного брата. - Казутора немного скатывается на стуле, укладывая голову на спинку и нервно заглядывая в глаза друга. - да ладно тебе, не парься. он сам мне говорил, что простил тебя. и Шиничиро не держит на тебя зла, честно, я спрашивал. - Кейске прикрывает глаза и взъерошивает волосы Ханемии, на что тот недовольно фырчит. - ладно, давай начинать. идём в ванную, тебе сначала нужно бошку помыть, вроде как. - действуй, парикмахер. *** - йо. чё не звонил так долго? я уже соскучиться успел. Баджи приходит на место встречи и видит Казутору, что сидит около края крыши и смотрит на заходящее солнце. парень повёрнут к нему спиной, и практически не реагирует на появление друга, лишь слабо вздрагивает. после того дня парни расстались на доброй ноте, но прошла неделя, а от Ханемии ни звонка, ни сообщения. опять пропал с любых радаров, и хоть по моргам бегай, хер найдёшь пока сам крашенный этого не захочет. - Кееейскееее. - Казутора наконец поворачивается. всё лицо в ссадинах, под глазом явный фингал. сами глаза красные, будто их обладатель не спал несколько суток, либо сидел на тяжёлых наркотиках. - я тоже соскучился, прости. возвращаться домой было моей наихуёвейшей идеей. блять, я его так ненавижу. почему у меня не поднимается на него рука? я думал, он изменился. а нихуя. я такой везунчик блять, явиться домой как раз, когда он был там. это пиздец, Кей. он избил меня первым, что под руку попалось, и, какая удача, это был блядский стул. он сказал что я больше не его сын, что таким ублюдкам как я никогда не будут рады в его доме, что он сказал матери не впускать меня, но она не послушала и после меня он и её изобьёт. он вышвырнул мой телефон, запер меня в комнате и не выпускал. мне блять не 9, я легко мог выбить дверь, так почему я просто не.. - договорить ему не дали мягкие объятия со спины, что прижимали к широкой груди в успокаивающем жесте. Баджи сел за его спину. - Кейске... - тише, Тора, тише. всё нормально. сейчас его нет рядом. я не дам ему больше и пальцем коснуться тебя. теперь со мной жить будешь, хер я тебя верну им. пусть хоть заяву накатают, я не буду оставаться в стороне после такого, блять. - Баджи шептал это на ухо, руками ещё ближе притаскивая к себе за талию. - тигрёнок, повернись ко мне. - и Казутора доверчиво оборачивается, перекидывая ноги за спину друга. уже не сдерживая слёз, Ханемия утыкается ему в шею и рыдает, иногда хватая ртом воздух. - Кейске, я его так ненавижу. и себя тоже. почему я такой слабый нахуй, почему я просто не могу дать сдачи, почему я не могу даже мать защитить, блять. - немного успокоившись шепчет Казутора, снова начиная немного трястись от накативших слёз. - всё нормально, Тора, всё хорошо. ты не слабый. ты один из сильнейших людей, которых я когда либо видел, серьёзно. разве не ты один из основателей Свастонов? разве не ты несколько лет назад разъебал с нами 9 поколение Чёрных Драконов? разве не ты прославился среди гопников умением вырывать чужие ногти? чёрт, Тора, вот кого - кого, а тебя назвать слабаком язык точно не повернётся. успокаивающие поглаживания по спине, ровное дыхание над ухом. Кейске даже не пытается врать, излагая лишь факты, с которыми никто не смеет поспорить. ответа не последовало, лишь тихие всхлипы продолжили раздаваться под ухом Баджи. Казутора знал, что его друг не врёт. всегда будет с ним до конца, пройдёт с ним всё, что предоставит жизнь, обещал же. а Кейске всегда держит свои обещания. неожиданно Ханемия чувствует, как пространство под ним исчезает, заставляя стиснуть бока друга ногами, а руками крепко ухватиться за спину, издавая тихий писк от неожиданности. Баджи поднялся с пола, удерживая друга под бёдрами, что бы не упал. - пойдём домой, заварим