Чтобы победить, ты должен потерять всё

      С силой толкнув жену, Мурат выскочил из развалюхи, успев услышать за хлопком закрывшейся двери тихий девичий вскрик и звук удара чего-то тяжелого об пол, но не остановился, а кинулся к автомобилю. Хаят вот-вот выбежит вслед за ним, а он слишком зол, чтобы выслушивать ее нелепые оправдания. Он так много дал этой девчонке, а она снова предала его, обманула его доверие. Робкий голос совести, прошептавший, что Хаят не получила от него ничего, кроме боли, был заглушен мотором автомобиля и гневом Мурата.       Отдаляясь от домика, Мурат невольно то и дело бросал взгляд в зеркало, однако хрупкая фигурка упрямицы-жены не появилась на горизонте ни через минуту, ни через пять. Ничего, Мурат проучит девчонку, научит ее, как нужно обращаться с мужем! Он вернется в Стамбул, смоет с себя засохшую грязь, отдохнет, а через день, или даже лучше через три, вернется за присмиревшей женой. Пусть посидит в одиночестве, подумает. И как же удачно он разбил ее телефон — ни Дорук, ни девочки, ни этот мерзавец Эмре не вызволят ее отсюда.       Приехав домой и отмывшись до скрипа, Мурат с удовольствием растянулся на широкой супружеской кровати. За окном что-то грустно прокричала одинокая чайка, и мужчине на мгновение стало неуютно, словно кто-то сунул ему кусочек льда за пазуху. Хаят сейчас совсем одна в холодном доме. Может быть, он все же слегка перегнул палку? Ладно, он заберет ее через два дня, а не через три. Или приехать завтра? Хватит ли одной ночи упрямой жене, чтобы осознать свою ошибку? С этими мыслями Мурат уснул, и всю ночь во сне слышал тихий голос жены, зовущей его по имени.              Проснувшись не в лучшем расположении духа, он быстро собрался и выехал в Сарте еще до завтрака, отчего-то боясь посмотреть бабушке в глаза.       Зайдя в королевство Туваль, он нашел там и ее, задумчиво прикусившую карандаш. Голос начальника вывел дизайнера из задумчивости. Слегка вздрогнув и очнувшись от своих мыслей, она посмотрела ему за спину. — Мурат? А где Хаят? — Она сегодня не придет, — неохотно произнес Мурат. Почему-то мысль о жене, оставленной в холодном доме, вызвала в нем неприятное ощущение ошибки. — Ооо, вы, голубки, наконец воссоединились, и ты так утомил жену? — женщина с хитрой улыбкой покачала пальцем. — Туваль! — фирменный строгий взгляд Мурата, впрочем, не произвел на модельера нужного эффекта. — Она просто сегодня не придет в Сарте. — Но почему… — начала было Туваль, но осеклась и слегка побледнела, с беспокойством глядя куда-то за спину шефа. — Потому что великолепный Мурат Сарсылмаз сделал все, чтобы Хаят ушла из компании, — насмешливо произнес Эмре, с презрением оглядывая застывшего Мурата. — О чем ты? — растерянно спросила модельер. — Она слышала весь ваш разговор. Надо лучше закрывать дверь кабинета, Мурат-бей, если не хотите, чтобы вас услышали посторонние. Бедная девочка узнала, что для любимого мужа она — бездарность, которой нельзя доверить проект, и так расстроилась, что едва не потеряла сознание. Ей было так плохо, что она не думая согласилась уйти работать к тому, кто верит в ее талант. Пока только работать, — Эмре бросил издевательский взгляд на Мурата, голосом выделив слово «пока», — но я терпелив, господин Мурат, и однажды нежная, талантливая девочка станет моей полностью. Кстати, где она, господин Мурат? Я вчера весь день не мог до нее дозвониться, а сегодня ее телефон выключен. Надеюсь, ты не убил ее, а, господин Мурат?       Туваль, с каждым словом Эмре все более и более теряющая краски на лице, перевела взгляд на начальника и с ужасом в голосе прошептала: — М…Мурат? Где… Хаят? Ты же не…? Мурат?.. — Туваль, не говори ерунды! — Рявкнув это, Мурат резко развернулся и вылетел просторного зала, в котором обычно работали Туваль и Хаят.       Пробежав мимо подскочившей было Чаглы, мужчина с грохотом закрыл дверь своего кабинета и рухнул в кресло. Но привести хаотично бегающие мысли в порядок ему не дал телефонный звонок. — Мурат, у вас все в порядке? Хаят с тобой? Я не могу до нее дозвониться, ее телефон выключен. Мурат? — торопливый голос Аслы раскаленным гвоздем вбивался в голову Мурата. — Она в порядке, — только и смог выдавить мужчина, обрывая взволнованную речь рыжей девушки, — Я не могу говорить, перезвоню позже.       Сбросив вызов, он уронил телефон на стол и закрыл глаза. Ощущение совершенной ошибки, как кислота, жгло все сильнее с каждым сказанным словом, с каждой прошедшей минутой. Значит, она слышала их с Тувал разговор… Как же больно было слышать это юной амбициозной девочке, вложившей в проект все свои силы и душу. Сейчас Мурат вспоминал: она не выпускала папку с эскизами из рук и готова была ночевать в Сарте, лишь бы только сделать проект идеальным. Предательство Эмре, укравшего эскиз, подставные фото, его, Мурата, обвинения и ее слезы, и боль, и непонимание в глазах. И прошлый вечер. Он обещал никогда не оставлять ее и бросил там, в холодной, продуваемой лачуге, одну, зимой…       При этой мысли Мурату стало нечем дышать, и он с силой рванул ворот рубашки. Схватив телефон и пальто, небрежно брошенное на диван, он так быстро вышел из кабинета, словно за ним гнались все демоны ада. Почти выбежав из здания компании, он вскочил в припаркованную у лестницы машину и помчался в сторону дачи. — Хаят, прости меня. Хаят, дождись меня, я уже еду к тебе. Я не смог бы бросить мою Хаят, — с отчаянием в голосе бормотал Мурат, не замечая, что говорит вслух, словно жена сидит рядом и может его слышать.       Машина неслась по бездорожью, разбрызгивая грязь и едва не вылетая из наезженной колеи на поворотах. И вот, наконец, впереди показалось дерево, около которого они ругались вчера с женой, и дом, где…