Вазелиновое яблоко

Даня был готов к любому подарку от несравненного Прусикина, но точно не ожидал, развернув подарочную упаковку, обнаружить в маленькой коробочке огромную упаковку вазелина. «Развлекайтесь, пидоры!» — было выведено на внутренней стороне упаковки. Прусикин, как всегда, был в своём репертуаре. Поперечный потянулся и кинул расслабленный взгляд на спящего рядом Джарахова. «Злой малой» сейчас выглядел максимально добродушно. Черты лица его разгладились, по губам скользила едва оформившаяся сонная улыбка. Он раскинул руки, как морская звезда, или как статуя Христа в Рио, и натянувшаяся следом за рукавами рубашка слегка оголила живот. Даня с любопытством посмотрел на полоску волос, которая терялась где-то под резинкой домашних штанов. Хотелось прикоснуться, и Поперечный, наплевав на предосторожности — а разбуженный после почти бессонной ночи Эльдар мог нехило засветить в глаз — протянул руку. Он положил ладонь на мерно вздымающийся и так же мерно опускающийся живот и провёл по нему подушечками пальцев. Джарахов поморщился во сне, что-то пробормотал, облизнув сухие губы кончиком языка, но не проснулся. Даня рассеянно улыбнулся. — Эй, вставай, геюга моя, — фыркнул он. — Смотри, что подарили! Теперь растянем тебя, как следует. Джарахов не проснулся. Перевернувшись на бок, он подмял под щёку одну большую часть пушистого одеяла и обхватил его руками, как плюшевого мишку. От движения штаны сползли ещё больше, и Даня задохнулся, когда увидел белеющую над резинкой штанов полоску самой аппетитной в мире ягодицы. Казалось бы, он видел эту задницу почти каждый день, но всё не мог не любоваться ею. Особенно, когда две эти небольшие ягодицы расходились, как половинки сахарного персика, открывая доступ к самому сокровенному. Слегка потянув за штаны, Даня, приоткрыв задержавший дыхание рот, спустил их ниже и скользнул пальцем в тёплую щель меж ягодиц. Эльдар фыркнул носом, чуть дёрнул ногой, почувствовав прикосновение сквозь сон. Даня убрал палец — чтобы вернуть его спустя минуту, которая понадобилась ему, чтобы распаковать вышеупомянутый подарок. Обмазанный вазелином палец без сопротивления вошёл в слегка влажную от ночных похождений дырку. Даня покрутил им и добавил к нему товарища. — Да уж, тебя и растягивать не надо, оказывается, — пробормотал он удовлетворённо, через время всунув в Эльдара сразу четыре пальца. Не хватало ещё одного, большого, чтобы попытаться втиснуть весь кулак — был у Поперечного фетиш на подобную вакханалию. Он прокрутил пальцы внутри, заставив Джарахова застонать сквозь сон, и остановился, вслушиваясь в тяжёлое, с присвистом, дыхание. Кажется, друг возбудился прямо во сне, и это осознание натянуло штаны Дани возросшим хозяйством. Он вытащил пальцы и вновь огляделся. Взгляд упал на маленькие жёлтые яблоки, лежащие в тарелке на столе, и в голову пришла столь внезапная хулиганская идея, что с шумно облизнулся. Взяв одно яблоко, он выдавил на него большую порцию вазелина и размазал, тщательно разнося мазь по всем бокам фрукта. Смазанная и растянутая щель Эльдара манила к себе, а расслабленный вид друга требовал стереть эту манящую невинность. Джарахов дёрнулся и резко открыл глаза, когда яблоко медленно погрузилось в него. Приоткрыв рот, он сжался, и плод, подтолкнутый мышцами, ушёл глубже. — Чт… Что?! — Эльдар заполошно огляделся. Даня мягко, но решительно прижал его лопатки рукой, не давая вскочить. Двумя пальцами раздвинув ягодицы шире, он прикоснулся губами к испуганно пульсирующей дырке и громко её чмокнул. По телу Эльдара прошла дрожь, и он, втянув носом воздух, извернул голову. — Что ты делаешь? — тихим, сонноватым, но достаточно настороженным голосом поинтересовался он. — Тс-с-с… — Даня прекратил удерживать его, вместо этого нежно погладив по спине. — Я… открываю подарки. Вот, твой уже подарил. — Мой подарок — яблоко в жопе?! — Один из. Эльдар всхлипнул, когда яблоко вжалось в его простату. Поперечный просунул под живот друга нащупанную подушку, заставив вскинуть щуплую задницу. В таком положении яблоко принялось медленно возвращаться к выходу. Эльдар беспокойно поджал ягодицы, не давая ему это сделать. — Это будет больно? — неуверенно уточнил он, на что Даня снова нежно погладил его. — Расслабься, — шепнул он. — Будет классно. И правда — вскоре раскрасневшийся Джарахов, полностью разгулявшийся, вовсю стонал и покусывал одеяло. Его дрожащие ладони удерживали ягодицы растянутыми. Даня неспешно сжимал и гладил его член, просунув руку, и завороженно глядел на очередное яблоко, что растягивало сфинкстер, готовясь выпасть. И правда — до максимума растянув покрасневшее отверстие, плод выпал, оставив после себя открытую дырочку. Закусив губу, Даня вновь всунул яблоко обратно, и Эльдар, заскулив сквозь слой ткани, поджал пальцы на ногах. — О-о-о… — он зажмурился, рвано-рвано задышал. Яблоко вновь показалось, и Джарахов, всхлипнув громче, изогнул спину. Он метался и громко дышал, чувствуя пальцы Дани, вытаскивающие яблоко, но не уходящие, входящие, входящие дальше, дальше… — А-а-а! — вскрикнул он и забился в оглушительном оргазме, чувствуя, как мышцы ануса сомкнулись вокруг чужого запястья, пульсируя, влажно чавкая. Поперечный пришёл следом, глядя на погрузившуюся в дырку Эльдара ладонь. Это было столь возбуждающее зрелище, что он просто не мог сдержаться. Эльдар пришёл в себя и легонько подвигался. Ощущать руку внутри себя было непривычно, но крайне бодряще. Впрочем, Даня не стал что-либо делать ей и спустя минуту осторожно вытащил. — Зачётный подарок притащил Илюха, — чуть отдышавшись, признал Эльдар. Даня хихикнул и поцеловал его в плечо. — То ли ещё будет, Эл, то ли ещё будет… — многообещающе произнёс он.