лапши, поиграем во что-нибудь или посмотрим фильм? только мы вдвоём. как тогда. серьёзный тон, заставляющий смотреть ровно в глаза и никуда больше. тёмный карий встречается с ярким золотом, и Казуторе кажется, что в этом мире только они одни. только они, и эта крыша, этот лёгкий осенний ветер, что мягко колышет их волосы, солнце, что почти зашло за горизонт, медленно погружая окрестность во мрак. это заставляет Казутору делать необдуманные действия. такие как лёгкий поцелуй. губы Баджи сухие и обветренные, как и у самого Ханемии, но это не мешает ему вложить всю свою бесконечную любовь и благодарность в этот неловкий поступок. быстро отстранившись крашенный кладёт голову на плечо друга и аккуратно перебирает его пряди волос пальцами. мягкие и волнистые, хочется трогать их вечно. - пойдём. не хочу тут вечность сидеть, темнеть уже начинает. - хриплый после истерики голос звучит тише, чем обычно, а Казутора старательно делает вид будто сейчас ничего не произошло, хотя лёгкий румянец выдаёт его с потрохами. Кейске не подаёт признаков жизни. кажется, он даже не дышит. - эй, всё нормально? - тихий шепот на ухо тоже не особо приводит друга в чувства, поэтому парень вырывается из хватки друга, снова ощущая ногами землю, и делает шаги в сторону выхода с крыши. - а ну стой! - его зажимают уже у выхода, ставя руки по бокам от головы и не давая возможности сбежать. - не хочешь ли ты повторить этот поцелуй, но уже дома? поверь мне, недовольным ты не останешься. - тёплое дыхание обжигает кончик уха. сейчас на лице Баджи точно ухмылка, Ханемия может сказать это со стопроцентной уверенностью, хоть и не видит его лица. через пару секунд до него доходит смысл слов, заставляя что то внутри гореть праведным огнём. лицо лишь больше краснеет, а ответом на предложение Кейске стал медленный кивок и взгляд, направленный куда то в сторону высоких домов. до квартиры Баджи они добежали, возможно, даже слишком быстро, заставляя после бега стоять в коридоре и глотать ртом воздух. отдышавшись, парни прошли в комнату хозяина квартиры и уселись на кровать. - твоя мама скоро вернётся? - Казутора не знал, с чего возобновить диалог, говоря первое, что пришло в голову. нервно перебирая пальцами край футболки, он старался смотреть куда угодно, лишь бы не в сторону друга. - неа, она сегодня в ночную, так что придёт только утром. - Кейске аккуратно взял в руки кисть Ханемии и поднёс к губам, нежно целуя. - ну так что, продолжим? злой огонёк в глазах друга не казался нормальным Казуторе, но вновь нахлынувшие чувства парень скрывать уже не мог, да и не хотел. пододвинувшись чуть ближе, так, чтобы коленки слегка соприкасались, крашенный потянулся к Баджи. не встречая сопротивления, он начал оставлять невесомые поцелуи по всему лицу, начиная от лба заканчивая краешком губ. сам хозяин квартиры, не желая оставаться в пассивной роли, уложил руки на талию товарища, притягивая того на свои колени, вновь заставляя сесть на них. благодаря более удобной позе Тора наконец-то смог зарыться в волосы друга пальцами, притянув его голову ближе к своей и оставляя между их губами расстояние меньше сантиметра. так, что бы чувствовалось чужое тяжелое дыхание, но губы не соприкасались. - ого, да наш тигрёнок уже выдохся? видимо, пора взяться за дело мне. рука на затылке не позволяет отодвинуться или как то повернуть голову, когда Кейске резко впивается губами в губы напротив, заставляя открыть рот от столь неожиданных действий. Казутора, мягко говоря, пьянеет от любых прикосновений Баджи к его телу, будь то обычное рукопожатие при встрече или обьятий перед тем как разойтись по домам. но то, что творит с ним Кей сейчас, можно назвать лишь один словом - издевательство. тёплый язык изучает полость его рта, ища другой, а как находит заставляет танцевать в понятном одному лишь Баджи танце. а внутри Казуторы будто взрывают салюты. такие смешанные чувства он не испытывал никогда, поэтому старается отзеркаливать любые движения своего друга, лишь бы тому тоже было приятно. он стонет прямо в поцелуй, когда холодные руки Кейске аккуратно проходятся по бусинкам сосков, легко накрывая и массируя их. из за нехватки воздуха Ханемии приходится отстраниться, заставляя тонкую ниточку слюны растянуться между их лицами. Баджи обрывает эту ниточку, облизывая губы. - дыши через нос, Тора, так будет легче. и как насчёт снять футболку? давай, я хочу видеть твоё тело. широкие ладони с груди переходят на талию, слегка приподнимая длинную футболку большими пальцами рук. и Казутора, будучи послушным ребёнком, беспрекословно слушается, снимая с себя верх и кидая его куда то на пол, немного ёжась от холода комнаты. иногда крашенному кажется, что если Баджи в шутку скажет ему спрыгнуть с крыши, он не задумываясь сделает это, лишь бы не разочаровать друга. а друга ли уже? то, как жадно Кейске разглядывает его тело сейчас, вряд ли можно назвать дружеским интересом или забавой по типу "у кого член больше". сейчас его взгляд источал голод, заставляя Ханемию почувствовать себя жертвой. одно лишнее движение и на тебя накинутся, не давая и шанса на побег, после оставляя лишь обглоданные косточки. но Казутора не трус. он прищуривает глаза, хитро смотря на Баджи и облизывая припухшие от поцелуя губы. ловкая работа руками и футболка партнёра тоже валяется на полу. вот тут уже очередь прихуеть Торе. да, Ханемия старается держать себя в форме и был слегка накачанным, но чёткие мышцы его друга заставляли приоткрыть рот в восхищении и провести рукой вверх вдоль плотных кубиков пресса, останавливая ладонь на щеке. и вновь поцелуй, но в этот раз более нежный и чувственный. Казутора чувствует, как Кейске аккуратно проводит руками по его спине и лопаткам, иногда задерживаясь на выпирающих рубцах шрамов, останавливая движения лишь у пояса штанов и выжидающе, как бы прося разрешения, смотрит в мутные глаза напротив. лёгкий кивок, не разрывая поцелуя, и руки медленно пролезают под ткань плотных брюк, очерчивая движениями упругую задницу Ханемии, заставляя его дрожать от напряжения. - блять, Кейске, пожалуйста... - Казутора дрожащими пальцами хотел было расстегнуть ширинку партнёра, но его руки оказались перехвачены и заведены за голову, заставляя ещё больше краснеть и отводить взгляд. - что? мне остановиться? - Баджи наклоняется и проводит языком по соску парня. реакция незамедлительна, и сладкий стон ласкает слух. - нет, ни в коем случае. просто трахни меня уже, я так не могу. голос тихий, с надрывом, но пытается звучать уверенно. и это срывает Баджи голову окончательно. он резко меняет позу, нависая над Ханемией, выбивая из него удивлённый вздох. перехватывает его руки одной своей, оставляя их над головой, свободной же тянется к ящику у стола. немного покопавшись в нём скидывает у лица Казуторы баночку со смазкой и презерватив, и снова ведёт руками по телу, шепча на ухо всякие пошлости и слегка прикусывая мочку уха. штаны и трусы Ханемии отправляются к его футболке, но парня это совсем не заботит, ведь Баджи перетягивает на себя всё внимания, оставляя засосы на рёбрах и груди партнёра, а уже смазанными пальцами аккуратно проводит по контуру ануса. - будь хорошим мальчиком, расслабься. так будет намного проще и тебе, и мне. - нежный поцелуй за ухом и Тора сжимает руки в кулаки, морщась от боли. - прости, ты скоро привыкнешь. и снова шёпот на ухо. он заставляет концентрировать своё внимание на себе, позволяя немного расслабиться. спустя минуту добавляется и второй палец и вот тут стараться не обращать внимание на боль становится сложнее. а как сосредоточиться на чём то другом, когда в твоей заднице раздвигают пальцами на манеру ножниц, вызывая этим не самые приятные чувства? но Казутора старается. расслабляется как может, делает всё, лишь бы его ещё похвалили. для Баджи он готов сделать всё что угодно, лишь бы тот оставался рядом, продолжая приносить столь смешанные чувства. поцелуи по всему лицу не особо помогают отвлечься, но укус в шею вполне. Ханемия тихо стонет от этого и смотрит Кейске в глаза, в самую даль тёмного кария, будто пытается прочесть его мысли. а сейчас Баджи думал лишь об одном: "как же он прекрасен". слегка приоткрытые покусанные губы, чёлка зачёсана назад, открывая взору запотевшее от жары лицо, глаза полны желания, эти стоны. как он до сих пор держится - не понятно. третий палец ощущается всё так же не приятно, но благодаря растяжке всё же менее болезненно. пара движений, и, кажется, Баджи находит нужную точку. понимает он это, когда Казутора издаёт особенно громкий стон и прогибается в спине. ещё пара движений в нужном направлении и крашенный готов был кончить, но внезапно пальцы покидают тело, заставляя недовольно выдохнуть. но, ощущая что то больше, чем пальцы, он распахивает глаза и поджимает губы. - Тора, ты такой красивый. прошу, не сдерживайся. резкий толчок заставил Ханемию вскрикнуть от боли, а слёзы побежать по щекам. Баджи наконец отпускает руки партнёра и аккуратно собирает слёзы с щёк. и теперь, когда руки Казуторы свободны, он не знает куда их деть. оглаживает тело Кейске, запускает пальцы в волосы, притягивает его лицо к себе и затягивает в мягкий поцелуй, который помогает чуть успокоиться и отвлечься от боли. по прошествии пары минут он тихо шепчет о большем, и немного выйдя из его тела, Баджи закидывает голени Казуторы себе на плечи входя до предела, но уже более нежно. но боли это не отменяет, так что крашенный тихо шипит, царапая спину друга ногтями. видя, и чувствуя, мучения партнёра Кей наклоняется к нему, так, что длинные волосы щекочут грудь, а сам парень чуть ли не в коробочку складывается, и шепчет милые слова на ухо, призывая расслабиться. тёплые руки Баджи гладят всё его тело, отвлекая от боли, и продолжает движения лишь когда чувствует, что Ханемия насаживается сам. подстраиваясь под темп Казуторы Баджи нежно двигается в нём, каждым толчком задевая нужную точку, заставляя крашенного ловить звёздочки перед глазами. -Кейске, я скоро.. - говорить трудно, от духоты в комнате хрипнет горло, а нормально сформулировать мысль не выходит, мозг не тем занят. Баджи всё понимает, ускоряя движения в партнёре и кладя руку ему на член, ловко надрачивая. Казуторе хватает пары таких движений, как он выгибается в спине и кончает в руку своего друга, особо сильно сминая простынь под ними руками. сам тёмноволосый кончает следом, игриво прикусывая ляжку Торы. выйдя из партнёра Кейске снимает презерватив и, завязывая его, кидает в урну у кровати, ложась рядом со своим другом. - блять, видимо, я всё таки педик. - говорит и сам тихо смеётся, наблюдая за удивлённым выражением лица Казуторы. Баджи приподнимается с кровати и достаёт с тумбочки салфетки. вытерев ими Ханемию и свою руку Баджи выбросил их в ту же урну что и презерватив, обратно укладываясь на кровать. - значит, тебе понравилось? не хотел бы повторить это как - нибудь? - Казутора тоже тихо смеётся и укладывает голову на грудь друга, чувствую как нежно его обнимают сильные руки. - извини, трахаюсь только со своим парнем. кстати, будешь им? - Кейске заботливо целует Ханемию в лоб и укрывает их двоих одеялом. - ... я всегда знал, что ты дурак.